Как приручить дракона?

***

Наконец-то, утро перед короткой программой.  Глейхенгауз с утра пораньше уже подбадривал подопечную, он верил в нее так, как не верил никто.  —Даниил Маркович, мне страшно…—выдохнула она, облокачиваясь на стену небольшого коридора арены. —Анита, ты уже здесь, пути назад нет—улыбнулся тот,  хлопая девчушку по плечу—Осталось лишь показать класс, помнишь? —Да,—коротко кивнула она сжимая кулаки, пытаясь привести дыхание в порядок. Анита убежала в раздевалку за бутылкой, которую забыла в шкафчике.  Путь по этому коридору был невыносим: трудно дышать и ноги подкашивались так, словно она сейчас свалится и не встанет, от чего хотелось вдаться в стену и заплакать, судорожно звать родителей, которые не придут.  Никогда не приходили. Соберись, тряпка.  Она схватила бутылку и хотела вернуться, но на выходе врезалась в других фигуристок. —Анита!—бодро воскликнула американка Изабо и крепко обняла блондинку, не дав ей даже шанса на слова—Good luck, baby! —Спасибо…—растерянно пролепетала русская, обнимая девушку в ответ. К ним присоединилась и Софа, которая добавила комплиментов в след за американкой. Анита была поражена, все таки это спортсмены, которые не должны были контактировать с ней, хотя бы во время официальной части и на льду, сейчас обнимают русскую. Удачи ей пожелали и другие, например Алиса и Эмбер, девушки оказались невероятно добрыми и приятными, впрочем, как и Каори, Нина и Ами. К тренеру Анита вернулась уже в хорошем настроении, что его приятно удивило. —Ну что ж, готова?—спросил Глейх, когда русская стояла на льду за бортиком, он крепко держал ее за руки, пока та оглядывала людей на трибунах за ним.  Там был и Петя, который своей улыбкой дал понять, что все будет хорошо, рядом с ним был Стивен, который был более стеснителен, но такой же добрый на вид.  Неподалеку расположились Миша, Джун Хван и Илья, они трое так же улыбались ей.  Только недавно у девушки подкашивались ноги, руки тряслись, а мысли были разбросаны, она думала, что это конец, даже не начав, но сейчас…  Сейчас она чувствовала, что все это давление, все правила и сомнения это бред, ей никто не запрещает быть собой, никто не говорит, где падать, а где стоять, так почему не сделать сейчас то, о чем она никогда не будет жалеть… Начальная поза и весь мир поплыл. Анита катилась по льду, эхом отдавались крики и аплодисменты, в голове лишь последовательность и первый 3А, который она чисто не прыгала весь сезон, но почему не пойти на риск, почему бы не сделать его… Прыжок… оборот… оборот… оборот… приземление… есть! Она сделала это, она приземлила, хотя и понимала, что  баллы ей снимут как минимум за приземление, которое вышло не идеальным, но радость не отступала, сделала, сделала же, не упала…получилось…можно выдохнуть…но не надолго. Потом и тройной лутц получился чистым, дальше все шло машинально. Каскад 3Т+2S,  вращения и дорожка на 4 уровень и вот, она уже стоит в конечной позе, оглядывая трибуны.  Люди аплодируют стоя и не ясно, они это от восхищения или от уважения, а может просто так, для них это всего лишь шоу, мелочь, в то время, как для спортсмена это нечто нереальное, уровень, которого достигает не каждый.  Почему-то Аните сразу вспоминается Косторная, именно она, ни Трусова, ни Медведева или Загитова, а именно Алена. Она не поехала на Олимпиаду, но тем не менее она осталась самой талантливой фигуристкой и для Аниты она всегда была примером, они были схожи характером, но не судьбами, не путями. Не хотелось, что бы поклоны заканчивались. Анита машет трибунам, очаровательно улыбаясь и смотря в даль, туда, где сидят парни, которые стоят на равне со всеми, что-то крича. Увы, снизу не разберешь, но даже Илья, который вроде как питает неприятные чувства к русской, сейчас хлопает словно громче всех, ярче, веселей. Словно это не она на льду, а он сам.  На секунду их взгляды встретились, девушка не поняла что это было, но по коже пробежали мурашки, что она скинула на холод ото льда. Но нет, факт того, что они не могли отвести взгляд, на обморожение не скинешь. Они правда зацепились друг за друга, хотя бы глазами и этого хватило, что бы на душе стало чуточку теплее. —Молодчина!—поддерживал девушку тренер, как только она ступила со льда—Ты сделала, сделала! —Сделала…—повторила она так же негромко, как мужчина. Ноги подкашивались, она даже не улыбалась, хотя следовало, ведь камеры окружили ее со всех сторон. Уже в зоне «kiss and cry» девушка выдохнула, почувствовав под собой диванчик. Она застегивала кофту и чувствовала, как руки трясутся, ей ничего не оставалось, как смотреть на табло с повторами и периодически глядеть на трибуны, где сидели ее знакомые.  —Не больше 70–тихо прошептала она тренеру, перед тем как показали результаты—за приземление снимут. Впрочем, она почти угадала.  «Анита Сальватор—73,33 балла». Анита улыбнулась, удивительно, но баллы ее порадовали, конечно, не «season best», но тоже ничего. Девушка пересела на место лидирующего и старалась держать лицо. На трибунах она видела Петю, который не скрывал своей радости, он помахал подруге и продолжил наблюдать за выступлением.  Вскоре, ее подвинули. Анита заняла 4 место, что было неплохим результатом, для сравнения, Софа и Изабо были намного ниже, даже та же Эмбер заняла на пару строчек пониже. Лидерами по результатам кп оказались японки и американка Алиса Лью, ничего удивительного, вприницпе. Дальше она не следила за прокатами. Девушка поспешила удалиться вместе с тренером, но навязчивые журналисты не хотели ее отпускать, засыпая вопросами. Анита не слышала их особо, лишь прячась за спиной Глейха, Шагала к выходу, пока не зацепилась за вопрос, брошенный почти в пустоту: —Скажи, Сальватор, вам самой не мерзко?—на русском, с явным акцентом проглотила женщина, скорее всего думая, что ее никто не услышал. Нет, вопрос врезался прямо в голову, да так, что отдался гулким эхом, от чего в ушах зазвенело. Мерзко?