Двенадцать жизней Феанора

Фэанаро гулял по саду, наслаждаясь жизнью. Он остановился под раскидистой цветущей вишней, вокруг которого летали стаи бабочек. Несколько бабочек тут же уселись на него. Другие стали порхать вокруг него. Они садились на него, щекотали его своими лапками, ползали по нему. Феанор чувствовал себя счастливым и смеялся от радости и оттого, что бабочки щекотали его. Он прислонился к стволу дерева, со смехом отгоняя бабочек, чтобы они не садились на него в слишком больших количествах, поскольку он не хотел от щекотки отправиться обратно в Мандос. Вдруг из кустов вокруг вышли несколько майар Тулкаса и Оромэ. Феанор отстранился от дерева и стал следить за майар. Майар направились к нему. — Что такое? — непринуждённо и как бы невзначай спросил глава Первого Дома, — Кого-то ищете? — Как раз-таки тебя и ищем, — откликнулся один из майар Оромэ. — Меня? Зачем? — поднял брови Фэанаро. — Без тебя в Мандосе скучно стало! — Вот как? А я-то думал, что все, наоборот, рады, что там наконец-то тишина и сектор нолдор не сотрясается от шума, особенно отдел Первого Дома! Или без меня тихо, шуметь некому, неинтересно? — Там и без тебя есть кому шуметь, — сказал один из майар Тулкаса. — Тогда зачем я вам? — Чтоб за сыновьями твоими было кому следить! — ответил тот же майа Оромэ. — Особенно за близнецами, — сказала майэ Оромэ, единственная представительница женского пола среди всех присутствующих майар. — Так я-то при чём? Они меня не слушают, я на них повлиять не могу! — развёл руками Феанор. — По тебе Намо соскучился, — сказал майа Оромэ. — Вот как? Это на него не похоже, — удивился Пламенный Дух, — Мне всегда казалось, что он будет рад от меня избавиться, потому что из-за меня Чертоги ходуном ходят! — Ты нам зубы не заговаривай, — сказал один из майар Тулкаса, подойдя к Феанору и попытавшись ухватить его за шиворот. — Эй! — возмущённо воскликнул Фэанаро, увернувшись от майа. Другие майар окружили его. Он хотел вытащить меч, но обнаружил, что забыл его в Мандосе. "Вот же незадача," — подумал Феанор. Карантир на его месте высказался бы на кхуздуле, но его отец кхуздула не знал, поэтому произнёс длинную фразу на квэнья. Отбиваться от кучи майар, не имея под рукой ничего, чем можно было пользоваться как оружием, было трудно. В один не очень прекрасный момент кто-то поставил Феанору подножку, и Пламенный Дух растянулся на земле. Прежде чем он поднялся, один из майар Тулкаса пустил в ход валяющийся на земле сук. Перед глазами всё вспыхнуло белым, и дальше Фэанаро ничего не помнил.