Soldier, Poet, King

Придёт солдат, Который несёт могучий меч. Он разрушит твой город до основания, о лей, о лай, о Бог Soldier, Poet, King – The Oh Hellos Меч сверкал в лучах солнца, опускаясь вниз. Верхний, боковой удар, блокировка возможного ответного удара, правая рука ближе к гарде и ведет удар, левая крепко сжимает рукоятку меча. Быстрый шаг вперед вызывает приглушенный шум доспехов, снова удар и пригнуться вниз, не уводя взгляд в сторону, чтобы уйти из-под траектории ответной атаки. Движения отточены до автоматизма, но он знал – всегда можно нанести удар сильней, двигаться стремительней, поэтому повторял снова и снова. Ослепительный рассвет бил в глаза, но Лорд продолжал тренировку. Некоторые из его солдат уже встали и заступили на свои посты, но он предпочитал оттачивать свои боевые навыки в одиночестве в эти тихие утренние часы, пока дела не успевали увлечь его в круговорот событий дня. Свежий утренний воздух пах росой и прохладой. Из леса неподалеку доносились трели птиц. Каркоза медленно просыпалась. Когда Лорд Дерек закончил тренировку, пот заливал лоб, а изо рта вырывалось прерывистое дыхание. Он омыл лицо в бочке с водой, стоявшей рядом с казармами, и надел шлем. Он оглянулся в сторону казарм, но оттуда никто не спешил, как иногда бывало, когда что-то требовало его срочного вмешательства. Было тихо. Лорд посмотрел на лес. Тот манил темными сводами деревьев и шелестом листвы. Но было что-то еще – неясное, едва уловимое предчувствие. А предчувствиям он привык доверять. Конечно, вряд ли враги притаились за кустами прямо у королевских казарм, но желание последовать непонятному порыву оказалось сильнее логики. Убрав меч в ножны, Лорд неторопливо двинулся под тени зеленых крон дубов. Спустя некоторое время вдалеке показался просвет. Что-то блеснуло там, и Дерек по привычке быстро положил руку на рукоять меча. Но приглядевшись, он понял, что это был всего лишь отраженный свет от поверхности воды. Где-то в глубине леса был пруд, и он двигался к нему. Пройдя еще немного, Лорд понял, что у пруда кто-то был, и этот кто-то издавал много звуков: непонятное, как будто недовольное бормотание себе под нос, шорохи и звуки шагов. Тихо приблизившись, он разглядел больше. Молодой человек в полотняной рубахе с затейливым узором, вышитым зелеными нитками, и штанах из хорошей ткани ходил вокруг небольшого пруда, окруженного цветами, и с недовольным видом смотрел на воду, как будто ожидая чего-то. Его одежда выдавала в нем отнюдь не простолюдина, но темные волосы были растрепаны, и, кажется, в них запутались несколько травинок, а его руки были грязными, как будто он прямо ими что-то копал. Тогда Дерек заметил, что некоторые из цветов вокруг пруда были пересажены туда недавно – земля под ними была свежевскопанной. Вдруг, словно отчаявшись ждать, человек остановился и поднял руку с чем-то, зажатым в ней, как будто готовясь бросить в пруд. Дерек за свою жизнь видел слишком много таинственных действий, приводящих к непоправимым последствиям, чтобы продолжать бездействовать. Больше не скрываясь, Лорд вышел на освещенную солнцем поляну. – Твои действия слишком похожи на колдовство. Остановись сам, или мне придется тебя остановить. Он направил меч на того, кто замер, все так же протягивая руку вперед. Он медленно обернулся на Дерека, и тот успел увидеть промелькнувший страх на побледневшем лице, но в следующий миг человек расплылся в хитрой улыбке, расслабился и опустил руку. – Колдовство? Я всего лишь хотел почтить память моей безвременно почившей матушки. Лорд Дерек Третий, сожалею, что побеспокоил тебя своими действиями, но я совершенно точно не хотел ничего дурного. – Мы знакомы? – настороженно спросил Дерек, все так же не опуская меча. – Сложно не узнать одного из Лордов Его Величества. Мы не знакомы, но я бывал на пирах, где исполнял свои знаменитые баллады. Кстати, пока ни одной о тебе, какое упущение. – Бард, – констатировал Дерек, немного расслабляясь. Он вспомнил фигуру в зеленом камзоле с лютней, которую действительно уже видел при дворе. Правда, тогда тот был причесан, вымыт и всегда занят либо игрой на своем инструменте, либо исполнением песен, которые развлекали придворных. – Бард Эйвери. – Удивлен, что ты знаешь мое имя. – У меня хорошая память. Так что ты делаешь? – Может, уберешь меч? – бард очаровательно улыбнулся. – Может, ответишь на вопрос? – Я уже ответил! – возмутился Эйвери. – В этот день много лет назад умерла моя матушка, а я всего лишь хотел по традиции нашей семьи отдать ей дань уважения. В памятные даты мы бросали ценные камни в озеро рядом с нашим домом, чтобы напомнить умершим, что они все так же дороги нам, но рядом с замком и городом нет озер, поэтому мне пришлось довольствоваться этим прудом, раз уж я далеко от своей родной деревни. Дерек медленно опустил меч, но пока не убрал его в ножны. Бард говорил складно, как будто так и было. Ему хотелось верить, но что-то все еще настораживало его. – Покажи, что ты хотел туда бросить. Эйвери подошел ближе и протянул вперед руку. В его открытой ладони лежал небольшой поблескивающий камень. – Алмаз? Вероятно, ты очень любил свою мать, – скептически произнес Дерек, но меч в ножны убрал. – Да. К сожалению, ее сразила чума, как и многих в нашей деревне, и мне пришлось покинуть ее, чтобы зарабатывать на жизнь своим искусством. Голос Эйвери звучал скорбно, а в зеленых глазах светилась грусть. Этого было бы достаточно, чтобы Дерек ему поверил. Этого было бы достаточно, если бы он хотел ему поверить. – Ладно, так уж и быть, бросай свой камень. – Нет! Я не могу сделать это сейчас, для этого нужен особый душевный настрой. Ты мне помешал. «Ожидаемо. Едва ли он продолжит то, что собирался сделать, когда поблизости кто-то еще. Но я могу разоблачить его позже, если это вообще потребуется. Мало ли кто делает что-то такое, не разобравшись толком, что это может привести их на плаху», – подумал Дерек. Он видел много таких – молодых юношей и девушек, пробующих простые магические ритуалы, даже несмотря на угрозу казни. Обычно им хватало предупреждения, чтобы они бросили свои игры, мало кто был готов рисковать жизнью ради забавы. Хотя иногда находились и такие. – В следующий раз тебе лучше съездить домой и навестить ее могилу, чем проводить непонятные обряды рядом с казармами. А то кто знает, чем это может закончиться. Дерек знал, что Эйвери понимал, о чем он говорит. Все знали, что магия – опасная, таинственная наука, которую запретил сам Король, могла стоить жизни. – Да, я понял, спасибо за совет, Лорд Дерек. – Я провожу тебя до города. А то мало ли, кто еще наткнется на тебя и не так поймет. Эйвери, очевидно, хотел снова возмутиться, но промолчал. За шлемом он не видел лица своего собеседника, и не мог понять, чего от него ждать. Все-таки с рыцарями Короля спорить обычно не хотелось никому. – Тогда пойдем. Что за чудесное утро для прогулки по лесу! – снова оживившись, бард первым двинулся в сторону выхода из леса, не оглядываясь на оставленный позади пруд. Дерек, чуть помедлив, отправился следом. Эйвери казался спокойным, его движения были плавными и одновременно прыгучими, когда он огибал стволы деревьев и перешагивал через ветки на земле. – Кстати, почему Третий? – вдруг спросил он, замедляя шаг и оглядываясь на Дерека, который шел позади. – Что? – Почему Лорд Дерек Третий? Я не слышал о первых двух, – с искренним любопытством в голосе поинтересовался бард. – Всегда хотел спросить, но случая раньше не представилось. «Он то ли действительно такой беззаботный, то ли хочет перевести тему», – подумал Дерек, поморщившись. – В давние времена в моем роду были Лорд Дерек Второй и Лорд Дерек Первый. Мой прадед и пра-пра-прадед. – Удивительно. Раз в несколько поколений в твоей семье используют одно и то же имя? – голос Эйвери звучал раздражающе непринужденно. – Это традиция. Вроде твоей, бросать драгоценные камни в воду. Как думаешь, какая из них более удивительна? После этого Эйвери замолчал, видимо, не придумав, что можно на это возразить. Он продолжил идти впереди, что-то напевая себе под нос, и больше не пытаясь завести разговор. Лорд подумал, что это напускное спокойствие было чрезмерным, и решил довести свое дело до конца. – Ты ведь знаешь, что непредсказуемые действия обычно приводят к непредсказуемым последствиям? Надеюсь, ты это понял. Если бы ты сделал что-то, что я мог трактовать как чародейство, то мне бы ничего не оставалось, кроме как отвести тебя в тюрьму. Эйвери остановился. Сейчас Дерек не видел его лица, но по его фигуре было заметно, что он напряжен. Вокруг них шумел лес и пели птицы, солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, но атмосфера перестала располагать к спокойствию. – Я знаю. Почему ты так беспокоишься об этом? – Это мой долг. – Долг? – Да. Защищать жителей нашего королевства. Даже от самих себя и от друг друга. Магия – это самое опасное, что может сделать смертный, так говорит наш Король. Магия разрушает и развращает, дает простым людям такую власть, с какой они не могут совладать. Излишние знания приводят к хаосу. – Но что плохого в хаосе? – Эйвери обернулся, его голос звучал неожиданно серьезно. – Общество нуждается в стабильности, – убежденно ответил Дерек. – Ты в это веришь? – Да. Эйвери ничего не ответил, но продолжил идти, хотя уже и не так быстро. Было заметно, что он о чем-то усиленно размышляет, но не решается сказать. В какой-то степени Дерек был этому рад, ведь такие разговоры – опасные, бросающие вызов устоявшемуся порядку, – тоже могли стоить барду жизни. Наконец, тот завел разговор о другом. – Кстати, я так и не написал ни одной баллады о тебе и твоих рыцарях. Думаю, это стоит исправить, – неожиданно сказал он, поравнявшись с Дереком. – Я сочинял песни о других Лордах и их подвигах, о Короле, о некоторых знаменитых персонах из знати и даже о себе самом. Думаю, люди хотели бы узнать и твою историю. Я слышал, что ты много путешествовал. – Мы с моим отрядом прошли через много мест, которые могли бы показаться простым людям вымыслом. Иногда я путешествовал в одиночку. Обычно это были походы ради изучения новых земель для будущих завоеваний или присоединения необжитых территорий к нашим землям. Иногда это были походы для… Поиска новых знаний, которые было необходимо уничтожить прежде, чем до них бы добрался кто-то еще. – Потрясающе! – в глазах Эйвери снова зажегся огонь. – Расскажи мне больше, и я обещаю, что облеку твои рассказы в такие формы, что о них еще долго будут слагать легенды. – Я делал это не ради славы, – Дерек покачал головой. – Но все же. Каждому есть, что рассказать миру. Уж я-то знаю. Сомнение не давало ответить сразу. Многие вещи, которые Лорд видел на своем пути по приказам Короля, были слишком сложны для понимания и объяснения. Но Эйвери казался таким оживленным, таким вдохновленным перспективой новой истории, что ему было сложно отказать. Было еще кое-что: мысль о том, что если занять барда на время, то он еще нескоро вернется к своим сомнительным действиям, а может, и вовсе забудет о них. – Ладно. Но не сейчас. Они как раз вышли из леса. Солнце уже встало и ярко блестело на доспехах Дерека. Он знал, что ему пора идти, и не собирался задерживаться дольше необходимого. – Отлично! Встретимся здесь в час перед закатом. Договорились? – А ты настойчивый. – Как и ты. Не замечал за собой? Еще одно бесспорное преимущество шлема – можно было поддаться малодушному желанию закатить глаза вместо того, чтобы сказать что-нибудь язвительное, неподобающее Лорду, в ответ. – Нет, – отряхнув доспехи и плащ от прилипших за время блужданий по лесу кусочков коры, травинок и обрывков мха, он двинулся к замку, который темной громадиной возвышался за стенами города. – Тогда до встречи? – крикнул ему вслед бард. – До встречи, – не оборачиваясь, он помахал рукой, зная, что Эйвери смотрит ему вслед.

***

– Так что ты видел в своих странствиях? В глубине души Дерек надеялся, что ему никогда не зададут этот вопрос. Множество картин одновременно возникли перед его внутренним взором, мелькая, накладываясь друг на друга, мешая понять, что из этого было реальностью, а что – лишь мороком. Вечер медленно накрывал Каркозу темным пологом, тени становились насыщеннее, а пространство вокруг них как будто становилось меньше. Они шли по лесной тропе, ведущей к удаленному аванпосту – деревянной башне, возвышающейся над гущей леса. Обычно проверять такие места отправляли рядовых солдат, но в этот раз Лорд решил взять на себя эту задачу и позвал Эйвери с собой вместо того, чтобы вместе идти в город. Ему не хотелось, чтобы про его общение с бардом узнал кто-то еще – то, как плохо тот скрывал свои попытки творить магию, могло сыграть злую шутку и с ним, и с теми, кто был ему близок. А Дерек не хотел привлекать к нему лишнего внимания. Не отвечая, он бросил взгляд из-под шлема на барда. Теперь тот был таким, каким Лорд его помнил по приемам в королевском замке – с убранными в короткий хвост волосами, в щегольском зеленом камзоле. Единственными отличиями был меч, убранный в набедренные ножны, и лук с колчаном со стрелами за спиной вместо лютни. Оно было понятно – выходить за пределы городских стен в темное время суток было чревато неприятностями, но Дерек знал, что если они не будут задерживаться, то успеют вернуться до наступления ночи. – Я видел многие земли. О чем бы ты хотел услышать? – наконец сказал он. Вечерний лес был полон шорохов. Сейчас там были только животные, но Лорд знал – еще немного времени, и из темноты придут те, с кем он хотел бы не встречаться. Эйвери задумался. Некоторое время они шли молча, звуки шагов по тропинке разбивали тишину вокруг них. – Что запомнилось тебе больше всего? – Ощущение присутствия чего-то, что ты не можешь увидеть, но всегда знаешь, что оно следует за тобой. От слов Лорда Эйвери вздрогнул. – Ты чувствуешь это… И сейчас? – Нет, – Дерек покачал головой. – Только в тех мирах, где не было никого, кроме тех, кто пришел туда извне. Наш мир обитаем. – Но как вы попали туда? В голосе Эйвери был слышен искренний интерес, и это неожиданно понравилось Лорду. Он никогда не делился ни с кем, кроме Короля, подробностями своих путешествий – это не было запрещено, но обычно никто из тех, кто проходил сквозь миры, не горел желанием рассказывать об этом. И Дерек понимал, почему. – Я много путешествовал и по нашему миру, но в некоторых местах ткань мироздания истончается, и появляются порталы. Их сложно обнаружить, но они всегда там. – Но это… Не считается магией? – с сомнением, осторожно спросил Эйвери. – Это естественные образования, не созданные людьми. Магия – это чародейские обряды и ритуалы, которые делают люди, создавая то, чего раньше не существовало. – Хм, понятно. А какой мир показался тебе самым пугающим? Дерек снова медлил с ответом. У него было много вариантов. – Я видел многие. Но ярче всего помню первый раз, когда перешел границу между мирами. Огромные пещеры с целыми лесами, полями и озерами внутри, какие не могли бы появиться сами. Другие пещеры, которые были заполнены водой, со множеством подводных проходов. Длинные подземные коридоры, похожие на подвалы замка. Эйвери молчал, видимо, пытаясь представить это. Тем временем впереди, за верхушками деревьев, показалась крыша сторожевой башни. Где-то неподалеку прокаркала и взлетела ворона. Дерек ускорил шаг, Эйвери шел следом. Солнце уже было совсем низко над горизонтом. – Были и другие места, скорее удивительные, чем ужасающие. Бескрайние красные поля с алыми растениями и заброшенными городами из белого камня. Странные, искаженные статуи и запутанные лабиринты, непонятные знаки и сложные задачи, ответы на которые позволяли двигаться дальше. А мне всегда нравилось решать загадки, – в голосе Дерека неожиданно появилось что-то, похожее на ностальгию. Возможно, иные миры и пугали его, но так же и притягивали. Поэтому он отправлялся в эти путешествия снова и снова, не пытаясь отказаться от приказов Короля, поэтому в его сердце оставалась решимость даже тогда, когда надежда угасала. Эйвери слушал его, не перебивая. Может быть, в его голове слова рассказа уже складывались в стихи и песни, подумал Дерек. В любом случае, ему нравился их неторопливый разговор, который был непохож на привычное общение с товарищами по оружию. Вскоре они достигли цели своего путешествия, и Дерек встряхнулся, отгоняя воспоминания подальше и возвращаясь в настоящее. Подойдя к башне, Лорд по привычке осмотрел ее основание: каменная кладка не была повреждена, деревянные опоры не были сломаны. Иногда существа, приходящие из леса, могли повредить созданные людьми постройки, поэтому было важно знать, не нуждаются ли какие-то из башен в починке. Остальные башни были расставлены на большом расстоянии друг от друга по всему лесу, окружавшему город, и раньше служили для отстрела первых волн врагов, когда стены города только строились. Сейчас они оставались и поддерживались в рабочем состоянии для тех случаев, когда к городу подходили мародеры, и требовалось забраться повыше, чтобы отследить их приближение. Дерек отпер дверь и начал подниматься по винтовой деревянной лестнице, которая поскрипывала под его тяжелыми ботинками. Эйвери продолжал следовать за ним, и вместе они постепенно осмотрели каждый этаж башни, проверив запасы – немного стрел, луков, факелов. Они поднялись на верхний этаж, где выше них оставалась только покатая деревянная крыша, державшаяся на опорах по углам башни. Сверху открывался вид на огромный темнеющий лес, а за ним реку, поле, и снова лес. Где-то совсем далеко возвышались громадины гор, сейчас почти скрытые в вечерней туманной дымке. – Ты говорил, что вы ходили туда за запретными знаниями. Ты находил что-нибудь? – вопрос от Эйвери, как всегда внезапный, застал Дерека врасплох. – Знаешь, эти знания на то и запретные, что о них запрещено рассказывать. Бард наградил его недовольным взглядом, от которого Дерек весело хмыкнул под шлемом. – Иногда ты говоришь очевидные вещи. – Иногда ты спрашиваешь вещи, на которые получишь очевидный ответ. – Но попробовать стоило. – Возможно. Задумавшись, Дерек медлил. Он хотел вернуться в город, но что-то держало его здесь. Беспокойство. – Тебе стоит быть осторожнее в своих словах и действиях, бард. Тебе повезло, что на тебя наткнулся я, а не кто-то еще. Я видел слишком много тех, кто за подобное лишался жизни. – Тогда почему ты не сдал меня? – резко спросил Эйвери, дернувшись. На его лицо набежала тень, и он замер, опершись руками о парапет башни. – Потому что мне не нравится убивать. Его ответ как будто удивил Эйвери, и он внимательно посмотрел на Лорда. Его лицо, как обычно, было скрыто за шлемом, но сейчас бард словно хотел разглядеть за ним что-то человеческое. – Я думал, что это твой долг. – Мой долг – защита королевства и служение Королю. Если проблему можно решить словами, а не насилием, то я выберу первый вариант. Я прошел через слишком много сражений, чтобы не знать цену человеческой жизни. – Но если твои убеждения и твой долг противоречат друг другу, то что ты выберешь? – Это невозможно, – Дерек покачал головой. – Король желает лучшего для нас, для всех своих подданных. – Понятно. В голосе Эйвери звучало разочарование, которое Лорд предпочел проигнорировать. – Пойдем, уже поздно. Пока они разговаривали, совсем стемнело. Дерек торопливо спустился с башни и запер дверь, Эйвери молча следовал за ним. Пока они еще находились на башне, Лорд захватил с собой факел и поджег его, поэтому сейчас тьму вокруг рассеивал неровный свет огня. Это было немного, но позволяло видеть дорогу перед собой и отгоняло призрачное ощущение того, что из темноты за ними кто-то наблюдал. – Знаешь, я никому не рассказывал о своих странствиях, кроме Короля, – сказал Дерек, чтобы развеять тишину, повисшую между ними. Почему-то ему не хотелось расходиться с Эйвери на такой ноте, почему-то хотелось, чтобы тот его понял. – Я до сих пор не знаю, что обитает за границей нашего мира. Наверное, это одна из вещей, от которых защищает запрет на магию – от того, что люди не могут понять и осознать. – Но не все вещи, на которые способна магия, такие, – тихо возразил Эйвери. – Не все. – Но… В этот момент прямо перед ними в землю со свистом вонзилась стрела. Дерек поднял взгляд, и за границей круга света от факела увидел то, чего видеть совсем не хотел – бледные, гремящие кости, темные провалы глазниц черепа. И, конечно, направленный на них лук, куда скелет уже заряжал следующую стрелу. – Черт, мы слишком задержались, – недовольно пробормотал Лорд, доставая меч из ножен и одновременно протягивая факел Эйвери, который быстро его подхватил. Он решительно двинулся вперед, занося меч. Нанести стремительный удар, увернуться от следующей стрелы. Ударить в голову, стараясь снести пустую черепушку с тощей костяной шеи. Быстрое движение, почти невозможное в неповоротливых громыхающих доспехах – боковой удар исподтишка, который почти повалил скелета на землю, но тот каким-то чудом удержался на ногах и попробовал выпустить еще одну стрелу. У него это не вышло – клинок с громким звуком опустился на туловище нежити, с дребезжащим грохотом разнося ребра и ломая позвоночник. Скелет рассыпался, и груда костей вместе с луком и последней неиспользованной стрелой свалилась на землю. Сзади послышались медленные, тяжелые шаги, и приглушенный злобный звук, исходящий из глотки монстра. Дерек быстро оглянулся на Эйвери, готовый прийти к нему на помощь, но увидел, что тот тоже обнажил свой меч и, продолжая держать факел в левой руке, отбивался от двух неповоротливых зеленых существ, тянущих к нему руки. В бою бард двигался так же прыгуче и стремительно, как и обычно – он наносил быстрые, точные удары, уклонялся и отскакивал назад, уворачиваясь от ударов монстров. – А ты неплох, – крикнул ему Дерек. – А то, – самодовольно выкрикнул в ответ тот, не прекращая атаковать, – ты не слышал мою знаменитую балладу «Герой небесных войн» обо мне? – Хвастун. – Ты сам начал! Дерек хотел что-то ответить, но тут к нему подошли еще несколько зеленых монстров, а за ними виднелась еще пара скелетов. Сжав ладони на рукоятке меча, он продолжил сражение, больше не отвлекаясь. Клинок привычно пел в его руках, разрезая гнилую плоть врагов и дробя кости. Ему всегда нравился азарт боя, где все было понятно – где враг, а где союзник. Они с Эйвери бились спина к спине, и он знал, что может ему доверять. Все остальное в этот момент не имело значения. – Кажется, это все, – пытаясь отдышаться, наконец произнес Эйвери, когда враги перестали прибывать, а вокруг них лежали тела убитых монстров. – Похоже на то, – Дерек обернулся к нему, быстро осматривая барда на предмет ран, как всегда делал с рыцарями из своего отряда. Кажется, тот был в порядке, разве что немного запыхался. – А ты… – начал Эйвери, тоже повернувшись к нему, но тут его глаза в ужасе расширились и он отшатнулся. – Осторожно! Дерек обернулся, но было поздно. Прямо позади него только что подошел шипящий пестрый зеленый монстр с огромными низкими лапами. В следующий миг прогремел оглушающий взрыв, и Лорд упал на землю, отброшенный взрывной волной. Он не потерял сознания, но в голове звенело, а в глазах мутилось. Сквозь дымку взрыва он видел, что к ним двигается второе такое же существо, опасно шелестя. Он попытался встать, но руки не слушались, и у него получилось только немного приподняться, уперев ладони в землю. Тут он увидел, что бард решительно снял со спины лук и вытащил стрелу из колчана. Дерек хотел крикнуть «Беги!», но вместо этого смог только приглушенно что-то прохрипеть. И тут Эйвери выстрелил. Чудовище, в которое попала стрела, внезапно вспыхнуло огнем. Эйвери выстрелил снова и снова, и с каждой стрелой монстр как будто терял силы. Наконец, все еще объятый пламенем, он упал на землю и затих. Эйвери огляделся – вокруг больше не было никаких существ, – подбежал к Дереку и упал рядом с ним на колени, одновременно доставая из небольшой сумки на поясе какую-ту склянку. – Пей, – скомандовал он, протягивая это Дереку. – Что это? – просипел тот, с подозрением глядя на непонятный розовый поблескивающий пузырек. – Пей! Это поможет. Нам надо уходить. В глазах Эйвери он видел нетерпение и беспокойство. Ему хотелось верить – и в этот раз Дерек решил, что может ему довериться. После секундного колебания Лорд все же откупорил пузырек и вылил в себя его содержимое. Он почти не почувствовал вкуса, но зато сразу ощутил, как силы возвращаются в его тело, а раны затягиваются. Он хотел задать барду много, очень много вопросов, но сейчас было не время. Он быстро поднялся с земли, и они поспешили в сторону города. Только когда за лесом показались городские стены, а вдоль дороги начали появляться столбы с факелами, которые освещали дорогу, они немного замедлились. Молчание было напряженным и усталым. – Зелье лечения, да? А твой лук, который стреляет поджигающими стрелами? Ты совсем не боишься того, что за эти магические вещи можешь пойти на казнь? – негромко, но со злостью и обвинением в голосе сказал Дерек. – А что мне оставалось делать? Бросить тебя там умирать? – так же обвиняюще огрызнулся бард. – Не использовать чародейство! – наконец воскликнул Лорд. – Ты упрямый, самонадеянный менестрель, не ввязывайся в то, что приведет тебя на плаху! – Ты не понимаешь! – зло, отчаянно возразил Эйвери. – Это все, что у меня есть, – неожиданно грустно добавил он, разом растеряв свой запал. Они почти дошли до городских ворот. Дерек уже видел приоткрытую дверь для поздних путников, рядом с которыми стояли солдаты из его гарнизона. Он внезапно почувствовал, как устал за этот длинный, сумбурный, полный сомнений день. Лорд остановился там, где их еще не могли услышать, и посмотрел на Эйвери. Тот тоже выглядел вымотанным, волосы снова растрепались, а руки были в ссадинах. На его лице Дерек заметил знакомое обреченное, загнанное выражение, которое уже видел у тех, кто знал наперед: бороться против того, что намного сильнее их самих, будет тяжело и бессмысленно. Внезапно ему захотелось стереть это выражение с лица барда, снова увидеть его уверенным и сияющим. Ему казалось неправильным, что этот человек взвалил на себя что-то, что теперь давит на него и лишает надежды. – Нет, не всё, – уверенно возразил он, и ему понравилось ошеломленное удивление, смешанное с надеждой, которое при этих словах промелькнуло в глазах Эйвери. – Ты намного больше, чем знания, которые будут стоить тебе жизни. Подумай над этим. Он развернулся и пошел к воротам. Эйвери остался стоять на месте, но Дерек знал, что спустя какое-то время тот тоже направится в город, под защиту стен и рыцарей, которые оберегали жителей Каркозы от того, что скрывалось снаружи города и внутри него.