Не могу не любить тебя

      Чонгук вовсю гнал машину от дома Тэхёна, не обращая внимания на ограничения скорости. Ему хотелось, чтобы происшедшее оказалось сном, чтобы всё вернулось в то время, когда они были просто друзьями, чтобы не приходилось убегать от реальности, неожиданно разделившей жизнь на «до» и «после».       Все изменилось, когда Гук и Тэхён почувствовали одновременно состояние предгона, но не придали этому значения.       Познакомились они случайно, на вечеринке у общего друга, который закатил пирушку в честь повышения. Чонгук опоздал и пришел в самый разгар веселья, когда подвыпившие гости уже оккупировали танцпол. Едва он зашел в клуб, смесь запахов альф и омег моментально окружила его, дразня чувствительные рецепторы. Он раздраженно ослабил узел галстука и недовольно поморщился. Захотелось уединиться и побыть в стороне от шумной толпы.       Возле барной стойки стоял один свободный стул, и Чонгук поспешил занять место. Народу в той части клуба было меньше, и запахи не так раздражали.       — Виски, пожалуйста, — обратился он к бармену и расстегнул верхнюю пуговицу чёрной рубашки.       Смакуя янтарный напиток, Чонгук медленно выдохнул, стараясь расслабиться. Он принялся осматривать клуб, яркий декор, приглядываться к публике и, в конце концов, взгляд упал на рядом сидящего мужчину.       Стройный высокий альфа помешивал льдинки в стакане с колой. Он вытащил сигарету и зажигалку из кармана, повернулся и обратился к Чонгуку:       — Вы не против, если я закурю?       Черные глаза вопросительно смотрели, ожидая ответа, но Чонгук задержал свой взгляд на чувственных губах, легко сжимающих сигарету. Длинные пальцы играли серебряной зажигалкой.       — С вами все в порядке? — обеспокоенно посмотрел незнакомец. — Кажется, вам здесь некомфортно.       — Вы наблюдательны, — ответил Чонгук. — Я очень плохо переношу шумную толпу, особенно, если нахожусь в закрытом пространстве.       — Я тоже. В таком случае, может, выйдем на воздух? Я все еще хочу покурить.       — Ну если вы не против моей компании…       — Пойдёмте, — произнес альфа и легко спрыгнул с высокого стула.       Чонгук одним глотком осушил стакан и последовал за новым знакомым.       — Тэхён, Чонгук, — дорогу им преградил полупьяный виновник торжества, — вы уже познакомились? А почему уходите?       — Мы выйдем на воздух, Сон, — спокойно ответил Тэхён, — и быстро вернемся.       — Хорошо, только не задерживайтесь. — Сон положил руки друзьям на плечи и заговорщически прошептал: я еще не выпил с вами на брудершафт.       — Выпьем, обещаю, — усмехнулся Чонгук и направился к выходу.       — Тэхён, значит? — спросил Гук как только вышел из клуба и протянул руку для приветствия.— Я Чонгук.       — Приятно познакомиться, — ответил Тэ крепким рукопожатием. — Перейдём на ты?       — Давай, — лаконично ответил Чонгук.       — Сигарету? — Тэхён протянул пачку новому знакомому.       — Нет, спасибо, и так голова раскалывается.       Чонгук глубоко вдохнул свежий ночной воздух и прикрыл глаза.       — Давно знаешь Сона?       — Прилично, с университета. А ты работаешь с ним?       — Да, в одном отделе, — не открывая глаз ответил Чонгук.       Тэхён сделал очередную затяжку и только хотел спросить Чонгука о самочувствии, как дверь клуба открылась и из неё, кокетливо хихикая и стреляя глазами, буквально вывалились двое омег навеселе.       — Чонгуки, — томно прошептал омега с длинными выбеленными волосами, вешаясь Гуку на шею, — куда же ты пропал? Я весь вечер тебя ищу.       Он призывно улыбался и всё теснее прижимался к альфе, обнимая его за плечи.       Чонгук открыл глаза и резким жестом сдернул цепкие руки.       — Отойди, Ёнбом, — раздражённо сквозь зубы процедил Чонгук. — Я разговариваю с другом.       Тот, кого звали Ёнбомом, окинул взглядом Тэхёна и жеманно улыбнулся.       — Привет, красавчик.       Он обернулся ко второму омеге и произнёс:       — Смотри, Минги, и для тебя нашлась парочка.       Тэхён не обратил на примитивные заигрывания ни малейшего внимания, но пристально наблюдал за Чонгуком, который внешне выглядел спокойным. Лишь крепко сжатые губы и вздымающаяся грудная клетка выдавали его злость.       — Хочешь, уедем отсюда? — предложил Гуку Тэхён. — Моя машина за углом.       — А вечеринка? — нерешительно возразил Чонгук. — Мы обещали Сону вернуться.       — Мне все равно, — выпуская вверх струю дыма ответил Тэхён. — Тебе, как я вижу, тоже.       — Едем, — согласно кивнул Чонгук.       Альфы отодвинули навязчивых омег и молча удалились, свернув за угол в конце улицы.       Оказавшись на переднем сиденье машины, Чонгук довольно улыбнулся.       — Спасибо       — Не за что. Слишком достал?       — Это мягко сказано, — скривился Чонгук. —Преследует на каждом шагу. А мне не нужны интрижки на работе.       — Куда тебя отвезти? Говори адрес.       — А давай заедем в какой- нибудь ресторан. Я толком даже поесть не успел.       — Самгёпсаль подойдёт?       — Вполне.       Тэхён завел автомобиль и плавно выехал со стоянки.       Небольшой ресторанчик нашелся неподалеку. В зале было немноголюдно, и они выбрали дальний столик в углу.       Хозяин принял заказ и через несколько минут вручил гостям смешные фартуки с божьими коровками.       — Это чтобы не заляпаться жиром, — объяснил он.       Чонгук надел фартук, и это почему-то подняло ему настроение. Оно ещё больше улучшилось, когда официант принёс большой поднос с несколькими видами мяса, грибами и закусками.       Они неспешно разговаривали, раскладывали мясо на жаровне, попивали соджу и ни разу не пожалели, что провели время в компании друг друга, а не в шумном переполненном клубе.       Тот вечер не стал последним, они сближались все больше: ходили вместе поиграть в теннис, коротали вечера за просмотром фильмов то у Тэхёна, то у Чонгука, познакомились с родителями и были желанными гостями на семейных ужинах.       Пока не настал тот самый день, который перевернул их жизни.       Чонгуку понадобилась книга, которую он оставил у Тэхёна, и он предупредил, что заедет за ней после работы.       По дороге он почувствовал странный жар, ломоту в теле и поначалу подумал, что заболел. Руки подрагивали на руле, Чонгук изо всех сил старался сосредоточиться на дороге. Резкий звонок телефона разбил тишину машины, альфа включил громкую связь и услышал низкий, чуть хриплый голос Тэхёна.       — Чонгук, ты где?       — Я почти доехал, Тэхён. Прости за задержку, отвратительно себя чувствую. Скоро буду.       — Поторопись, если тебе нужна книга. У меня предгон вступает в силу, я на три дня закроюсь в квартире.       Чонгук хотел было пошутить про помощь омег, но его накрыло новой волной жара, и он почувствовал, как неожиданно сильно запульсировали клыки.       Через десять минут серебристая ауди остановилась на парковке. Гук взлетел по лестнице, желая быстрее забрать книгу и вернуться домой. Чем ближе он подходил к квартире Тэхёна, тем сильнее кружилась у него голова. Остановившись у нужной двери, он обессилено набрал код и вошёл. В тот же момент Тэхён вышел из ванной в одних широких штанах, вытирая волосы полотенцем. Вдруг их запахи резко стали насыщеннее, ноздри затрепетали и бесконтрольная дрожь охватила все их естество.       — Что происходит, Тэхён, что это? — Чонгук судорожно вдыхал усилившийся аромат муската и нервно расстегивал ставший тесным ворот рубашки. — Я сейчас задохнусь.       Сквозь пелену гона он увидел, как Тэхён ухватился за дверной косяк, чтобы удержаться на ногах, и сделал шаг навстречу.       — Гук, твой бергамот…       В следующую секунду Тэхён уткнулся носом в шею альфы и шумно втягивал запах. Чонгука нестерпимо тянуло ощутить Тэхёна всем телом, но он лишь прикоснулся губами к запаховой железе. В этот же миг обоих пронзило осознание: они истинные.       Истинность снесла все барьеры, магнитом толкнула в объятия. Руки гладили и ласкали, разгоняя жар по крепким телам. Губы касались, исследовали, вбирали бергамот и мускат, оставляли следы. Поцелуи и объятия становились более страстными, крепкими, настойчивыми. Запахи усиливались, окутывали шлейфом и пробуждали инстинкты. Их альфы задыхались внутри, требовали поставить метки и закрепить истинность, заклеймить свое. Чувствуя увеличивающиеся клыки, альфы силой разорвали объятия и ошарашенно смотрели друг на друга горящими глазами.       Тэхён устало прислонился к стене, стремясь найти хоть какую-то опору. Его бросало то в жар, то в холод, он тяжело дышал, низко опустив голову. Гон набирал обороты. Последнее, что он увидел перед тем, как впасть в забытьё, — Чонгука, который резко открыл дверь и рванул прочь из квартиры.

****

      Чонгук не помнил, как доехал домой. Всю дорогу его трясло от желания и злости. Он не мог и не хотел принимать реальность, в которой его друг больше ему не друг. Может, в этом и крылся секрет их легкого и комфортного общения с первой минуты? Почему не поняли сразу, кто они друг другу? Почему не поинтересовались, чем пахнут в гоне? Неужели блокаторы притупили не только запах, но и инстинкты?       Его просто рвало на части от происшедшего. Он, а вместе с ним и его альфа, метались из стороны в сторону, не находя покоя. Это был очень тяжелый гон. Гуку нужен был истинный, его Тэхён. Инстинкты звали, но разум противился. Большую часть дня Чонгук просто лежал в полубреду на широкой кровати. Иногда усилием воли становился под холодный душ, приносивший ненадолго небольшое облегчение.       В воскресенье Чонгук, обессиленный эмоционально и физически, взял себя в руки и отправил сообщение.       «Тэхён, прости, я не могу находиться рядом. Не могу здраво мыслить, когда смотрю на тебя. Я хочу пометить, присвоить и забрать себе. Это похоже на безумие, на какую-то злую шутку. Давай не будем видеться, возможно, это просто гон так повлиял на нас и все пройдёт».       Через несколько минут экран загорелся оповещением. Чонгук дрожащими руками разблокировал телефон и с замиранием сердца прочитал ответ.       «Ты прав. Нам надо забыть о том, что случилось и больше никогда не пересекаться. Будь счастлив».       Это были именно те слова, что Чонгук хотел услышать. Отчего же альфа внутри недовольно рычал, выл и скрёбся? «Мы все делаем правильно, так надо».       Он постоянно повторял эту фразу, желая успокоить своего неожиданно взбунтовавшегося альфу, но вместо облегчения почувствовал невыносимую тоску и понял, что его истинная пара ощущает то же самое.       В понедельник утром Чонгук позвонил на работу, взял отпуск на неделю по личным обстоятельствам и отключил телефон.

****

      Не получая вестей от сына, отец навестил Чонгука и не узнал его. Бледное лицо, искусанные губы, волосы, небрежно собранные в хвост. Но больше всего удивил взгляд: потухший и одновременно злой.       Чонгук сидел за пустым столом, сжав кулаки, и не отреагировал ни на открывшуюся дверь, ни на приветствие отца.       — Гуки, что с тобой? Я первый раз вижу тебя в таком состоянии. Ты болен или что-то серьёзное произошло? — взволнованно сыпал вопросами Чон Дживон, пытаясь сохранять хладнокровие. Он присел на корточки перед сыном и всматривался в красные от недосыпа глаза.       Если уж всегда сдержанный отец заволновался, Чонгук представлял, насколько разбито он выглядел.       — Произошло, — сухо ответил он.– Я встретил истинного. Это Тэхён.       — Тэхён? — слегка нахмурившись произнес отец.       Чонгук ждал презрения, крика, возмущения, но вместо этого Дживон просто спросил:       — Когда в последний раз ты ел?       — Ты что не слышал меня? — агрессивно вскинулся Чонгук. — Истинный твоего сына — альфа!             — Я всё слышал. А теперь хочу услышать ответ на свой вопрос. — Дживон заботливо положил крепкую руку сыну на плечо.       — Я не помню, — равнодушно глядя в окно ответил Чонгук.       — Иди в душ, а я приготовлю тебе поесть.       Час спустя Чонгук сидел за столом, посвежевший после душа, и с удовольствием уплетал овощное рагу с говядиной.       Несколько дней он питался исключительно тем, что оставалось в холодильнике: бутербродами, рисом, кимчи. Душ плюс горячая домашняя пища немного взбодрили его, а присутствие отца улучшило настроение.       Дживон с улыбкой наблюдал за Чонгуком и вспомнил, как в детстве тот так же быстро сметал с тарелки любимое рагу.       — Как ты понял, что Тэхён твой истинный? — осторожно поинтересовался отец, размешивая ложечкой кофе.       — А ты? Как ты понял про себя и папу?       — О, мой альфа бесновался и хотел присвоить омегу себе, — усмехнулся отец.       — Вот и мой беснуется. Внутри все кричит: «моё!». Всё случилось, когда у нас начался гон. Одновременно. Наши запахи как будто ударили в ноздри с утроенной силой, смешались и бросили друг ко другу. Я думал, мы расстанемся и станет легче, но стало ещё хуже, этому невозможно сопротивляться.       — Так, может, не стоит и сопротивляться? — спросил Дживон сына.       — Нас не примут в обществе, — голос Чонгука дрогнул и он прикрыл глаза, сдерживая влагу, предательски проступающую сквозь ресницы. Он не хотел показывать свою слабость даже собственному отцу. — Мы никогда не сможем быть свободными, во всех смыслах этого слова: свободными любить, выражать чувства и быть рядом как настоящая пара.       — Что Тэхён думает о вашей истинности?       — Не знаю, я сбежал из его квартиры, пока мы не перешли черту. Больше мы не общались и не разговаривали.       Гук устало опустил голову на сцепленные в замок руки и замолчал.       — Отец, извини, — произнес он не поднимая головы. — Я не в состоянии сейчас обсуждать то, что случилось. Мне нужно побыть одному.       — Хорошо, — Дживон на прощание обнял сына. — Если станет совсем плохо — двери нашего дома всегда для тебя открыты.       По дороге домой он размышлял, как помочь Чонгуку, если в подобной ситуации вообще можно хоть как-то помочь.

****

      Три недели прошло с того рокового дня. Ни один из них не выходил на контакт, соблюдая договоренность.       Тэхён пытался жить как раньше, по инерции соблюдая привычный ритм: утро, завтрак, работа, дом, ужин, сон.       Он стал больше курить, плохо спал, загружал себя работой, но мысленно каждую секунду был с Чонгуком и даже не старался выкинуть его из головы. Истинность не даст им забыть, так стоит ли пытаться?       В тот вечер Тэхён решил прогуляться перед сном, благо погода располагала. В последнее время он часто так делал, выматывал себя физически, чтобы вечером сразу заснуть, а не ворочаться в постели, борясь с тоской по истинному альфе.       Он и не заметил, как задумался, и ноги сами понесли его к дому Гука.       Чонгук весь вечер просидел перед телевизором и безуспешно пытался сосредоточиться на фильме. В голове молоточком стучало: «Тэхён, Тэхён, Тэхён».       На мгновение ему показалось, что он ощутил так необходимый мускат, когда ветер подул через открытую дверь на балкон.       Гук взял телефон, набрал по памяти давно заученный номер и отправил краткое сообщение.       «Где ты?»       Телефон незамедлительно пиликнул ответом.       «Посмотри в окно»       Чонгук испытал облегчение, когда увидел Тэхёна. Взгляды встретились, альфы одновременно рванули — Тэхён к входной двери, Гук от окна, чтобы впустить единственного и необходимого человека не только в квартиру, но и в свою жизнь.       — Я не могу без тебя, не могу, — бесконтрольно повторял Тэхён, едва оказавшись на пороге. — Не знаю, как вообще возможна истинность между нами, но уверен в одном: еще один день без тебя и я просто сдохну.       — А я уже почти, — с болью в голосе произнес Чонгук и крепко сжал Тэхёна в объятиях.       Они так и остались стоять, боясь отойти хоть на полшага. Альфы внутри перестали беспокойно метаться и успокоились, сплетаясь ароматами.       Чонгук потянул Тэхёна в сторону спальни так быстро, что тот едва успел сбросить туфли с примятыми задниками. Чонгук улыбнулся, вспоминая эту милую привычку стаптывать обувь.       Надышавшись друг другом, они легли лицом к лицу на широкую кровать прямо в одежде поверх покрывала и соприкоснулись лбами. Жар тел, смесь запахов муската и бергамота окутывали и избавляли от всех тревог, приносили наслаждение.       Они не знали, как долго пролежали уткнувшись друг в друга, ни один из них не мог оторваться даже на секунду. Хотелось компенсировать каждый момент, проведенный врозь.       Пригревшись, истинные провалились в спасительный глубокий сон.

****

      Тэхён первый раз за три недели хорошо выспался и чувствовал себя отдохнувшим. Он вдохнул любимый аромат бергамота и улыбнулся тихому сопению своего альфы.       Чонгук спал на спине, повернув голову к Тэхёну, и даже во сне инстинктивно искал запах своего истинного.       Телефон Гука завибрировал от входящего вызова. Альфа пошевелился и принялся шарить рукой по прикроватной тумбочке.       — Да, — хриплым после сна голосом ответил Чонгук.       — Я разбудил тебя, сынок? — в трубке раздался голос Дживона.       — Нас, — уточнил Чонгук. — У меня Тэхён.       — Тем лучше. Я могу заехать? Мне надо с вами поговорить.       — Подожди минуту.       Чонгук прикрыл телефон рукой и обратился к Тэхёну:       — Это мой отец. Хочет приехать сейчас.       — Хорошо, — согласно кивнул Тэхён.       — Мы ждём тебя, — вернулся к разговору Чонгук.       — Отлично, буду через полчаса.       Ровно через тридцать минут Чон Дживон заходил в квартиру сына.       Заслышав знакомый голос, в дверях спальни показался Тэхён. Он настороженно смотрел на отца Чонгука, опасаясь непредсказуемой реакции.       — Здравствуй, Тэхён, — улыбнулся ему Дживон.       — Здравствуйте, — у Тэхёна отлегло от сердца, и он протянул руку для приветствия.       — Позавтракаешь с нами? — пригласил отца Чонгук.       — Нет, я уже поел, спасибо. Но от кофе не откажусь.       Все трое прошли на кухню.       Чонгук сновал вокруг плиты, Тэхён включил кофемашину и достал три чашки.       — Вы теперь вместе? — осторожно спросил Дживон, присаживаясь на высокий табурет около барной стойки.       Чонгук напрягся после слов отца, но быстро взял себя в руки и ответил:       — Мы пытались бороться, заглушить это чувство, но не смогли. Я не могу не любить его, это сильнее меня.       Дживон заметил, как Тэхён на секунду замер у кофемашины, и понял, что признание сына было неожиданным.       Он решил, что сейчас лучше ненадолго оставить их одних, взял чашку кофе и направился в гостиную.       Закрывая за собой дверь, Чон Дживон краем глаза заметил, как засветился счастьем его сын, услышав ответное «люблю» от своего истинного.

****

      В гостиной витала напряженная атмосфера, никто не спешил нарушить неловкую тишину.       Дживон расположился в кресле, Тэхён и Чонгук сидели рядом на диване.       — Мы слушаем тебя, отец, — прервал затянувшееся молчание Чонгук.       — Мне кажется, я знаю, как вам помочь. По крайней мере, это хоть какая-то надежда объяснить вашу истинность.       Гук, после нашего разговора я перерыл тонну литературы, читал статьи, изучал научные работы. И вдруг мне попадается на глаза публикация доктора Ли Джихуна. Он много лет занимается изучением истинности и три года назад нашёл отвечающий за нее ген. Его открытие произвело переворот в научном мире.       Сейчас у него есть свой исследовательский центр во Вьетнаме. Я прошу прощения, что действовал за вашей спиной, но я написал ему о вашей истинности. Без имен, естественно.       Его очень заинтересовала ваша история. Он предложил приехать в исследовательский центр и сдать кровь на анализ. Таким образом можно будет понять, почему истинность проявилась именно у вас. Если хотите, то можете связаться с ним лично и он расскажет вам суть своих исследований.       В комнате воцарилась тишина, Тэхён с Чонгуком переглянулись и одновременно пожали плечами.       — Неожиданно как-то, — растерянно произнес Тэхён.       — Вы не обязаны принимать решение прямо сейчас. Вот, — Дживон протянул листок из записной книжки с номером телефона, — позвоните, если решитесь.       Он поднялся с кресла, обнял сына на прощание и ободряюще сжал плечо Тэхёна, показывая поддержку и принятие.       — Все будет хорошо. Держите меня в курсе, если будет нужна помощь.       — Спасибо, отец, — благодарно произнес Чонгук и закрыл входную дверь.       Он вернулся на кухню, где Тэхён убирал посуду, повертел листок с номером телефона в руках и вопросительно посмотрел на истинного.       — Что скажешь, Тэ?       — Не знаю, Гуки. Я не вполне понимаю, как исследования истинности нам помогут, но можно хотя бы поговорить с этим доктором. Мы ничем не рискуем.       — Хорошо, — коротко ответил Чонгук.– Я напишу ему и назначу время созвона.

****

      Два больших белых чемодана стояли у двери, Тэхён заранее прикрепил к ним именные бирки с номером телефона.       Через три часа они с Чонгуком вылетали в Ханой. Там их должен был встретить ассистент доктора Ли и отвезти в Пу Луонг, где располагались лаборатория и исследовательский центр.       Не следующий день после разговора с Чон Дживоном альфы связались с доктором. Он оказался очень приятным и располагающим человеком, выслушал внимательно, попутно делая заметки.       — Чувствую себя подопытным кроликом, — выпалил Гук во время видеосеанса.       — Не стоит, Чонгук. Считайте, что вы наши гости. Пу Луонг заповедная зона, но доступная для туристов. Отнеситесь к этому, как к неожиданному отпуску.       Забор крови не займет много времени, максимум час с подготовкой. Потом я и моя команда будем работать, а вы отдыхать. Здесь есть, что посмотреть. Чудесная природа, отличная кухня, приятный климат.       Мы выделим вам с Тэхёном отдельное бунгало. Уверен, вы останетесь довольны. Да и вам будет полезно сменить обстановку после всех тревог и волнений.       — Сколько времени мы должны будем провести в вашем центре? — подал голос Тэхён       — Максимум неделю, — произнес доктор Ли и успокаивающе добавил — уверяю, вы не будете чувствовать себя пациентами. Все будет комфортно и, разумеется, конфиденциально.       — Мы не сможем уехать сразу?       — Лучше будет, если вы останетесь до окончания нашей работы на случай, если понадобятся дополнительные обследования.       Тэхён вздохнул и вопросительно посмотрел на Чонгука.       — Ну что, поедем?       — Давай, — согласно кивнул тот. — Может, действительно, эта поездка пойдет нам на пользу.       — Отлично, — довольно потёр ладони доктор. — Сообщите мне детали путешествия, когда будете готовы, и мы все организуем для вашего удобства.       — Спасибо, — одновременно произнесли альфы, попрощались с доктором Ли и отключили видеосвязь.       Тэхён встал и потянулся за сигаретами.       — Много куришь, Тэ, — заботливо произнес Чонгук.       — Нервы, — он отложил пачку и устало потер руками лицо. — Иди ко мне, я соскучился.       — Мы же почти всегда рядом, — усмехнулся Чонгук, подошёл и обнял своего истинного со спины.       — Мало, — шепнул Тэхён прямо в ухо альфе и потёрся щекой о подбородок Гука, желая оставить на себе запах бергамота.       — И мне мало, всегда мало.       Чонгук прикоснулся к лицу Тэхёна, затем запустил пальцы в густые волосы на затылке и медленно притянул к себе для поцелуя.

****

      Через пять часов альфы стояли в зале прибытия, ожидая ассистента доктора Ли. Им оказался миловидный омега среднего роста с длинными каштановыми волосами.       — Ким Минджу, — представился он и жестом пригласил проследовать к чёрному внедорожнику.       Всю дорогу Тэхён и Чонгук рассматривали незнакомые пейзажи. Заросли бамбука сменялись видами горных вершин и тропических лесов. Через несколько часов показалась деревня, притаившаяся в зелёных зарослях. Характерные для Вьетнама домики на высоких сваях то там, то тут выныривали из пышной растительности.       — Пойдёмте, — ассистент взял багаж и направился к одному из бунгало.       Чонгук и Тэхён с интересом осматривали интерьер, который был выдержан в этническом стиле.       В углу уютной гостиной скромно стояло черное пианино. Тэхён осторожно открыл крышку и проверил строй. Звук был чистым, приятным. За инструментом ухаживали.       Гостиная плавно переходила в полукруглый балкон с резными перилами. Два мягких кресла с продолговатыми подушками располагались в центре. Перед ними — небольшой столик, на котором стояла ваза с фруктами.       От открывающегося с балкона вида захватывало дух. Домик как будто парил над зелеными полями, которые поднимались бархатными ступеньками к видневшимся вдали горам.       — Какой интересный ландшафт, — заметил Тэхён.       — О, это же знаменитые рисовые террасы, — объяснил омега. Вы попали как раз в Изумрудный сезон — сезон роста. Сейчас они зелёные, но скоро рис созреет, и цвет полей сменится на янтарный. Мы называем сезон сбора урожая Золотым сезоном.       Минджу провел альф по коридору и открыл последнюю дверь, за которой пряталась просторная спальня, обставленная мебелью в белых и коричневых тонах.       Большую часть комнаты занимала двуспальная кровать с легким прозрачным пологом, служившим скорее украшением, чем защитой от солнечных лучей.       — Располагайтесь, отдыхайте. — Минджу распахнул окно и впустил в помещение свежий воздух, пахнущий бамбуком. — В холодильнике вы найдете все необходимое для ужина, а завтра утром вы встретитесь с доктором Ли.       Омега поклонился гостям, пожелал спокойной ночи и вышел.       — Я странно себя чувствую, — произнес Тэхён.       — Тревожно? — уточнил Чонгук       — Нет, наоборот. Спокойно и в безопасности.       Они переоделись в шорты и футболки, быстро приготовили легкий ужин и поели.       Усталость взяла своё, почти сразу альфы ушли в спальню, с удовольствием растянулись на огромной кровати и мгновенно провалились в сон.       Спали они долго после утомительного путешествия. Тэхён открыл глаза, постепенно приходя в себя, и лениво потянулся. Чонгука рядом не было, и Тэхён отправился на его поиски.       Гук стоял на балконе, облокотившись на перила. Услышав движение, он обернулся и поманил Тэхёна к себе.       — Иди сюда, Тэ, я приготовил нам завтрак.       На столике красовались расписные тарелки с мясными и рыбными нарезками, двумя видами сыров и оливками.        Небольшая корзинка была накрыта белой салфеткой, из-под которой пробивался аромат поджаренных тостов. Завершали картину графин с апельсиновым соком и дымящийся чайник.       — Ты уже ел? — спросил Тэхён, усаживаясь в кресло.       — Нет, ждал тебя.       Чонгук подошёл и легко чмокнул Тэхёна в губы, на что тот перехватил руку и притянул Гука к себе для более глубокого поцелуя.       — Самое приятное утро за последнее время, — улыбнулся Чонгук, подвинул кресло ближе к Тэхёну и сел вплотную.       Они неспешно переговаривались, пробовали новые вкусы, любовались окружающим пейзажем. За этим занятием их и застал Ли Джихун.       — Тэхен, Чонгук, доброе утро, — поздоровался учёный, протягивая руку для приветствия. — Как прошла ночь?       — Все хорошо, спасибо за гостеприимство, — привстав навстречу доктору, ответил Чонгук.       — Здесь действительно очень красиво, вы были правы, — добавил Тэхён.       — Я рад, что вам все понравилось. Сегодняшний день в вашем распоряжении. Осмотритесь, погуляйте, поплавайте. С другой стороны бунгало есть бассейн. А уже завтра утром мы сделаем забор крови. Пожалуйста, ничего не ешьте с утра. Мой ассистент придёт за вами в девять.

****

      Как было оговорено, ровно в девять утра на следующий день в дверь бунгало постучали и вошёл Минджу.       — Здравствуйте, как ваше самочувствие, — он склонился в лёгком поклоне. — Как настроение?       — В порядке, спасибо.       — Волнуетесь?       — Немного, — сдержанно ответил Тэхён, нервно разминая между напряжённых пальцев почти сломанную сигарету.       — Пойдёмте, доктор уже ждёт нас в лаборатории.       Минджу пытался отвлечь альф разговорами о природе и погоде, но те не особо реагировали на благие намерения ассистента, понимая, что сейчас решается их будущее.       Лаборатория находилась в пяти минутах ходьбы от домика Тэхёна и Чонгука и занимала самое большое бунгало.       У входа их поджидал Ли Джихун, одетый в белый халат. Лицо закрывала плотная маска, кисти рук были затянуты в медицинские перчатки. Он коротко кивнул, здороваясь, и жестом указал на две кушетки, стоящие рядом.       Слева и справа располагались два низких столика, на которых были приготовлены шприцы с длинными иглами и стикеры с именами Тэхёна и Чонгука.       — Мы сделаем два забора крови на случай, если понадобится более глубокий анализ, — предупредил Джихун и взял первый шприц.

****

      — Вот и все, — доктор снял перчатки и убрал маску. — Полежите еще пятнадцать минут, а я пока отнесу образцы вашей крови.       Вскоре он вернулся, проверил пульс и давление своих пациентов и довольно кивнул.       — Все в порядке, вы можете идти. Сейчас хорошо поешьте, если почувствуете сонливость — отдохните. Завтра мы с моей командой начнем работать, а вы можете посетить окрестности. В гараже бунгало стоит машина, она в вашем распоряжении.       — Правда? — оживился Чонгук.– Мы обязательно ею воспользуемся. Как ты на это смотришь, Тэтэ?       — Положительно. Спасибо, доктор Ли.       Минджу закончил убирать инструменты и хотел проводить альф, но те отказались, заверив ассистента, что чувствуют себя хорошо и сами дойдут без проблем.       Позавтракали они на террасе, наслаждаясь тишиной и зеленью рисовых полей, затем затем Чонгук отнес посуду на кухню и вернулся с рекламными буклетами. Он развернул первый журнал, и альфы принялись составлять маршрут, запоминая достопримечательности, которые хотели посетить.       На следующее утро они взяли предложенный доктором Ли джип, предварительно предупредив Минджу о своём отсутствии.       — Куда вы решили поехать? — открывая ворота гаража, спросил омега.       — В деревню Хиеу. Хотим посетить водопад и осмотреть соседние поселения.       — Оставайтесь с нами на связи на всякий случай, — попросил Минджу и протянул карточку со своим номером телефона. — Приятного отдыха.       До деревни они доехали довольно быстро и зашли в небольшой ресторанчик, чтобы выпить и немного отдохнуть.       Пока хозяин наливал из глиняного кувшина в стаканы местное рисовое вино Кан, Чонгук поинтересовался, нет ли в деревне свободного домика для ночлега. Оказалось, что брат владельца держит гостевые домики для туристов и один из них сейчас как раз свободен.       — Просто скажите, что вы от меня. Мой брат Чонвон живёт самом конце деревни. Идите прямо по главной дороге и увидите бамбуковые колеса. Домик будет рядом.       — Бамбуковые колеса? — переспросил Тэхён.       — Да, мы используем их, чтобы закачивать воду для полива риса.       Машину пришлось оставить на парковке у ресторана, так как деревня располагалась на горном склоне, и дорога была слишком узкой.       Тэхён и Чонгук отправились на поиски гостевого домика и вскоре действительно увидели несколько колес из бамбука диаметром от пяти до восьми метров.       Огромные конструкции вращались силой течения реки, спускающейся с гор, лопастями зачерпывали воду и перенаправляли её по желобам к рисовым полям.       Тэхён постучал в крайнее бунгало. На стук вышел средних лет омега, одетый в национальную чёрную одежду, расшитую золотыми нитями.        Альфы поздоровались и, ссылаясь на хозяина ресторана, спросили, можно ли снять домик на пару дней.       Чонвон утвердительно кивнул, и через пять минут гости уже располагались в уютном бунгало с видом на горы.       — Подскажите, далеко ли водопад? — спросил Чонгук, выглянув в окно.       — Недалеко, как раз на склоне горы. Но машиной туда не проехать. Пройдите километр пешком, там есть тропа. Когда вернетесь — я угощу вас нашей знаменитой уткой Ко Лунг. Это местная порода, мы выращиваем ее в свободном выгуле между ручьев. Такого мяса вы еще не пробовали.       Выслушав пояснения, Тэхён и Гук направились в указанном направлении, захватив рюкзак с едой и сменной одеждой.       Около получаса они шли сквозь джунгли на шум водопада, который спускался каскадами по мохнатым горным валунам.       Чонгук и Тэхён подошли к нижним ярусам, где прохладная вода бирюзового оттенка задерживалась в огромных природных чашах- бассейнах. Разгоряченные от ходьбы, они решили искупаться. Шум водопада расслаблял и успокаивал.       После купания альфы присели на теплые камни, подставляя довольные лица солнцу. Есть не хотелось, было решено обсохнуть и вернуться назад.       Чонвон уже поджидал их перед домиком. На углях шипело мясо утки с красноватой кожицей.       Омега не преувеличил, оно действительно имело особый сладковатый вкус без ярко- выраженного запаха дичи. Чонвон переложил мясо с углей на глиняные тарелки, пожелал гостям приятного аппетита и тихо удалился.       Уставшие, но довольные, Чонгук и Тэхён вернулись в бунгало, сдвинули две кровати и уснули в обнимку.       На следующий день они поехали на рынок Пхо Доан познакомиться с местной культурой и купить сувениров.       От центральной площади рынка доносился незнакомый приятный аромат. Юный альфа мастерски управлялся с готовкой и зазывал прохожих попробовать ком лам — клейкий рис, приготовленный в бамбуковых трубках, выстланных банановыми листьями и обжаренных на древесных углях.        Он объяснил, что внешний слой бамбука должен слегка подгореть и отдать тонкий аромат белому рису. Готовое блюдо альфа посыпал кунжутной солью для Тэхёна и полил соусом чили для Чонгука. Рядом выложил свежие овощи и мясо на гриле, приправленное местными травами.       Нагулявшись, усталые, они вернулись в Хиеу, где их ожидало новое развлечение.       Вся деревня была в огнях. В центре поселения горел яркий костер, к которому, переговариваясь, стекались местные жители.       Чонгук с Тэхёном влились в общий поток и с интересом наблюдали за происходящим.       Несколько человек сидели друг напротив друга, держа параллельно длинные шесты из бамбука, и двигали ими в такт музыке. Между шестами перемещались альфы и омеги, стараясь не задеть бамбук ногами. Те, кто застревал, считались проигравшими. Среди танцующих раздавались взрывы смеха, толпа подбадривала выбывших.       Кто-то подтолкнул Тэхёна и Чонгука, завлекая в танец, но, не привыкшие к таким развлечениям, они постоянно неуклюже сталкивались друг с другом, а потом и упали, смеясь над собственной неловкостью.       В прекрасном настроении альфы возвращались в бунгало, держась за руки. Вдруг телефон в кармане Тэхёна зазвонил.       — Доктор Ли, — прочитал он имя звонящего и взволнованно посмотрел на Чонгука.       — Ответь, Тэ, — напряжённо произнес Гук и слегка сжал его пальцы.       Тэхён принял вызов и сразу включил громкую связь.       — Здравствуйте, доктор.       — Здравствуй, Тэхён. Как проходит путешествие? — в голосе Джихуна слышались довольные нотки, что заинтриговало истинных       — Очень хорошо, спасибо.       — Вы уже решили, когда вернётесь?       — Завтра, — подал голос Гук. — Почему вы спрашиваете?       — Мы закончили исследовать образцы вашей крови и обнаружили интересный факт, который хотим дополнительно проверить. Думаю, до завтрашнего вечера мы успеем.       — Что-то серьезное? — напряженно произнес Тэхён?       — Скорее, неожиданное, — успокаивающе произнес доктор. — Не волнуйтесь, вы всё узнаете, как только приедете.       Вся оставшаяся дорога до бунгало прошла в молчании.       Войдя внутрь, альфы скинули футболки и прилегли на все еще сдвинутые кровати.Тэхён положил голову Чонгука себе на плечо.       — Хотелось бы узнать, что там обнаружил доктор, — Чонгук потёрся носом о крепкую шею Тэхёна, вдыхая успокаивающий мускат.       — Ты урчишь, Гуки. Прямо как волчок, — нежно улыбнулся Тэхён.       — Мой альфа рад быть рядом с тобой.       С тех пор, как Тэхён и Чонгук перестали бороться с истинностью, их альфы как будто успокоились. Не соперничали, не доминировали, учились взаимодействовать.       — Не хочу возвращаться, здесь хорошо, — сквозь сон произнес Чонгук.       Тэхён тяжело вздохнул.       — Спи, завтра непростой день.

****

      Следующим утром они проснулись рано. В поселке стояла тишина — жители отдыхали после долгого праздника. Лишь бамбуковые колёса продолжали свою работу, слегка поскрипывая и перегоняя воду на рисовые поля.       Тэхён принялся собирать вещи, а Чонгук отправился к хозяину, чтобы расплатиться за домик. Добродушный омега заботливо протянул корзинку с завтраком и пожелал счастливого пути.       — Мы же не сможем вернуть корзинку, — растерянно произнёс Чонгук. Мысли его были далеко — в кабинете доктора Ли, который уже вечером расскажет о результатах.       — Это мой подарок на память. Приезжайте ещё как- нибудь.       К полудню Тэхён и Чонгук вернулись в исследовательский центр.       Первым делом они зашли к Минджу, но его не оказалось дома.       — Работает, наверное, — предположил Чонгук.       — Скорее всего. Я отправлю ему сообщение.       Тэхён достал телефон и визитную карточку с номером ассистента и быстро написал, что они уже вернулись.       Телефон сразу же завибрировал сообщением: «Отлично, мы ждем вас в 18:00 в лаборатории».       Гук подошёл ближе, положил подбородок на плечо Тэхёна и прочитал ответ.       — Подождём, несколько часов осталось. Искупаемся в бассейне? — предложил Чонгук.       — Давай.       Они коротали время, как могли: посмотрели фильм, вместе приготовили лёгкий перекус — аппетита не было. Все мысли крутились вокруг предстоящего разговора, а стрелка часов ползла, как назло, очень медленно.       Без пяти шесть Тэхён и Гук постучали в дверь лаборатории, где несколько дней назад у них взяли кровь.       Доктор Ли сосредоточенно изучал разложенные перед ним бумаги.       Альфы сели рядом на диван, слегка соприкасаясь плечами, будто подбадривая друг друга и говоря: «Я рядом».       Доктор откинулся в кресле, внимательно посмотрел на них, собираясь с мыслями, и приступил к делу.       — Как я и предполагал, у вас действительно есть ген истинности, абсолютно идентичный. Но мне было необходимо копнуть глубже и понять, каким образом истинность между альфами стала возможной.       Я подверг образцы крови более глубокому анализу и обнаружил, что, помимо гена истинности, у вас есть схожие участки в структуре ДНК.       Мы проверили несколько клеток на соответствие генетического материала, и я могу предположить, что когда-то в роду у тебя, Чонгук, и у тебя, Тэхён, несколько десятков поколений назад были истинные альфа и омега. Нет, вы не родственники, — успокаивающе поднял обе руки доктор Ли. Слишком много лет прошло и кровного родства между вами давно уже нет. Но истинность сильна и проявилась вот таким неожиданным образом. Это уникальный случай.        В свете полученных результатов — каковы ваши планы на дальнейшую жизнь? Я бы хотел написать статью о природе вашей истинности и опубликовать ее.       Если вы точно решили, что хотите быть вместе как пара — обнародование результатов даст вам шанс. Я не тороплю, подумайте, обсудите и дайте мне знать о своём решении, когда будете готовы.

****

      Тэхён и Чонгук возвращались в свой домик в полной тишине, размышляя об услышанном в кабинете доктора. Слишком невероятным казалось то, что им рассказали. Настолько невозможным, что в это сложно было поверить.       — Хорошо, что мы приехали, — нарушил молчание Чонгук. — У нас теперь есть хотя бы объяснение случившемуся. Мы можем быть уверены, что это не блажь, не банальное влечение. Хотя я всегда это чувствовал, но не осознавал, пока нас не накрыло гоном.       — Я рад, что мой истинный — ты, — просто добавил Тэхён и притянул Чонгука поближе.       Всю дорогу до бунгало они шли, обнявшись.       Бархат ночи окутывал теплом и комфортом, звезды приветливо подмигивали, как будто радуясь за двух влюбленных.

****

      Чонгука разбудили звуки дождя, стучащего по покатой крыше. Не открывая глаз, он потрогал кровать и не обнаружил рядом своего истинного.       Тэхён сидел в гостиной за пианино и наигрывал незнакомую мелодию. Пальцы невесомо касались клавиш, как будто ласкали каждую ноту.       Чонгук вспомнил настойчивость этих рук прошедшей ночью, и его затопило теплое чувство абсолютного счастья. Сердце учащенно забилось при мысли о моменте их единения, чувственные моменты близости яркими картинками вспыхивали перед глазами.       Этой ночью они стали одним целым, поставили друг другу метки, подарили отголоски своих ароматов. Теперь запах Чонгука слегка отдавал мускатом, а мускат Тэхёна — бергамотом.       «Как я мог бежать от этого? От него? — тревожащие мысли неожиданно пронзили сознание Гука. — Как вообще смог просуществовать три недели не рядом?»       Последняя нота нежной мелодии хрусталем разбилась под аккомпанемент дождя.       Чонгук подошёл к своему любимому, заключил в крепкие объятия и носом уткнулся в шелковистые волосы на макушке.       Тэхён слегка отклонился назад, ища тепло родного человека, взял руку Чонгука в свою, оставил лёгкий поцелуй на тыльной стороне крепкой ладони и развернулся к истинному.       Гук сел на пол, уткнулся лицом Тэхёну в колени и невесомо поглаживал крепкие бедра, проникая под халат.       — Что мы будем делать дальше, Гуки? — наслаждаясь легкими прикосновениями мягким баритоном произнес Тэхён.       Он запустил пальцы в густые волосы Чонгука, перебирал пряди, чем вызвал довольное урчание своего альфы.       — Просто жить. Вместе.       — Вместе… — задумчиво произнес Тэхён.       — Да, вместе, — уверенно добавил Чонгук. — Мы эту истинность не выбирали и противостояли, как могли. Я не хочу постоянно разрываться на куски, зная, что где-то есть часть моей души, с которой я могу быть счастлив, но точно так же рвётся на куски вдали от меня. Я чувствую каждую твою боль, Тэхён, и не хочу загибаться от неё.       — Я люблю тебя, Гуки. Похоже, нам пора определиться, кто к кому переедет.       Чонгук услышал улыбку в любимом голосе и поднял счастливые глаза.       — Самый красивый, мой Тэтэ. Люблю тебя.       Они одновременно прикоснулись губами к свежим меткам, словно разрешая самим себе любить и открыто быть рядом.       Тэхён потянул Гука на террасу. Сквозь пелену воды угадывались рисовые поля, превратившиеся в зеркала от непрекращающегося дождя.       Стекающие с крыши крупные капли размывали пейзаж, как будто скрывали завесой от всего мира двух предназначенных друг другу.       — Знаешь, все это похоже на какой-то туманный сон, иллюзию. Как будто мы где-то далеко от всех, в своем мире, и всё это не с нами происходит, — тихо произнес Тэхён.       — Только это не сон, родной. Это наша реальность, пусть и необычная.       — Если бы не твой отец — я не представляю, как бы мы жили.       Чонгук почувствовал, как напряглось тело Тэхёна, как вздрогнули крепкие плечи.       — Успокойся, Тэ, всё уже позади, — он ещё крепче прижался к своему истинному, успокаивая густым ароматом бергамота.

****

      Через два дня Тэхён и Чонгук покидали Пу Луонг. Прощальным взглядом они окинули бунгало, ставшее на неделю их домом, и закрыли за собой дверь.       Они приезжали во Вьетнам почти без надежды, цепляясь за единственный шанс понять природу их истинности, а уезжали с уверенностью, преодолев, казалось бы, непримиримые обстоятельства.       Вся команда центра вышла проводить гостей. Трогательное прощание и пожелания удачи перемежались благодарными объятиями, ободряющими напутствиями, обещаниями приехать еще раз.       Вскоре сотрудники разошлись по рабочим местам, и только Ли Джихун долго смотрел вслед удаляющемуся автомобилю.       Когда тот превратился в крохотную точку, доктор улыбнулся и вернулся в кабинет, чтобы начать работу над статьей об истинных альфах, предназначенных друг другу вопреки всем ранее известным законам природы и генетики.       Джихун любил свое дело, горел им, но никогда бы не подумал, что сделает открытие, которое даст возможность двум любящим людям быть вместе.