Club classics

Их связь тянулась еще со времен забитых библиотек и дешевого кофе в колледже. Пока остальные студенты строили планы на карьеру, Леон и Ада строили планы на то, как пробраться на закрытую крышу или в какой еще подворотне им стоит проверить друг друга на прочность. Секс между ними никогда не был чем-то церемонным или священным - это был их личный способ общения, грубый, честный и чертовски азартный. Они трахались в пустых аудиториях и на задних сиденьях машин не ради любви в ее классическом понимании, а потому что только так могли почувствовать себя по-настоящему живыми.Но спустя годы даже эта идеальная близость стала казаться предсказуемой. Им не хватало хаоса, настоящего адреналина, который заставил бы кровь кипеть так же, как в первый раз. Вечер субботы пах дождем и дорогим парфюмом Ады. Она шла по разбитому тротуару индустриального района так, будто это был подиум в Милане. Каждое движение ее бедер, подчеркнутое облегающим платьем и невероятно высокими каблуками, было вызовом серой реальности вокруг. Леон шел чуть позади, засунув руки в карманы куртки, но его взгляд не отрывался от нее ни на секунду. Он наблюдал за тем, как уверенно она чеканит шаг по щербатому асфальту, и иногда сокращал дистанцию, чтобы просто положить ладонь ей на поясницу. Он чувствовал, как под тонкой тканью платья перекатываются ее мышцы, и это физическое ощущение близости заводило его сильнее, чем любые слова. На полпути к цели, когда они проходили мимо заброшенного переулка, затянутого густыми тенями, Леон не выдержал. Он резко ухватил ее за талию и завел в узкий проем между зданиями. Прижав Аду к холодной кирпичной стене, он перекрыл ей пути к отступлению своим телом. Ада даже не вскрикнула -она лишь выгнула бровь и вызывающе улыбнулась, когда его губы накрыли ее в требовательном, почти агрессивном поцелуе. Ее каблуки звонко щелкнули по бетону, когда она плотнее прижалась к нему, запуская пальцы в его волосы и отвечая с той же неистовой страстью, которая годами выжигала их изнутри. Это была их прелюдия, их привычный ритуал перед тем, как окончательно потерять голову. Отстранившись лишь тогда, когда легким стало не хватать воздуха, Ада поправила воротник его куртки и едва заметно прошептала, глядя прямо в его потемневшие глаза, что ему стоит оставить немного сил для самого клуба. Они подошли к неприметной стальной двери, за которой уже вибрировал тяжелый бас, пробирающий до костей. Охранник, оценив их внешний вид  слишком породистый для этого притона, но достаточно опасный, чтобы не задавать лишних вопросов молча кивнул и открыл дверь. В лицо им ударила волна раскаленного воздуха, запаха пота и резкого техно-ритма. Режущие темноту лазеры превращали движения толпы в рваные кадры кинохроники. Ада, не оборачиваясь, уверенно шагнула в этот неоновый хаос, и Леон последовал за ней, готовый к тому, что эта ночь клубе станет самой безумной в их долгой и порочной истории. Они протиснулись сквозь потную толпу к барной стойке, которая липла от пролитого алкоголя. Леон кивнул бармену, и через минуту перед ними возникли два стакана с чем-то янтарным и обжигающе крепким. Бас здесь был настолько плотным, что казался осязаемым -он вибрировал в груди, в костях, в самих напитках, которые они осушили одним глотком, даже не поморщившись. Они стояли у бара, лениво сканируя взглядами это человеческое месиво. Для них всё это выглядело донельзя скучно: потные тела в экстазе, примитивные движения, кто-то в углу уже самозабвенно впивался друг в друга, переплетаясь конечностями прямо на глазах у всех. Воздух был пропитан запахом электронных сигарет, дешевого спирта и животной, примитивной похоти. Всё это было слишком предсказуемо для тех, кто привык к играм покрупнее. Но внезапно ритм для Леона сбился. Посреди этой серой массы, залитой агрессивным красным неоном, он наткнулся на взгляд, который выбивался из общего хаоса. Недалеко от танцпола, в кругу смеющихся подруг, стояла девушка. Ее каштановые волосы были собраны в высокий хвост, а на лице играла живая, еще не испорченная этим местом улыбка. Но больше всего поражали её глаза которые были пронзительно-голубые, чистые, как ледяная вода, они сверкнули в свете стробоскопа. На ней была красная джинсовка, наброшенная поверх облегающего топа, что делало её образ одновременно простым и невероятно притягательным на фоне этой извращенной толпы. Девушка на мгновение замерла, почувствовав на себе чужой, тяжелый взгляд. Она перестала слушать подругу и посмотрела прямо на Леона. Между ними мгновенно возник контакт, настолько густой и интимно-напряженный, что пространство вокруг будто схлопнулось. Это был не просто интерес, это было столкновение хищника и чего-то чистого. Девушка, не привыкшая к такой откровенной и темной энергетике, не выдержала первой - она резко отвернулась, заметно смутившись, и попыталась снова вникнуть в разговор с подругами, хотя её руки теперь заметно подрагивали. Леон усмехнулся, чувствуя, как внутри просыпается азарт. Он слегка подтолкнул Аду локтем и коротким, едва заметным кивком указал на рыжеволосую незнакомку. Ада, уже ставшая слегка томной от выпитого, медленно повернулась. Она прищурилась, оценивая новую фигуру на их доске своим хищным взглядом. Когда она увидела эту девушку -это воплощение невинности, случайно зашедшее в их логово, её глаза моментально вспыхнули недобрым, манящим огнем. Она слизнула остатки крепкого напитка с нижней губы и посмотрела на Леона с понимающей полуулыбкой. Им не нужны были слова. В этом мимолетном обмене взглядами они считали желания друг друга: эта ночь только что получила свой главный трофей. Они осушили свои стаканы и, не сговариваясь, двинулись в самую гущу танцпола. Воздух здесь был еще плотнее, пропитан влагой и электричеством. Тела вокруг сливались в единый пульсирующий организм, двигаясь в такт этому безумному, почти гипнотическому ритму. Ада двигалась первой, прокладывая им путь сквозь потную толпу. Каждое ее движение было выверено годами и преисполнено той самой хищной грации, которая так манила Леона. Он шел следом, одной рукой придерживая ее за талию, чтобы не потерять в этом хаосе, а другой - расчищая пространство. Его взгляд, однако, был устремлен не на Аду, а чуть в сторону, туда, где они заметили рыжеволосую незнакомку. Она танцевала недалеко от них, в окружении своих подруг, но казалась отделенной от них каким-то невидимым барьером. Ее движения были более свободными, менее манерными, чем у остальных, и в этой ее простоте и непосредственности была какая-то особая, притягательная сила. На фоне вычурной сексуальности Ады ее невинность смотрелась особенно ярко, как свежий глоток воздуха в душной комнате. Ада тоже заметила, куда смотрит Леон, и лишь слегка улыбнулась уголком губ. Она не ревновала в их отношениях ревность была чем-то чужеродным и смешным. Наоборот, взгляд Ады, скользнувший по фигуре девушки, был полон того же хищного интереса. Она придвинулась ближе к Леону, прошептав ему на ухо, так чтобы он услышал сквозь рев колонок: - Она восхитительна. Слишком чистая для этого места. Тебе не кажется, что ей не хватает немного… нашего внимания? Леон не ответил, но его рука на ее талии сжалась крепче. Они продолжали танцевать, но их движения теперь были подчинены одной цели - наблюдению за девушкой. В свете стробоскопов ее лицо то вспыхивало ярким белым огнем, то погружалось во тьму, и в этой игре света и тени она казалась еще более загадочной и желанной. Им явно нравилась эта игра в кошки-мышки, и они знали, что в этой игре у них все карты на руках. Музыка набрала полные обороты, становясь единым ритмом с пульсом. Танцпол превратился в сплошное месиво из тел, пота и неонового света. Леон и Ада танцевали невероятно страстно, почти агрессивно, вплетаясь друг в друга в диком, первобытном ритме. Их движения были синхронны, полны порочной грации; Леон прижимал её к себе за талию, Ада запрокидывала голову, её каблуки выписывали невидимые узоры, и каждый их поворот, каждый взгляд, брошенный друг на друга, был пропитан накопленным за годы вожделением. Они словно заявляли всему клубу свои права друг на друга, но их общий интерес был устремлен в другую сторону. Где-то посреди этого хаоса девушка с рыжеватыми волосами продолжала танцевать со своими подругами. Но она больше не игнорировала присутствие этой странной, пугающей и манящей пары. Она чувствовала их взгляды, тяжелые и хищные, даже сквозь толпу. В какой-то момент, когда стробоскоп вспыхнул особенно ярко, она наткнулась на взгляд Леона, прижимающего к себе Аду. Девушка не отвернулась. Напротив, в её движении произошла едва заметная заминка, будто время для неё на мгновение замедлилось. Глядя прямо на них, она слегка, почти незаметно улыбнулась не испуганно, а скорее с вызовом или даже с интересом. В этой улыбке не было пошлости, лишь искреннее любопытство, столкнувшееся с явной угрозой. Отводя взгляд первой, она грациозно поправила волосы и что-то сказала подругам, после чего направилась к барной стойке, которая уже понемногу пустела. Леон и Ада обменялись быстрыми взглядами. Им не нужны были слова, чтобы понять: время пришло. Они дождались, пока девушка подойдет к бару и закажет что-то прохладительное, и спустя минуту, плавно скользя сквозь толпу, оказались рядом. Девушка стояла, опершись о липкую стойку, и задумчиво вертела в руках пустой бокал. Она заметила их приближение, но не подала виду. Ада, сохраняя безупречную походку на своих каблуках, встала прямо рядом с ней, так близко, что девушка могла почувствовать аромат её дорогих духов. Слегка tipsy, с глазами, горящими тем самым азартным огнем, Ада повернулась к незнакомке. Леон встал чуть позади Ады, положив руку ей на талию, и просто наблюдал, его лицо было непроницаемо, но взгляд говорил о многом. -Кажется, у меня закончились сигареты, - проинесла Ада глубоким, чуть хрипловатым голосом, который перекрывал бас, но звучал интимно. Она слегка наклонила голову, глядя на девушку сквозь полуопущенные ресницы. - Не угостишь зайка? Девушка в красной джинсовке на мгновение замерла, глядя в хищные и невероятно красивые глаза Ады. Она медленно вытащила из кармана пачку, достала одну сигарету и протянула её. Её пальцы слегка коснулись пальцев Ады, и этот короткий контакт заставил Клэр на мгновение задержать дыхание. В этот же момент Леон, стоящий за спиной Ады, наклонился и, совершенно не скрываясь, запечатлел медленный, обжигающий поцелуй на её шее, прямо под ушком. Ада даже не вздрогнула -она лишь прикрыла глаза, наслаждаясь моментом, и выпустила едва слышный вздох, который утонул в басах клуба. Этот жест был настолько интимным и собственническим, что Клэр невольно сглотнула, чувствуя, как краска снова приливает к её щекам. -Спасибо, - Ада наконец открыла глаза и посмотрела на девушку с легким прищуром. Она закурила, выдыхая тонкую струйку дыма в сторону. -Ты здесь выглядишь... необычно. Будто впервые забрела в такое извращенное место. Девушка неловко поправила хвост и чуть заметно улыбнулась, стараясь не смотреть на то, как рука Леона собственнически покоится на бедре Ады. - Вообще-то, почти так и есть, -призналась она, её голос звучал чисто и искренне на фоне этого извращенного праздника жизни. - Я учусь в колледже неподалеку. Мы с подружками решили отметить конец семестра, сдали последние экзамены... Вот, затащили меня сюда «развеяться». Ада понимающе кивнула, обмениваясь коротким взглядом с Леоном через плечо. Леон слегка усмехнулся, его взгляд потеплел, но в нем все еще читался опасный интерес. -Студентка, значит. Отличное время, чтобы совершать глупости, -протянула Ада, протягивая руку для знакомства. - Я - Ада. А этот нетерпеливый джентльмен - Леон. Девушка на мгновение замешкалась, глядя на их протянутые руки и ту уверенность, которую они источали. Затем она вложила свою ладонь в руку Ады и посмотрела прямо в глаза Леону. - Клэр, -ответила она, и в её голосе, несмотря на смущение, промелькнула та самая искорка, которая так зацепила их обоих на танцполе. -Меня зовут Клэр. Клэр чуть прищурилась, переводя взгляд с руки Леона на губы Ады, и, набравшись смелости, задала вопрос, который так и читался в её глазах: -А вы… ну, типа, встречаетесь? Вы выглядите так, будто знаете друг друга целую вечность. Ада и Леон обменялись коротким, почти неуловимым взглядом -смесью иронии и чего-то более глубокого. Леон лишь едва заметно усмехнулся, а Ада выпустила тонкую струю дыма, глядя на Клэр с той самой загадочной полуулыбкой, которая могла значить что угодно. - Скажем так, Клэр, -вкрадчиво произнесла Ада, подходя на полшага ближе, так что их плечи почти соприкоснулись. - Мы -старая привычка, от которой невозможно избавиться. И нам обоим иногда становится слишком скучно вдвоем. Леон кивнул бармену, заказывая еще три порции чего-то ледяного и прозрачного. Когда напитки оказались перед ними, они подняли бокалы. Атмосфера за баром изменилась: теперь это был не просто разговор, а тонкая, натянутая как струна игра. Выпив, Клэр почувствовала, как тепло разливается по телу, а страх перед этими двумя окончательно сменяется жгучим любопытством. Она видела, как Леон смотрит на неё не так, как смотрят обычные парни в клубе, а оценивающе, с каким-то темным одобрением. Ада тем временем не сводила с неё глаз, играя краем своего бокала. -Знаешь, Клэр,- начал Леон, его голос стал ниже и вибрировал в такт басам, - этот клуб… он полон посредственности. Люди здесь танцуют, чтобы забыться. А мы здесь, чтобы найти что-то особенное. Что-то, что выходит за рамки обычного вечера. Ада наклонилась к самому уху Клэр, так что та почувствовала жар её дыхания. - Мы как раз обсуждали, что этой ночи не хватает правильной компании. Третьего элемента, который сделал бы картину идеальной. Ты кажешься девушкой, которая не боится нарушать правила... если предложить ей что-то действительно стоящее. Намек был настолько тонким и одновременно откровенным, что Клэр почувствовала, как по спине пробежал ток. Леон положил свободную руку на барную стойку совсем рядом с рукой Клэр, едва касаясь её мизинцем. В этом жесте, как и в словах Ады, читалось недвусмысленное предложение: оставить этот скучный праздник и уйти туда, где правила колледжа больше не действуют. Клэр сделала долгий глоток, не сводя своих голубых глаз с Ады, а затем перевела взгляд на Леона. Она явно обдумывала услышанное, и на мгновение показалось, что она вот-вот смущенно извинится и убежит к своим подругам. Но алкоголь и азарт, вспыхнувший в ней еще на танцполе, взяли верх. Она поставила пустой бокал на стойку с сухим стуком и чуть заметно прищурилась. На её губах заиграла дерзкая, почти колючая усмешка, в которой не осталось и следа от невинной студентки. - «Третий элемент»? — повторила она, пробуя слова на вкус, и в её голосе прорезалась неожиданная уверенность. - Звучит так, будто вы ищете не компанию, а недостающую деталь для своего сломанного механизма. Она слегка наклонилась вперед, оказываясь в опасной близости к ним обоим, и посмотрела сначала на Аду, а потом на руку Леона, все еще лежащую на стойке. -Знаете, в колледже нас учат, что если паре «слишком скучно вдвоем», то им либо пора к психологу, либо они просто плохо стараются, - Клэр сделала паузу, наслаждаясь произведенным эффектом, и добавила, понизив голос до шепота: -Но вы двое... вы выглядите так, будто психолог тут уже не поможет. И если вы думали, что я просто испугаюсь ваших «тонких намеков», то вы сильно недооценили уровень сложности этой задачи. Она выдержала паузу, глядя на то, как в глазах Леона вспыхнуло искреннее восхищение её смелостью, а Ада едва заметно прикусила губу, явно не ожидав такого отпора. -Ну так что? - добавила Клэр, вызывающе вздернув подбородок. -Вы так и будете стоять здесь и сыпать метафорами, или у вас есть план поинтереснее, чем просто угощать меня выпивкой и пугать своей загадочностью? Леон и Ада на секунду замерли, явно не ожидая такой дерзости. Тишину между ними если её можно было так назвать в грохоте техно нарушил низкий, бархатистый смех Леона. Он качнул головой, и в его взгляде, до этого хищном, теперь читалось искреннее, почти мальчишеское уважение. -Уровень сложности, значит? -Леон подался вперед, сокращая дистанцию до минимума, так что Клэр могла почувствовать жар его тела. - Кажется, мы только что нашли того, кто не просто подыграет, а заставит нас самих попотеть. Ты права, Клэр. Психологи здесь бессильны. Ада же отреагировала иначе. Она медленно затянулась сигаретой, не сводя глаз с губ Клэр, а затем изящным движением затушила её прямо о край липкой барной стойки. В её глазах зажегся тот самый опасный блеск, который появлялся только тогда, когда игра становилась по-настоящему крупной. - Остра на язык, - протянула Ада, и в её голосе послышалось неприкрытое удовольствие. Она протянула руку и кончиками пальцев почти невесомо провела по воротнику красной джинсовки Клэр. - Люблю, когда «деталь» оказывается с характером. Это делает процесс сборки... гораздо увлекательнее. Ада переглянулась с Леоном, и в этом безмолвном диалоге старых сообщников пронеслось окончательное решение. -План поинтереснее? -Ада перевела взгляд обратно на Клэр, её голос стал тише, переходя в интимный полушепот. - У нас есть место неподалеку. Там нет этого шума, нет скучных людей и, что самое главное, там никто не будет мешать нам выяснять, насколько на самом деле высок твой «уровень сложности». Леон выпрямился, мягко, но уверенно перехватил ладонь Клэр и поднес её к своим губам, едва касаясь кожи, но не сводя глаз с её лица. - Ну так что, Клэр? - спросил он, и в его голосе звучал вызов. - Рискнешь уйти с незнакомцами в ночь, или вернешься к подружкам обсуждать сданные зачеты? Клэр бросила быстрый взгляд в сторону своих подруг, которые всё еще увлеченно что-то обсуждали, перекрикивая музыку. На её лице промелькнула лукавая улыбка. Она обернулась к ним и, изобразив на лице легкую усталость, махнула рукой, показывая на выход. -Всё, девчонки, я пас! Экзамены меня добили, еду спать, - крикнула она, сопровождая слова коротким, многозначительным подмигиванием, которое подруги в полумраке приняли за обычное прощание. Она развернулась и уверенной походкой направилась к тяжелым дверям клуба. Холодный ночной воздух ударил в лицо, мгновенно выветривая хмель, но не то странное, томительное предвкушение, которое поселилось внутри. Леон и Ада уже ждали её у входа, прислонившись к стене здания. В свете тусклого уличного фонаря они выглядели еще более эффектно и опасно: Ада, окутанная дымом последней сигареты, и Леон, внимательно сканирующий пустую улицу. Завидев Клэр, Леон выпрямился и сделал шаг навстречу. Он не сказал ни слова — просто поднял руку, и через мгновение перед ними затормозило такси. Желтые огни машины отразились в голубых глазах девушки, которая теперь стояла между ними, чувствуя, как захлопывается ловушка, в которую она вошла совершенно добровольно. Леон открыл заднюю дверь, пропуская дам вперед. Ада скользнула внутрь первой, забившись в самый угол и освобождая место в центре. Клэр, помедлив лишь секунду, села следом. Леон захлопнул дверь за собой, оказавшись с другого бока от неё. В тесном пространстве заднего сиденья атмосфера мгновенно стала запредельно интимной.Слева села Ада, от которой пахло дорогим табаком и тонкими духами; она сразу положила ногу на ногу, коснувшись бедром колена Клэр.а справа- Леон, чье плечо плотно прижалось к плечу девушки, а рука как бы невзначай легла на спинку сиденья за её головой. - Куда едем? - буркнул водитель, не оборачиваясь. Леон назвал адрес, и машина сорвалась с места, унося их прочь от неоновых огней клуба в глухую тишину спящих кварталов. В полумраке салона, под мерный гул мотора, Клэр почувствовала, как рука Леона медленно соскользнула с сиденья и легла ей на плечо, а Ада, не сводя с неё горящего взгляда, накрыла её ладонь своей. Игра официально вышла на новый уровень. Салон такси казался крошечным коконом, изолированным от спящего города за окном. Внутри было тесно, жарко и душно от невидимого напряжения. Клэр сидела в самом центре, зажатая между двумя полюсами этой опасной энергии. Ада сидела слева, расслабленно откинувшись на дверцу. Она медленно, почти лениво, положила свою ладонь на бедро Клэр. Это не было случайным касанием - её пальцы чуть сжались, чувствуя плотную ткань джинсов, и Ада использовала это как опору, чтобы грациозно податься вперед, к Леону. Ее колено плотно прижалось к ноге Клэр, лишая ту пространства для маневра. Леон, сидевший справа, только этого и ждал. Когда Ада потянулась к нему, он перехватил ее инициативу, запуская пальцы в её темные волосы и притягивая к себе. Их губы встретились в глубоком, изголодавшемся поцелуе. Это не было похоже на нежность -это была страсть людей, которые знали друг друга слишком долго и слишком хорошо. Звуки их поцелуев, тяжелое дыхание и приглушенный шорох одежды заполнили салон, перекрывая негромкое радио. Клэр оказалась в эпицентре этого пожара. Она чувствовала жар их тел с обеих сторон. Ада, даже не отрываясь от губ Леона, чуть повернула голову, открыв один глаз. Она смотрела прямо на Клэр сквозь пелену желания .Ее ладонь на бедре Клэр поднялась чуть выше, продолжая свою бесшумную провокацию. Смущенная и заведенная одновременно, Клэр отвела глаза и случайно поймала взгляд водителя в зеркале заднего вида. Пожилой таксист смотрел на них с явным неодобрением и раздражением, его брови были сердито сдвинуты, а руки крепче сжали руль. Он явно не подписывался на то, чтобы стать свидетелем такой откровенной сцены в своей машине. Клэр закусила губу, чувствуя, как краснеют уши, но Леон и Ада, казалось, совершенно забыли о существовании внешнего мира. Леон прижал Аду к себе еще крепче, его свободная рука соскользнула с ее плеча, едва не задев плечо Клэр, а их поцелуй становился всё более горячим и несдержанным. Машина подпрыгнула на кочке, толкнув их друг к другу еще плотнее, и в этом тесном пространстве Клэр поняла, что пути назад уже точно нет. Пока такси мчалось сквозь ночные кварталы, Ада решила, что тишины со стороны Клэр уже достаточно. Не разрывая горячего поцелуя с Леоном, она медленно переместила ладонь с бедра девушки выше. Ее тонкие, прохладные пальцы ловко скользнули под край красной джинсовки Клэр, а затем и под тонкую ткань топа. Клэр вздрогнула от неожиданности, когда почувствовала прикосновение к своей коже. Ада действовала уверенно и дразняще: ее ногти едва ощутимо задевали ребра, поднимаясь выше, заставляя Клэр судорожно выдохнуть. Леон в это время слегка отстранился от губ Ады, переводя дыхание, и его взгляд темный, затуманенный желанием сфокусировался на лице Клэр. Он протянул свободную руку и осторожно провел большим пальцем по ее нижней губе, словно проверяя ее на прочность. -Ты слишком напряжена, -прошептала Ада ей прямо в губы, наконец отпустив Леона. - Расслабься. Мы только начинаем. В этот момент машина резко затормозила у высокого кирпичного здания в индустриальном стиле. Пожилой таксист, чье терпение явно подошло к концу, нервно ударил по рулю. -Приехали. С вас тридцать пять, и проваливайте живее,- буркнул он, стараясь не смотреть в зеркало заднего вида. Леон усмехнулся, достал пару купюр и, не дожидаясь сдачи, бросил их на переднее сиденье. Он первым вышел из машины, галантно открывая дверь и протягивая руку сначала Клэр, а затем Аде. Как только дверь такси захлопнулась, водитель резко нажал на газ. В открытое окно донеслось его приглушенное, ворчливое: - Совсем стыд потеряли... Идите в отель, извращенцы чертовы! Леон и Ада одновременно прыснули со смеху. Ада элегантно поправила платье, прижимаясь к плечу Леона, а тот, приобняв Клэр за талию, посмотрел на удаляющиеся красные огни машины. -Кажется, мы испортили дедушке смену, - весело заметил Леон. - Ничего, - Ада обернулась к Клэр, её глаза в свете уличных фонарей казались почти кошачьими. -Главное, что наш вечер только что перестал быть «скучным». Они направились к массивному входу в здание, и эхо каблуков Ады по ночному тротуару звучало как предвестник чего-то, что Клэр запомнит на всю жизнь. Леон уверенно зашагал к стойке регистрации небольшого, но стильного мотеля, расположенного неподалеку от лофтов. Пока он оформлял номер, Клэр и Ада стояли чуть поодаль, прислонившись друг к другу. Алкоголь, громкий бас клуба и адреналин от поездки в такси сделали свое дело -девушек пробрало на хихиканье. Клэр, всё еще немного шокированная собственной смелостью, то и дело прикрывала рот ладонью, а Ада, сохраняя свою фирменную грацию, лишь лукаво щурилась, глядя на серьезную спину Леона. Получив ключ-карту, Леон обернулся и коротким жестом позвал их к лифту. Когда двери закрылись, отрезая их от сонного вестибюля, в кабине повисла густая, наэлектризованная тишина, которая через секунду взорвалась новым приступом смеха. Клэр, поймав в зеркале лифта взгляд Ады растрепанной, с размазанной помадой, но чертовски довольной, просто не смогла сдержаться. - Боже, вы видели лицо того таксиста? -выдавила она сквозь смех, едва удерживаясь на своих ногах. - Он выглядел так, будто собирается вызвать экзорциста, -отозвалась Ада, мягко толкая Клэр плечом и заставляя ту покачнуться в сторону Леона. Леон же, в отличие от них, казался сосредоточенным. Он стоял, широко расставив ноги и засунув руки в карманы куртки, глядя на меняющиеся цифры этажей. На его лице не было и тени смеха - только тяжелое, глубокое желание, которое делало его взгляд пугающе серьезным. Когда лифт качнулся и остановился, он наконец посмотрел на них. Его взгляд прошелся по раскрасневшейся Клэр и замер на Аде. -- Хватит цирка,- негромко произнес он, и от его низкого, властного тона смех у Клэр мгновенно застрял в горле. - Мы на месте. Он вышел в коридор первым, и его уверенные шаги эхом отдавались от ковровой дорожки. Клэр и Ада переглянулись. Веселье никуда не исчезло, оно трансформировалось в острое, тягучее предвкушение того, что произойдет за дверью номера под номером 302. Ада подмигнула Клэр, подтолкнула её вперед, и они последовали за ним, оставляя эхо своего смеха в закрывающихся дверях лифта. Дверь номера закрылась с тяжелым, окончательным щелчком, отсекая коридорную тишину. Внутри горел лишь тусклый торшер в углу, заливая комнату мягким золотистым светом. Ада, не теряя ни секунды, скинула свои туфли на шпильках и с кошачьей грацией опустилась на низкий кожаный диван, закинув ноги на кофейный столик. Клэр присела рядом, чувствуя, как мягкие подушки поглощают её тело, а сердце всё еще продолжает отстукивать ритм техно из клуба. Леон прошел прямиком к минибару. Раздался негромкий гул холодильника и звон стекла. Он достал бутылку дорогого крепкого бурбона, с сухим хрустом сорвал акцизную марку и открутил крышку. Не тратя времени на стаканы, он сделал долгий, глубокий глоток прямо из горлышка. Его кадык дернулся, а глаза на мгновение прикрылись от обжигающего вкуса. Он подошел к дивану и протянул бутылку Аде. Она перехватила её, коснувшись его пальцев своими, и тоже сделала глоток, прищурившись от удовольствия. Затем она, не глядя, передала бутылку Клэр. Та, помедлив секунду, приняла «эстафету». Горьковатая жидкость обожгла горло, окончательно смывая остатки неуверенности. -Ну что, Клэр, -Леон прислонился к косяку, скрестив руки на груди и не сводя с девушки пристального, потяжелевшего взгляда. - Твой колледж сейчас кажется чем-то из другой жизни, да? Клэр вытерла губы тыльной стороной ладони и поставила бутылку на столик. - Кажется, что это было в другом измерении, - призналась она, глядя то на него, то на Аду, которая уже начала лениво перебирать пальцами пряди её волос. -Но я всё еще не понимаю... зачем вам я? Вы же и так... ну, искрите друг от друга. Ада тихо рассмеялась, придвигаясь к Клэр почти вплотную, так что их плечи соприкоснулись. - Мы с Леоном -это классика, дорогая. А классика иногда требует свежих нот, чтобы не превратиться в рутину. Ты - та самая нота, которую мы оба захотели услышать. -Вопрос в том, - подал голос Леон, делая шаг вперед и нависая над ними,- готова ли ты просто слушать, или сама хочешь задать этот ритм? Мы здесь не для того, чтобы ты просто наблюдала. Мы здесь, потому что нам всем троим сегодня было мало того «веселья», что предлагал город. Клэр почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Леон стоял так близко, что она чувствовала запах его парфюма и бурбона, а Ада рядом была воплощением мягкой, но неоспоримой провокации.Клэр сделала еще один глоток из бутылки, чувствуя, как огонь бурбона окончательно выжигает остатки её робости. Она посмотрела на Аду, чьи пальцы всё еще играли с её волосами, а затем перевела взгляд на Леона. -Значит, я - свежая нота? - Клэр дерзко усмехнулась, ставя бутылку на стол с чуть более громким стуком, чем планировала. - Надеюсь, у вас хороший слух, потому что я не привыкла быть просто фоновым шумом. Если вам нужна искорка, то смотрите, чтобы она не превратилась в пожар, который вы не сможете потушить. Этот ответ явно пришелся Аде по вкусу. В её глазах промелькнуло хищное одобрение, и она, окончательно отбросив лень, придвинулась к Клэр вплотную. -Вызов принят, - прошептала Ада, и её голос теперь звучал как низкое мурлыканье. Она стала действовать гораздо смелее. Ее ладонь, до этого просто лежавшая на плече Клэр, скользнула вниз, уверенно очерчивая изгиб талии. Ада мягко толкнула Клэр, заставляя её глубже погрузиться в мягкие подушки дивана, и нависла сверху, блокируя любое пространство. Ее губы едва касались шеи девушки, обдавая кожу жарким дыханием, а свободная рука начала медленно расстегивать верхние пуговицы красной джинсовки Клэр. Клэр почувствовала, как перехватило дыхание. Вместо того чтобы отстраниться, она подалась навстречу, её пальцы судорожно вцепились в шелковистую ткань платья Ады. Она чувствовала себя одновременно и добычей, и участницей этой захватывающей охоты. Леон всё это время не двигался, оставаясь в тени у косяка. Он наблюдал за тем, как Ада умело «вскрывает» защиту Клэр, и в его взгляде читалось темное, концентрированное предвкушение. Он видел, как зрачки Клэр расширились, а её дыхание стало рваным, когда Ада перешла от дразнящих касаний к более откровенным. - Видишь, Леон? -Ада обернулась к нему на секунду, не убирая рук от Клэр. - Наша студентка оказалась куда способнее, чем мы думали. Она не просто дает искру... она уже начинает гореть. Леон наконец оторвался от стены и медленно двинулся к ним, расстегивая на ходу ворот своей куртки. Граница между разговорами и действием была стерта окончательно. Свет торшера рисовал длинные тени на стенах, пока три фигуры на диване сплетались в единый узел, в котором невинность колледжа окончательно растворялась в порочном опыте старых друзей. Леон стоял в паре шагов от дивана, и его взгляд стал тяжелым, почти осязаемым. Он не спешил вмешиваться, наслаждаясь зрелищем того, как две женщины -одна воплощение порочного опыта, другая - внезапно проснувшейся страсти -сплетаются в единое целое. Его рука медленно опустилась вниз, и он коротким, собственническим жестом сжал бугорок, отчетливо проступивший на ткани его джинсов. Это движение было непроизвольным, вызванным тем диким возбуждением, которое охватило его при виде того, как Ада «вскрывает» невинность этой ночи. Ада, почувствовав его пристальное внимание, стала действовать еще более открыто и дерзко. Она окончательно избавилась от лишних церемоний. Одной рукой она заставила Клэр запрокинуть голову, открывая линию шеи, в которую тут же впилась жадным поцелуем, оставляя яркий след на нежной коже. Вторая её рука, уже не таясь, скользнула под топ Клэр, уверенно и настойчиво сминая её тело, заставляя девушку выгибаться навстречу этим касаниям. - Посмотри на неё, Леон, -прошептала Ада, едва оторвавшись от кожи Клэр, её голос был пропитан патокой и желанием. - Она уже совсем не думает о своих подружках или завтрашних лекциях. Клэр, чьё дыхание превратилось в прерывистые всхлипы, больше не пыталась казаться колкой или ироничной. Она полностью отдалась во власть рук Ады, её пальцы судорожно сжимали обивку дивана, а глаза, затуманенные удовольствием, искали взгляд Леона. Она видела, как он стоит напротив, напряженный как струна, и как его рука продолжает дразнить ткань джинсов, и это зрелище заводило её ещё сильнее. Ада перешла к более решительным действиям: она ловко расправилась с ремнем на джинсах Клэр, её движения были быстрыми и точными, не оставляющими места для сомнений. Она лезла к ней в открытую, дразня, провоцируя и лаская одновременно, пока Клэр окончательно не потеряла связь с реальностью, растворяясь в этом контрасте между прохладными пальцами Ады и обжигающим взглядом Леона, который уже сделал первый шаг к ним, готовый из зрителя превратиться в главного участника этого безумия. Леон стоял в паре шагов от них, и его самообладание, которое он так старательно хранил весь вечер, окончательно пошло трещинами. Вид того, как Ада его давняя сообщница во всех грехах умело и властно распоряжается телом Клэр, возбудил его до чертиков. Кровь тяжелым молотом стучала в висках, а джинсы стали невыносимо тесными, впиваясь в пах и напоминая о каждом движении. Он больше не скрывал своего состояния: его дыхание стало шумным и прерывистым, а пальцы, сжимавшие край куртки, побелели в суставах. Он был на грани, наблюдая за этим идеальным контрастом между темным шелком платья Ады и светлой кожей Клэр. Ада, почувствовав, что Леон дошел до кондиции, лишь сильнее вошла в роль. Она переключила всё свое внимание на губы Клэр. Запустив пальцы в рыжевато-каштановые волосы девушки и слегка оттянув их назад, она заставила Клэр посмотреть себе прямо в глаза. -Ты такая податливая, - промурлыкала Ада, и в следующую секунду её губы накрыли рот Клэр в глубоком, властном поцелуе. Это не было похоже на робкое знакомство. Ада целовала её в открытую, жадно, пробуя на вкус её испуг и пробуждающуюся страсть, смешанную с привкусом бурбона. Она лезла к ней с той же бесцеремонностью, с какой забирала всё, что хотела в этой жизни. Клэр, оглушенная напором, сначала замерла, но уже через секунду её руки сами собой взлетели вверх, обвивая шею Ады. Она отвечала на поцелуй, неловко, но с отчаянным желанием соответствовать этому безумному ритму. Леон сделал шаг вперед, и тень от его высокой фигуры накрыла девушек на диване. Он больше не мог быть просто зрителем. -Ада, ты её совсем замучаешь, - хрипло произнес он, и этот голос, вибрирующий от запредельного возбуждения, заставил Клэр вздрогнуть. Он опустился на колени перед диваном, оказавшись на уровне их лиц. Его взгляд, горящий темным голодным огнем, метался между зацелованными губами Клэр и торжествующей полуулыбкой Ады. Он протянул руку и накрыл ладонь Ады, которая всё еще покоилась под одеждой Клэр, объединяя их движения в одно целое. Ада полностью перешла в наступление, и Клэр, зажатая между двумя полюсами этой хищной энергии, больше не пыталась сопротивляться. Это был уже не дразнящий поцелуй, а полноценное, властное завоевание. Ада, точно так, как показано на изображении, запустила одну ладонь в каштановые волосы Клэр, слегка оттягивая их назад, чтобы заставить девушку полностью открыть шею и запрокинуть голову. Ее губы, горячие и настойчивые, сминались с губами Клэр в глубоком, изголодавшемся ритме. Свободной рукой Ада придерживала Клэр за талию, прижимая к себе настолько плотно, что Клэр могла чувствовать каждый изгиб ее тела. Клэр судорожно вздыхала, ловя ртом воздух, ее пальцы бессильно вцепились в шелковистую ткань платья Ады, когда она отвечала на этот неистовый напор. В то же самое время Леон, до этого наблюдавший сбоку, больше не мог оставаться в стороне. Его возбуждение достигло пика, и он, опустившись на колени, оказался с другой стороны от Клэр. Он подался вперед, оказываясь вплотную к ее рыжеватым волосам. Клэр вздрогнула, когда почувствовала его жаркое дыхание у своего уха. Леон зарылся лицом в ее волосы, делая глубокий, шумный вдох, жадно впитывая их запах - смесь дешевого шампуня, клубного дыма и ее собственного, чистого, сводящего его с ума аромата. Его пальцы, напряженные от нетерпения, пробежали по ее плечу, заставляя кожу покрыться мурашками. Оторвавшись от ее волос, он перешел к действию: его губы коснулись чувствительной кожи шеи Клэр, прямо под мочкой уха, оставляя серию медленных, влажных поцелуев. . В какой-то момент напряжение между тремя телами достигло критической точки. Клэр, оказавшаяся в эпицентре этой бури, сама того не осознавая, стала катализатором, который окончательно столкнул Леона и Аду. Оторвавшись от шеи девушки, Леон встретился взглядом с Адой - их глаза, темные и затуманенные общим желанием, сверкнули в тусклом свете номера. Игнорируя всё остальное, они одновременно рванулись друг к другу прямо над задыхающейся Клэр. Это было столкновение двух стихий: их губы встретились в яростном, почти болезненном поцелуе, в котором смешались вкус бурбона и годы взаимного влечения. Леон жадно впился в рот Ады, сминая её губы, а её пальцы с силой впились в его плечи, притягивая еще ближе. Клэр оказалась прижата к подушкам их переплетенными телами, чувствуя на себе всю мощь этой связи. Раздевание началось лихорадочно, почти вслепую. Леон, не прерывая поцелуя, рванул край своей футболки, избавляясь от нее одним движением и обнажая напряженные мышцы. Ада, извиваясь под его руками, ловко потянула за замок на своем платье, и шелковистая ткань соскользнула с её плеч, открывая вид на идеальную кожу и кружевное белье. Они действовали синхронно, как будто этот танец был отрепетирован тысячу раз в их общих фантазиях. Клэр, вовлеченная в этот водоворот, больше не была зрителем. Ее руки помогали Леону справиться с ремнем, пока Ада, дразняще улыбаясь сквозь поцелуй, помогала самой Клэр окончательно избавиться от джинсовки и топа. Одежда летела на пол беспорядочными кучами - хлопок, кожа, шелк смешивались в одно целое. Когда последняя преграда в виде ткани исчезла, атмосфера в комнате окончательно изменилась. Тела сплелись в один горячий узел на широком диване, переходя в ту стадию, где слова становятся лишними. Леон, зажатый между двумя женщинами, чувствовал нежную кожу Клэр с одной стороны и властную, привычную хватку Ады с другой. Леон окончательно утратил всякое терпение, и его движения стали воплощением грубой, необузданной страсти. Он широко развел колени Клэр, устраиваясь в этом тесном пространстве, и его горячее дыхание обжигало внутреннюю сторону ее бедер, заставляя девушку судорожно вздрагивать. Ада в этот момент нависла над ней, полностью перекрывая обзор, и их губы встретились в изголодавшемся, порочном поцелуе. Это было глубокое, влажное исследование: Ада жадно всасывала язык Клэр, заставляя их вкусы смешиваться в единый коктейль из бурбона и желания, пока их слюна нитью тянулась между губами, блестя в тусклом свете торшера. Когда Леон внизу перешел к самым откровенным и глубоким ласкам, Клэр выгнулась дугой, издав надрывный, захлебывающийся стон прямо в рот Ады. Ада лишь победно прищурилась и, медленно отстранившись от губ, проложила дорожку из влажных поцелуев вниз по шее к груди. Она бесцеремонно рванула край лифа, освобождая набухшие, ярко-розовые соски Клэр, которые уже стали твердыми как камни от возбуждения. Ада действовала с какой-то извращенной нежностью: она медленно выпускала густую слюну прямо на вершину груди, глядя, как капля медленно стекает по коже, прежде чем обхватить сосок губами и втянуть его максимально глубоко. Она всасывала плоть Клэр так сильно и грязно, что был слышен характерный влажный звук, то и дело прикусывая чувствительные бугорки зубами и перекатывая их языком. Грудь девушки стала совершенно мокрой, пылающей под напором языка Ады, в то время как Леон внизу доводил ритм до предела. Клэр металась на подушках, её пальцы судорожно впились в плечи Леона, а из горла вырывались бессвязные мольбы, пока эти двое опытных хищников методично и слаженно превращали её тело в дрожащий комок оголенных нервов, не оставляя ни одного сантиметра кожи без своего обжигающего внимания. Когда Леон, наконец, отстранился от Клэр, оставив её клитор пылающим и влажным от своих жадных ласк, девушка была уже на самом пике, дрожа всем телом от невыносимого напряжения. Но Леон не собирался давать ей разрядку так просто. Одним грубым, животным движением он переключил внимание на Аду, которая всё это время с хищным восторгом наблюдала за мучениями Клэр. Он схватил Аду за бедра и потянул на себя, обращаясь с ней подчеркнуто жестко и бесцеремонно, заставляя её занять нужную позицию. Ада не только не сопротивлялась, она буквально плавилась от этой грубости, извиваясь под его руками; было видно, что она течет от возбуждения, предвкушая то, что сейчас произойдет. Они устроились в сложной, тесной позе: Ада лежала, прижатая к дивану, а Клэр оказалась прямо перед её лицом, став живым щитом и соучастницей одновременно. Пока Леон, тяжело дыша, натягивал презерватив, его пальцы впились в талию Ады, оставляя красные следы на бледной коже. В этот момент Ада и Клэр снова нашли друг друга. Ада вцепилась в затылок Клэр, притягивая её к себе для очередного глубокого, тягучего поцелуя, в то время как Леон, издав глухой рык, вошел в Аду одним мощным, заполняющим толчком. Ада резко выгнулась, её спина напряглась, а из горла вырвался приглушенный стон, который утонул в губах Клэр. В разгаре ритма Ада на мгновение оторвалась от Клэр и, заломив шею, посмотрела на Леона через плечо -это был абсолютно порочный, «шлюховатый» взгляд, полный вызова и темного торжества. Она словно дразнила его, демонстрируя, как сильно он ей владеет в этот момент. Но уже через секунду она с тихим смешком вернулась к Клэр, снова впиваясь в её рот, пока Леон сзади задавал их общему безумию жесткий, неумолимый темп, заставляя обеих женщин содрогаться в едином ритме похоти. Леон действовал с первобытной жесткостью, окончательно отбросив любые намеки на нежность. Он крепко сжал бедра Ады, задавая резкий, рваный темп, от которого диван жалобно скрипел. Время от времени он с силой оттягивал её голову назад за волосы, заставляя Аду выгибать шею и смотреть на него снизу вверх. В её глазах, обычно холодных и расчетливых, теперь плескалось нечто совершенно иное - затуманенный, почти умоляющий взгляд, в котором смешались боль и запредельное удовольствие. Этот вид сломленной гордости Ады заводил Леона больше всего на свете, заставляя его входить в неё еще мощнее, до самого упора. Ада, принимая эту грубость как высший дар, перенаправила всю свою накопившуюся страсть на Клэр. Находясь на коленях и будучи насаженной на Леона, она низко склонилась, буквально зарываясь лицом между широко разведенными ногами девушки. Клэр, лежащая на спине и прижатая к подушкам весом этого переплетенного союза, могла только судорожно хватать ртом воздух, пока Ада вплотную занялась её промежностью. Горячий, искусный язык Ады начал методично и жадно исследовать нежную плоть Клэр. Она действовала напористо, то дразня чувствительный центр кончиком языка, то полностью накрывая его губами и всасывая так сильно и грязно, что Клэр выгибалась дугой, теряя связь с реальностью. Клэр чувствовала, как её тело содрогается от каждого движения Ады, в то время как сверху над ними возвышался Леон, чей тяжелый, размеренный ритм передавался им обеим. Вся комната наполнилась звуками шлепков тел, влажным чавканьем ласк и сдавленными стонами Клэр, которая оказалась в самом центре этого порочного круга. Ада не прекращала терзать её своим языком даже тогда, когда Леон сзади перешел на самый быстрый, животный темп, заставляя их тела содрогаться в едином, грязном экстазе. Клэр вцепилась руками в обивку дивана, её глаза закатились, а из горла вырывался непрерывный хрип, пока Ада продолжала доводить её до полного изнеможения, превращая финал этой ночи в настоящий триумф бесстыдства. Через некоторое время, когда жара в комнате стала почти невыносимой, они решили сменить ритм. Леон повалился на спину, тяжело дыша, и Ада с Клэр мгновенно перестроились, превращая его тело в свой личный алтарь удовольствия. Теперь расстановка сил стала еще более изощренной и откровенной. Ада, не желая прерывать своего господства над чувствами Клэр, устроилась прямо на лице Леона. Она опустилась на него, широко разведя бедра, так что он оказался полностью погребен под ее телом. Леон жадно впился губами в ее плоть, его язык работал неистово, а руки крепко сжимали ее ягодицы, помогая ей удерживать равновесие. Ада выгибалась, закусывая губу, и ее стоны теперь заглушались движениями Леона, который доводил ее до исступления снизу. В это же время Клэр оказалась верхом на Леоне, лицом к Аде. Она медленно опустилась на него, чувствуя, как он заполняет ее целиком. Ее тело, уже разгоряченное и влажное от ласк Ады, теперь содрогалось от каждого глубокого толчка Леона снизу. Клэр и Ада оказались лицом к лицу, их разделяло всего несколько сантиметров. Ада, даже будучи занятой Леоном, протянула руки и вцепилась в плечи Клэр, притягивая ее для глубокого, рваного поцелуя. Это было невероятное зрелище: Клэр ритмично двигалась на Леоне, ее грудь тяжело вздымалась, а соски, все еще мокрые от слюны Ады, терлись о живот и грудь женщины напротив. Они целовались в открытую, грязно, делясь друг с другом звуками своих стонов и вкусом Леона. Ада по-хозяйски перехватила Клэр за затылок, направляя ее движения, пока Леон под ними обоими задавал мощный, животный темп. Вся их конструкция двигалась в едином, безумном порыве. Клэр чувствовала, как внутри нее нарастает пульсация, а Ада сверху на лице Леона уже задыхалась от удовольствия. Воздух наполнился влажными звуками тел, резким запахом секса и хриплыми выдохами. Клэр видела перед собой затуманенные глаза Ады и чувствовала, как Леон внутри нее становится все тверже и горячее, ведя их всех к одновременному, сокрушительному финалу, который стер последние границы между ними. Комната была наполнена тяжелым, влажным звуком тел и прерывистым дыханием. Клэр, сидя верхом на Леоне, окончательно потеряла контроль: каждое его движение снизу отзывалось в ней мощным импульсом, заставляя ее тело содрогаться. Из ее горла вырывались громкие, несдержанные стоны, которые Ада ловила прямо у ее губ. Ада действовала как опытный дирижер этой страсти: она впивалась в рот Клэр, буквально высасывая каждый ее возглас, и ее язык входил глубоко, сплетаясь с языком девушки в жадном, грязном танце. Она не давала стонам Клэр раствориться в воздухе, поглощая их целиком и возвращая назад вместе с жарким дыханием и вкусом бурбона. Под ними обоими Леон продолжал свой неумолимый ритм. Его лицо, погребенное под бедрами Ады, теперь полностью блестело от обильной влаги. Соки Ады, смешанные с капельками пота и его собственной слюной, покрывали его щеки, губы и подбородок густым, скользким слоем. В тусклом свете торшера кожа Леона сияла, подчеркивая первобытный характер того, что происходило. Он неистово работал языком, доводя Аду до исступления, и она, чувствуя этот напор, сжимала его голову своими бедрами всё сильнее, выгибая спину навстречу Клэр. Клэр, ослепленная удовольствием, вцепилась в плечи Ады, её ногти оставляли глубокие следы на бледной коже. Она чувствовала, как Ада сверху терзает её губы, а Леон снизу заполняет её до предела. Блеск влаги на лице Леона, мокрые груди девушек, трущиеся друг о друга в такт движениям, и бесконечный обмен стонами превратили пространство дивана в единый, пульсирующий организм. Ада на мгновение отстранилась от губ Клэр, облизывая свои намокшие губы и глядя на девушку затуманенным, торжествующим взглядом. Она провела ладонью по лицу Леона, размазывая влагу еще сильнее, и снова потянула Клэр к себе. Оргазм был уже близко: Клэр забилась в конвульсиях, её стоны стали надрывными и частыми, а Ада, чувствуя, как Леон внизу достигает своего пика, накрыла её рот последним, самым долгим поцелуем, запечатывая этот момент абсолютного бесстыдства. Когда ритм наконец достиг своего апогея, и девушки, сотрясаемые мощными оргазмами, изнеможденно повалились на него, Леон почувствовал, что и его предел уже близок. Он помог им спуститься с дивана на пол, и теперь они обе стояли на коленях прямо перед ним. Воздух в комнате был пропитан ароматом их тел и свершившейся близости. Когда Леон, окончательно обезумев от этого зрелища, сорвал с себя презерватив и бросил его куда-то в сторону, Ада и Клэр уже ждали его, стоя на коленях вплотную друг к другу. После сокрушительных оргазмов их тела всё еще подрагивали, а кожа лоснилась от пота, но голод в глазах стал только злее. Они набросились на него вдвоем, превращая это в соревнование: их головы двигались в рваном, жадном темпе, а рты были широко открыты, поглощая его целиком. Они действовали грязно, намеренно сталкиваясь лицами и языками, лизали друг друга прямо в процессе, смешивая слюну и смазку. Клэр, окончательно потеряв всякую невинность, всасывала его с той же жадностью, что и опытная Ада, пока та властно придерживала ее за затылок, направляя движения. Развязка наступила мгновенно и грубо. Леон, не сдержавшись, с хриплым рыком кончил прямо им на лица, заливая губы, подбородки и распахнутые рты густыми, горячими струями. Белые брызги попали на щеки и даже на ресницы, подчеркивая их порочный вид в полумраке номера. Не давая сперме остыть, Ада тут же вцепилась в губы Клэр. Это был самый грязный поцелуй за всю ночь: они жадно слизывали семя друг с друга, размазывая его языками по щекам и губам. Они буквально делили этот трофей, передавая вязкую жидкость из рта в рот, пока их лица не стали полностью испачканы и мокры. Сперма тянулась нитями между их губами, когда они на секунду отстранялись, чтобы глотнуть воздуха, и тут же снова впивались друг в друга, торжествующе глядя на Леона сквозь затуманенные маски наслаждения и бесстыдства. Когда комната наконец затихла, а тяжелое дыхание сменилось ровным, они втроем вповалку улеглись на широком диване, не заботясь о том, чья рука или нога где находится. Тела были тяжелыми, расслабленными и всё еще хранили на себе влажный блеск прошедшей ночи. Рассвет за окном едва начинал окрашивать небо в серый цвет, пробиваясь сквозь щели штор и освещая разбросанную по полу одежду. Ада, лежащая в центре и лениво перебирая пальцами волосы Клэр, нарушила тишину первой. Ее голос звучал хрипло и по-утреннему мягко, растеряв всю свою обычную колкость. - Слушай, -Ада повернула голову к Клэр, чьи глаза уже начали слипаться от усталости. - Дай-ка свой телефон. Мало ли, вдруг нам снова станет скучно в этом городе, или ты решишь, что одной искры тебе было мало. Она произнесла это максимально просто, без лишних церемоний, словно предлагала зайти на чашку кофе, хотя все трое прекрасно понимали, что за этим стоит. Клэр, не в силах даже приподняться, нащупала свой мобильный в кармане джинсов, брошенных рядом, и протянула его Аде. Ада быстро вбила свой номер, сделала «дозвон» и вернула гаджет владелице, слегка коснувшись её ладони кончиками пальцев. Леон, приобнимая их обеих за плечи, только довольно хмыкнул, притягивая их ближе к себе. -Хорошая мысль,- пробормотал он, уже проваливаясь в сон. -Повторить точно стоит. Клэр прижала телефон к груди, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло. В этом жесте не было никакой драмы или обязательств - только открытая дверь в мир, о котором она еще вчера даже не смела мечтать. Через несколько минут тихий соп вперемешку с мерным тиканьем часов окончательно погрузил номер в сон, оставив все грязные секреты этой ночи под надежной защитой утренних сумерек.