Женщины ведут, мужчины подчиняются

— О чём мне с ними разговаривать? — затягивая галстук, поинтересовался Казанцев. — О чём угодно. Давай я начну, ты подключишься. Открывай. — Привет, мам, это тебе, а это — вам к столу, — Лиза зашла первой. — Привет. У нас, как бы, всё аналогично. Рада видеть вас, — Саша шла следом. — Здравствуйте, — хором поздоровались парни. — Пойдёмте за стол, у нас уже всё накрыто! — гостеприимно пригласила хозяйка. — Вадим, воды налей, пожалуйста, в вазы. — И лицо попроще сделай, — уже шёпотом на ухо. — Улыбнись хоть. — Ну, что, какие у вас планы на выходные? — Особо никаких. Дома будем. — У нас аналогично, — поддержал Валенцова Игорь. — А мы вот в театр собрались на питерскую постановку, а в воскресенье — на балет. — Круто, мам, рада за вас. — Вадим вот сам нашёл, да? Казанцев молча кивнул, вспоминая знаменитую покупку, история которой началась с фразы: «Мы как-то с тобой скучно проводим выходные». История умалчивала факт того, что Вадим Юрьевич только что приехал с командировки. Личным желанием мужчины была театральная постановка, а вот балетное представление присоединилось после нечаянно брошенного взгляда на «Яндекс.Афишу», открытую у него на телефоне, разумеется, по сугубо его личному желанию. — Мы, кстати, определились с местом, где будет выпускной. Хотим вот деканат пригласить, — продолжила диалог Лиза. — Столовая какая-то? — Казанцев решил поддержать беседу. — Нет, ресторан в центре. Владелец ресторана — фанат хоккейной команды, так что нам скидка. — Тогда надо идти. Коньяк хороший не забудьте поставить. — Я хотела у тебя из бара взять и ребятам отдать, — Саша была спокойна и шутила, в отличие от своего кавалера. — Тридцать тысяч только не хватает. Это вместе с платьем, — уточнила младшая Москвина. Конечно, Вадим Юрьевич мог сделать вид, что кристаллически не понял намёка Лизы и взгляда Ольги, но последствия от любимой женщины были бы неприятные. — Я тебе переведу попозже. «Сбер»? — Да, спасибо, Вадим Юрьевич. — Вадим, налей ещё вина, пожалуйста, — протянула фужер Ольга. — А чем заниматься будете после вот университета? Как семью обеспечивать будете? — Казанцев включился в диалог. Услышав его вопрос, Ольга осознаёт: любой ответ будет мимо, ему ничего не понравится. — Хоккеем, — Крепчук рассчитывал на одобрение, вместо этого получил ещё 1001 вопрос. — Хоккей — это хорошо. А дальше? Если травма — то куда? — смысла влезать в диалог Москвина не видит. Лучше сделать пару глотков вина. Тем более, если дети ретируются, то ей его вариации развития событий слушать ещё долго. — Тренером. Как Андрей Викторович. — Столько команд нет. Надо всё равно профессию, чтоб кормила. Кисляк — юрист, если что, дипломированный. — Ну вы ж нас не бросите, поможете, — шутка точно не удалась. Валенцов облажался. — Шутка, — поясняет автор. Поздно. Нервное напряжение сменяется гневом. Не так Москвина представляла себе этот ужин. Ещё пара секунд — и милый, добрый Вадим Юрьевич превратится в грозного Казанцева. — Нам пора. Нас ждёт… кино, — Саша отчётливо осознаёт: с минного поля надо ретироваться. Иначе — всё. — Нам тоже. Нас же попросили помочь с ребёнком. Кати. Да, вы не знаете, — Лиза и сама не знает ни Катю, ни ребёнка, но оставаться там она хочет ещё меньше. Гости максимально быстро покидают гостеприимный стол, ретируясь сначала в коридор, а следом и на площадку. Дверь захлопывается, оставляя Ольгу один на один с Казанцевым, которому бесполезно что-то объяснять. — Ты слышала? — Что? — попытка сделать вид, что ничего не произошло, не увенчалась успехом. — Я им — если что — помогу? А я им крестная фея? Помогу, ага, как же! — тумблер спущен. — Они же тебе сказали, что это шутка, — в чём смысл её речи, она не знает. Всё равно он даже не послушает её. — Шутка? Нет, это не шутка! Я думал, на старости уеду с тобой к морю, построю виноградники, — ей, конечно, льстит его представление о будущем с ней, но женское начало всё же решает поспорить. — Ну а ты знал в двадцать три года, чем будешь заниматься? — Я, может, и не знал. Но я работал, — аргумент. — Ребята ведь тоже работают. За хоккей получают, — пока счёт 1:1. — Кем? Официант и разнорабочий? Замечательно! — Вадим, прекрати, — в ход идут типичные женские фразы. — Всё. Я беру их под свой контроль. Завтра возьму справки об их успеваемости. Ты же можешь мне напечатать? — счёт 2:1, Казанцев ведёт. — Могу, — Москвина делает вид, что согласна на это поражение. — Так, поищу им работу по совместительству, — явно не такой итог она ждала. — Ну хорошо. А я тогда пойду спать, — развязала пояс платья, делая его максимально неприличным. Счёт 3:2 — в её пользу. Он проиграл.