Дневник болезни

Я проснулся от громкого будильника и маминого крика с кухни. За окном был красивый весенний яркий рассвет, пели птицы, лёгкий туман окружал город. И всё бы ничего, но сегодня для меня будет самый страшный день. День, когда мы с Булатом после школы пойдём писать проект. Как бы мне ни было страшно, мне придётся пойти вместе с ним к НЕМУ домой. Собравшись и на бегу позавтракав, я побежал в школу, предвкушая, как пройдёт сегодняшний вечер. Подходя к школе, я понял, что ничего не сказал родителям про проект и про то, что буду делать его у Булата. Но решил, что расскажу об этом им после уроков. Ладно, это какие-то бытовые моменты. Блин, наверное, не нужно было это писать. Перед школой стоял Булат? Мне не кажется, или он кого-то ждёт? — Ооо, привет, Яр! Сегодня же всё в силе? — Привет, мой золотой, да, всё в силе. И зачем я это сказал? Я заметил слабое смятение на лице Булата, а потом — улыбку? — Хорошо, тогда как договаривались: после школы идём ко мне. Ты напиши, как освободишься, окей? — Да, конечно, я напишу. Если что, жди на первом этаже возле раздевалки, — сказал я и зашёл в школу. Переоделся и потопал в свой «самый любимый» класс. Поздоровался со своими подругами и заметил, что с Матвеем что-то не то. Я присмотрелся и увидел, что он весь в синяках. — Маш, а что с ним случилось? — спросил я свою школьную подругу. — Да мне девочки сказали, что его отчим за оценки побил. Если честно, мне его даже жалко. А мне не жалко. Ну наконец-то этот хулиган получил по заслугам. Наконец, я хоть и не участвуя в мести, но отомстил ему. И самое смешное, что за него дома не может впрячься ни один его «ровный» друг. И я был по-злому счастлив, что ему плохо. И ответил ей невпопад что-то вроде: — Да-да, мне тоже его жалко. Так и прошёл весь мой школьный день. Как обычно, ничего страшного, плохого или чего-то ещё не произошло. Но самое страшное ждало меня впереди. После школы, как и договаривались, мы встретились и пошли с ним к нему домой. На часах три часа дня, настроение очень хорошее, и ничего не могло помешать этому настроению, если бы не звонок мамы. Который, во-первых, оборвал нашу непринуждённую беседу, а во-вторых, напомнил мне, что я не предупредил её ни о чём. — Сын, ты где сейчас? — Мам, я щас с Булатом пойду к нему проект по музыкалке делать. Ты, если что, меня не теряй. Во сколько вернусь, пока что не знаю, но постараюсь пораньше. — Хорошо, сын. Но ты бы хоть заранее предупредил что ли. — Прости, мам, я совсем забыл об этом. Мне стыдно, если честно. — Ладно, сын, ничего страшного. Я тебя люблю. Чтобы написали проект на пять! Пока, мой хороший. — Пока, мамуль. Конец вызова. — Извини, мама позвонила, — неловко сказал я, нервничая перед предстоящим вечером. — Да ничего страшного, Яр. Мы уже подходим, вон мой подъезд. Передо мной показалась панельная многоэтажка с очень уютным и приятным видом. Мы зашли в подъезд и поднялись на пятый этаж. Невольно вспомнилась песня: «Моя любовь на пятом этаже, почти где луна!» — и я улыбнулся. Мы зашли в его квартиру. В нос пролез вкусный запах свежевыпеченных пирогов и ещё запах чего-то цветочного. Как оказалось, это были духи Byredo Inflorescence, духи его мамы, которые пахли очень приятно. — Здравствуйте, тётя Софа. — Привет, Ярослав. Вы проект будете делать или ты просто посидеть приехал? Ахаха! — сказала она в шутку, но Булат ответил за меня: — Конечно, он пришёл проект со мной делать, а не просто сидеть! Ты чего, мам? Ахаха. — Ничего, просто подшутить решила. А то чего он такой серьёзный, как будто в первый раз у нас. Ладно, вы пока занимайтесь этой ерундой, а я пока что вам приготовлю что-нибудь вкусное. — Хорошо, мамуль. Мы в комнату. --- Мы зашли в его комнату. Всё по-прежнему уютно, но когда я был у него в последний раз, всё как будто было по-другому. Чистая комната, на стенах которой аккуратно развешаны детские, семейные фотографии и постеры. Большой рабочий стол с ноутбуком, красивая белая тюль на окне, белый комод для одежды, мягкий серый ковёр. Эта обстановка и тот факт, что он пустил меня к себе в комнату, дав увидеть своё личное, интимное, — я как будто подглядываю в его жизнь. Я так хочу стать частью этой жизни, но не хочу испортить её этим, тем, что я заражу его. И он будет так же мучиться от этого, как и я. Ведь эта любовь — болезнь. Такого не бывает. Хотя да, такое случалось с людьми и не раз. Но это не нормально. И мне определённо нужно не думать об этом. Я не хочу стать частью этой жизни. Я просто люблю его как лучшего друга. — Эй, ты чего завис, Яр? — Ой, да я что-то задумался. Извини. Нуууу, с чего начнём? — Я думаю, что сначала нам нужно определиться с темой, а потом уже искать информацию. — Я тоже так считаю. Уже есть идеи, какую тему возьмём? — Да, садись рядом, расскажу. Я сел на стул рядом с ним, и он начал рассказывать: — Мне очень понравилась тема написать про одного русского композитора — Чайковского. Его произведения меня так трогают, я прям не могу. Я знал этого композитора, и да, я не буду скрывать: мне тоже нравилась его музыка. Но я просто физически не мог про него писать, зная его «секрет». Именно из-за этого я предложил: — А мне понравилась тема «Дуэты в классической музыке». Можно написать про два инструмента или два голоса. Как по мне, очень интересная тема. Как ты думаешь? — Мне тоже нравится. Давай рассмотрим её. Ты пока выписывай основные моменты, которые нужно поискать в инете, а я пока что начну искать информацию. — Окей. Я достал из портфеля небольшую тетрадь и ручку, начав выписывать основные моменты. Мы сидели слишком близко. Настолько близко, что соприкасались коленками. Мне нравилось ощущать его прикосновение — пусть неосознанное, но прикосновение. Но одновременно его касание становилось для меня обжигающим. Да, я хотел, чтобы оно длилось вечно, но нельзя. Внутри меня всё кричит от страха. Вдруг он заразится? Вдруг он уже начинает «влюбляться» в меня от этого касания? Я резко встал: — Я сейчас. В туалет отойду и вернусь. Я пулей выбежал в туалет. Простоял в туалете, наверное, минут пять. Место касания будто жгло. Казалось, что в это место меня ужалила оса. В мыслях я думал: что это было? Он это специально или случайно? Вдруг он уже понял мою натуру? Зачем я вообще сюда пришёл? От размышлений меня отвлекла мама Булата: — Ты там нормально? — сказала она с неким беспокойством. Я тоже занервничал и ответил ей: — Да, всё хорошо. И сразу же покраснел и вышел. После того как я зашёл в комнату, Булат предложил: — Давай сделаем небольшой перерыв, попьём чай, отдохнём? А то что-то ты уставшим кажешься. — Да, давай. Я не против, буду немного отдохнуть. Мы вышли на кухню. Тётя София начала суетиться и поставила перед нами чашки горячего чая. За чаем последовали свежие пирожки. Так приятно получать от неё такую заботу. Как будто она и моя мама тоже. Мне даже, возможно, этого хотелось бы. За чаем мы разговорились и просидели так достаточно долго. Сколько — я даже, наверное, не смогу вспомнить. Наверное, около получаса. И у нас зашёл такой разговор: — Ты кого-нибудь любишь вообще? — спросил у меня Булат, посмотрев как будто с каким-то особенным трепетом. Или быть может, мне это показалось? Сердце ушло в пятки. Что ему ответить? Правду? «Мне нравишься ты». Но вдруг ему не понравится такая правда обо мне? И я ответил: — Да никто вроде. А тебе? — Да мне... — он очевидно замялся. — Мне тоже никто не нравится. Повисла долгая тишина. Она продолжалась, наверное, минут пять. Мне было неловко, и, как я понял, ему тоже было неловко. Как итог, я сказал: — Ну ладно, мы вроде достаточно передохнули. Давай мы немного ещё поработаем, да и я поеду домой. Время уже достаточно поздно. — Да, давай. Мы вернулись в комнату. На фоне играла музыка из его плейлиста. Мы продолжили делать нашу работу и непринуждённо болтать обо всём: о школе, об оценках, о музыке и совсем немного о проекте. --- В один момент я поднимаю на него глаза, чтобы что-то сказать, и замечаю: он смотрит на меня — и как будто с таким же трепетом, как и я. Но возможно, мне показалось? В долю секунды он отвернулся обратно к компьютеру, и мы продолжили обсуждать проект. Ничего особенного я больше отметить не могу. Мы просто болтали и делали этот чёртов проект. И я, наверное, всё-таки не жалею о том, что пошёл к нему, в его среду, чтобы делать этот проект. Ведь это время только наше. Пусть он и не знает моих истинных намерений, но мне просто приятно проводить с ним время. Время близилось к девяти, и я подумал, что мне, наверное, стоит идти домой. Но так не хотелось. Уютный пятничный вечер обычного весеннего дня. Всё так лампово и по-домашнему, что не хотелось никуда уходить и что-либо делать вообще. Хотелось просто обнять Булата и сидеть смотреть в окно. Но я всё равно сказал: — Мне, наверное, уже пора собираться. Большую часть работы мы сделали, и я думаю, что остальную часть мы сможем доделать за выходные. — Да, давай. Только я хотел тебе предложить: может, ты завтра останешься у меня с ночёвкой? Ну типа чтобы туда-сюда не мотаться тебе, — сказал он. И мне вдруг резко стало то холодно, то жарко. Это было странное ощущение, как будто я метался. Я как будто одновременно жаждал этого, но и одновременно отталкивал это от себя. А вдруг я не смогу себя контролировать? А вдруг он будет переодеваться передо мной? Всё же я согласился: — Да, давай. Я буду даже очень рад этому! — Тогда договорились. Завтра у меня с ночёвкой! Я был правда счастлив, но немного побаивался. Я собрал все свои вещи в клетчатый рюкзак и пошёл одевать кроссовки. Он пошёл меня провожать. Но перед моим уходом ласково сказал: — Спасибо, что ты пришёл. Мне реально приятно проводить с тобой время. Обязательно приходи завтра! — и улыбнулся. Улыбнулся той самой до боли приятной улыбкой. Даже как будто он немного покраснел, но я не разглядел этого из-за темноты в коридоре. — Спасибо, что пригласил. Мне тоже очень приятно проводить с тобой время. Обязательно приду завтра. До встречи. — А, я забыл про его маму. — До свидания, тётя Софа! Он меня обнял на прощание. Я взорвался внутри, но не подал виду и просто улыбнулся. Но я пылал внутри, мне было очень приятно. Я ведь и правда люблю. И я ушёл. Спустился не по лифту, а по ступенькам. На улице уже отцветал закат, всё так же по-прежнему вкусно пахло. И мне было хорошо. Я чувствовал это тепло, оно разливалось по мне. Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО был важен ему. А это самое для меня главное. Не важно, будет он любить меня в ответ или нет. Он будет считать меня важным для себя.