Уравнение Хаоса

Это был лишь вопрос времени. Золотая нить, связавшая их запястья, давно перестала быть новостью для Леса, но именно сегодня терпение высшего общества Эверглума окончательно лопнуло. Двери из чёрного дерева с грохотом разошлись в стороны. В приёмную Магистра Контрактов ворвались три самые влиятельные фигуры Леса: Верховный Друид, Глава Торговой Гильдии и лорд-командующий эльфийской стражи. Они кипели от праведного гнева, потрясая свитками с жалобами и требуя немедленной аудиенции. В кабинете же царила идеальная тишина. Ирриан сидел за своим массивным столом, безупречно одетый в тёмно-синий камзол, и с ледяным спокойствием изучал длинный столбец цифр на плотном пергаменте, отбивая ровный, гипнотический ритм тяжёлым пером. Источник всех бед нагло развалился прямо на широком подлокотнике кресла Магистра, закинув ногу на ногу. На Ренсо была расстёгнутая почти до талии шёлковая рубашка, обнажающая горячую кожу, а в руках он задумчиво вертел золотой кубок, украденный у кого-то из посетителей Нижних Садов. Его световые хвосты лениво свисали вниз, отбрасывая на тёмный ковёр мягкие изумрудные блики. — Магистр Контрактов! — начал Верховный Друид, чей голос срывался от сдерживаемой ярости. — Мы требуем правосудия! Ваше… ваше стихийное бедствие перешло все границы! Ирриан не поднял глаз от пергамента. — Говорите по существу, Друид. Моё время стоит слишком дорого. Вы уже потратили достаточно, чтобы обанкротить небольшую провинцию. Верховный Друид поперхнулся от возмущения. Глава Торговой Гильдии, огромный орк, возвышающийся над остальными на добрых две головы, тяжело шагнул вперёд: — Он искривил гравитацию под Шёлковыми Мостами! Наши караваны сегодня утром обнаружили, что вынуждены идти вверх ногами над пропастью! Товары едва не рухнули в бездну! — А ещё он перекрасил священные статуи Первородных Эльфов в Светящихся Пещерах! — прошипел лорд-командующий, чьё аристократическое лицо пошло некрасивыми красными пятнами. — Они теперь пульсируют вульгарным цветом брачного оперения каких-то болотных птиц! Это богохульство! Вы должны его усмирить! Наденьте на него Тёмный Эфириум! Заприте его в клетку, пока он не разрушил весь Эверглум! Ренсо звонко рассмеялся, отпивая из кубка. Так и не удостоив делегацию взглядом, он изящно наклонился и по-хозяйски опустил локоть на плечо Ирриана. Лис чуть наклонил бокал, с показательным интересом изучая, как изумрудные блики луны скользят по золотой гравировке. — Болотных птиц? Ваш эстетический кругозор удручает, командующий, — мурлыкнул Лис, покачивая ногой в нелепой, пушистой тапочке из меха сноходца. — Это не перья. Это глубокий, вибрирующий оттенок пещерной орхидеи в период цветения. Согласитесь, он так освежает их унылые каменные лица. — Молчать, зверёныш! — рявкнул эльф, хватаясь за эфес меча. Скрип пера оборвался. Тихой, безукоризненно точной серией движений Ирриан отложил золотое перо, промокнул чернила и лишь затем поднял взгляд. Температура в кабинете, казалось, упала до состояния звенящей изморози. Атмосфера сгустилась, давя на барабанные перепонки невыносимым, почти физически осязаемым гнётом. Лицо Магистра Контрактов было абсолютно спокойным, но от этого спокойствия у лорда-командующего заледенела кровь. — Вы находитесь в моём кабинете, лорд Илтис, — ровно произнёс Ирриан. — И вы только что позволили себе обнажить агрессию в сторону того, кто принадлежит мне. Если ваша рука не уберётся с эфеса до того, как я сделаю следующий вдох, я аннулирую права вашей семьи на владение землями. Эльф побледнел и поспешно отдёрнул руку от меча. Ирриан откинулся на спинку кресла. Ренсо с довольной улыбкой собственнически скользнул горячими пальцами по воротнику Магистра, наслаждаясь этим зрелищем. — Теперь перейдём к вашим жалобам, — Ирриан сложил пальцы домиком, включив свой холодный, аналитический расчёт. — Гравитация на Шёлковых Мостах. Мосты были перегружены. Логистика Торговой Гильдии не справлялась с трафиком. Инверсия гравитации, которую устроил Ренсо, создала вторую плоскость для движения под мостом. Вы прогнали в два раза больше караванов за то же время, увеличив дневную прибыль Гильдии ровно на три восьмых доли. Вы пришли жаловаться или платить мне комиссионные за оптимизацию маршрута? Орк-торговец открыл рот, беззвучно пошевелил губами, подсчитывая в уме цифры, и медленно попятился назад. — Что касается статуй, — Ирриан перевёл взгляд на Друида. — Вы жаловались на их эрозию последние пять Кругов, не предпринимая ничего. Люминесцентный мох, который Ренсо вплёл в камень, обладает связующей корневой системой. Он намертво запечатал микротрещины базальта. Ваши драгоценные изваяния простоят ещё как минимум полный Эон, прежде чем вам снова придётся о них беспокоиться. Магистр плавно поднялся с кресла, и его абсолютная, подавляющая власть мгновенно заполнила собой всё пространство, заставляя эльфов и огромного орка инстинктивно вжать головы в плечи. Ренсо остался сидеть на подлокотнике, с обожанием наблюдая, как его Магистр методично размазывает элиту Эверглума по стенке. — Вы пришли сюда требовать, чтобы я надел ошейник на того единственного, кто заставляет эту закостенелую, гниющую экосистему двигаться вперёд, — голос Ирриана обрёл тёмную, угрожающую плотность. — Вы привыкли к стагнации. Ренсо приносит хаос, а я превращаю его хаос в рентабельность. Мы — идеальное уравнение. И если кто-нибудь из вас ещё раз осмелится произнести в моём присутствии слова «Тёмный Эфириум» или «клетка» по отношению к нему… Ирриан сделал шаг к лорду-командующему, опасно сокращая дистанцию. — …я лично запатентую ваши родовые имена через теневые реестры Синдиката. И до конца своих дней вы будете платить мне роялти каждый раз, когда кто-то осмелится с вами поздороваться. Аудиенция окончена. Тройка самых влиятельных существ Эверглума покинула кабинет в оглушительной, скомканной спешке, словно за ними гналась стая химер. Двери с глухим стуком захлопнулись. В кабинете снова повисла тишина. Ренсо отставил кубок в сторону, соскользнул с подлокотника и подошёл к Ирриану со спины. Он обвил руками широкие плечи Магистра, прижимаясь горячей щекой к его спине и обдавая запахом свежей хвои, смешанным с пряным ароматом вина. — Знаешь, Ирриан, — тихо, искрясь от смеха, произнёс Лис, — когда ты начинаешь угрожать людям приватизацией их собственных имён… это невероятно заводит. Ирриан развернулся, перехватил Лиса за талию и властно притянул его к себе. В глазах Магистра больше не было делового холода, там полыхала собственническая, тёмная нежность. — Брачное оперение, Ренсо? — уголки губ Ирриана дрогнули в сдающейся усмешке. — Серьёзно? — Своё оперение я распускаю только для тебя, — мурлыкнул Лис. В его глазах мелькнула хищная, насмешливая искра. Он чуть подался вперёд, позволяя Магистру зарыться пальцами в свои волосы, и Ирриана мгновенно окутало тяжёлым, дурманящим запахом нагретой хвои. — А для всего остального мира этот яркий цвет — знак токсичности. Крик природы: «не трогай, убьёт». Я просто напоминаю им, Ирриан. Мой яд смертелен для всех… кроме того, кто уже выработал к нему абсолютный иммунитет. Они стояли в центре Синдиката, на вершине мира, связанного золотой нитью их личной гравитации. Хаос и Порядок, победившие саму систему. Ирриан углубил поцелуй, ощущая вкус вина на губах Лиса и чувствуя, как сбивается его собственный, до этого безупречно ровный пульс.