Юля и Мойдодыр

***

Юлия прошла в ванную, надо было взять невидимки. Ищет, ищет, а не может найти. И как раздался бас: — Здравствуй, Юля-инженер... Оборачивается — на неё смотрит тот самый умывальник Мойдодыр. При чём таким взглядом... изучающим и подозрительно пугающе спокойно. Юля метнулась к двери, а она почему-то наглухо закрыта. — Ну-с... Тебе есть, что сказать, трубочист? Если нет, то начнём, — спокойно произнёс Мойдодыр, готовясь прокричать последний указ...

***

Юлия проснулась в поту от такого сновидения. Часы показывали ровно четыре часа утра, на улице только светает, в комнате только она. — И приснится же такое, — и сразу неряха провалилась сон. — Может-может, — показался в комнате среди бардака тот же мужчина. — И да, Юленька, когда проснёшься по-настоящему ровно в восемь, тебе ой как не понравится моё появление. А пока спи, неряшка-Юляшка, — как-то по-отечески, с ноткой иронии сказал Мойдодыр. Ровно в восемь часов утра по московскому времени Юля проснулась от того, что холодно. Она лежала на одном матрасе, хотя было и одело, и подушка, и простыня. А их нет?! Вещей тоже нет, ничего нет кроме мебели, и то стул куда-то пропал. — Ну и дела! Не жизнь, а книга "Мойдодыр"... — Юля уже не успела усмехнуться, потому что реальность действительно была по строчкам великого сказочника Корнея Чуковского. Вдру из маминой спальни... Дверь распахнулась, и вошёл умывальник из сна — Мойдодыр. Покачал головой. — Здравствуй, Юленька... Думал, что ты, дитя, выросла. А, нет! Как была девчонкой, капризничающей по мытью, так и осталась..., — констатировал факт. — Стабильность — залог к успеху, — проговорила Юленька. — Цыц, — недовольно цокнул языком Командир, — вот даже интересно, — одним щелчком руки-полотенца Умывальник преобразился в мужчину в позе, весьма отдалившейся от реальности — парит, сидя на невидимом стуле, и рассуждает, — неужели тебя, Юлия, в университете никто не гнобил? Те же самые юноши, хотя они от тебя недалеко ушли некоторые, преподаватели... — его своеобразный мундир — классические брюки, белая рубашка своеобразного покроя, мужской длинный жилет, туго затянутый широким белым поясом, по краям которого была красная полоса — никак не подчинялся всем законам физики как его же обладатель. — Это... Это БРЕД! — закричала Юлия. — Так не бывает. Даже, в конце концов, это не Ваше дело! — Тихо-тихо! Не ори так, тебе нервы ещё понадобятся, — как-то устало заметил Мойдодыр. — А насчёт твоих выкрутасов, это как раз таки моё дело, и не советую мне дерзить. На этом Юля хотела проскочить мимо такого мужчины, но не ожидала, что её какая-то неведомая сила поднимет. — Ах, да. Забыл предупредить, — уже в классическом образе и в типичном состоянии предстал Мойдодыр, — ты никуда от меня не денешься. И самой искупаться никак не получится. У тебя была возможность — ты её не использовала, поэтому винить ты можешь только себя. Юля понимала, что это аут в её сторону. К тому же весь абсурд — её удерживает какая-то сила в воздухе, Умывальник из детского хоррора, который смеет её отчитывать, — вёл к мысли, что она сошла с ума. — У тебя есть выбор! — поглядел снизу вверх Командир на неряху, — Либо ты извиняешься, сама раздеваешься, садишься в таз, — кинул головой на медный таз, — не мешаешь процессу и всё проходит относительно спокойно и для тебя, и для меня. Либо ты ведёшь себя как капризное дитя и процесс затянется. Третьего не дано. — А Вам без разницы? — Мне-то без разницы. А вот тебе — нет. Ведь потом будет тяжело физически и морально именно тебе. — Во первых, я не буду перед Вами извиняться. Во вторых, не буду мыться. В третьих, будет, значит, третий вариант... — Юля сделала резкий кувырок в воздухе и оказалась у двери. — Ауфидерзейн, "герр" Мойдодыр! — Вот тут ошиблась, — одним движением "руки" и Юлька поцеловала дверь. — Я тебе дал выбор и чётко сказал, что третьего нет. Ты выбрала второе с корявым немецким. Что ж начнём. КАРАБАРАС! И сейчас же щётки, щётки...