Дракон в виртуальной реальности

**Глава 9. Вылупление** Следующие дни в университете выдались особенно тяжёлыми. Лекции, семинары, два дедлайна по курсовым и ночные подготовки к экзаменам — Крис едва находил время на сон. В игру он смог зайти только в субботу вечером, когда наконец выключил все уведомления и лёг на кровать. Как только шлем плотно сел на голову, время в «Эйдене» рванулось вперёд. Для Криса прошло всего несколько дней, а в мире Рашеля уже наступил торжественный день вылупления. Он материализовался на высоком золотом троне, установленном на главной ритуальной площади храма. Солнце стояло высоко, воздух был наполнен ароматом цветов и благовоний. Тысячи зверолюдей собрались внизу, заполнив всю площадь и прилегающие улицы. Все глаза были устремлены на алтарь. На роскошной мягкой бархатной подушке, украшенной золотыми нитями, лежали три крупных серебристых яйца. Они мягко пульсировали тёплым внутренним светом. Рашель сидел прямо, обнажённый торс украшен только тонкими золотыми цепочками, полупрозрачные белые штаны мягко облегали бёдра. Он чувствовал лёгкое волнение и странную нежность в груди. Первое яйцо начало трескаться. Серебристая скорлупа покрылась тонкими линиями, а потом с тихим хрустом раскололась. Изнутри показалась маленькая влажная чёрная головка с крошечными круглыми ушками. Детёныш медленно, но уверенно выбрался наружу — полностью в звериной форме: маленькая чёрная пантера с блестящей угольно-чёрной шерстью, которая отливала глубоким синим под солнцем. У него были ярко-зелёные глаза, точно такие же, как у Кайра, и уже сейчас заметно сильные лапки с мягкими, но острыми коготками. Пантерёнок встряхнулся, разбрызгивая остатки жидкости из яйца, и громко, требовательно мяукнул, показывая маленький розовый язычок. Толпа взорвалась ликованием. Особенно громко кричал клан пантер — воины и женщины падали на колени, протягивая руки к алтарю. — Сын Кайра! Настоящий наследник пантер! Смотрите, какие глаза! Второе яйцо треснуло почти сразу после первого. Из него грациозно выбрался красивый лисёнок удивительного голубого окраса. Мех был мягким, переливающимся серебристо-голубым, словно лунный свет на снегу. Хвост пушистый и длинный, уже сейчас грациозно изогнутый. Ушки были острыми, с чёрными кончиками, а глаза — ярко-янтарными с золотистым ободком. Лисёнок сел на подушку, изящно обернул хвост вокруг лапок и тихо, мелодично тявкнул, будто уже пытался петь. Толпа снова заревела от восторга. Клан лисов запел древнюю песню благодарности. Третье яйцо открылось медленнее всех. Скорлупа разошлась не спеша, и из него показался маленький белоснежный дракончик. Полностью белый, словно первый снег, с нежными перламутровыми рожками, которые только начали пробиваться. Крошечные крылышки были ещё сложены и влажные, но уже заметно переливались радужным блеском. Глаза у дракончика оказались большими, мечтательно розовыми — точно такого же оттенка, как у Ашера. Он выглядел невероятно хрупким и одновременно величественным. Малыш медленно поднялся на лапки, слегка покачнулся, расправил крошечные крылышки и издал высокий, чистый писк, больше похожий на серебряный колокольчик. Когда белый дракончик повернул головку и посмотрел прямо на Рашеля своими большими розовыми глазами, площадь взорвалась самым громким ликованием за весь день. — Дракон! Белый дракон! Наследник небес! — Слава Рашелю! Слава крови дракона! Главный жрец — старый лис — торжественно поднялся на ступени алтаря. Он осторожно взял двух детёнышей (чёрного пантерёнка и голубого лисёнка) и передал их главам соответствующих кланов. — Эти дети будут воспитаны своими кланами в величии и силе, — громко провозгласил он. — А этот… — жрец нежно поднял маленького белого дракончика на руки. Малыш сразу уткнулся мордочкой в его плечо и тихо заурчал. — Этот ребёнок останется в школе при храме. Он получит лучшее образование в нашем мире и со временем станет следующим императором зверолюдей. Такова воля Бога Зверей. Рашель сидел на троне, не отрывая взгляда от белого дракончика. Маленькие розовые глаза смотрели на него с чистым, доверчивым любопытством. Рашель почувствовал, как в груди разливается странное, тёплое, почти болезненное чувство. «Это… мой ребёнок», — подумал он. Толпа продолжала ликовать. Песни, молитвы и радостные крики сливались в единую мощную волну. --- Где-то далеко, в реальной комнате, Крис сидел на кровати, сняв шлем. Он только что увидел, как «вылупились» трое его детей. На губах у него при этом была мягкая, немного растерянная улыбка.