Я буду единственным

— Видал его? Опять сидит на обрыве, высматривает горизонт, — Квил сплюнул на песок, наблюдая за неподвижной фигурой Джейка вдалеке. — Мы теперь, типа, альфа-хищники, гроза лесов, а наш вожак превратился в Хатико на стероидах. Эмбри нехотя оторвался от поедания уже третьего бургера. Его всё еще потряхивало после патруля, но вид депрессивного Блэка отбивал аппетит даже у волка. — Слушай, ну он её буквально по кускам собирал. Помнишь, какая она была, когда этот холодный её кинул? Бледная моль, которая забывала дышать. Джейк в неё столько жизни вкачал... Я думал, еще неделя в гараже над старым корытом, и она забудет, как пишется фамилия Каллен. — Ага, «забудет», как же, — фыркнул Квил. — Мы с тобой только-только лапы начали чувствовать, только в этот волчий драйв вкатились. Думали: «Ого, мы теперь крутые, будем вампиров гонять!». А в итоге что? В итоге мы подрабатываем бесплатными психологами для дочки шерифа. Сэм бесится, стая на взводе, потому что через связь Джейка у нас в головах постоянно крутится этот её запах — ваниль, дождь и бесконечное нытье по кровососу. Эмбри помрачнел, вспоминая недавние события: — И самое паршивое, Квил... ты же видел его лицо, когда «Эдвард-великолепный» соизволил вернуться? Джейк стоял там, под дождем, весь такой горячий, надежный, свой в доску. А она просто... вжик! И испарилась. Села в эту их сверкающую жестянку и тю-тю. — Тю-тю, — эхом отозвался Квил. — Ладно бы она к нормальному парню ушла. Но к покойнику? Который светится на солнце как диско-шар? У Джейка сейчас внутри такой пожар, что если он чихнет, пол-Ла-Пуш сгорит. — Знаешь, что обиднее всего? — Эмбри доел бургер и вытер руки о джинсы. — Мы — стая. Мы — братья. Мы вместе росли, вместе начали перекидываться. Мы должны были горы сворачивать. А теперь мы просто стоим в очереди, пока наш лучший друг ждет, когда его снова бросят в «френдзону» размером с резервацию. — Пошли, что ли, к нему? — Квил поднялся и размял плечи, чувствуя, как под кожей перекатывается волчья сила. — А то он сейчас так развоется на море, что папаша Свон решит, что у нас тут эпидемия бешеного койота. — Пошли, — вздохнул Эмбри. — Только чур про вампиров ни слова. А то боюсь, в этот раз я не удержусь и сам его укушу. Для профилактики.

***

В гараже пахло бензином, старым железом и безнадегой. Джейк сидел на полу, привалившись спиной к ржавому крылу «Рено», и бессмысленно крутил в руках гаечный ключ. Глаза красные, вид такой, будто он не спал неделю. — Слышь, Блэк, — Квил пнул валявшуюся на полу пустую канистру, чтобы привлечь внимание. — Хватит. Ты уже дыру в полу просмотрел. — Отвалите, пацаны, — глухо отозвался Джейк, даже не подняв головы. — Я в порядке. — В порядке?! — Эмбри аж подпрыгнул на верстаке. — Ты себя в зеркало видел? От тебя за версту несет не волком, а кислым горем. Мы в стае все твои картинки в голове видим: Белла, Белла, Белла... Как она на него смотрит, как она к нему в тачку садится. Ты нас всех этим топишь, Джейк! Мы — стая, забыл? Твоя депрессия у нас под кожей зудит. Джейк сжал ключ так, что металл жалобно скрипнул. — Она выбрала его. Я знал, что так будет. Но я не могу просто... выключить это. Она была здесь, когда его не было. Она смеялась со мной. — Она тебя использовала как пластырь! — Квил присел перед другом на корточки, заглядывая в глаза. — Рана затянулась — пластырь в помойку. Это больно, брат, но это правда. Она не просто ушла, она вернулась к тому, кто её уничтожил. Тебе не кажется, что у девчонки в голове капитальный сбой? Джейк промолчал, и эта тишина была хуже любого рычания. Он просто сдался. Эмбри и Квил переглянулись. В этот момент между ними проскочила та самая искра общего сознания, которую не нужно облекать в слова. Они оба почувствовали: если сейчас ничего не сделать, их лучший друг просто сгорит изнутри, превратившись в тень вожака. — Значит так, — Эмбри спрыгнул с верстака и решительно вытер замасленные руки. — Раз ты сам не можешь поставить точку, это сделаем мы. — Что вы задумали? — Джейк наконец поднял взгляд, в котором мелькнула тревога. — Мы пойдем к ней, — твердо сказал Квил. — Без обид, Джейк, но ты сейчас не в адеквате. Ты — наш брат. И мы не позволим какой-то дочке шерифа, помешанной на мертвецах, превращать твою жизнь в свалку. Мы вставим ей мозги на место. Скажем всё, что ты боишься произнести, чтобы она наконец поняла: либо она с нами, либо она исчезает из твоей жизни навсегда. И не смей нам мешать. — Это наше общее решение, — добавил Эмбри, перегородив Джейку выход, когда тот попытался встать. — Сиди здесь. Чини свое корыто. А мы пойдем и закончим этот цирк. Джейк остался в гараже, подавленный их напором, а Квил и Эмбри направились к выходу, полные решимости высказать Белле всё в лицо.

***

Квил и Эмбри вышли из леса к дому Свонов как два танка. Эмбри так вошел в роль «старшего брата», что даже не заметил, как Квил внезапно притих, когда они пересекли границу участка. Белла копалась в багажнике своего пикапа. Услышав тяжелые шаги, она резко обернулась. — Эмбри? Квил? — она нахмурилась, глядя на их решительные лица. — Что вы здесь делаете? Если вы насчет Джейка, то... — Да, мы насчет Джейка! — перебил её Эмбри, делая широкий шаг вперед. Он даже не смотрел на друга, его несло. — Слушай сюда, Свон. Нам плевать, какая у вас там «великая любовь» с этим бледнолицым. Но Джейк из-за тебя превращается в труп. Ты хоть понимаешь, что ты с ним творишь? Ты держишь его на привязи, даешь надежду, а потом бежишь лизать ботинки Каллену! Это эгоистично, Белла. Это просто... Эмбри замолчал, ожидая, что Квил сейчас вставит свое фирменное едкое слово. Но справа стояла гробовая тишина. — Квил? — Эмбри недоуменно скосил глаза на друга. — Ты чего заглох? Поддержи меня! Квил не ответил. Он стоял как вкопанный. Его плечи, секунду назад напряженные для драки, обмякли. Весь мир для него в это мгновение перестал существовать: лес, гараж, обида за Джейка и даже сам Эмбри — всё это превратилось в серый шум. В центре Вселенной осталась только она. Волосы, пахнущие дождем, испуганные карие глаза и то, как она прикусывает губу. Это не была просто симпатия. Это было так, будто гравитация Земли перенастроилась и теперь тянула его только к этой девчонке. Все нити, связывающие его с миром, оборвались и переплелись на Белле Свон. Белла переводила растерянный взгляд с одного парня на другого. — Квил? С тобой всё хорошо? У тебя... странный вид. Эмбри наконец повернул голову и увидел лицо друга. Тот смотрел на Беллу так, будто увидел божество или смысл жизни. Этот пустой, благоговейный и абсолютно пропащий взгляд невозможно было спутать ни с чем. Стая слишком хорошо знала, как это выглядит. Эмбри замер, его рот медленно приоткрылся. Ярость мгновенно сменилась ледяным осознанием катастрофы. — Твою мать... — выдохнул Колл, хватаясь за голову. — Нет. Только не это. Только не она! Квил, скажи мне, что ты просто перегрелся на солнце! Но Квил даже не моргнул. Он сделал крошечный, неуверенный шаг к Белле, полностью забыв о том, что минуту назад хотел «вправить ей мозги». — Потом договорим! — буркнул Эмбри, хватая онемевшего Квила за локоть и буквально волоча его за собой, как ягненка на привязи. Белла так и осталась стоять у пикапа с открытым ртом, глядя, как два огромных парня позорно ретируются в кусты. Как только они скрылись в густых зарослях и запахи человеческого жилья остались позади, Эмбри с силой отпихнул Квила от себя. Квил пошатнулся, зацепился за корень и сел на землю, прислонившись к сосне. Взгляд у него был пустой, блаженный и совершенно «улетевший». Эмбри замер напротив него, тяжело дыша. Его колотило. Он посмотрел на своего лучшего друга, который еще десять минут назад рвался «вправлять мозги этой коварной Свон», а теперь пускал слюни на её образ в своей голове. Потом он вспомнил Джейка, который в это время в гараже выл от тоски по той же самой девчонке. Тишина леса буквально взорвалась от крика Колла: — Да вы блять надо мной издеваетесь оба! — Эмбри сорвался на крик, размахивая руками. — Один сохнет по ней годами, превратился в ходячую трагедию и заставляет нас всех страдать вместе с ним через связь! А второй? Пошел «спасать друга», посмотрел на неё один раз и — бац! — теперь он её верный песик?! Квил попытался что-то вставить: — Эм, ты не понимаешь, там всё... по-другому... — Ой, заткнись! Просто заткнись про своё «по-другому»! — Эмбри схватился за голову и начал мерить поляну шагами. — Вы что, сговорились? У нас в резервации сотни девчонок! Нормальных, веселых, не влюбленных в мертвецов! Но нет, вам обоим приспичило зациклиться на Белле Свон! Он резко остановился и ткнул пальцем в сторону Квила: — Ты хоть представляешь, что сейчас будет в гараже? Джейк ждет, что мы её припугнем или хотя бы выскажем всё. А я приведу тебя — человека, который теперь за Беллу любому из нас глотку перегрызет. Вы меня в могилу сведете этой своей «сагой»! Я один в этой стае остался с работающими мозгами?! Квил наконец поднял глаза, и в них промелькнуло то самое фаталистичное спокойствие, которое бывает только у запечатленных. — Мы не пойдем в гараж. Я не смогу ему это сказать. Не сейчас. — Еще как пойдешь! — рявкнул Эмбри. — Я не собираюсь один разгребать это дерьмо. Мы идем к Джейку, и ты сам объяснишь ему, почему ты теперь — её главный фанат номер два. Эмбри снова схватил Квила за плечо, толкая в сторону Ла-Пуш. — Идем, Ромео. Будем надеяться, что Блэк не разнесет гараж вместе с нами, когда увидит твою физиономию.