«Эйфория грез.»
15 апреля 2026 г., 22:38
Чувствовать чужие лапы, гуляющие по твоему стройному телу, слышать его вздохи, чувствовать странное, но пьянящее удовольствие от происходящего, которое течёт по телу, отправляя в эйфорию.
Его голос, который впервые был настолько низким и томным, что-то шепчет Кэтнапу на ухо, хотя от непривычной волны чувств Кот-Дремот даже и понять не мог, что ему говорят.
Поцелуи шли от шеи до низа, некоторые укусы по случайности были с небольшими каплями крови. Тела их прижимались друг к другу. От этой близости Кот-Дремот готов был потерять сознание.
Было так хорошо, словно всё происходящее - дивный сон, просто дрём в сладостных ощущениях. Когда ему было так хорошо? Кэтнап не помнил начало этого, не помнил, как их одежда слетела, как пошли поцелуи, а после них желаемые прикосновения, ток, когда его рука спустилась к половому органу, проводя по нему, постоянно ускоряясь, сжимая, заставляя выгибаться в спине, когда вся игра перешла на головку органа, отдавая приятными чувствами каждое прикосновение ДогДэя к нему. Все мысли, воспоминания, рассуждения, тревога из-за невозможности высказать свои чувства - всё смешалось в одно, отошло на задний план.
Он чувствовал, как несколько пальцев проникают в него, как на шее оставили новый след от зубов, слышал свой хриплый голос, когда сладкие для ДогДэя стоны выходили, когда слышны были всхлипы. Как хорошо… Как приятно.
Он почувствовал новый глубокий поцелуй, в который его «лучший друг» затянул Кота-Дремота. В это время пришла резкая пустота, но и она сразу пропала, когда в него вошли. Это было и больно, и приятно, и присутствовал дискомфорт, который постепенно уходил, оставляя удовольствие.
Последующие мгновения были приятным и громким деянием в ночи, когда толчки ускорялись, были чаще, уходили вглубь, заставляя тело содрогаться. Дэю это, явно, приносило не меньшее удовольствие, на что Кэтнап надеялся. Так приятно, так хорошо. Как в самом сладком сне, выбивало это из реальности, оставляя лишь жгучее удовольствие.
Время было три часа ночи, когда он открывает глаза, обнаружив, что лежит в кровати своего друга.
Его дом был таким же ярким, как и его обладатель, пусть этого и не видно в темноте.
Руки Пеклопса лежали на его теле, прижав к себе, пока его нос уткнулся в шею фиолетового кота.
Всё-таки сном эта ночь не была.
