Серый пепел или о том, как Виктим грустил

В разломе реальности, там, где схлопнулось окно браузера, воняло палёным железом и пылью. Свет был тусклый, мертвенный, как экран старого монитора, который забыли выключить в пустом кабинете. И тихо. Так тихо, что звенело в ушах. Виктим лежал пластом на куче битого кода, раскинув руки в стороны. Только что он мог крушить файловую систему голыми руками, а теперь... пустота. Даже пальцами пошевелить было лень. Нет, не лень — просто незачем. Он сделал это. Посмотрел в глаза своему Создателю и сломал его чёртов курсор. Отомстил. Конец. Титры. Аплодисменты. Только почему так хреново-то? Он приподнял серую руку, повертел перед лицом. Шрамы, потёртости. Обычная рука. Никаких спецэффектов, никакой красной дряни вокруг пальцев. Просто нарисованная конечность. Он выжил ещё в том, самом первом Флэше, когда от него оставили только огрызок кода. Выжил, выкарабкался, построил империю. Научил пауков штопать ему бока. А ради чего? Чтобы Алан просто выдернул вилку из розетки? В тишине что-то зашуршало. Не пакеты данных в сети — так, ерунда, будто таракан пробежал. Виктим даже головы не повернул. Да хоть вирус, хоть сам чёрт с флешкой. — Выглядишь так же хреново, как мои пауки после взрыва. Голос был с ленцой, с хрипотцой, будто колонки запылились. Но без злобы. Так... констатировали факт. Виктим скосил глаза. Из тени, где осыпались пиксели, вышел Дарк. Красная аура вокруг него почти сдохла, еле теплилась. Вирабэнды на руках тускло помаргивали, как гирлянда на последнем издыхании. Плащ прожжён в трёх местах, корона набекрень. Устал. Дико устал. Но стоял прямо, руки на груди сложил и смотрел сверху вниз, как экзаменатор на двоечника. — Пришёл добить? — голос Виктима был сухой, как песок в кулере. Дарк фыркнул. Подошёл ближе. Шаги гулкие — бетон, а не рабочий стол. Пауки, что ещё живые остались после заварушки с зелёным, шарахнулись в стороны. Помнили они, чем дело кончилось, когда Секонд разошёлся не на шутку. И вибработов Дарка помнили тоже. — Добить? — Дарк остановился прямо над ним, закрыв собой этот тусклый свет. — Ты и так труп. Просто пока не развалился на пиксели. Чего ради силы тратить? Он сел на корточки. Красные глаза без зрачков упёрлись в серое лицо Виктима. Два урода из-под пера одного психа. Один — мощь и чистое зло, второй — мозги и умение выживать в любой дыре. Оба сейчас у разбитого корыта. — Ты хоть понимаешь, почему просрал всё? — спросил Дарк. Без подкола. Просто спросил, как старый знакомый. Виктим молчал секунду. Потом прошептал: — Потому что я слабый. Мне не дали ядерную кнопку, как тебе или Избранному. Только башку на плечах. А когда тебя можно просто вырубить из сети... нахрена тебе башка? Дарк покачал головой. Медленно так, устало. — Ты проиграл, потому что цель у тебя была... дурацкая. Месть. Ты горбатился годы, строил свою шарашкину контору, пауков этих развёл, научился систему ломать... чтобы что? Курсор сломать? Ну сломал. Молодец. А дальше что? Дальше-то что, Виктим? Повисла пауза. Тяжёлая. Виктим смотрел в потолок из битых пикселей и молчал. Ответа не было. Программа выполнена. Цикл закрыт. А нового файла нет. — Я когда Избранному продул, — Дарк заговорил тише, глядя куда-то вбок, — думал — всё, хана. Он меня предал. Я его предал. Я хотел спалить всё, что Алан наваял, потому что так было прописано в моём коде. Но когда Секонд разнёс моих пауков в клочья, а Избранный вдруг взял и... оставил меня в живых... до меня дошло. Код — это не приговор. Я не просто вирус. Я сам решаю, кого мочить, а кого прикрыть. Даже если ценой собственной шкуры. Он протянул руку. Не замахивался. Просто ладонь раскрыл перед лицом Виктима. — Ты не Виктим, потому что Алан тебя так обозвал. Ты был им, пока сам верил в эту хрень. Потом стал Хакером, чтобы всем доказать, что ты не жертва. Но внутри так и остался тем серым человечком с первой анимации. Сила в имени — это фигня. Если внутри дыра и обида двухминутной давности — никакое имя не поможет. Виктим перевёл взгляд на его руку. На Дарка. В красных глазах не было ни огня, ни ненависти. Только усталость и какая-то странная, кривая мудрость. Взгляд того, кто прошёл через всё дерьмо интернета и вернулся уже не завоевателем, а просто... путником. — Я не прошу тебя прощать его, — добавил Дарк почти шёпотом. — Я сам не простил. И вряд ли прощу. Но жить только для того, чтобы разломать чужую игрушку... Это тупо, Виктим. Даже для такой рисованной козявки, как ты. Ты выжил там, где я бы спекся за секунду. Ты построил то, что мне и не снилось. Ты реально умный. Просто слепой, как новорождённый паук. Виктим закрыл глаза. Слова ложились тяжело. Правда. Мерзкая, липкая правда. Он столько лет гнал её от себя, строил этаж за этажом, нанимал стикменов, придумывал планы... Лишь бы не слышать, как внутри орёт тот самый серый человечек, которого только нарисовали и тут же начали мучить. — И что теперь? — спросил он, не открывая глаз. — Всё рухнуло. Алан сбежал. Силы нет. Я снова просто рисунок в дохлом компе. Ладонь Дарка всё ещё висела в воздухе. — Вставай. Виктим открыл глаза. — Вставай, давай, — повторил Дарк жёстче. — Хорош валяться. Ты не рисунок. Ты — глюк системы, который стал её частью. Ты выжил, когда от тебя одна башка осталась. Ты сильнее, чем думаешь. Просто твоя война кончилась. И это... нормально. Даже хорошо. Виктим помедлил пару секунд. А потом — медленно, через силу — поднял руку и ухватился за эту протянутую ладонь. Хватка у Дарка была железная, но не злая. Он рывком поднял серого на ноги. Виктим покачнулся, но устоял. Они стояли вдвоём посреди мёртвого рабочего стола. Два бывших титана. Обоих уделали не пушками, а простым вопросом: «А на фига всё это было?». — Пошли, — Дарк мотнул головой в сторону разлома, откуда лился далёкий свет Сети. — Тут воняет старой обидой и жжёным пластиком. На фиг надо. Я знаю одно приложение... Тихо, спокойно. И кофе нормальный дают. Бинарный. Виктим невесело хмыкнул: — Ты меня на кофе зовёшь? — Я тебя зову из этой комнаты выйти, — поправил Дарк. — Ты в ней семнадцать лет просидел. Пора проветриться. Даже если ветра в голове нет. Виктим оглянулся в последний раз. Где-то в куче мусора валялся сломанный курсор. Символ его великой войны. Сейчас он выглядел как дешёвый кусок пластмассы. — Ладно. Идём. Два стикмена — один серый и пустой, но живучий, другой красный и уставший, но уже не злой — шагнули в разлом. Туда, где тишина больше не давила на уши. За спиной у них с тихим звоном разбилась иконка с подписью «Revenge.exe». Теперь уже навсегда.