Часть 1
16 апреля 2026 г., 20:41
День первый. Заезд. «Первые искры»
7:30. Утро. Город за окном автобуса.
Автобус воняет бензином, потом и жвачкой, засохшей под сиденьями уже несколько смен подряд. Джинкс сидит у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрит, как родной город — серый, дымный, шумный — превращается сначала в одинаковые панельные пятиэтажки, потом в чахлые деревья, а потом и вовсе в лес.
— Слушай, — Даша тычет её в плечо острым ногтем, — если ты сейчас расплачешься, я сделаю вид, что мы не знакомы.
— Я не плачу, — Джинкс не отрывается от стекла. — Я диагностирую депрессию.
— Диагностируй тогда мне, почему у меня в рюкзаке три пачки чипсов и ни одной нормальной футболки.
— Потому что ты гений.
Даша довольно улыбается, откидывается на сиденье и запускает руку в свои длинные чёрные волосы — жест, который она отточила до автоматизма. Всегда распущенные, даже в душе, даже в ветер, даже когда на улице +30. Сегодня они особенно блестят — Даша явно готовилась к заезду, хотя и делает вид, что ей всё равно.
Автобус подпрыгивает на кочке. У Джинкс из сумки вываливается баллончик с краской. Она быстро пихает его обратно, но соседка сзади — светловолосая девочка с голубыми глазами и блокнотом на коленях — уже всё видела.
— Ты рисуешь? — спрашивает светловолосая с улыбкой, которая кажется слишком сладкой для восьми утра.
— Взорвать — это тоже искусство, — отвечает Джинкс, не оборачиваясь.
Даша подавляет смех. Светловолосая моргает, но улыбка не сползает с её лица — она словно приклеена.
— Я Лия, — представляется та. — Мы, наверное, будем в одном отряде. А тебя как зовут?
— Джинкс.
— Оригинальное имя.
— Мне повезло.
Лия смотрит на неё ещё секунду, потом возвращается к своему блокноту. Джинкс замечает, что она рисует не пейзаж за окном, а чей-то портрет. Мужской профиль, шрам над бровью, бандана.
Даша тоже замечает.
— О, — шепчет она Джинкс на ухо, — кажется, наша новая знакомая уже занята.
— Мне-то что?
— Ничего. Просто у неё лицо человека, который готов убить за этот рисунок.
Джинкс отворачивается к окну. Но почему-то запоминает это лицо. Шрам. Бандану.
---
9:15. Прибытие. Ворота лагеря «Вспышка».
Автобус чихает дизелем и останавливается перед высокими коваными воротами. Над ними — вывеска: «Лагерь "Вспышка" — здесь зажигаются звёзды». Джинкс читает и морщится.
— Здесь зажигаются задницы от солнца, — поправляет она.
Даша уже выпрыгнула из автобуса и вертит головой, как локатор. Зелёные глаза щурятся от солнца, но она их не прикрывает — гордые, что ли.
— О, смотри, — кивает она в сторону толпы вожатых, — этот похож на грустного хомяка. А этот... — она замолкает.
Джинкс тоже замолкает.
Потому что впереди, у флагштока, стоит парень.
Ему лет семнадцать, он в выцветшей красной бандане и старой футболке с закатанными рукавами. Загорелые руки, цепочка на поясе джинсов, кеды, которые видали лучшие дни. Он что-то говорит другому парню — огромному, молчаливому, похожему на шкаф — и смеётся. У него кривая улыбка и шрам над левой бровью.
Джинкс спотыкается о ровный асфальт.
— Это кто? — спрашивает она, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.
— А это, моя дорогая, — Даша приосанивается, будто собирается представить её королевской особе, — Экко. Наш староста. Местный совесть, красавчик и чемпион по настольному теннису. Только... — она кивает в сторону. — Вон, видишь?
У дерева, на скамейке, сидит Лия. Та самая, из автобуса. Она уже достала блокнот и быстро, нервно рисует. Её взгляд прикован к Экко — она даже не моргает.
— Она рисует его, — говорит Даша. — Говорят, уже вторую смену.
— И что?
— И то, что он на неё не смотрит.
Джинкс смотрит на Экко. Он как раз оборачивается. На секунду его взгляд падает на неё — просто скользит, как по остальным новеньким. Но останавливается на её синих косичках чуть дольше, чем нужно.
Он отводит глаза первым.
— Построение! — кричит кто-то из вожатых. — Все к флагштоку!
Даша хватает Джинкс за руку и тащит в строй.
— День только начался, — шепчет она, — а я уже хочу попкорна.
---
10:00. Линейка. Речь вожатого Вандера.
Вожатый Вандер — огромный мужчина с добрыми глазами и шрамом на подбородке — выходит на импровизированную сцену. В руках у него микрофон, который пищит, когда он дует в него.
— Добро пожаловать в «Вспышку»! — его голос гремит на всю площадь. — Здесь вы найдёте друзей, приключения и, возможно, самих себя.
— Я себя и так нашла, — шепчет Даша. — В шкафу с чипсами.
Вандер продолжает про «одну семью», про «доверие» и про «правила, которые созданы не для того, чтобы их нарушали». Джинкс слушает вполуха. Она заметила, что Экко стоит в первом ряду и поправляет галстук — он его явно ненавидит. Галстук синий, с эмблемой лагеря.
Лия стоит в двух метрах от Экко, но смотрит не на него, а в свой блокнот — делает наброски. Она уже нарисовала его плечи. И шею. И руки.
— У неё талант, — говорит Джинкс, сама не понимая, зачем.
— Талант быть сталкером, — поправляет Даша.
В конце линейки Вандер объявляет расселение.
— Девочки! Список на доске!
Даша пробивается к доске первой. Её чёрные волосы развеваются, как знамя.
— Мы с тобой в шестой комнате, — кричит она Джинкс. — Нижний лагерь! Ура, нам не придётся улыбаться вожатым каждое утро!
Потом она замолкает.
— И... Лия с нами.
Лия подходит сзади, бесшумно, как призрак. Улыбается той самой приклеенной улыбкой.
— Как здорово! — говорит она. — Мы так интересно познакомимся!
Даша смотрит на Джинкс. Джинкс смотрит на Дашу.
— Я хочу в другой лагерь, — шепчет Джинкс.
— Поздно, — шепчет Даша.
---
11:30. Комната №6. Нижний лагерь.
Комната маленькая, на троих. Три кровати с пружинными матрасами, три тумбочки, один шкаф на всех. Обои когда-то были цветочными, но теперь на них кто-то нарисовал граффити — череп, пару неприличных слов и сердце, пронзённое стрелой.
— Домашний уют, — заключает Даша, кидая рюкзак на кровать у окна. — Я беру эту.
Джинкс выбирает кровать у стены — так, чтобы видеть дверь. Привычка, от которой она не может избавиться.
Лия ставит свой аккуратный чемоданчик на оставшуюся кровать — у двери. Достаёт маленькую подушку с вышивкой, плед, несколько баночек с кремами. Всё пахнет клубникой.
— А у тебя волосы такие яркие, — говорит она Джинкс, не оборачиваясь. — Это краска? Я слышала, она вредная для кожи головы.
— Я слышала, что мнения — как задницы, — отвечает Джинкс. — Есть у каждого, но не всем их показывают.
Даша фыркает.
Лия поворачивается. Улыбка не сходит с её лица, но становится чуть шире, чуть напряжённее.
— У тебя отличное чувство юмора, — говорит она. — Нам будет весело.
Она выходит в коридор — то ли в туалет, то ли просто подышать. Как только дверь закрывается, Даша падает на кровать и начинает трястись от беззвучного смеха.
— Ты видела её лицо? — давится она. — «Вредная для кожи головы»! Она тебя ненавидит уже через полчаса!
— Я ничего ей не сделала, — Джинкс пожимает плечами, но внутри что-то неприятно скребёт.
— Именно. Ты просто существуешь. Для некоторых этого достаточно.
Джинкс смотрит на дверь. Потом на рисунок на стене — сердце, пронзённое стрелой.
— Даш, а этот Экко... он что, с ней?
— С Лией? — Даша закатывает глаза. — Боже, нет. Она сама себя приклеила. Он даже не замечает её рисунков. Говорят, в прошлую смену она подарила ему альбом, полный его портретов. Он сказал «спасибо» и отдал Клэггору — тому здоровяку, — чтобы тот рисовал в нём свои стихи.
— Он пишет стихи?
— Клэггор? — Даша поднимает бровь. — Никто не знает. Но все боятся спросить.
---
13:00. Обед. Столовая.
Столовая — большое светлое помещение с длинными столами и пластиковыми стульями. Пахнет супом, хлебом и дешёвым компотом. Вожатый Силько — тот самый, с прилизанной причёской и хитрыми глазами — стоит у раздачи и записывает фамилии.
— Сегодня рассадка по отрядам! — командует он. — Не теряем друг друга!
Экко — староста — показывает их отряду стол в углу. У окна. Джинкс замечает, что Лия уже сидит на том месте, откуда видно Экко лучше всего.
Даша тянет Джинкс за руку:
— Сядем рядом с тем рыжим. Он похож на того, у кого есть лишние котлеты.
Рыжий — парень с взлохмаченными волосами и веснушками на носу — сидит с краю и ковыряет суп. Его зовут Майло. Он главный сплетник лагеря и диджей по совместительству.
— Привет, новенькие! — он лучится энтузиазмом. — Я Майло. Если вам нужна музыка, сплетни или лишняя порция хлеба — ко мне.
— Нам нужны сплетни, — Даша садится напротив, подпирает голову рукой. — Расскажи про старосту.
— Про Экко? — Майло понижает голос. — А что Экко? Парень простой. Из детдома, слышала? В прошлом году приехал, и с тех пор его каждый год отправляют сюда — то ли на перевоспитание, то ли просто некуда.
Джинкс замирает. Из детдома. Как она.
— А про девочек расскажи, — подначивает Даша.
— Каких девочек?
— Ну, например, вон ту, — Даша незаметно кивает на Лию, которая через два стола поправляет волосы, глядя в ложку как в зеркало.
— А, Лия, — Майло машет рукой. — Она безобидная. Рисует, мечтает, пишет стихи. В прошлом году пыталась записаться к Экко в напарники на верёвочный курс, но он выбрал Клэггора.
— Почему?
— Потому что Клэггор не смотрит на него щенячьими глазами три часа подряд.
Даша довольно кивает. Джинкс ест суп и чувствует на себе взгляд. Поднимает голову — Лия смотрит на неё. Не улыбается. Просто смотрит.
Джинкс не отводит взгляд первой.
---
15:00. Кружки по интересам. Запись.
После обеда — запись в кружки. На доске объявлений висит список:
· Художественный кружок (рук. тётя Эмма) — Лия записывается первой.
· Музыкальный кружок (рук. Майло, неофициально) — туда же тащит Дашу, хотя она не умеет играть ни на чём, кроме нервов.
· Технический кружок (рук. старый механик) — Джинкс записывается сразу, не глядя.
· Спортивный кружок (капитан Севика) — туда записывается половина лагеря, потому что Севика красивая и строгая.
· Литературный кружок — Клэггор записывается молча, ни на кого не глядя. Все делают вид, что не заметили.
— Ты идёшь в технический? — удивляется Даша. — Ты же терпеть не можешь, когда тебе говорят, что делать.
— Там можно ломать, — пожимает плечами Джинкс. — Мне сказали.
— Кто сказал?
— Старый механик. Я ему на ходу руку сломала.
— В каком смысле?
— Он попросил помочь с дрелью. Я помогла.
Даша вздыхает, но ничего не говорит. Она уже привыкла.
---
17:00. Технический кружок. Мастерская.
Мастерская находится в подвале столовой — сырая, пыльная, пахнет маслом и старым железом. Старый механик — мужчина с прокуренным голосом и отсутствующим пальцем на левой руке — кивает Джинкс на верстак.
— Ты новенькая? Руки не оторвёшь?
— Не обещаю, — Джинкс уже рассматривает разобранный вентилятор.
Она не замечает, что в мастерской есть кто-то ещё. Пока не слышит знакомый голос:
— Она не оторвёт. Если только специально.
Экко.
Он стоит у стеллажа с инструментами, в руках — старая зажигалка, которую он крутит между пальцами.
— Ты тоже в техническом? — Джинкс старается говорить равнодушно.
— Я здесь живу почти, — он улыбается. — Чинить всё равно некому. А ты... любишь ломать?
— Люблю чинить по-своему.
Старый механик уходит курить, оставляя их вдвоём. В мастерской тихо, только гудит трансформатор за стеной.
— Ты та самая, с синими волосами, — говорит Экко, приближаясь. — Я тебя заметил на линейке.
— Потому что я громкая?
— Потому что ты не улыбалась, когда все улыбались.
Джинкс замирает. Он заметил. Среди сотни лиц он заметил именно это.
— А ты всегда такой наблюдательный?
— Только когда вижу что-то интересное.
Он встаёт рядом. От него пахнет дешёвым мылом и металлом. Джинкс не двигается.
— Что ты чинишь? — спрашивает она, кивая на зажигалку.
— Сердце, — он серьёзен ровно секунду, потом усмехается. — Шучу. Зажигалку. У неё искра пропала.
— Может, она просто разлюбила.
— Искры? Так не бывает.
Экко щёлкает зажигалкой — раз, второй, третий. На третий раз вырывается маленький оранжевый огонёк. Он смотрит на него, потом на Джинкс.
— Видишь? Иногда нужно просто попробовать ещё раз.
Джинкс не знает, что ответить. Она вообще не умеет на такое отвечать. Поэтому просто берёт с верстака гаечный ключ и начинает откручивать вентилятор.
Экко смеётся.
— Ты всегда уходишь от ответа через инструменты?
— Всегда, — говорит Джинкс, не оборачиваясь.
Но уголок её губ поднимается вверх.
---
19:00. Ужин. Столовая.
Лия наблюдает за ними.
Она видела, как Экко задержался в мастерской. Как он вышел оттуда через час после того, как закончился кружок. Как Джинкс вышла следом, с чёрной полосой масла на щеке.
Лия не ест. Она рисует в блокноте. Теперь не профиль — их двоих. Экко и эту синюю. Стоят слишком близко. Слишком.
— Ты не ешь, — Даша садится напротив, пододвигает тарелку с котлетой. — Будешь злой и голодной. Смертельная комбинация.
— Я не голодна.
— Ты ревнуешь. Это не голод, но симптомы похожи.
Лия поднимает глаза. В них что-то тёмное, чего Даша ещё не видела.
— С чего ты взяла, что я ревную?
— С того, что ты сломала второй карандаш за день.
Лия смотрит на свои пальцы. Грифель на них. Чёрный.
— Она ничего о нём не знает, — тихо говорит Лия. — Она не знает, что он боится грозы. Что он не умеет плавать. Что он каждое утро поправляет бандану, потому что ему стыдно за шрам.
— А ты знаешь?
— Я всё о нём знаю.
Даша смотрит на неё долго, пристально. Потом говорит:
— Это называется «одержимость», Лия. Лечится.
Лия улыбается. Сладко. Опасно.
— Это называется «любовь». И она не лечится.
---
21:00. Костёр. Знакомство.
Вечером весь лагерь собирается у костра. Огромное пламя лижет небо, пахнет дымом и жжёным сахаром — кто-то жарит зефир. Вожатый Вандер объявляет «круг знакомства».
— Каждый расскажет о себе что-то, чего другие не знают!
Даша шепчет Джинкс:
— Я скажу, что умею отрывать крышки зубами.
— Ты не умеешь.
— Они не проверят.
Доходит до Экко. Он встаёт, поправляет бандану (каждое утро, как и сказала Лия) и говорит:
— Я Экко. Не умею плавать. Боюсь, что однажды починю что-то, что нельзя было чинить. И... — он смотрит прямо на Джинкс, — я не сдаюсь после первой попытки.
Джинкс смотрит в огонь.
Доходит до Лии. Она выходит в круг, улыбается.
— Я Лия. Рисую. Люблю, когда всё красиво. И терпеть не могу, когда кто-то портит то, что принадлежит мне.
Она тоже смотрит на Джинкс.
Даша толкает Джинкс локтем.
— Это был выстрел, подруга.
— Я не боюсь пуль, — шепчет Джинкс.
Но внутри что-то замирает.
---
23:00. Отбой. Комната №6.
Джинкс не спит. Она сидит на подоконнике, смотрит на луну, и в голове у неё шумит. Экко. Его руки. Его шрам. То, как Лия смотрела на неё у костра.
— Эй.
Она дёргается. В окне — он.
Экко стоит снаружи, опираясь на подоконник. В темноте его глаза блестят.
— Ты... — Джинкс хлопает глазами. — Ты с какой планеты выпал?
— С третьего корпуса. — Экко ухмыляется. — Заметил, ты не пришла на вечернюю линейку. У нас правила, знаешь ли.
— А ты всегда лазаешь по девчачьим окнам, чтобы проверить правила?
— Только когда есть подозрение, что кто-то готовит взрывчатку в тумбочке.
Джинкс усмехается — не специально, само вырывается.
— А если готовлю?
— Тогда я помогу. — Экко протягивает руку. — Слезай. Покажу тебе одно место. Там тихо. И никто не увидит.
Она смотрит на его ладонь. На секунду кажется, что весь воздух вокруг становится густым, как сироп.
— А Лия не рассердится? — вылетает у неё раньше, чем она успевает подумать.
Экко хмурится:
— А Лия тут при чём?
Джинкс не отвечает. Она просто берёт его за руку и спрыгивает с подоконника.
Сзади, из-за шторы, два ядовито-зелёных глаза наблюдают за этим с улыбкой.
А из кровати у двери — ни звука. Лия не спит. Она просто ждёт.
---
23:30. За корпусами. Заброшенная котельная.
Экко ведёт Джинкс через кусты сирени, мимо старого автопарка, к железной двери.
— Твоя берлога, — констатирует Джинкс.
— Наша, теперь.
Внутри пахнет ржавчиной и сыростью. Есть старый диван, плед с оленями и граффити на стенах.
— Кто рисовал? — спрашивает Джинкс.
— Я. И прошлые жильцы.
Она рассматривает розочку с шипами, потом поворачивается к нему.
— Зачем ты меня привёл?
— Потому что ты не такая, как все.
— Это плохо?
— Это лучшее, что может быть.
Он садится на диван. Она рядом.
— Дай руку, — говорит он.
— Зачем?
— Дай.
Она протягивает. Он берёт её ладонь, переворачивает, смотрит на линии. Потом достаёт чёрный перманентный фломастер и начинает рисовать у неё на запястье.
— Что ты делаешь?
— Чиню.
Он рисует маленькие шестерёнки, стрелки, цифру «6». Когда заканчивает, подносит её руку к своим губам — и дует на свежий рисунок.
Джинкс перестаёт дышать.
— Теперь ты помечена, — шепчет он. — Если сломаешься — приходи. Починю.
— А если я сломаю тебя?
— Тогда будешь чинить меня. Договорились?
Она смотрит на рисунок. На его пальцы, которые всё ещё держат её запястье.
— Договорились, — шепчет она.
---
23:45. Та же котельная. Две минуты спустя.
— Экко, — говорит Джинкс.
— М?
— Ты правда поможешь мне с взрывчаткой?
— Правда.
— А потом?
— А потом? — Он наклоняется. Она чувствует его дыхание на своих губах. — А потом посмотрим, что ещё мы сможем взорвать вместе.
Она не знает, кто первый сокращает расстояние. Но когда их губы встречаются — это похоже на искру. Маленькую, синюю, которая разгорается в нечто большее.
За стеной, в кустах, кто-то замирает.
Светлые волосы блестят в лунном свете.
Лия видит всё.
И не плачет.
Она улыбается.
---
23:59. Комната №6. Почти полночь.
Даша лежит с открытыми глазами и считает вдохи Лии. Слишком ровные для человека, который только что вернулся с прогулки.
— Лия, — зовёт она шёпотом.
— Что?
— Не делай глупостей.
— Я никогда не делаю глупостей, — голос Лии звучит спокойно, даже весело. — Я делаю правильные вещи. Просто люди их не понимают.
Даша закрывает глаза.
В комнате темно. Пахнет клубникой и пылью.
За окном — луна, такая же белая, как улыбка Лии.
---
Конец дня первого.
---
День второй. Верёвочный курс. «Доверие или смерть»
7:00. Утро. Комната №6. Побудка без будильника.
Джинкс просыпается от того, что кто-то орёт на весь коридор. Голос принадлежит вожатому Силько — хриплый, командный, с нотками садизма.
— ПОДЪЁМ! ЧЕРЕЗ ПЯТНАДЦАТЬ МИНУТ НА ЗАРЯДКУ! ОПАЗДЫВАЮЩИХ БУДЕМ ПОЛИВАТЬ ХОЛОДНОЙ ВОДОЙ!
— Убейте меня, — стонет Джинкс, зарываясь лицом в подушку.
— Позже, — отзывается Даша из-под своего одеяла. Чёрные волосы разметались по подушке, как вороньи крылья. — Дай сначала поспать.
— Вы такие милые по утрам, — раздаётся сладкий голос Лии.
Она уже одета. В шортах, футболке с рюшами и с идеально расчёсанными волосами. Даже в семь утра она выглядит как с обложки журнала «Примерная девочка».
Джинкс приподнимает голову, щурится.
— Ты что, вообще не спишь?
— Сплю, просто умею организовать время.
— Или ты робот, — бормочет Даша. — Я тоже так хочу. Заряжать себя на ночь.
Лия улыбается. Ничего не говорит. Достаёт из тумбочки блокнот и начинает рисовать — быстрые, уверенные штрихи. Джинкс не видит, что именно, но подозревает, что это снова профиль.
Профиль с банданой.
Джинкс отворачивается к стене. На запястье — вчерашний рисунок. Шестерёнки, стрелки, цифра «6». Она провела по нему пальцем перед сном, и краска чуть смазалась. Теперь он выглядит старым, будто его нарисовали годы назад.
— Ты это не смоешь? — спрашивает Лия, заметив её жест.
— Нет.
— Почему?
Джинкс не отвечает. Потому что он сказал «починю». Потому что никто никогда не предлагал ей чинить. Только ломать.
Лия смотрит на рисунок долгим, изучающим взглядом. Её улыбка становится чуть тоньше.
— Мило, — говорит она. — Шестерёнки. Как в мастерской.
— Ага.
— Экко любит мастерскую.
Джинкс наконец поворачивается к ней. Смотрит прямо.
— Я знаю.
Лия моргает первой.
---
7:30. Зарядка. Спортплощадка.
На улице прохладно, трава мокрая от росы, и все злые. Вожатый Вандер стоит в центре поля и показывает «весёлые упражнения под музыку». Музыку выбирает Майло — он притащил старую колонку и включил какой-то быстрый трек с басами, от которых дрожит земля.
— Выше ноги! Выше! — кричит Вандер.
— Я вообще не понимаю, зачем мы это делаем, — пыхтит Даша, пытаясь дотянуться руками до носков. — Мы же в лагере, а не в армии.
— Чтобы мы не закисли, — отвечает Севика, которая делает упражнения с таким видом, будто участвует в Олимпийских играх.
Севика — капитан волейбольной команды, короткая стрижка, твёрдый взгляд и руки, которые помнят сотни ударов по мячу. Она не улыбается никогда. Но и не злится. Она просто есть.
— А ты всегда такая спортивная? — спрашивает Даша, сдаваясь и просто стоя на месте.
— Всегда, — отрезает Севика. — А ты всегда такая ленивая?
— Это не лень. Это энергосбережение.
Севика фыркает, но в уголках её губ мелькает что-то похожее на улыбку.
Джинкс не делает зарядку. Она стоит в стороне, жует травинку и наблюдает за Экко. Он в первой шеренге, делает всё чётко, без напряжения. Его движения точные, как у часового механизма.
Рядом с ним — Клэггор. Здоровяк, который двигается медленно, но с такой силой, что кажется, будто земля под ним прогибается.
— Клэггор! — кричит Вандер. — Не дави на газон, мы его осенью пересаживаем!
Клэггор молчит. Просто кивает.
Майло, который уже устал держать колонку, ставит её на землю и подбегает к Даше.
— Слушай, — говорит он, запыхавшись, — а ты сегодня на музыкальный придёшь?
— А что там делать?
— Ну... музыку слушать. Играть. Я гитару принёс.
— Ты играешь?
— Немного. — Он краснеет. Веснушки на носу становятся ярче. — На трёх аккордах. Но звучит.
Даша смотрит на него. Долго. Потом говорит:
— Приду. Но если будет скучно — я уйду.
— Договорились!
Майло сияет. Даша отворачивается, но Джинкс замечает, что подруга слегка улыбается.
— А ты, — говорит Джинкс, когда Майло убегает, — вроде не хотела ни в какие кружки.
— Я передумала, — Даша пожимает плечами. — Музыка — это искусство. Я тонкая натура.
— Ты тонкая натура, которая ест чипсы на завтрак.
— Это и есть искусство.
---
9:00. Завтрак. Столовая.
За завтраком — каша. Все её ненавидят. Даже вожатые.
— Это не каша, — говорит Майло, ковыряя ложкой в тарелке. — Это строительный материал.
— Ешь давай, — рычит Силько, проходя мимо. — Будешь сильным и здоровым.
— Я хочу быть слабым и счастливым.
Силько не оценил шутку.
Джинкс сидит между Дашей и Клэггором. Клэггор ест молча, быстро, без остановки. Он уже умял три порции и тянется за четвёртой.
— Клэггор, — говорит Джинкс, — ты когда-нибудь разговариваешь?
Он поднимает на неё глаза. Серые, спокойные, как озеро.
— Когда нужно, — отвечает он басом, от которого вибрирует стол.
— А сейчас не нужно?
— Нет.
И продолжает есть.
Даша шепчет Джинкс на ухо:
— Говорят, он однажды за месяц не сказал ни слова. Все думали, он немой. А он просто не хотел.
— И что заставило его заговорить?
— Вожатый сказал, что отключат ужин, если никто не скажет тост.
— И что он сказал?
— «Дайте поесть».
Джинкс улыбается. Клэггор — её новый любимый человек.
На другом конце стола — Лия. Она не ест кашу. Она рисует. И смотрит.
Экко сидит напротив неё, но не замечает. Он смотрит на Джинкс. Лия видит это. Её карандаш замирает.
— Лия, — зовёт её девочка из художественного кружка, — ты дорисуешь? У тебя отлично получается.
Лия смотрит на свой блокнот. Там — Экко. Его глаза смотрят куда-то в сторону. Туда, где сидит Джинкс.
— Да, — говорит Лия, переворачивая страницу. — Я дорисую. Позже.
---
10:00. Верёвочный курс. Построение.
Вандер объявляет правила:
— Сегодня вы будете работать в парах. Полоса препятствий, задания на доверие, командный дух. Победители получают приз — дополнительный час свободного времени. Проигравшие... — он делает паузу, — моют посуду неделю.
Отряд стонет.
— Пары я назначаю сам! — кричит Вандер, перекрывая шум. — Без обид, так надо для баланса!
Он достаёт список. Читает:
— Первая пара: Майло и Лия.
Майло радостно машет. Лия замирает.
— Вторая: Джинкс и Экко.
Даша толкает Джинкс локтем. Джинкс делает каменное лицо, но сердце начинает биться быстрее.
— Третья: Даша и Клэггор.
Даша открывает рот, чтобы возразить, но Клэггор молча встаёт рядом, и она закрывает рот.
— Четвёртая: Севика и Чак.
Чак — младший брат кого-то из вожатых, маленький, шустрый, вечно путается под ногами. Севика смотрит на него сверху вниз.
— Ты не упадёшь? — спрашивает она.
— А ты поймаешь? — парирует Чак.
Севика усмехается. Впервые за день.
— Поймаю.
---
10:15. Первое задание. «Слепой и поводырь».
— Сейчас один из вас завяжет глаза, — объясняет Вандер. — Второй будет вести его голосом через полосу препятствий. Задание — не сбиться с пути, не упасть и, самое главное, — он поднимает палец, — доверять.
Экко протягивает Джинкс чёрную повязку.
— Кто первый?
— Ты, — говорит Джинкс. — Я хочу посмотреть, как ты доверяешь.
Экко усмехается. Завязывает глаза.
— Если я умру, я вернусь и убью тебя, — говорит он.
— Справедливо.
Полоса препятствий: брёвна, верёвки, старые покрышки, узкий мостик над лужей. Джинкс ведёт его голосом.
— Три шага вперёд. Нет, левее. Ещё левее. Стоп. Теперь подними ногу выше — там бревно.
Экко идёт, не сомневаясь. Ни разу не споткнулся. Ни разу не спросил «ты уверена?».
Когда они доходят до финиша, Джинкс не может удержаться:
— Ты что, вообще не боишься?
Экко снимает повязку. Глаза щурятся от солнца.
— Боюсь. Но не тебя.
— Почему?
— Потому что ты не врёшь. Даже когда молчишь.
Джинкс смотрит на него. Солнце светит прямо в глаза, но она не отводит взгляд.
---
10:30. Второе задание. «Слепой и поводырь — смена ролей».
Теперь повязка на Джинкс.
Она ничего не видит. Только темнота и голос Экко рядом.
— Вперёд, — говорит он. — Прямо. Не бойся.
— Я не боюсь, — врёт она.
— Бревно через два шага. Перешагни.
Она перешагивает. Нога скользит — мокрая кора. Она почти падает, но Экко хватает её за талию.
— Держу, — шепчет он ей в ухо. — Иди.
Она идёт. Шаг за шагом. Доверяет. Впервые за долгое время кому-то доверяет.
Когда она снимает повязку, Экко всё ещё держит её за талию.
— Ты могла упасть, — говорит он.
— Но не упала.
— Потому что я держал.
Они стоят так несколько секунд. Потом Майло кричит откуда-то:
— Вы там живы?
— Живы, — отвечает Экко, отпуская её.
Но его пальцы касаются её спины ещё мгновение. Слишком долгое для случайности.
---
11:00. Параллельные истории. Майло и Лия.
У них не ладится с самого начала.
— Левей! — кричит Лия. — Нет, правей! Ты глухой?
— Я не глухой! — огрызается Майло с завязанными глазами. — Ты просто говоришь непонятно!
— Я говорю идеально понятно! Ты не умеешь слушать!
Он спотыкается о бревно, падает лицом в траву.
— Отлично! — кричит Лия. — Просто отлично! Мы будем мыть посуду неделю из-за тебя!
Майло поднимается. Сдирает повязку. В глазах — обида.
— А может, из-за тебя? — говорит он тихо. — Может, если бы ты не орала, я бы тебя лучше слышал?
Лия замолкает. На секунду её идеальное лицо трескается.
— Я просто хочу выиграть, — бормочет она.
— А я просто хочу, чтобы ты не кричала.
Они смотрят друг на друга. Майло — красный, взъерошенный, с травой в волосах. Лия — бледная, с дрожащими губами.
— Давай заново, — говорит она наконец. — Только... тише.
— Договорились.
Он снова завязывает глаза. Она ведёт его тихо, спокойно. И они проходят полосу. Медленно, но без ошибок.
В конце Лия почти улыбается.
— Не так сложно, когда не орёшь, — говорит Майло.
— Заткнись, — беззлобно отвечает она.
Но когда он отворачивается, Лия смотрит в сторону Джинкс и Экко. Те стоят слишком близко. Слишком.
Улыбка исчезает.
---
11:15. Даша и Клэггор. Идеальная тишина.
Они не разговаривают. Вообще.
Даша с завязанными глазами. Клэггор ведёт её.
— Вперёд, — говорит он. И всё.
Она идёт. Ни разу не споткнулась. Ни разу не спросила «куда». Просто шла.
Когда она снимает повязку, то смотрит на него с уважением.
— Ты хорошо ведёшь, — говорит она.
— Ты хорошо идёшь, — отвечает он.
— Мы победим?
— Возможно.
— Это всё, что ты можешь сказать?
— Возможно, — повторяет он, и в его серых глазах мелькает искра юмора.
Даша смеётся. Громко, искренне. Клэггор почти улыбается.
— Ты нравишься мне, — говорит Даша. — Ты не задаёшь лишних вопросов.
— Вопросы — лишние, когда ответы и так ясны.
— И какие ответы ясны?
Он смотрит на неё. На её чёрные волосы, зелёные глаза, родинку над губой.
— Ты сильная, — говорит он. — И злая. Но не со зла. От боли.
Даша перестаёт смеяться.
— Откуда ты знаешь?
— Я тоже сильный и злой. Тоже от боли.
Она смотрит на него. Долго. Потом кивает.
— Хорошо, Клэггор. Ты прошёл тест.
— Какой тест?
— На человечность.
Он кивает. И они идут дальше. Всё так же молча. Но теперь это другое молчание.
---
12:00. Обед. Разговоры за едой.
Джинкс сидит рядом с Экко. Даша — с другой стороны. Лия — напротив, через три человека. Она не смотрит на них. Она смотрит в тарелку.
— Мы сегодня победим, — говорит Экко. — Мы прошли быстрее всех.
— Мы прошли быстрее всех? — удивляется Джинкс.
— А ты не заметила? — он улыбается. — Ты слишком хорошо меня вела.
— Или ты слишком хорошо меня слушал.
— Это одно и то же.
Они смотрят друг на друга. Даша кашляет.
— Вы меня тошните, — говорит она. — Но в хорошем смысле.
— Бывает в хорошем смысле? — спрашивает Джинкс.
— С тобой — впервые.
Экко смеётся. Джинкс пихает Дашу локтем.
Лия встаёт из-за стола.
— Я не голодна, — говорит она и уходит.
Никто не идёт за ней.
---
13:00. Свободное время. Лия плачет в библиотеке.
Старая библиотека — пыльная, тёмная, пахнет бумагой и забвением. Лия сидит в углу, спрятавшись за стеллажом, и плачет. Тихо. Без звука.
Она сжимает блокнот. На развороте — Экко и Джинкс. Она нарисовала их утром, после зарядки. Они стояли слишком близко. Слишком.
— Почему она? — шепчет Лия. — Почему не я?
В дверях появляется Севика.
— Ты плачешь, — констатирует она.
Лия поднимает голову. Глаза красные, нос распух.
— Тебе какое дело?
— Никакого. — Севика садится рядом, на пол, скрестив ноги. — Но плакать в одиночестве глупо. Плачь при свидетелях. Хотя бы для драматизма.
Лия шмыгает носом.
— Ты не понимаешь.
— Не понимаю, — соглашается Севика. — Объясни.
Лия молчит. Потом говорит:
— Я люблю его два года. Два года я рисую его. Два года я жду, что он заметит. А тут приходит эта... синяя... за один день...
— И что?
— И всё.
Севика смотрит на неё. Без жалости. Без сочувствия.
— Значит, ты не умеешь бороться, — говорит она. — Если за два года он тебя не заметил, может, дело не в ней?
Лия замирает.
— Ты на чьей стороне?
— Ни на чьей. Я просто говорю правду. — Севика встаёт. — Если хочешь его — борись. Но не слезами. Они никого не возвращают.
Она уходит. Лия остаётся одна.
Плакать перестаёт.
---
14:00. Третье задание. «Паутина».
Большая сетка из верёвок. Нужно пролезть сквозь ячейки, не задев их. На время.
— Это задание на гибкость и терпение, — объявляет Вандер. — И на умение дышать, когда тесно.
Джинкс и Экко проходят первыми. Джинкс маленькая, юркая — пролезает за секунды. Экко шире в плечах, ему труднее, но он справляется.
— Ты как змея, — говорит он, когда она выбирается с другой стороны.
— Ты как удав, — отвечает она. — Тоже гибкий.
— Это комплимент?
— Не знаю. Сам реши.
Он смеётся. Она тоже.
Лия и Майло проходят медленно, но без ошибок. Лия сосредоточена, не смотрит по сторонам. Майло помогает ей, подсказывает.
— Твоя нога зацепилась, — говорит он. — Отпусти.
— Я пытаюсь.
— Не пытайся. Делай.
Она слушается. Проходит.
— Спасибо, — бросает она на выходе.
— Пожалуйста, — отвечает он.
Даша и Клэггор проходят молча. Клэггор такой большой, что едва пролезает в ячейки. Даша ждёт с другой стороны.
— Ты застрял, — говорит она.
— Нет, — кряхтит он.
— Твоя футболка зацепилась.
— Знаю.
— Помочь?
— Нет.
Он с рывком вырывается, футболка трещит по шву.
— Теперь у тебя дырка, — замечает Даша.
— Модно, — отвечает Клэггор.
Даша улыбается.
---
16:00. Финальное задание. «Доверие падение».
Нужно упасть назад с высоты, а напарник ловит.
— Это самое страшное задание, — говорит Вандер. — Здесь нельзя ошибаться.
Экко встаёт за спиной Джинкс.
— Ты готова? — спрашивает он.
— Нет, — честно отвечает она.
— Я поймаю.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я никогда не ронял то, что важно.
Она закрывает глаза. Падает.
Он ловит.
Её спина — в его руках. Она открывает глаза и видит его лицо в двух сантиметрах от своего.
— Поймал, — говорит он.
— Поймал, — повторяет она.
Он не отпускает её несколько секунд. Потом ставит на ноги.
— Твоя очередь, — говорит она.
Он закрывает глаза. Падает.
Она ловит. С трудом — он тяжелее, чем кажется. Но держит.
— Тяжёлый, — выдыхает она.
— Я знаю.
Она ставит его на ноги. Их руки всё ещё соприкасаются.
— Мы команда? — спрашивает она.
— Мы команда, — отвечает он.
---
17:00. Объявление результатов.
— Первое место! — кричит Вандер. — Джинкс и Экко! Дополнительный час свободного времени!
Джинкс улыбается. Экко пожимает ей руку — и не отпускает.
— Второе место — Даша и Клэггор! Вы тоже молодцы!
Даша кивает. Клэггор молчит, но выглядит довольным.
— Третье место — Майло и Лия!
Майло радуется. Лия улыбается — вежливо, пусто.
— Четвёртое — Севика и Чак. Но вы маленькие, вам простительно.
— Я не маленький! — возмущается Чак.
— Ты ниже меня на голову, — парирует Севика.
— Это временно!
— Конечно, дорогой.
Чак надувается, но Севика треплет его по голове, и он оттаивает.
---
19:00. Ужин. Лия что-то задумала.
Она почти не ест. Смотрит на Джинкс и Экко, которые сидят рядом, смеются, делятся хлебом.
Даша замечает этот взгляд.
— Лия, — говорит она, — прекрати.
— Что прекратить?
— Смотреть на них так, будто ты собираешься сделать что-то глупое.
— Я ничего не собираюсь делать.
— Врёшь.
Лия улыбается. Та самая улыбка — сладкая, опасная.
— Увидишь, — говорит она.
---
21:00. Костёр. Истории на ночь.
Вандер просит всех рассказать «самый страшный случай из жизни».
Майло рассказывает, как его заперли в подвале на час.
— Там было темно и холодно. Я чуть не умер от страха.
— Ты чуть не умер от голода, — поправляет Даша. — Я знаю, ты всегда думаешь о еде.
Все смеются.
Клэггор рассказывает о пауке в ботинке.
— Я не надевал их три дня.
— Ты боишься пауков? — удивляется Даша.
— Нет. Я боялся, что он захочет дружить.
Снова смех.
Лия рассказывает историю о том, как однажды потерялась в лесу.
— Мне было десять. Я боялась, что меня никто не найдёт. Но потом я нарисовала стрелку на дереве и пошла по своим же рисункам.
— Ты спасла себя сама? — спрашивает Чак.
— Да. Никто не придёт, если не позовёшь. А я умею звать.
Она смотрит на Экко. Он не замечает.
Джинкс не рассказывает ничего.
— У меня нет страшных историй, — говорит она.
— Врёшь, — шепчет Даша.
— Моя жизнь — страшная история. Я не хочу её пересказывать.
Экко смотрит на неё. Понимающе.
---
23:00. Отбой. Комната №6.
Джинкс не спит. Сидит на подоконнике, смотрит на луну.
В окно стучат.
Она открывает — Экко.
— Идём, — говорит он.
— Куда?
— В котельную. Покажу тебе кое-что.
Она спрыгивает. Они уходят.
Лия смотрит в потолок. Считает до ста.
Потом встаёт, одевается и выходит следом.
---
23:30. Котельная.
Они сидят на диване. Экко чинит старый радиоприёмник.
— Должно работать, — бормочет он.
— Ты говоришь это каждому прибору перед смертью.
— Этот не умрёт. Я обещал.
Он щёлкает тумблером. Радио оживает — шипит, трещит, потом ловит волну. Старая песня, медленная, про любовь.
— Танцуешь? — спрашивает он.
— Не умею.
— Научу.
Он берёт её за руки. Ставит себе на ноги.
— Просто стой. Я буду двигаться.
Она стоит. Он двигается. Они танцуют под шум радио, в темноте, в ржавой котельной.
— Джинкс, — шепчет он.
— М?
— Ты боишься?
— Чего?
— Что я сломаюсь?
Она смотрит ему в глаза.
— Боюсь, что ты уже сломан. Просто хорошо чинишь.
Он улыбается. Криво. Больно.
— Тогда почини меня, — говорит он.
И целует её.
---
23:45. Снаружи. Лия.
Она стоит за стеной, слушает радио, тихие голоса, звук поцелуя.
Её пальцы сжимаются в кулаки.
Она не плачет.
Она улыбается.
«Никто не придёт, если не позовёшь. А я умею звать».
Она уходит в темноту. Бесшумно, как призрак.
---
23:55. Комната №6. Возвращение.
Джинкс залезает в окно. Даша притворяется спящей.
— Я знаю, что ты не спишь, — шепчет Джинкс.
— Я сплю, — шепчет Даша. — И ничего не видела. Особенно того, как ты целовалась в котельной.
— Откуда ты...
— Я всё знаю. Я Даша.
Джинкс падает на кровать.
— Даш, я влюбилась.
— Знаю, дурочка.
— Это страшно.
— Это всегда страшно.
Молчание.
— Лия выходила ночью, — говорит Даша.
— Куда?
— Не знаю. Но вернулась с улыбкой. С плохой такой улыбкой.
Джинкс смотрит на дверь.
— Берегись её, — шепчет Даша. — У неё глаза как у куклы. Красивые, но мёртвые.
— Я не боюсь кукол.
— А зря.
---День третий. Ревность. «Глаза не врут»
6:30. Утро. Комната №6. Тишина перед бурей.
Джинкс просыпается от того, что кто-то гладит её по волосам.
Она резко открывает глаза — Даша сидит на краю кровати и смотрит на неё с нечитаемым выражением.
— Ты чего? — хрипит Джинкс.
— Ты улыбалась во сне, — говорит Даша. — Это пугает.
— Я не улыбаюсь во сне.
— Сегодня улыбалась. — Даша наклоняется ближе. — Это из-за него?
Джинкс отворачивается к стене. На запястье — рисунок. Шестерёнки, стрелки, цифра «6». Она не смывала его. Не смоет никогда.
— Может быть, — бормочет она.
— Боже, — Даша закатывает глаза, но улыбается. — Ты влюблена по уши. И уши у тебя синие, так что это заметно.
— Заткнись.
— Не заткнусь. Я твоя подруга, моя обязанность — доводить тебя до бешенства.
С кровати у двери раздаётся шорох. Лия уже не спит — она сидит, обняв колени, и смотрит в окно. На ней белая ночная рубашка с рюшами, волосы распущены, и она похожа на привидение.
— Ты рано встала, — замечает Даша.
— Не спалось, — тихо отвечает Лия.
— Приснилось что-то?
— Нет. Я не смотрю сны. Я их рисую.
Она переводит взгляд на Джинкс. На её запястье. На рисунок.
— Красивые шестерёнки, — говорит она. — Экко так рисует?
— Откуда ты знаешь? — Джинкс смотрит на неё.
— Я много знаю об Экко. — Лия улыбается. Та самая улыбка — сладкая, как клубника, и такая же липкая. — Например, я знаю, что он не любит, когда трогают его бандану. Что он ненавидит грозу. Что он не умеет плавать. Что он каждое утро поправляет волосы перед зеркалом, потому что стесняется шрама.
Джинкс молчит. Внутри что-то скребёт.
— Ты хорошо его изучила, — говорит она нейтрально.
— Два года, — пожимает плечами Лия. — Это много времени, чтобы узнать человека.
Даша переводит взгляд с одной на другую, как на теннисном матче.
— Так, девочки, — вмешивается она, — сейчас семь утра, а вы уже мечете молнии. Может, подождём хотя бы до завтрака?
Лия встаёт, поправляет рубашку.
— Я просто делюсь наблюдениями, — говорит она. — Ничего личного.
Она выходит в коридор. Дверь закрывается за ней с тихим щелчком.
— Ничего личного, — передразнивает Даша. — Ага. У неё на лбу написано «личное» большими буквами.
— Мне всё равно, — говорит Джинкс, но голос дрожит.
— Врёшь, — вздыхает Даша. — Но это не страшно. Страшно, что она не врёт. Она действительно много о нём знает.
— И что мне делать?
Даша смотрит на неё долго, пристально.
— Узнай о нём больше, чем она. И тогда победишь.
---
8:00. Завтрак. Столовая. Первый укол.
Джинкс заходит в столовую и сразу ищет глазами Экко. Он сидит с Клэггором и Майло, ест кашу и что-то рассказывает. Жестикулирует. Смеётся.
Она хочет подойти к нему, но кто-то её опережает.
Лия.
Она садится рядом с Экко — на то место, которое всегда свободно, потому что никто не садится так близко к нему. Ставит перед ним стакан сока.
— Ты любишь апельсиновый, — говорит она. — Я помню.
Экко поднимает бровь.
— Спасибо, — говорит он, но не берёт стакан.
— Во вторник дают апельсиновый, — продолжает Лия. — Я специально взяла два, пока разбирали.
— Я не очень хочу пить, — вежливо отвечает Экко.
Лия не смущается. Она оставляет стакан на столе и начинает рисовать в блокноте. Быстрые штрихи. Она рисует его.
Джинкс наблюдает со стороны. В груди — неприятное, горячее.
— Садись, — говорит Даша, тянет её за руку. — Не стой столбом.
Они садятся напротив. Джинкс — прямо напротив Экко. Он поднимает глаза и улыбается ей. Тепло. По-настоящему.
— Привет, — говорит он.
— Привет, — отвечает она.
Лия не поднимает головы от блокнота, но её карандаш замирает на секунду.
— Вы сегодня на технический? — спрашивает Экко.
— Да, — Джинкс кивает. — У меня идея с вентилятором.
— С тем самым, который ты разобрала?
— Он сам разобрался. Я просто помогла.
Экко смеётся. Даша улыбается в тарелку. Клэггор молча жуёт кашу. Майло пытается что-то сказать, но его перебивает Севика:
— Вы видели объявление на доске? Сегодня вечером — «Ночной детектив».
— Что это? — спрашивает Джинкс.
— Игра по всему лагерю. Команды ищут клад. Вожатые прячут подсказки. Победители — приз.
— Мы участвуем? — Даша смотрит на Джинкс.
— Мы участвуем, — отвечает та.
Лия поднимает голову.
— Я тоже участвую, — говорит она.
Её голос звучит спокойно, но в голубых глазах — что-то твёрдое.
— Команды по три-четыре человека, — добавляет Севика. — Можете собраться сами.
— Я с Экко, — быстро говорит Лия.
Все замолкают.
Экко смотрит на неё. Потом на Джинкс.
— Мы ещё не решили, — говорит он аккуратно. — Посмотрим.
Лия улыбается, кивает, возвращается к рисунку. Но её пальцы сжимают карандаш так, что он почти трещит.
---
10:00. Технический кружок. Мастерская. Разговор начистоту.
Джинкс приходит в мастерскую первая. Старый механик куда-то ушёл, оставив записку: «Чините что хотите, только не поджигайте».
Она садится за верстак, смотрит на разобранный вентилятор. В голове — не шестерёнки. В голове — Лия. Её голос. «Я много знаю об Экко».
Дверь скрипит. Входит Экко.
— Ты рано, — говорит он.
— Ты тоже.
Он садится рядом. Достаёт зажигалку — ту самую, старую, серебряную. Крутит в пальцах.
— Ты сегодня молчаливая, — замечает он.
— Я всегда молчаливая.
— Нет. Ты громкая внутри. Сегодня внутри тихо. Что случилось?
Джинкс молчит. Смотрит на его руки. На татуировку с часами.
— Экко, — говорит она наконец, — что ты знаешь о Лии?
Он замирает.
— А что я должен знать?
— Она много знает о тебе. Говорит, что вы близки.
— Мы не близки, — Экко хмурится. — Она просто... всегда рядом.
— И ты не замечал?
— Замечал. Но я не просил её быть рядом.
Джинкс поворачивается к нему.
— Она сказала, что ты боишься грозы. Что не умеешь плавать. Что стесняешься шрама.
Экко замолкает. Его лицо становится жёстче.
— Это правда? — спрашивает Джинкс.
— Правда, — отвечает он тихо. — Но я не понимаю, почему она тебе это говорит.
— Потому что она хочет показать, что знает тебя лучше, чем я.
Экко смотрит на неё. Долго.
— Джинкс, — говорит он, — она меня не знает. Она знает факты. Это разные вещи.
— В чём разница?
— Факты — это то, что случилось. А знать человека — это понимать, почему это случилось.
Он берёт её руку. Проводит пальцем по рисунку на запястье.
— Ты знаешь, почему я нарисовал шестерёнки?
— Почему?
— Потому что ты как часы. Внутри тебя всё движется, всё работает, даже когда ты стоишь на месте. Я хочу понять, как ты устроена. Это не факты. Это то, что я вижу.
Джинкс смотрит на их руки. На его пальцы на её запястье.
— А Лия? — шепчет она. — Она видит?
— Лия видит то, что хочет видеть, — отвечает Экко. — Она рисует портреты. Но портрет — это не человек. Это просто картинка.
Он отпускает её руку.
— Не сравнивай себя с ней, — говорит он. — Это не соревнование.
— А что это?
— Это просто... мы.
Она кивает. Внутри становится чуть теплее.
Но где-то глубоко остаётся червячок сомнения. Лия знает факты. А она — нет. И это неприятно.
---
12:00. Обед. Даша и Клэггор. Разговор о важном.
Даша сидит с Клэггором на скамейке у столовой. Она ест яблоко, он — бутерброд. Вдвоём.
— Ты сегодня с нами на «Ночной детектив»? — спрашивает она.
— Если нужно, — отвечает он.
— Нужно. Нам нужен кто-то большой и страшный.
— Я не страшный.
— Ты страшный, когда молчишь. — Даша откусывает яблоко. — А ты умеешь молчать лучше всех.
Клэггор почти улыбается.
— А ты умеешь говорить за всех, — говорит он.
— Это комплимент?
— Это наблюдение.
Даша смеётся. Громко, искренне.
— Знаешь, Клэггор, — говорит она, — ты мне нравишься. Ты не пытаешься быть тем, кем не являешься.
— Смысл пытаться? — он пожимает плечами. — Я умею чинить и умею молчать. Этого достаточно.
— А ещё ты умеешь драться? — спрашивает Даша.
— Если нужно.
— А петь?
— Нет.
— А любить?
Он замолкает. Смотрит на неё. Серые глаза становятся темнее.
— Это сложный вопрос, — говорит он наконец.
— Почему?
— Потому что любовь — это не умение. Это риск.
Даша перестаёт жевать.
— Ты боишься риска?
— Я боюсь потерять, — говорит Клэггор. — Если не рискуешь — не теряешь.
— А если не рискуешь — не находишь.
Они смотрят друг на друга. Яблоко застыло в руке Даши.
— Ты философ, Клэггор, — говорит она тихо.
— Нет. Я просто большой и медленный. Мыслю долго.
— Зато правильно.
Он кивает. Отворачивается.
Даша доедает яблоко и смотрит в небо.
«Странный он, — думает она. — Но мне нравится».
---
14:00. Свободное время. Лия рисует план.
Она сидит в библиотеке одна. Перед ней — блокнот. Но она не рисует портрет. Она рисует карту.
Лагерь. Тропы. Запретная зона. Котельная. Комнаты. Выходы.
Она помечает крестиками места, где спрятаны подсказки для «Ночного детектива» — она подслушала разговор вожатых утром.
Потом достаёт красную ручку и рисует стрелку.
От комнаты №6 — к котельной.
И ещё одну стрелку.
От котельной — к озеру.
Она смотрит на карту долго, пристально. Потом закрывает блокнот и улыбается.
— Сегодня будет весело, — шепчет она.
---
16:00. Мастер-класс от Севики. Волейбол.
Севика проводит мастер-класс по волейболу для всех желающих. Джинкс не хотела идти, но Даша вытащила её силой.
— Тебе нужно отвлечься, — сказала она. — А то ты уже начала говорить сама с собой.
— Я всегда говорю сама с собой.
— Да, но теперь ты отвечаешь за двоих.
На площадке уже собрались: Майло (который не умеет играть, но очень старается), Чак (который ниже сетки, но бегает быстрее всех), Клэггор (который просто стоит и ждёт, когда мяч прилетит к нему сам), и несколько других ребят.
Севика делит на команды. Джинкс попадает в команду к Экко.
— Это нечестно, — ворчит Даша из другой команды. — Вы опять вместе.
— Судьба, — пожимает плечами Экко.
— Или Силько, который специально так разбил.
Севика свистит. Игра начинается.
Джинкс не умеет играть в волейбол — она вообще не умеет в командные игры. Но она быстрая и злая, и это компенсирует всё.
— Пасуй мне! — кричит Экко.
Она пасует. Он бьёт — мяч летит прямо в угол площадки. Очко.
— Хорошо! — кричит он.
— Я знаю, — отвечает она.
Лия сидит на скамейке, смотрит. Она не играет — у неё голова болит. На самом деле голова не болит. Она просто не хочет быть рядом с Джинкс. Но хочет видеть Экко.
Она видит, как он улыбается Джинкс. Как поправляет её косичку во время тайм-аута. Как шепчет что-то на ухо.
Её пальцы сжимают блокнот.
Майло садится рядом.
— Ты чего не играешь? — спрашивает он.
— Не хочу.
— Ты всё время не хочешь. — Он смотрит на неё с сочувствием. — Лия, ты в порядке?
— В полном, — отвечает она ледяным тоном.
Майло не обижается. Он просто сидит рядом и молчит.
Иногда молчание помогает больше, чем слова.
Но не сегодня.
---
18:00. Подготовка к «Ночному детективу».
Все собираются у костровой площадки. Вандер объясняет правила:
— Игра начинается в 21:00. Вы получаете первую подсказку и ищете остальные по всему лагерю. Запретная зона — запрещена. Туда не ходить, там опасно. Победители получают супер-приз. Вопросы?
— Какой приз? — кричит Майло.
— Сюрприз!
— Я не люблю сюрпризы!
— Тогда не выигрывай!
Формируются команды.
Джинкс, Даша, Экко и Клэггор — одна команда.
Лия, Майло, Севика и Чак — другая.
— Мы вас разгромим, — говорит Севика, глядя на Джинкс.
— Посмотрим, — отвечает та.
Лия ничего не говорит. Она просто держит блокнот под мышкой и улыбается.
---
20:00. Ужин. Последний спокойный час.
Джинкс не может есть. Она нервничает перед игрой, хотя не должна бы. Но дело не в игре.
Дело в Лии.
Она всё время смотрит на неё. И Джинкс чувствует этот взгляд — холодный, липкий, как паутина.
— Перестань, — шепчет Даша. — Ты даёшь ей то, что ей нужно.
— Что я даю?
— Внимание. Она хочет, чтобы ты боялась.
— Я не боюсь.
— Боишься. И она это видит.
Джинкс заставляет себя есть. Суп холодный, хлеб чёрствый. Она всё равно жуёт.
Экко сидит рядом, под столом его рука находит её колено. Лёгкое, успокаивающее касание.
— Мы победим, — шепчет он.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я с тобой.
Она почти улыбается.
Лия видит их. Видит его руку под столом.
Её вилка со скрежетом проезжает по тарелке.
— Лия, — зовёт Майло, — ты в порядке?
— В полном, — отвечает она.
И улыбается.
---
21:00. Старт. Ночной детектив.
Лагерь погружается в темноту. Только фонарики у команд и звёзды на небе.
Первая подсказка: «Ищи там, где железо спит, но может проснуться».
— Мастерская, — сразу говорит Экко. — Железо — инструменты.
Они бегут туда. Джинкс бежит быстрее всех — её косички развеваются в темноте.
Подсказка в ящике с молотками: «Теперь идите туда, где вода не мокрая, а сухая».
— Сухая вода? — недоумевает Даша. — Это бред.
— Сухой бассейн? — предполагает Клэггор.
— Или душевая? — добавляет Экко.
— Душевая, — уверенно говорит Джинкс. — Там вода есть, но когда её нет — она сухая.
Они бегут в душевую. Правильно — под скамейкой лежит конверт.
— Вы умные, — удивляется Даша. — Я бы никогда не догадалась.
— Потому что ты не думаешь, — говорит Клэггор.
— Я думаю! Просто не так быстро!
Следующая подсказка ведёт к котельной. Их месту.
— Ну, это мы знаем, — улыбается Экко.
Они бегут туда. Джинкс открывает дверь...
И замирает.
На диване сидит Лия.
Одна. С блокнотом.
— Привет, — говорит она. — Ищете подсказку?
— Что ты здесь делаешь? — Экко хмурится.
— Отдыхаю. Ваша команда не одна на поле.
Она встаёт, подходит к нему. Близко. Слишком близко.
— Экко, — говорит она тихо, — ты не боишься темноты?
— Нет.
— А зря. В темноте легко ошибиться. Принять одного человека за другого.
Джинкс сжимает кулаки.
— Лия, отойди, — говорит она.
— А ты кто, чтобы мне указывать? — Лия поворачивается к ней. — Ты здесь всего третий день. А я — два года.
— И что тебе дали эти два года?
— Понимание, — Лия улыбается. — Я понимаю его. А ты — нет.
Экко делает шаг вперёд, вставая между ними.
— Хватит, — говорит он твёрдо. — Лия, иди к своей команде.
— Я уже нашла подсказку, — она показывает конверт. — Я просто хотела тебя видеть.
Она уходит. На пороге оборачивается.
— Джинкс, — говорит она, — береги его. Он хрупкий. Даже если не показывает.
И исчезает в темноте.
Джинкс стоит, не двигаясь. Внутри — холодно.
— Она специально, — говорит Даша. — Не ведись.
— Я не ведусь, — отвечает Джинкс, но голос дрожит.
Экко берёт её за руку.
— Идём, — говорит он. — У нас игра.
Они идут дальше. Но что-то сломалось.
---
22:30. Финал. Озеро.
Последняя подсказка ведёт к озеру. Там, на пирсе, лежит коробка с призом.
Команда Джинкс приходит первой.
— Да! — кричит Даша. — Мы победили!
Экко открывает коробку. Там — футболки с надписью «Вспышка — чемпионы» и бенгальские огни.
— Скучный приз, — разочарованно говорит Майло, когда их команда приходит второй.
— Зато мы не моем посуду, — напоминает Даша.
Все смеются.
Кроме Лии.
Она стоит в стороне, смотрит на озеро. Тёмное, чёрное, как её мысли.
— Лия, — зовёт Майло, — идём с нами, бенгальские огни зажигать!
— Идите, — отвечает она. — Я догоню.
Она остаётся одна.
Смотрит на пирс. На Джинкс и Экко, которые стоят рядом, держатся за руки.
Она достаёт блокнот. Рисует быстро, зло.
Джинкс, падающую в воду.
Экко, который не умеет плавать.
И себя — на берегу. С улыбкой.
Она зачёркивает рисунок.
Но не выкидывает.
---
23:30. Отбой. Комната №6. Три девочки.
Джинкс сидит на подоконнике. Даша — на кровати. Лия — у двери.
Тишина. Звенящая, как струна.
— Лия, — говорит Джинкс, не оборачиваясь, — зачем ты это делаешь?
— Что именно? — голос Лии спокойный.
— Приходишь в котельную. Говоришь, что ты его знаешь. Стоишь между нами.
— Я не стою между вами. Я просто напоминаю, что я была первой.
— Первой в очереди, которая не двигалась.
Лия замолкает.
— Ты злая, — говорит она наконец.
— Нет. Я честная.
— Честность бывает разной. Твоя — как нож.
— Твоя — как яд. Медленный. Но верный.
Даша вздыхает.
— Девочки, — говорит она, — может, вы убьёте друг друга завтра? Мне спать хочется.
Лия встаёт, идёт к своей кровати.
— Спокойной ночи, Джинкс, — говорит она.
— Спокойной ночи, Лия.
Они ложатся. Темнота.
Но никто не спит.
---
23:45. Шёпот в темноте.
— Даш, — шепчет Джинкс.
— М?
— Я боюсь.
— Чего?
— Что она права. Что я не знаю его. Что я просто... картинка. Как её рисунки.
Даша молчит. Потом говорит:
— Слушай меня. Ты не картинка. Ты — взрыв. А она — акварель. Акварель можно смыть. А взрыв — остаётся навсегда.
— Красиво сказала.
— Я умная, — отвечает Даша. — Спи.
Джинкс закрывает глаза.
Ей снится озеро.
И руки, которые держат её над водой.
---
Конец дня третьего.
---
День четвёртый. День Нептуна. «Мокрое дело»
6:00. Утро. Комната №6. Тревожный звонок.
Джинкс снится кошмар. Она стоит на пирсе, вода чёрная, холодная, а кто-то толкает её в спину. Она падает, падает, падает...
— ПОДЪЁМ! — ор Силько разрывает тишину. — СЕГОДНЯ ДЕНЬ НЕПТУНА! БУДЕТ МОКРО И ВЕСЕЛО!
Джинкс подскакивает на кровати, сердце колотится где-то в горле.
— Ты бледная, — замечает Даша, протирая глаза. — Опять снилось?
— Не помню, — врёт Джинкс.
Лия уже одета. Сегодня на ней купальник — бикини с рюшами, нежно-голубое, под цвет глаз. Поверх — лёгкое платье-парео. Она выглядит как русалка, сошедшая с открытки.
— Ты готова? — спрашивает она Джинкс с лёгкой улыбкой.
— К чему?
— К тому, что сегодня все будут почти голыми. Ты не стесняешься?
— Нет, — отвечает Джинкс. — А ты?
— Я? — Лия поправляет волосы. — Я люблю своё тело. Оно красивое.
Даша закатывает глаза.
— Мы поняли, — говорит она. — Все поняли.
---
8:00. Построение. Озеро.
Весь лагерь собирается на берегу. Озеро «Зеркало Зауна» сегодня выглядит почти гостеприимно — вода тёмно-синяя, на поверхности танцуют солнечные зайчики. Но Джинкс знает: на глубине — холод и темнота.
— Внимание! — кричит Вандер. — Сегодня День Нептуна! Мы будем плавать, нырять, бегать в мокрых футболках и веселиться! Главное правило — никто не топится!
— А если кто утонет? — кричит Майло.
— Значит, не везёт!
Все смеются. Кроме Джинкс.
Экко подходит к ней. На нём только плавки — чёрные, простые. Его тело — загорелое, с несколькими шрамами на рёбрах и татуировкой-часами на предплечье. Джинкс смотрит на его плечи, на живот, на то, как капли воды блестят на коже (он уже успел окунуться).
— Ты идёшь купаться? — спрашивает он.
— Не знаю, — Джинкс отводит взгляд.
— Я слышал, ты не дружишь с водой.
— Кто сказал?
— Даша. Она много говорит.
— Она всегда много говорит.
Экко улыбается.
— Я тоже не умею плавать, — говорит он тихо. — Так что мы в одной лодке. Которая тонет.
Джинкс почти улыбается.
— Тогда нам нужен спасательный круг.
— У меня есть ты, — говорит Экко. — Ты меня спасёшь?
Она смотрит ему в глаза.
— Если ты меня — то да.
Лия наблюдает за этим разговором с расстояния. Её губы сжаты в тонкую линию.
— Лия, идём! — зовёт Майло. — Вода тёплая!
— Иду, — отвечает она, но не двигается.
Она смотрит на Экко. На его руки, которые касаются плеча Джинкс. На то, как он наклоняется к её уху.
Она сжимает блокнот.
Сегодня, — думает она. — Сегодня что-то случится.
---
9:00. Конкурс «Мокрая футболка».
— Первый конкурс! — объявляет Вандер. — Мокрая футболка! Надеваем белые футболки, прыгаем в воду, потом бежим к финишу! Чья футболка будет мокрее — тот победил!
— Это самый глупый конкурс, который я слышала, — говорит Даша, но уже натягивает белую футболку.
Джинкс тоже надевает. Футболка большая, почти до колен, под ней — чёрный купальник, который она носила вечность. Краска на ткани местами облезла, но ей всё равно.
— Ты красивая, — вдруг говорит Даша.
— Ты с ума сошла?
— Нет. Просто ты не замечаешь. А я замечаю.
Джинкс отмахивается, но внутри становится теплее.
Старт. Все бегут к воде. Джинкс бежит медленно — она не хочет нырять. Но Экко хватает её за руку.
— Идём, — говорит он. — Вместе.
— Я не...
— Вместе, — повторяет он.
Они прыгают.
Вода холодная, но не ледяная. Джинкс на секунду закрывает глаза, а когда открывает — видит под водой Экко. Он улыбается, пускает пузыри, и в этом есть что-то невероятно нежное.
Она выныривает первой. Он — следом.
— Видишь? — говорит он. — Не страшно.
— Страшно, — честно отвечает она. — Но с тобой — меньше.
Они бегут к финишу, мокрые, смеющиеся. Футболки облепили тела, и Джинкс вдруг осознаёт, что все видят её контуры. Но ей всё равно. Рядом с Экко — всё равно.
Они приходят вторыми. Первыми — Майло и Севика.
— Я быстрее! — кричит Майло.
— Ты просто наступил мне на ногу, — парирует Севика.
— Тактика!
Лия не участвует. Она сидит на берегу, рисует. На её лице — спокойствие, но внутри — буря.
Они прыгали вместе, — думает она. — Он держал её за руку.
Она зачёркивает рисунок. Рисует заново.
Она тонет. Он не может её спасти. Я спасаю его.
— Лия, иди в воду! — зовёт Чак. — Там весело!
— Иду, — говорит она.
Но не идёт.
---
11:00. Конкурс «Перетягивание каната в воде».
Команды делятся на две большие группы. Джинкс, Экко, Даша, Клэггор — в одной. Лия, Майло, Севика, Чак — в другой.
Канат в воде — скользкий, тяжёлый. Ноги уходят в песок.
— Тяните! — орёт Вандер. — Тяните, черти!
Джинкс тянет изо всех сил. Её руки горят, но она не отпускает.
— Давай! — кричит Экко. — Ещё немного!
Она смотрит на него. Потом на Лию — та на другом конце каната, её лицо красное от напряжения, но глаза горят.
— Не отдам! — кричит Джинкс.
— А я и не прошу! — кричит Лия.
Их команда проигрывает. Но Джинкс не расстраивается. Она чувствует, что выложилась полностью.
Экко подходит к ней, кладёт руку на плечо.
— Ты сильная, — говорит он.
— Ты тоже.
— Мы команда?
— Мы команда.
Лия смотрит на них. Её карандаш ломается.
— Третий за день, — констатирует Даша, проходя мимо.
— Иди к чёрту, — тихо говорит Лия.
— Обязательно. Но сначала искупаюсь.
Даша идёт к воде, оставляя Лию одну.
---
12:00. Обед. В мокрой одежде.
Все сидят за столами в мокрых футболках, волосы сохнут, кто-то стучит зубами. Пахнет супом и хлоркой (озеро не пахнет хлоркой, но все говорят, что пахнет).
— Я замёрзла, — жалуется Джинкс.
— На, — Экко снимает с себя сухую футболку (он взял запасную) и протягивает ей.
— А ты?
— Я привыкший.
Она надевает его футболку. Она пахнет им — мылом, металлом, озером. Джинкс утыкается носом в воротник и чувствует, как сердце бьётся чаще.
Лия видит.
Видит, как Джинкс в его футболке. Как он смотрит на неё. Как она улыбается.
— Я не голодна, — говорит Лия и уходит.
Майло смотрит ей вслед.
— Она сегодня странная, — говорит он Даше.
— Она всегда странная. Просто сегодня это заметно.
— Может, ей помочь?
— Не лезь, — советует Даша. — Она не из тех, кто принимает помощь.
Майло вздыхает, но не спорит.
---
14:00. Свободное время. Лия и её план.
Лия идёт в библиотеку. Достаёт блокнот. На развороте — карта лагеря.
Она смотрит на озеро. На пирс. На котельную.
Потом достаёт красную ручку и рисует новый план.
Этап первый: заставить её пойти на пирс.
Этап второй: сказать Экко, что она в опасности.
Этап третий: он прибежит, она упадёт, он её спасёт, но поймёт, что я — настоящая.
Она смотрит на план. Что-то не так. Слишком жестоко.
Она зачёркивает.
Нет. Не так.
Она рисует новый план.
Этап первый: подружиться с ней.
Этап второй: узнать её слабости.
Этап третий: использовать.
Она смотрит. Тоже не то.
— Что ты делаешь? — раздаётся голос Чака.
Лия резко закрывает блокнот.
— Ничего, — говорит она. — Рисую.
— Покажи.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я не хочу.
Чак смотрит на неё своими большими глазами.
— Ты злая, — говорит он. — Севика говорила.
— Севика много говорит.
— Нет. Она мало говорит. Но про тебя — сказала.
Лия замирает.
— Что она сказала?
— Сказала, что ты опасная. Не как бомба. Как тихая вода. Которая тянет на дно.
Лия молчит. Потом улыбается.
— Твоя Севика умная, — говорит она. — Передай ей спасибо.
Чак убегает. Лия остаётся одна.
Она смотрит на свои планы. Потом рвёт лист.
Всё проще, — думает она. — Я просто покажу ему, кто она на самом деле.
---
16:00. Конкурс «Водное поло».
Это уже слишком для Джинкс. Она не умеет плавать, а мяч летает туда-сюда, и все кричат, и вода попадает в глаза.
— Я выхожу, — говорит она.
— Не выходи, — просит Экко. — Ты нужна.
— Кому?
— Мне.
Она остаётся. Стоит у края, на мелководье, и смотрит.
Экко играет хорошо — быстрый, ловкий, он как рыба в воде (хотя не умеет плавать, но, видимо, поло — это другое). Он забивает гол. Потом ещё один.
— Ты лучший! — кричит Майло.
— Я знаю! — кричит Экко.
Джинкс улыбается. Лия не играет — она сидит на пирсе, болтает ногами в воде. Смотрит.
— Лия, слезь оттуда! — кричит вожатый Силько. — Пирс старый, может обвалиться!
— Я осторожно! — кричит она в ответ.
Но не слезает.
Джинкс смотрит на неё. На её голубые глаза, светлые волосы, идеальную улыбку.
Почему она мне не нравится? — думает Джинкс. — Она красивая. Талантливая. Умная. Но внутри — что-то холодное.
Она отворачивается.
Лия продолжает смотреть.
---
18:00. Ужин. Разговор о прошлом.
Джинкс сидит с Дашей. Экко ушёл переодеваться. Клэггор молча ест свой ужин.
— Даш, — говорит Джинкс, — что ты думаешь о Лии?
— Что она рано или поздно сделает что-то ужасное, — честно отвечает Даша. — Но, может, я ошибаюсь.
— Ты редко ошибаешься.
— В этот раз хотела бы.
Джинкс ковыряет еду.
— Я не знаю, что делать, — говорит она. — Она постоянно рядом. Смотрит. Рисует. Знает о нём всё.
— А ты знаешь?
— Немного.
— Узнай больше, — пожимает плечами Даша. — Он не закроется. Просто спроси.
— А если не захочет говорить?
— Тогда захочет Лия. И это будет хуже.
Джинкс вздыхает.
— Ты права.
— Я всегда права. Это проклятие.
Клэггор поднимает голову.
— Она права, — говорит он.
— Ты вообще нас слушаешь? — удивляется Даша.
— Я всегда слушаю. Просто молчу.
— И что ты думаешь?
— Думаю, что Лия одинокая. Одинокие люди делают страшные вещи, чтобы не быть одинокими.
Джинкс смотрит на него.
— Ты философ, — говорит она.
— Нет. Я просто наблюдаю.
Они доедают ужин в тишине.
---
20:00. Вечерняя линейка. Объявление результатов.
— Победитель Дня Нептуна — команда Севики! — объявляет Вандер. — Они получают дополнительную порцию мороженого!
Майло радуется. Севика кивает. Чак прыгает от счастья.
— Второе место — команда Экко!
— Мы хотя бы не моем посуду, — философски замечает Даша.
— Посуду моют проигравшие! — кричит Майло. — А мы победили!
— Ты не победил, тебя затащили.
— Это не важно!
Все смеются.
Кроме Лии.
Она стоит в стороне, смотрит на озеро. Вода сегодня тёмная, как её мысли.
— Лия, — подходит Майло, — ты чего?
— Голова болит.
— Пойдём в медпункт?
— Не надо. Я просто посижу.
Майло уходит. Лия остаётся одна.
Она смотрит на пирс. На воду.
И улыбается.
---
21:00. Костёр. Истории о воде.
Вандер просит всех рассказать «самую страшную историю, связанную с водой».
Майло рассказывает, как чуть не утонул в ванной.
— Мне было пять, я уронил мыло, наклонился и...
— И что? — спрашивает Чак.
— И мама вытащила. С тех пор я моюсь только под душем.
Все смеются.
Севика рассказывает, как однажды ныряла в карьере и застряла в водорослях.
— Я думала, всё. Но вырвалась.
— Ты сильная, — говорит Чак с восхищением.
— Я знаю.
Экко рассказывает историю:
— Мне было десять. Я упал в реку зимой. Лёд треснул. Я не умел плавать. Кто-то вытащил, не помню кто. С тех пор не люблю воду. Но учусь.
Он смотрит на Джинкс. Она понимает.
— Ты поэтому боишься?
— Поэтому, — кивает он.
Лия слушает. Её глаза блестят в свете костра.
Он рассказал ей. При всех. Значит, доверяет.
Она сжимает блокнот.
— Лия, твоя очередь, — зовёт Вандер.
— У меня нет страшных историй, — говорит она. — Я не боюсь воды. И ничего не боюсь.
Все молчат.
— Это и страшно, — говорит Клэггор.
Лия смотрит на него.
— Что именно?
— Ничего не бояться. Значит, нечего терять.
Она отворачивается.
---
22:30. Отбой. Комната №6. Приготовления.
Джинкс не спит. Она ждёт. Экко обещал прийти после отбоя — они хотели пойти на пирс, посмотреть на звёзды.
Она одевается тихо, чтобы не разбудить Дашу. Лия, кажется, спит — или притворяется.
— Ты куда? — шепчет Даша.
— На пирс.
— Осторожно там. Пирс старый.
— Я осторожно.
Джинкс вылезает в окно.
Лия открывает глаза.
Она ждала.
---
23:00. Пирс. Звёзды и вода.
Экко уже там. Сидит на краю, болтает ногами в воде.
— Пришла, — улыбается он.
— Пришла.
Она садится рядом. Ноги почти касаются воды — холодно, но терпимо.
— Красиво, — говорит она, глядя на звёзды.
— Ты красивее, — говорит он.
— Это клише.
— Это правда.
Она смотрит на него. В темноте его глаза блестят.
— Экко, — говорит она, — расскажи о себе. Не факты. А... почему ты такой?
— Какой?
— Который чинит. Который не сдаётся. Который смотрит на меня так, будто я не сломана.
Он молчит. Долго.
— Потому что меня тоже чинили, — говорит он наконец. — Однажды. Человек, который мог меня бросить, но не бросил. С тех пор я знаю: всё можно починить. Даже сердце.
— А если сердце разбито на мелкие осколки?
— Тогда я соберу каждый. Даже если порежусь.
Она кладёт голову ему на плечо.
— Ты странный, — шепчет она.
— Я знаю.
— Но мне нравится.
Он целует её в макушку.
— И мне нравится ты. Даже когда взрываешь туалеты.
— Это был эксперимент.
— Я знаю. Ты говорила.
Они сидят молча. Вода плещется о сваи. Звёзды отражаются в озере.
— Экко, — говорит Джинкс, — а что, если кто-то попытается нас разлучить?
— Кто?
— Не важно. Просто если?
Он поворачивается к ней. Берёт её лицо в ладони.
— Тогда я не дам. Никому. Никогда.
Он целует её. Долго, нежно, глубоко.
Она тает в его руках.
Они не замечают, что кто-то стоит за деревьями.
Светлые волосы блестят в лунном свете.
Лия смотрит.
И не плачет.
Она улыбается.
---
23:30. Та же минута. Лия уходит.
Она идёт в комнату. Достаёт блокнот. Рисует.
Джинкс, падающую с пирса.
Экко, прыгающего за ней.
Воду, смыкающуюся над ними.
И себя. Стоящую на берегу. С протянутой рукой.
Она смотрит на рисунок. Потом рвёт его.
— Нет, — шепчет она. — Я не такая.
Она рисует новый.
Джинкс и Экко. Вместе. Смеющихся.
Под рисунком подпись: «Будьте счастливы».
Она смотрит на него. И плачет.
Первый раз за долгое время.
— Почему я не могу быть счастливой? — шепчет она.
Ответа нет.
---
23:50. Пирс. Возвращение.
Джинкс и Экко идут обратно. Она держит его за руку.
— Завтра снова увидимся? — спрашивает она.
— Обязательно.
— Ты не устал от меня?
— Нет. Никогда.
Они останавливаются у её окна.
— Спокойной ночи, Джинкс.
— Спокойной ночи, Экко.
Он уходит. Она залезает в окно.
Даша спит. Лия — нет.
— Ты не спишь? — шепчет Джинкс.
— Нет, — тихо отвечает Лия.
— Всё в порядке?
— Всё в порядке.
Лия поворачивается к стене.
Джинкс ложится.
В комнате тихо.
Но никто не спит.
---
Конец дня четвёртого.
День пятый. Первый удар. «Слёзы солёные, как озеро»
6:30. Утро. Комната №6. Плохое предчувствие.
Джинкс просыпается от того, что кто-то смотрит на неё.
Она резко открывает глаза — Лия сидит на своей кровати, одетая, причёсанная, с блокнотом на коленях. И смотрит. Прямо. Без улыбки.
— Ты чего? — хрипит Джинкс.
— Рисую, — отвечает Лия.
— Меня?
— Тебя. И его. Вас двоих.
Джинкс садится. Протирает глаза.
— Покажи, — просит она.
Лия медленно поворачивает блокнот. На рисунке — Джинкс и Экко на пирсе. Целуются. Звёзды над ними. Вода под ними.
Красиво. Нежно. Почти больно.
— Хорошо получилось, — говорит Джинкс.
— Я знаю, — отвечает Лия. — Я умею рисовать то, что вижу. А вижу я многое.
Даша просыпается, садится на кровати, её чёрные волосы торчат во все стороны.
— Вы опять, — стонет она. — Сейчас даже кофе не пили, а уже сверлите друг друга взглядами.
— Мы не сверлим, — спокойно говорит Лия. — Мы общаемся.
— Вы общаетесь как две кошки перед дракой. Тихие, злые, с поднятыми хвостами.
Джинкс фыркает. Лия улыбается.
— Даша, — говорит Лия, — ты когда-нибудь влюблялась?
Даша замирает.
— При чём тут это?
— При том, что ты судишь, не зная чувств.
— Я знаю чувства, — голос Даши становится твёрже. — Я знаю, что такое любить и терять. Я знаю, что такое смотреть на человека, который тебя не видит. Но я не пыталась разрушить его счастье, потому что не могла его построить.
Лия молчит.
— Ты права, — говорит она наконец. — Не пыталась. А я попробую.
Она выходит из комнаты.
Джинкс и Даша остаются вдвоём.
— Что она имела в виду? — спрашивает Джинкс.
— Не знаю, — Даша качает головой. — Но мне это не нравится.
---
8:00. Завтрак. Столовая. Первый камень.
Джинкс заходит в столовую, и сразу чувствует — что-то не так. Люди смотрят на неё. Шепчутся.
— В чём дело? — спрашивает она у Даши.
— Не знаю, — та оглядывается. — Но у меня плохое предчувствие.
Они садятся за стол. Экко уже там, с Клэггором. Он выглядит озабоченным.
— Ты слышала? — спрашивает он.
— Что?
— Слухи.
— Какие слухи?
Он оглядывается, потом говорит тише:
— Кто-то рассказал, что ты... что ты в прошлом году подожгла школу.
Джинкс замирает.
— Что?
— Говорят, тебя исключили. Что ты опасная. Что с тобой нельзя дружить.
Её сердце ухает вниз.
— Это неправда, — говорит она. — Я не...
— Я знаю, — перебивает Экко. — Но люди верят сплетням.
— Откуда это взялось?
Экко молчит. Смотрит куда-то за её спину.
Джинкс оборачивается.
Лия сидит за соседним столом, рисует в блокноте. Улыбается.
— Она, — выдыхает Джинкс. — Это она.
— Доказательств нет, — говорит Экко. — Но я тоже думаю на неё.
Джинкс встаёт.
— Джинкс, не надо, — просит Даша.
— Надо.
Она идёт к Лие. Все в столовой замолкают. Даже вожатые перестают жевать.
— Лия, — голос Джинкс звучит тихо, но его слышно всем.
Лия поднимает голову. Улыбается.
— Да?
— Это ты рассказала про школу?
— Не понимаю, о чём ты.
— Прекрати притворяться, — Джинкс сжимает кулаки. — Ты рассказала всем, что меня исключили. Что я поджигательница.
Лия медленно закрывает блокнот.
— А это неправда? — спрашивает она.
Все замирают.
— Неправда, — чеканит Джинкс. — Я не поджигала школу.
— А что ты делала?
— Это не твоё дело.
— Если ты хочешь быть с Экко, — Лия встаёт, теперь они лицом к лицу, — то моё. Потому что я не позволю ему связываться с преступницей.
— Я не преступница.
— А кто ты?
Джинкс молчит. Она не может ответить. Потому что правда слишком сложная.
— Видишь? — Лия улыбается. — Ты даже не знаешь, кто ты. А хочешь быть с тем, кто знает себя.
Экко встаёт, подходит к ним.
— Хватит, — говорит он.
— Экко, — Лия поворачивается к нему, — ты уверен, что знаешь её? Ты знаешь, что у неё в прошлом?
— Мне не важно, что у неё в прошлом.
— А должно быть. Потому что прошлое имеет привычку возвращаться.
Она берёт блокнот и уходит из столовой.
Тишина.
Джинкс стоит, не двигаясь.
Экко берёт её за руку.
— Идём, — говорит он.
— Куда?
— Отсюда.
Он уводит её. Все смотрят.
Даша остаётся за столом, сжимая вилку.
— Лия, — шепчет она, — ты пожалеешь.
---
9:00. Мастерская. Убежище.
Экко закрывает дверь мастерской. Они одни.
— Садись, — говорит он, показывая на верстак.
Джинкс садится. Смотрит в пол.
— Ты веришь ей? — спрашивает она.
— Нет.
— Почему? Может, она права. Может, я опасная.
— Джинкс, — он садится напротив, берёт её руки в свои, — я видел опасных людей. Ты не опасная. Ты сломанная. Как я. Как многие.
— Ты не сломанный.
— Я чиню себя каждый день. Как и ты.
Она поднимает глаза. В них — слёзы.
— Я не поджигала школу, — говорит она. — Но я... я сделала кое-что. Плохое.
— Расскажи.
— Не могу.
— Тогда не рассказывай. Мне не нужно знать всё. Мне нужно знать, что ты не врёшь мне сейчас.
Она смотрит на него. На его руки, которые держат её.
— Я не вру, — шепчет она.
— Я знаю.
Она падает в его объятия. Плачет. Впервые при нём.
— Всё будет хорошо, — говорит он, гладя её по голове. — Я починю.
— А если нельзя починить?
— Всё можно починить. Даже разбитое сердце. Даже сломанную душу.
— Ты слишком хороший для этого мира.
— Нет. Я просто не сдаюсь.
Они сидят так долго. Часы тикают. Вентилятор, который она разобрала в первый день, так и стоит на верстаке.
— Починим его? — спрашивает Экко, кивая на вентилятор.
— Починим, — кивает Джинкс.
Они начинают работать. Вместе.
---
11:00. Библиотека. Лия и Даша.
Даша находит Лию в библиотеке. Та сидит в углу, рисует.
— Ты довольна? — спрашивает Даша, садясь напротив.
— Чем?
— Ты опозорила её перед всем лагерем.
— Я сказала правду.
— Ты сказала то, что сама придумала. Ты не знаешь правды.
— А ты знаешь?
Даша молчит.
— Видишь? — Лия поднимает глаза. — Никто ничего не знает. Кроме неё. И она молчит. Почему, если нечего скрывать?
— Может, потому что не каждому нужно знать её жизнь?
— А Экко нужно. Он имеет право знать, с кем связывается.
— Ты не его мать. И не его девушка. Ты никто.
Лия замирает. Её улыбка исчезает.
— Я никто? — переспрашивает она тихо.
— Ты та, кто рисует его портреты два года, но ни разу не спросила, хочет ли он, чтобы его рисовали.
— Я люблю его.
— Ты одержима им. Это разные вещи.
Лия сжимает карандаш.
— Убирайся, — говорит она.
— С удовольствием. Но запомни, Лия: если ты сделаешь ей больно, я сделаю больно тебе. А я умею делать больно. Словами. Без свидетелей.
Даша встаёт и уходит.
Лия остаётся одна. Смотрит на рисунок. На нём — Джинкс и Экко. Она зачёркивает их.
«Я никто», — думает она. — «Я докажу, что я не никто».
---
13:00. Обед. Холодная война.
Джинкс заходит в столовую с Экко. Все смотрят. Но теперь — по-другому. Кто-то с сочувствием, кто-то с любопытством, кто-то с осуждением.
Она садится за стол. Даша рядом.
— Ты как? — шепчет Даша.
— Жива.
— Это главное.
Лия сидит за другим столом. Не смотрит в их сторону. Ест суп. Рисует.
Майло подсаживается к Джинкс.
— Слушай, — говорит он, — я не верю этим слухам. Ты нормальная.
— Спасибо, — удивлённо отвечает Джинкс.
— И ещё... — он мнётся. — Ты не поджигала школу?
— Нет.
— А что тогда?
— Неважно.
Майло кивает.
— Ладно. Если захочешь рассказать — я послушаю. Я хорошо слушаю. Потому что сам много болтаю.
Джинкс почти улыбается.
— Спасибо, Майло.
— Всегда пожалуйста.
Он уходит. Даша смотрит ему вслед.
— Странный парень, — говорит она.
— Но добрый.
— Добрых быстро ломают.
— Тогда поможем ему не сломаться, — говорит Джинкс.
Даша кивает.
---
15:00. Спортплощадка. Севика и правда.
Джинкс сидит на трибуне одна. Смотрит на пустое поле. В голове — шум.
— Можно? — раздаётся голос.
Севика.
— Садись, — говорит Джинкс.
Севика садится рядом. Молчит.
— Ты тоже пришла спрашивать про школу? — устало спрашивает Джинкс.
— Нет. Мне всё равно. Я пришла сказать, что Лия не остановится.
— Что ты имеешь в виду?
— Она хочет его. Два года. Ты появилась — и всё рухнуло. Она будет бить до конца. Грязно. Больно.
— Ты на её стороне?
— Я на стороне правды, — Севика смотрит прямо. — А правда в том, что вы обе дуры. Ты — потому что не борешься. Она — потому что борется не за то.
— За что она борется?
— За картинку. За идею. Не за человека.
Джинкс молчит.
— А ты? — спрашивает Севика. — Ты борешься за человека?
— Да, — тихо отвечает Джинкс. — За человека.
— Тогда не сдавайся. И не позволяй ей выиграть.
Севика встаёт и уходит.
Джинкс остаётся одна. Но теперь внутри — немного больше сил.
---
17:00. Мастерская. Экко и правда.
Джинкс возвращается в мастерскую. Экко уже там. Чинит зажигалку.
— Ты каждый день её чинишь, — замечает Джинкс.
— Она каждый день ломается.
— Может, пора купить новую?
— Новая не будет моей. — Он крутит зажигалку в пальцах. — Я привык к этой.
Джинкс садится рядом.
— Экко, — говорит она, — я расскажу тебе. Про школу.
Он замирает.
— Не надо, если не хочешь.
— Хочу. Ты должен знать.
Она делает глубокий вдох.
— Я не поджигала школу. Но я... я взорвала лабораторию. Нечаянно. Смешала не те реактивы. Никто не пострадал, но... меня исключили. Потому что я была невнимательной. Опасной. Не такой, как все.
Она замолкает.
— Это правда? — спрашивает Экко.
— Правда.
— Тогда почему ты не сказала?
— Потому что стыдно.
Он берёт её за руку.
— Не стыдись. Ошибки делают нас теми, кто мы есть.
— А кто я?
— Ты — Джинкс. Девушка, которая взрывает лаборатории и вентиляторы, но не врёт. Девушка, которая боится воды, но идёт на пирс. Девушка, которая плачет в мастерской, но улыбается на костре.
Она смотрит на него. Слёзы текут по щекам.
— Ты слишком хороший, — шепчет она.
— Я просто честный.
Он обнимает её. И в этой мастерской, среди ржавого железа и старой краски, ей становится спокойно.
---
19:00. Ужин. Лия сдаёт позиции.
Лия не пришла на ужин.
— Где она? — спрашивает Майло.
— В библиотеке, наверное, — отвечает Севика.
Майло встаёт.
— Я схожу.
Он находит её в библиотеке. Лия сидит на полу, обняв колени, и плачет.
— Лия? — он садится рядом. — Ты чего?
— Я дура, — всхлипывает она. — Я сделала больно человеку, который ничего мне не сделал.
— Зачем?
— Потому что я злая. Потому что я не умею проигрывать. Потому что я... одна.
Майло молчит. Потом говорит:
— Ты не одна. У тебя есть я. И Севика. И даже Даша, хотя она тебя боится.
— Я не хочу, чтобы меня боялись.
— Тогда не будь страшной.
Она смотрит на него. Глаза красные, нос распух.
— Я не знаю, как по-другому, — шепчет она.
— Начни с малого. Извинись перед Джинкс.
— А если она не примет извинения?
— Тогда ты хотя бы попробуешь.
Лия кивает.
— Ты хороший, Майло, — говорит она.
— Я знаю, — улыбается он. — Пойдём ужинать?
— Пойдём.
Они идут в столовую. Лия садится за стол, напротив Джинкс.
Все замирают.
— Джинкс, — говорит Лия, — я хочу извиниться.
Джинкс поднимает глаза.
— За что?
— За слухи. За то, что сделала тебе больно. Это было подло. Я не знаю, кто рассказал про школу, но... это была не я.
Джинкс смотрит на неё долго. Потом говорит:
— Я знаю, что не ты.
— Откуда? — удивляется Лия.
— Потому что ты рисуешь правду. А слухи — это ложь. Ты не стала бы врать. Ты бы нарисовала меня падающей в воду, но не стала бы врать.
Лия бледнеет.
— Откуда ты... — шепчет она.
— Я видела твой блокнот. Однажды, когда ты выходила. — Джинкс не обвиняет, просто констатирует. — Ты рисовала меня тонущей. А потом зачеркнула.
Лия опускает глаза.
— Это была неправда, — говорит она. — Та, что внутри меня. Я не хочу, чтобы ты тонула.
— Я знаю. Ты просто хочешь быть любимой.
Лия поднимает глаза. В них — слёзы.
— Да, — шепчет она. — Очень.
Джинкс встаёт, подходит к ней, садится рядом.
— Мы все хотим быть любимыми, — говорит она. — Но любовь не выбирает. Она просто приходит.
— Или не приходит, — горько добавляет Лия.
— Или приходит не к тому, к кому ждала.
Они сидят молча. Весь лагерь смотрит на них.
Даша шепчет Экко:
— Что происходит?
— Мир, — отвечает Экко. — Или его подобие.
---
21:00. Костёр. Песни и тишина.
Сегодня костёр тихий. Все устали от дневных событий. Майло играет на гитаре — три аккорда, но звучит красиво.
— Спой что-нибудь, — просит Чак.
— Я не умею петь.
— Тогда сыграй.
Майло играет. Все молчат.
Лия сидит рядом с Джинкс. Странно, но между ними больше нет вражды. Есть усталость и, кажется, начало чего-то нового.
— Ты простишь меня? — шепчет Лия.
— Не знаю, — честно отвечает Джинкс. — Но я не буду мстить.
— Этого достаточно.
— Пока.
Они смотрят на огонь.
Экко сидит с другой стороны от Джинкс. Держит её за руку.
— Ты сильная, — шепчет он.
— Я просто устала враждовать.
— Это и есть сила. Умение остановиться.
Она кладёт голову ему на плечо.
На другом конце костра Даша сидит с Клэггором. Он молчит, она тоже.
— Ты сегодня мало говорил, — замечает Даша.
— Я всегда мало говорю.
— Но сегодня особенно.
— Думал.
— О чём?
— О тебе.
Даша замирает.
— Что обо мне?
— Что ты — как огонь. Яркая, горячая, опасная. И я боюсь обжечься.
— А стоит бояться?
— Всегда стоит, когда речь о тебе.
Даша смотрит на него. В темноте его глаза блестят.
— Может, рискнёшь? — спрашивает она.
— Может, рискну, — отвечает он.
И это почти признание.
---
22:30. Отбой. Комната №6. Тишина.
Джинкс, Даша и Лия в одной комнате. Впервые без напряжения.
— Странно, — говорит Даша. — Мы как три кошки в одной клетке. Но не дерёмся.
— Устали, — зевает Джинкс.
— Или повзрослели, — добавляет Лия.
— Ты точно повзрослела. Сегодня ты была почти человеком.
— Спасибо, Даша. Ты как всегда добра.
— Я честная.
Они ложатся. Темнота.
— Лия, — зовёт Джинкс.
— М?
— Ты правда рисовала меня тонущей?
Пауза.
— Правда. Но я зачеркнула. Потому что поняла: если ты утонешь, он не будет моим. Он будет просто... сломанным.
— А сейчас?
— Сейчас я рисую вас вместе. Не потому что смирилась. Потому что это красиво.
— Спасибо, — тихо говорит Джинкс.
— Не за что.
Они засыпают.
Впервые за пять дней — без страха.
---
23:00. Та же ночь. Мастерская.
Экко не спит. Он сидит в мастерской, чинит зажигалку. В сотый раз.
— Ты здесь, — раздаётся голос.
Он оборачивается. Лия.
— Ты? — удивляется он.
— Я не спала. Увидела свет.
Она садится рядом.
— Я не буду просить прощения, — говорит она. — Потому что я уже просила. Я пришла сказать, что... отступаю.
— Отступаешь?
— Я не буду больше вставать между вами. Ты выбрал её. Я приняла.
Экко молчит.
— Лия, — говорит он наконец, — ты хороший человек. Просто слишком сильно хотела быть любимой.
— Это преступление?
— Нет. Это трагедия.
Она улыбается. Горько.
— Ты всегда был добрым, Экко. Даже когда не замечал меня.
— Я замечал. Просто не мог ответить.
— Почему?
— Потому что ты хотела не меня. Ты хотела идею. Картинку. А я — просто человек.
Она смотрит на него.
— А сейчас?
— Сейчас я хочу быть человеком для неё.
Лия кивает.
— Береги её, — говорит она. — И себя.
— Постараюсь.
Она уходит. Экко остаётся один.
Крутит зажигалку.
Зажигает.
Маленький огонёк в темноте.
— Всё будет хорошо, — шепчет он.
Или пытается в это верить.
---
Конец дня пятого.
---
День шестой. Новый игрок. «Красивый, как грех»
7:00. Утро. Комната №6. Чужой голос.
Джинкс снится что-то тёплое. Руки Экко, его губы, его шёпот. Она улыбается во сне.
— Подъём, красавицы! — раздаётся незнакомый голос из коридора. Низкий, хриплый, с ленивой усмешкой.
Джинкс открывает глаза. Даша уже сидит на кровати, настороженная.
— Это кто? — шепчет она.
— Не знаю, — отвечает Джинкс.
Лия тоже проснулась. Она выглядит встревоженной.
— Я слышала, сегодня приехал новенький, — говорит она. — Из другого лагеря. Его перевели к нам.
— За что? — спрашивает Даша.
— Не знаю. Но говорят, он...
— Он что?
— Опасный.
Дверь в комнату открывается без стука. На пороге стоит парень.
Высокий. Широкие плечи, узкие бёдра. Волосы — пепельно-русые, небрежно падают на лицо. Глаза — ярко-голубые, почти прозрачные, с длинными ресницами. Улыбка — ленивая, самоуверенная, как у кота, который знает, что хозяин его не выгонит.
На нём чёрная футболка, джинсы с цепочкой, и на запястье — татуировка: змея, кусающая свой хвост.
— О, — говорит он, оглядывая комнату. — А здесь уютно. И девочки симпатичные.
— Ты кто? — рычит Даша.
— Я — Кайл. — Он делает шаг в комнату, нагло осматривая каждую. — Новенький. Меня поселили в соседнюю комнату. Решил познакомиться с соседками.
— Мы не знакомимся с теми, кто врывается без стука, — отрезает Лия.
Кайл переводит взгляд на неё. Оценивает. Улыбается.
— А ты — колючая. Мне нравится. Но... — его взгляд скользит дальше, — ты не в моём вкусе.
Он смотрит на Джинкс.
Долго. Пристально. С интересом.
— А вот эта... — он наклоняет голову, — синие волосы, бледная кожа, глаза как у кошки. Ты кто, красавица?
Джинкс не двигается. Она смотрит на него в упор.
— Та, кто вышвырнет тебя, если не уйдёшь.
Кайл смеётся. Звонко, искренне.
— Огонь, — говорит он. — Я люблю огонь.
Он делает шаг назад, к двери.
— Ладно, не буду мешать. Увидимся на завтраке, синеволосая.
Он уходит. Дверь закрывается.
Тишина.
— Кто это был? — шепчет Даша.
— Проблема, — отвечает Лия.
Джинкс смотрит на дверь. Что-то в этом парне заставляет её внутренности сжиматься. Не от страха. От чего-то другого. Предчувствия.
— Он опасен, — говорит Лия. — Я видела таких. Они приходят, ломают, уходят.
— А я видела таких, — тихо говорит Джинкс. — И я их ломала.
Но внутри — тревога.
---
8:30. Завтрак. Столовая. Новый хищник.
Кайл уже там. Сидит за центральным столом, положив ноги на стул. Вожатый Силько пытается сделать ему замечание, но Кайл просто улыбается, и Силько отступает.
— Кто он? — шепчет Майло, когда Джинкс и Даша садятся за стол.
— Кайл, — отвечает Даша. — Приехал сегодня. Наглый, красивый, опасный.
— Почему опасный?
— Посмотри на него.
Майло смотрит. Кайл как раз поднимает голову, ловит взгляд Джинкс и подмигивает.
— О, — говорит Майло. — Понял.
Экко садится рядом с Джинкс. Кладёт руку на её плечо.
— Ты видела новенького? — спрашивает он.
— Видела.
— Он на тебя смотрел.
— Все смотрят.
— Не так.
Джинкс поворачивается к Экко. Он выглядит напряжённым.
— Ты ревнуешь? — спрашивает она.
— Нет. Я... — он замолкает, — я просто не люблю, когда на моё смотрят чужие.
— Твоё? — Джинкс поднимает бровь.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
Она улыбается. Целует его в щёку.
— Не ревнуй, — шепчет она. — Он никто.
Кайл наблюдает за этим поцелуем. Его улыбка становится шире.
— Интересно, — бормочет он себе под нос. — Очень интересно.
---
10:00. Технический кружок. Вторжение.
Джинкс и Экко в мастерской. Чинят вентилятор. Вдруг дверь открывается.
— О, техника, — Кайл заходит, оглядываясь. — Я люблю технику. А ещё люблю взрывчатку.
Джинкс замирает.
— Откуда ты знаешь про взрывчатку? — спрашивает она.
— Чувствую родственную душу, — пожимает плечами Кайл. Подходит к верстаку, встаёт слишком близко к Джинкс. — Ты пахнешь порохом. И озоном. Как после грозы.
— Отойди, — говорит Экко.
Кайл переводит взгляд на него. Оценивает.
— А ты, я смотрю, собственник. — Он улыбается. — Не бойся, я не отбиваю чужое. Я беру то, что само идёт в руки.
— Я не иду, — отрезает Джинкс.
— Пока не идёшь, — соглашается Кайл. — Но всё может измениться.
Он берёт с верстака гаечный ключ, крутит в руках, потом кладёт обратно.
— Увидимся, синеволосая.
Уходит.
Экко сжимает кулаки.
— Джинкс, — говорит он, — держись от него подальше.
— Я и так держусь.
— Дальше.
Она смотрит на него. В его глазах — не только ревность. Тревога.
— Ты что-то знаешь о нём? — спрашивает она.
— Я слышал, как вожатые говорили. Его перевели за драку. Он избил троих парней в прошлом лагере.
— За что?
— За то, что они посмотрели на его девушку.
Джинкс холодеет.
— Значит, он...
— Он опасен, — перебивает Экко. — Не как ты. Ты взрываешь по ошибке. Он взрывает специально.
Она кивает.
Но почему-то внутри — не страх.
Азарт.
---
12:00. Обед. Лия и Кайл. Странный дуэт.
Лия сидит одна за столом. Рисует. Кайл садится напротив.
— Ты художница? — спрашивает он.
— Да.
— Рисуешь людей?
— Да.
— Нарисуй меня.
Лия поднимает глаза.
— Зачем?
— Хочу посмотреть, какой ты меня видишь.
Она смотрит на него. На его лицо — красивое, опасное, с пустыми глазами.
— Я вижу тебя пустым, — говорит она. — Красивая обёртка, внутри — ничего.
Кайл не обижается. Он смеётся.
— Острая, — говорит он. — Мне нравится.
— Твоё мнение не волнует.
— А чьё волнует? Его? — он кивает на Экко. — Ты же его любишь, да? Два года, говорят.
Лия замирает.
— Откуда ты знаешь?
— Я много знаю. Я наблюдательный.
— И что ещё ты знаешь?
— Знаю, что ты проиграла синеволосой. И теперь злишься.
Лия сжимает карандаш.
— Не твоё дело.
— Моё, — Кайл наклоняется ближе. — Потому что я хочу её. А ты хочешь его. Мы можем помочь друг другу.
— Я не помогаю таким, как ты.
— Таким, как я? — он улыбается. — А каким я?
— Разрушителям.
— А кто не разрушитель? — он встаёт. — Думай, художница. Я не тороплю.
Уходит.
Лия остаётся одна. Смотрит на свой рисунок. На нём — Джинкс и Экко. Она сжимает лист.
«Помочь друг другу», — думает она. — «Нет. Я не пойду на это».
Но где-то глубоко — сомнение.
---
14:00. Свободное время. Кайл подходит к Джинкс.
Она сидит на скамейке у озера. Одна. Даша ушла за чипсами. Экко — на встрече старост.
— Привет, синеволосая, — Кайл садится рядом. Близко. Слишком.
— Отойди, — устало говорит Джинкс.
— Не хочу. Ты красивая, когда злишься.
— Я всегда злюсь.
— Значит, всегда красивая.
Она поворачивается к нему.
— Чего ты хочешь?
— Тебя, — просто отвечает он. — Хочу, чтобы ты посмотрела на меня. Не как на врага. Как на вариант.
— У меня есть вариант.
— Он скучный. Он чинит старые вещи. А я — ломаю. Мы больше подходим.
— Мы не подходим.
— А ты проверь. Один поцелуй. Если не понравится — отстану.
Джинкс усмехается.
— Ты самоуверенный.
— Я знаю.
Он наклоняется к ней. Она не отодвигается. Не потому что хочет — потому что не боится.
— Не трать время, — говорит она. — Я не ведусь на красивые лица.
— А на что ведёшься?
— На честность.
— Я честен. Я хочу тебя. С первой секунды, как увидел.
— Это не честность. Это похоть.
— Какая разница? — он улыбается. — Чувства есть чувства.
Он протягивает руку, касается её косички.
— Красивые волосы. Синие, как море в ясный день.
— Отпусти, — голос Джинкс становится твёрже.
— А если нет?
— Тогда ты узнаешь, почему меня называют Джинкс.
Он смотрит на неё. В её глазах — не страх. Обещание боли.
Он отпускает.
— Ладно, — говорит он. — Не буду торопить события. Но я терпеливый.
Встаёт, уходит.
Джинкс выдыхает. Сердце колотится. Но не от страха.
«Он опасен, — думает она. — Но и я не подарок».
---
16:00. Экко узнаёт.
Майло прибегает запыхавшийся.
— Экко! — кричит он. — Там этот... Кайл... он к Джинкс приставал!
Экко встаёт.
— Где она?
— У озера.
Он бежит. Быстро. Зло.
Прибегает — Джинкс сидит одна.
— Ты в порядке? — выдыхает он.
— В порядке, — удивлённо отвечает она. — А что?
— Майло сказал, он к тебе приставал.
— Он просто говорил. Ничего не делал.
— Он трогал тебя?
— Косичку. Я сказала — отпусти, он отпустил.
Экко сжимает кулаки.
— Я с ним поговорю.
— Экко, не надо, — Джинкс встаёт, берёт его за руку. — Не давай ему того, что он хочет.
— Чего он хочет?
— Чтобы ты разозлился. Чтобы ты показал себя дураком. А он — победителем.
Экко смотрит на неё.
— Ты умная, — говорит он.
— Я знаю.
— И красивая.
— Это тоже знаю.
Он улыбается. Обнимает её.
— Не подходи к нему, — шепчет он.
— Он сам подходит.
— Тогда я буду рядом. Всегда.
Она утыкается носом ему в грудь.
— Хорошо, — шепчет она.
Но где-то вдалеке, за деревьями, стоит Кайл.
И улыбается.
---
18:00. Ужин. Лия делает выбор.
Лия сидит с Майло. Ест суп. Не поднимает глаз.
— Ты какая-то грустная, — замечает Майло.
— Думаю.
— О чём?
— О том, кто я.
— Ты — Лия. Художница. Хороший человек.
— А если нет?
— Тогда просто человек. Все мы не идеальны.
Она поднимает глаза.
— Майло, если бы тебе предложили... сделать что-то плохое ради любви, ты бы согласился?
Он замирает.
— Нет, — говорит он твёрдо. — Плохое остаётся плохим, даже если ради любви.
Лия кивает.
— Ты прав, — говорит она. — Я знаю.
Кайл проходит мимо, бросает на неё взгляд.
— Думай быстрее, художница, — шепчет он. — Время идёт.
Лия смотрит на него. Потом на Джинкс и Экко, которые смеются за соседним столом.
— Нет, — говорит она громко. — Я не буду с тобой заодно.
Кайл останавливается.
— Что?
— Я сказала — нет. Я не буду помогать тебе разрушать их. Я сама почти разрушила. Больше не хочу.
Кайл смотрит на неё. Улыбается. Но глаза — холодные.
— Жаль, — говорит он. — Из нас вышла бы хорошая команда.
Он уходит.
Лия выдыхает.
— Ты молодец, — говорит Майло.
— Знаю, — отвечает она. — Впервые за долгое время знаю.
---
20:00. Вечерняя линейка. Кайл объявляет войну.
— Сегодня, — говорит Вандер, — у нас новенький. Кайл, представься.
Кайл выходит в центр. Улыбается.
— Я Кайл. Люблю скорость, опасность и девушек с синими волосами.
Все замирают.
— Шучу, — добавляет он. — Или нет.
Он смотрит на Джинкс. Та не отводит взгляд.
— Я здесь, чтобы победить, — продолжает Кайл. — В конкурсах, в играх и не только.
Экко делает шаг вперёд.
— Ты здесь, чтобы отдыхать, как и все, — говорит он. — Не забывай правила.
— Правила созданы, чтобы их нарушать, — парирует Кайл. — Тебе ли не знать, староста.
Они смотрят друг на друга. Воздух между ними искрит.
— Хватит, — вмешивается Вандер. — Расходимся. Завтра — спортивные соревнования. Готовьтесь.
Все расходятся.
Даша подходит к Джинкс.
— Этот парень — ходячая катастрофа, — говорит она.
— Я знаю.
— Он будет пытаться.
— Я знаю.
— И Экко будет ревновать.
— Это я тоже знаю.
— И что ты будешь делать?
Джинкс смотрит на Кайла, который уже о чём-то болтает с другими парнями.
— Выживать, — отвечает она. — Как всегда.
---
21:30. Котельная. Джинкс и Экко.
Они сидят на диване. Экко обнимает её за плечи.
— Я боюсь, — признаётся он.
— Чего?
— Что он заберёт тебя.
— Никто не может меня забрать. Я не вещь.
— Я знаю. Но он... он другой. Наглый. Красивый. Уверенный.
— А ты — какой?
— Я... я просто Экко. Который чинит старые вещи и не умеет плавать.
Джинкс поворачивается к нему.
— Ты — мой Экко, — говорит она. — Который нарисовал на моей руке шестерёнки. Который сказал, что починит. Который не испугался, когда я рассказала про лабораторию.
— Ты не боишься, что я тебя разлюблю?
— Боюсь, — шепчет она. — Но это мой страх. Я справлюсь.
Он целует её. Долго. Нежно.
— Я люблю тебя, — говорит он впервые.
Джинкс замирает.
— Скажи ещё, — шепчет она.
— Я люблю тебя, Джинкс.
— И я тебя, — отвечает она. — Как дура.
Он смеётся. Она тоже.
За стеной котельной — тишина.
Но кто знает, кто там стоит.
---
23:00. Комната №6. Лия не спит.
Она смотрит в потолок. Рядом спят Джинкс и Даша.
— Джинкс, — шепчет она, — ты спишь?
— Нет, — тихо отвечает Джинкс.
— Я хотела сказать... прости меня. За всё.
— Ты уже извинялась.
— Но я правда прости. И... этот Кайл. Он опасный. Берегись его.
— Я знаю.
— И... — Лия мнётся, — если тебе нужна будет помощь... я рядом. Странно звучит, да?
— Странно, — соглашается Джинкс. — Но приятно.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Лия.
Тишина.
Джинкс закрывает глаза.
В голове — Экко. Его слова. Его губы.
И где-то на периферии — голубые глаза Кайла, которые смотрят на неё из темноты.
«Я справлюсь, — думает она. — Я всегда справлялась».
Но рука сама тянется к запястью — к рисунку, который нарисовал Экко. Шестерёнки, стрелки, цифра «6».
Она проводит по ним пальцем.
«Почини меня», — шепчет она. — «Пожалуйста».
Ответа нет.
Только тишина и звёзды за окном.
---
Конец дня шестого.
День седьмой. Запретная зона. «Колесо, которое везёт к звёздам»
7:00. Утро. Комната №6. Предчувствие.
Джинкс просыпается раньше будильника. В голове — вчерашние слова Экко. «Я люблю тебя». Они звучат снова и снова, как самая лучшая песня на повторе.
Она смотрит на своё запястье. Рисунок почти стёрся — шестерёнки, стрелки, цифра «6». Сегодня она попросит его обновить.
— Ты улыбаешься, — слышит она сонный голос Даши. — Это уже становится привычкой.
— Это плохо?
— Для тебя — непривычно. Но я рада.
Лия тоже просыпается. Сегодня в её глазах нет той холодной стали, что была раньше. Только тихая грусть и что-то похожее на принятие.
— Сегодня спортивные соревнования, — говорит она. — Ты участвуешь?
— Да, — кивает Джинкс. — Экко уговорил.
— Он будет переживать за тебя.
— Я знаю.
Лия улыбается. Не сладко, не приклеенно — просто.
— Береги его, — говорит она. — И себя.
— Постараюсь.
Они одеваются в тишине. Нет больше вражды. Есть усталость и, кажется, начало чего-то нового.
---
9:00. Спортивные соревнования. Стадион.
Весь лагерь на ногах. Вандер объявил «День спорта» — эстафеты, бег, прыжки, перетягивание каната. Команды смешанные.
— Сегодня никаких разбивок по отрядам! — кричит он. — Каждый сам за себя! Победитель получает грамоту и право не мыть посуду до конца смены!
Все радостно вопят.
Кайл подходит к Джинкс, когда она разминается.
— Привет, синеволосая, — улыбается он. — Сегодня побеждаю я.
— В чём?
— Во всём. В беге, в прыжках, в твоём сердце.
— Моё сердце занято, — сухо отвечает Джинкс.
— Знаю. Но я терпеливый.
Экко подходит сзади, кладёт руку на плечо Джинкс.
— Проблемы? — спрашивает он, глядя на Кайла.
— Никаких, — отвечает Джинкс. — Мы просто говорили.
— Уже всё сказали, — Кайл улыбается и уходит.
— Он бесит меня, — цедит Экко.
— Не показывай это. Он этого хочет.
— Я знаю. Но ничего не могу с собой поделать.
Джинкс поворачивается к нему, берёт его лицо в ладони.
— Смотри на меня, — говорит она. — Только на меня.
Он смотрит. В его глазах — любовь, страх, нежность, ревность.
— Только на тебя, — повторяет он.
Она целует его. Коротко, но так, чтобы все видели.
Кайл наблюдает со стороны. Его улыбка становится шире.
«Интересно, — думает он. — Очень интересно».
---
11:00. Эстафета. Джинкс против Кайла.
Последний этап эстафеты — бег на сто метров. Джинкс и Кайл бегут в одном забеге.
— Ставки? — спрашивает Кайл, наклоняясь к ней.
— Ты проиграешь, — отвечает она.
— Спорим?
— Не с кем.
Старт. Джинкс бежит быстро — её косички развеваются, ноги сами несут вперёд. Но Кайл быстрее. Он финиширует первым, она — вторым.
— Я же говорил, — улыбается он, не запыхавшись.
— Это всего лишь бег, — отвечает Джинкс. — Не всё измеряется скоростью.
— А чем?
— Глубиной.
Он смотрит на неё. В его глазах — интерес.
— Ты необычная, синеволосая.
— Я знаю.
Она уходит к Экко. Тот обнимает её.
— Ты молодец, — говорит он.
— Я проиграла.
— Но боролась. Это главное.
Кайл смотрит им вслед. Его улыбка становится тоньше.
---
13:00. Обед. Лия и Кайл. Последний разговор.
Кайл садится напротив Лии.
— Художница, — говорит он, — ты всё ещё не хочешь помочь мне?
— Нет, — твёрдо отвечает Лия.
— Жаль. Из нас вышла бы отличная команда.
— Мы разные. Ты разрушаешь. Я рисую.
— Рисунок можно разрушить. А разрушение можно нарисовать.
Лия смотрит на него.
— Ты болен, — говорит она.
— Возможно. Но я честен в своей болезни.
Он встаёт.
— Передай синеволосой: я не отступлю.
— Она тебя не выберет.
— Посмотрим.
Он уходит. Лия сжимает вилку.
— Что он хотел? — спрашивает Майло, садясь рядом.
— Чтобы я помогла ему разрушить чужое счастье.
— А ты?
— Я отказалась.
— Ты молодец.
— Знаю. Впервые за долгое время знаю.
---
16:00. Свободное время. Джинкс и Экко. План на ночь.
Они сидят в мастерской. Экко чинит старый радиоприёмник — тот самый, что играл в котельной.
— Сегодня ночью, — говорит он, не поднимая головы, — я хочу кое-что показать.
— Что?
— Место. Там, куда никто не ходит.
— Запретная зона?
— Да.
Джинкс замирает.
— Там опасно, — говорит она.
— Я буду с тобой. Ничего не случится.
Она смотрит на него. В его глазах — не только решимость. Что-то ещё. Глубокое. Жаркое.
— Хорошо, — соглашается она. — Во сколько?
— В полночь. Встретимся у старого автопарка.
— Я приду.
Он улыбается. Берёт её за руку.
— Джинкс, — говорит он тихо, — я хочу, чтобы эта ночь была особенной.
— Она уже особенная. Потому что я с тобой.
Он подносит её руку к своим губам. Целует запястье — туда, где рисунок.
— Я люблю тебя, — шепчет он.
— Я знаю, — отвечает она. — Я тоже.
---
20:00. Ужин. Даша что-то подозревает.
Даша смотрит на Джинкс весь вечер.
— Ты что-то задумала, — говорит она.
— С чего ты взяла?
— Ты слишком спокойная. И улыбаешься в пустоту.
— Просто хороший день.
— Врёшь. — Даша наклоняется ближе. — Ты встретишься с ним ночью, да?
— Даш...
— Я не буду задавать вопросов. Просто будь осторожна.
— Всегда.
— И... — Даша мнётся, — если вам нужно место... я могу увести Лию на пару часов.
— Даша!
— Что? Я помогаю подруге.
Джинкс краснеет. Впервые за долгое время.
— Мы просто погуляем, — бормочет она.
— Конечно-конечно, — Даша ухмыляется. — Просто погуляете. В полночь. В запретной зоне.
— Заткнись.
— Молчу-молчу.
Но её улыбка говорит о том, что она всё поняла.
---
23:30. Комната №6. Приготовления.
Джинкс не спит. Она лежит на кровати, смотрит в потолок и считает минуты.
Даша притворяется спящей. Лия на самом деле спит — впервые за много дней без кошмаров.
Джинкс тихо встаёт. Надевает свою любимую футболку — ту самую, с черепом и дыркой на плече. Волосы распускает — синие волны падают на плечи. Красит губы — чёрным, как всегда. И чуть-чуть — блеском для глаз.
— Ты красивая, — шепчет Даша из темноты.
— Не спишь?
— Жду, когда ты уйдёшь.
— Не подглядывай.
— Обещаю.
Джинкс вылезает в окно. Даша смотрит ей вслед.
— Будь счастлива, дурочка, — шепчет она.
---
23:50. Старый автопарк.
Экко уже там. На нём чистая футболка — чёрная, без принта. Волосы растрёпаны, но бандана повязана особенно аккуратно.
— Пришла, — улыбается он.
— Пришла.
Он берёт её за руку.
— Идём.
Они идут через кусты, мимо старых машин, мимо ржавых гаражей. Луна светит ярко, как фонарь.
— Ты не боишься? — спрашивает Джинкс.
— С тобой — нет.
Они подходят к забору. Экко отодвигает доску — лаз.
— После тебя, — говорит он.
Она пролезает. Он следом.
---
00:00. Запретная зона. Парк аттракционов.
Это место выглядит так, будто время остановилось здесь лет двадцать назад.
Ржавые качели раскачиваются на ветру. Кривые зеркала в «Комнате смеха» отражают искажённые лица. Фонтаны без воды. И посреди всего этого — колесо обозрения.
Огромное, чёрное на фоне звёздного неба.
— Оно работает? — удивлённо спрашивает Джинкс.
— Я починил, — говорит Экко. — Прошлой сменой. Тайком. Никто не знает.
— Ты гений.
— Нет. Я просто люблю это место.
Он подводит её к кабинке. Открывает дверцу.
— Садись.
Она садится. Он — рядом. Кабинка маленькая, их плечи касаются.
Экко нажимает рычаг. Колесо медленно приходит в движение.
---
00:15. Наверху. Только звёзды.
Они поднимаются всё выше. Лагерь внизу становится маленьким, как игрушечный. Озеро блестит в лунном свете. Лес шумит тихо-тихо.
— Красиво, — выдыхает Джинкс.
— Ты красивее, — говорит Экко.
Он поворачивается к ней. Берёт её лицо в ладони.
— Джинкс, — шепчет он, — я никогда не встречал никого подобного тебе.
— Это хорошо или плохо?
— Это лучшее, что случалось со мной.
Он целует её. Сначала нежно, потом глубже. Его руки скользят по её спине, по талии, по бёдрам.
Джинкс отвечает на поцелуй. Её пальцы запутываются в его волосах.
— Экко, — шепчет она между поцелуями, — я хочу...
— Я знаю, — отвечает он. — Я тоже.
---
00:30. Там, наверху.
Кабинка останавливается на самой верхней точке. Под ними — только звёзды, луна и чёрное зеркало озера.
Экко медленно снимает с неё футболку. Джинкс не сопротивляется — она дрожит, но не от холода.
— Ты такая красивая, — шепчет он, проводя пальцами по её плечам, по ключицам, по животу.
— Не смотри так, — просит она.
— Как?
— Будто я — чудо.
— Ты и есть чудо.
Он целует её шею, плечи, грудь. Джинкс запрокидывает голову, закрывает глаза.
— Экко, — стонет она.
— Я здесь, — отвечает он. — Я всегда здесь.
Он помогает ей лечь на сиденье, накрывает своей футболкой, чтобы не было жёстко.
— Боишься? — спрашивает он.
— Нет, — шепчет она. — С тобой — нет.
Он целует её живот. Спускается ниже. Она выгибается.
— Я люблю тебя, — говорит он.
— Докажи, — просит она.
И он доказывает. Медленно, нежно, глубоко. Каждый его поцелуй, каждое прикосновение — как обещание. Джинкс впивается ногтями ему в спину, тихо стонет, боясь, что их услышат. Но вокруг — только звёзды.
— Экко, — шепчет она, — не останавливайся.
— Не остановлюсь, — отвечает он.
Он входит в неё, и мир взрывается тысячей искр. Они двигаются в ритме, который никто не придумывал — он просто есть между ними. Джинкс кусает губу, чтобы не закричать. Экко целует её, заглушая звуки.
— Я сейчас, — шепчет он.
— Я тоже, — отвечает она.
Они кончают вместе, дрожа, как натянутые струны. Несколько секунд — ни звука, только дыхание.
Потом Экко падает рядом, притягивает её к себе.
— Ты моя, — шепчет он в её волосы.
— Твой, — отвечает она.
---
00:55. После. Тишина.
Они лежат в кабинке, накрытые его футболкой. Джинкс — на груди у Экко, её синие волосы рассыпались по его плечу.
— Это было... — начинает она.
— Знаю, — перебивает он.
— Не перебивай.
— Прости.
— Это было идеально.
Он целует её в макушку.
— Ты идеальна, — говорит он.
Они смотрят на звёзды. Колесо медленно вращается, спуская их вниз.
— Экко, — говорит Джинкс, — что будет после лагеря?
— Не знаю, — честно отвечает он. — Но я хочу, чтобы ты была рядом.
— Всегда?
— Всегда.
Она улыбается. Впервые в жизни — спокойно.
---
01:30. Возвращение. Комната №6.
Джинкс залезает в окно. Даша не спит.
— Ну? — спрашивает она.
— Что «ну»?
— Как прошла прогулка?
— Хорошо.
— Ты светишься, — замечает Даша. — Буквально светишься.
— Это лунный свет.
— Это счастье, Джинкс. Не спорь.
Джинкс падает на кровать. Улыбается в потолок.
— Даш, — шепчет она, — я, кажется, в порядке.
— Ты всегда была в порядке. Просто не замечала.
— Спасибо, что ты есть.
— Всегда пожалуйста. А теперь спи. Завтра новый день.
Джинкс закрывает глаза.
Ей снится колесо обозрения. И руки, которые держат её. И шёпот: «Я люблю тебя».
---
02:00. Та же ночь. Чья-то тень.
За окном комнаты №6 кто-то стоит.
Кайл.
Он видел, как Джинкс вылезала из окна. Как уходила с Экко. Как вернулась — счастливая, растрёпанная, другая.
Он сжимает кулаки.
— Ты выиграл бой, — шепчет он в темноту. — Но не войну.
Он уходит. Бесшумно, как тень.
На его лице — улыбка. Холодная. Опасная.
«Она будет моей, — думает он. — Я не привык проигрывать».
---
Конец дня седьмого.
---
День восьмой. Яд и мёд. «Ревность — плохой советчик»
6:00. Утро. Комната №6. Чужой след.
Джинкс просыпается от странного ощущения — будто на неё смотрят. Открывает глаза — никого. Даша спит, разметав чёрные волосы по подушке. Лия свернулась калачиком, как котёнок.
Но что-то не так.
Она садится на кровати и замечает на своей тумбочке конверт. Белый, без подписи.
Джинкс открывает. Внутри — рисунок. Колесо обозрения. Две фигурки в кабинке. И подпись внизу: «Я всё видел. Она будет моей».
Её сердце пропускает удар.
— Даша, — трясёт она подругу, — Даша, проснись!
— Что? Пожар? — Даша садится, протирает глаза.
— Посмотри.
Даша читает. Её лицо темнеет.
— Кайл, — говорит она. — Это он.
— Откуда ты знаешь?
— Почерк. Я видела, как он писал что-то вожатым. И ещё... — она показывает на рисунок, — он рисует хуже, чем Лия, но узнаваемо.
Джинкс сжимает конверт.
— Он был там. Следил за нами.
— Или пришёл после. Увидел кабинку, понял.
— Но откуда он знает про колесо? Экко говорил, никто не знает.
— Значит, кто-то знает, — мрачно говорит Даша. — Или Кайл просто везде суёт свой нос.
Лия просыпается, видит их лица.
— Что случилось?
Джинкс показывает ей конверт. Лия читает, и её глаза расширяются.
— Это не я, — быстро говорит она. — Клянусь. Я больше не...
— Я знаю, — перебивает Джинкс. — Это Кайл.
— Он опасен, — Лия бледнеет. — Джинкс, ты должна сказать Экко.
— Скажу. Но сначала я хочу поговорить с Кайлом.
— Одна? — Даша хватает её за руку. — Нет. Только через мой труп.
— Даш, я справлюсь.
— Справлялась, пока он не начал рисовать твои ночные похождения.
Джинкс смотрит на подруг. Впервые они — команда.
— Хорошо, — говорит она. — Пойдём вместе.
---
8:00. Завтрак. Столовая. Разговор с Кайлом.
Кайл сидит за своим обычным столом, положив ноги на стул. Увидев Джинкс, улыбается — той самой ленивой, самоуверенной улыбкой.
— Привет, синеволосая. Хорошо спала?
— Это ты нарисовал? — Джинкс бросает конверт на стол.
Кайл берет, смотрит, усмехается.
— Красиво получилось. Жаль, я не художник.
— Это не твой почерк?
— Мой, — неожиданно признаётся он. — Я просто хотел, чтобы ты знала: я рядом. Наблюдаю. Жду.
— Чего ты ждёшь?
— Твоего падения. Или его ошибки.
Экко подходит сзади, замечает конверт, читает. Его лицо становится каменным.
— Кайл, — голос низкий, опасный, — выходи.
— Зачем?
— Поговорить.
— Говори здесь.
— Не при всех.
Кайл встаёт, лениво потягивается.
— Ладно, староста. Устроим разговор.
Они выходят из столовой. Все замирают.
— Я иду с ними, — говорит Джинкс.
— Нет, — Даша и Лия хватают её за руки. — Дай им.
— Но Экко...
— Экко справится. А ты сделаешь только хуже.
Джинкс остаётся. Её сердце колотится где-то в горле.
---
8:15. За столовой. Разговор мужчин.
— Ты перешёл черту, — говорит Экко.
— Какую? — Кайл улыбается. — Ту, что ты нарисовал?
— Она моя девушка.
— Пока да. Но всё может измениться.
— Не изменится.
— Ты так уверен? — Кайл делает шаг вперёд. — Она с тобой, потому что ты первый, кто обратил на неё внимание. А я — второй. И я лучше.
— Ты — никто.
— Я — тот, кто не боится забирать чужое. А ты боишься. Даже сейчас.
Экко сжимает кулаки.
— Если ты ещё раз...
— Что? — перебивает Кайл. — Ударишь меня? Тогда тебя выгонят. И я останусь с ней один. Хороший план, староста.
Экко замирает. Он прав.
— Не приближайся к ней, — говорит он тихо.
— Не могу обещать, — улыбается Кайл. — Она слишком красивая, когда злится.
Он уходит. Экко остаётся один.
Внутри — кипит. Но он не может ничего сделать. И это хуже всего.
---
10:00. Мастерская. Джинкс и Экко. Ссора.
— Что он сказал? — спрашивает Джинкс, как только Экко заходит.
— Ничего важного.
— Ты врёшь. Я вижу по лицу.
— Он сказал, что будет пытаться тебя отбить.
— И ты поверил?
— Я не знаю, что мне делать, — вырывается у Экко. — Он наглый, красивый, уверенный. А я...
— А ты что?
— А я боюсь, что ты выберешь его.
Джинкс смотрит на него. В глазах — боль.
— Ты правда думаешь, что я способна на такое?
— Я не знаю! — он ударяет кулаком по верстаку. — Я ничего не знаю! Я просто... я никогда никого так не любил. И боюсь потерять.
— Тогда не веди себя как дурак.
— Как дурак?
— Ты ревнуешь меня к парню, который мне не нужен. Вместо того чтобы доверять мне, ты сомневаешься. Это и есть путь к потере.
Экко замолкает.
— Ты права, — говорит он тихо. — Прости.
— Не меня проси. Себя прости.
Она поворачивается, чтобы уйти.
— Джинкс, — зовёт он.
Она останавливается, но не оборачивается.
— Я люблю тебя. Очень. И я дурак.
— Знаю, — тихо отвечает она. — И я люблю тебя. Но если ты ещё раз усомнишься во мне... я не знаю, смогу ли простить.
Она уходит.
Экко остаётся один в мастерской.
Смотрит на вентилятор, который они так и не починили.
---
12:00. Обед. Лия и Джинкс. Женский разговор.
Лия садится рядом с Джинкс.
— Ты грустная, — замечает она.
— Мы поссорились.
— Из-за Кайла?
— Да.
— Он этого и хотел.
— Я знаю. Но Экко... он не доверяет мне. Боится, что я выберу Кайла.
— Глупо, — говорит Лия. — Ты смотришь на Экко так, будто он — весь твой мир.
— А он и есть.
— Тогда покажи ему это. Не словами. Делом.
— Как?
Лия задумывается.
— В лагере есть традиция — «Дерево обещаний». Туда вешают ленточки с клятвами. При всех. Он поймёт.
— Ты серьёзно?
— Серьёзнее, чем когда-либо.
Джинкс смотрит на неё. В голубых глазах Лии — не холод. Тепло.
— Спасибо, — говорит Джинкс.
— Не за что. Я была плохим человеком. Хочу стать лучше.
Они улыбаются друг другу.
Даша наблюдает со стороны и не верит своим глазам.
— Мир, — шепчет она. — С ума сойти.
---
15:00. Дерево обещаний. Ритуал.
Старый дуб на холме. На его ветвях висят разноцветные ленточки — красные, синие, зелёные, жёлтые. Каждая — чьё-то обещание.
Джинкс подходит к дереву первой. В руках — синяя лента.
Все собираются вокруг. Вожатые удивлены — обычно ритуал проводят в конце смены.
— Я, Джинкс, — говорит она громко, — обещаю Экко, что буду с ним. Несмотря на ревность, несмотря на Кайла, несмотря на всё. Он — мой выбор. И я не отступлю.
Она привязывает ленту. Все молчат.
Экко подходит к ней. В руках — чёрная лента.
— Я, Экко, обещаю Джинкс, что буду доверять ей. Даже когда страшно. Даже когда ревность душит. Даже когда мир против нас. Она — моя. И я — её.
Он привязывает ленту. Потом берёт её за руку.
— Прости, — шепчет он.
— Простила, — шепчет она.
Они целуются. При всех.
Кайл наблюдает со стороны. Его лицо — маска. Но внутри — ярость.
— Ты проиграл, — говорит Лия, подходя к нему.
— Нет, — отвечает Кайл. — Игра только начинается.
Он уходит.
Лия смотрит ему вслед. И молится, чтобы ошибалась.
---
19:00. Ужин. Примирение.
Джинкс и Экко сидят рядом. Держатся за руки под столом.
— Я дурак, — говорит он.
— Я злая, — говорит она.
— Мы подходим друг другу.
— Очень.
Он целует её в висок.
— Сегодня ночью? — шепчет он.
— Куда?
— На пляж. Я хочу показать тебе кое-что.
— Опять тайны?
— Сюрприз.
Она улыбается.
— Хорошо. В полночь?
— В полночь.
Даша закатывает глаза.
— Вы такие громкие, — шепчет она. — Я всё слышу.
— Не подглядывай, — шепчет Джинкс.
— Не буду. Но будьте осторожны. Кайл не отступил. Он просто затаился.
— Знаю, — серьёзно говорит Экко. — Поэтому мы будем осторожны.
---
22:00. Комната №6. Лия и Даша. Разговор.
— Ты правда изменилась? — спрашивает Даша.
— Правда, — отвечает Лия. — Я устала быть злой.
— И как?
— Непривычно. Но приятно.
Даша смотрит на неё.
— Ты мне нравишься, когда добрая, — говорит она.
— Спасибо. Ты мне нравишься всегда. Даже когда злая.
— Я не злая. Я честная.
— Это одно и то же.
Они смеются.
— Даш, — говорит Лия, — ты боишься за них?
— Очень. Кайл — псих. Он не отстанет.
— Может, нам что-то сделать?
— Что?
— Не знаю. Поговорить с вожатыми?
— Они не поверят. Он же новенький, а они — опытные. Наверное, подумают, что мы преувеличиваем.
Лия вздыхает.
— Тогда просто будем рядом, — говорит она. — Если что — поможем.
— Договорились.
---
23:00. Подготовка. Джинкс собирается.
Она долго смотрит на себя в зеркало. Надевает свою любимую футболку — ту самую. Но под ней — новый купальник, чёрный, кружевной. Даша подарила на прошлый день рождения, но Джинкс никогда не надевала.
— Сегодня надену, — шепчет она.
— Ты что-то сказала? — спрашивает Лия.
— Нет, так.
Она распускает волосы. Красит губы чёрным. Немного туши — глаза становятся глубже.
— Ты красивая, — говорит Даша.
— Я знаю.
— Иди уже. Он ждёт.
Джинкс вылезает в окно.
Даша и Лия смотрят ей вслед.
— Будь счастлива, — шепчет Лия.
— Она будет, — отвечает Даша. — Мы поможем.
---
23:30. Пляж. Луна и вода.
Экко уже там. Сидит на песке, смотрит на озеро. Вода сегодня спокойная, чёрная, как зеркало.
— Пришла, — улыбается он, когда Джинкс садится рядом.
— Пришла.
— Я хотел показать тебе... — он достаёт из кармана маленькую коробочку. — Это не кольцо. Не бойся.
— А что?
Он открывает. Внутри — два браслета. Плетёные из кожи, с маленькими металлическими шестерёнками.
— Я сделал их сам. В мастерской. Тайком.
— Экко...
— Один — тебе. Второй — мне. Чтобы мы всегда помнили.
Он надевает браслет на её запястье. Прямо поверх рисунка.
— Теперь ты всегда со мной, — говорит он.
— А ты — со мной, — отвечает она.
Они смотрят на луну. Вода тихо плещется.
— Экко, — говорит Джинкс.
— М?
— Я хочу тебя. Сейчас. Здесь.
Он поворачивается к ней. В глазах — желание.
— Ты уверена?
— Никогда не была так уверена.
---
23:45. На пляже. Под звёздами.
Экко расстилает свою куртку на песке. Снимает футболку. Джинкс — свою.
Луна освещает их тела — его загорелое, мускулистое, со шрамами на рёбрах. Её — бледное, с тонкой талией и маленькой грудью.
— Ты красивая, — шепчет он, проводя пальцами по её животу.
— Ты говорил уже.
— Повторю тысячу раз.
Он целует её плечи, шею, грудь. Джинкс стонет, запрокидывая голову.
— Тише, — шепчет он. — Нас могут услышать.
— Тогда не мучай.
Он улыбается. Спускается ниже — целует её живот, бёдра, внутреннюю сторону колен. Джинкс дрожит.
— Экко, пожалуйста...
— Чего ты хочешь?
— Тебя. Внутри.
Он не заставляет ждать. Входит медленно, глубоко. Она выгибается, впиваясь ногтями ему в спину.
— Да, — шепчет она. — Да...
Они двигаются в ритме волн — плавно, страстно, бесконечно. Песок холодит спину, но внутри — огонь.
Экко целует её, чтобы заглушить стоны. Джинкс кусает его губу.
— Я люблю тебя, — шепчет он.
— Докажи, — просит она.
Он ускоряется. Мир вокруг перестаёт существовать. Только они — и луна над головой.
Она кончает первой, с тихим криком, зарываясь лицом в его плечо. Он — следом, прижимая её к себе так сильно, будто боится потерять.
Они лежат на песке, переплетённые, мокрые от пота. Вода плещется где-то рядом. Звёзды смотрят сверху.
— Это был лучший вечер в моей жизни, — шепчет Джинкс.
— Подожди до завтра, — улыбается Экко. — Я только начинаю.
---
00:30. Возвращение. Комната №6.
Джинкс залезает в окно. Даша не спит.
— Весело? — спрашивает она.
— Очень.
— На пляже?
— Откуда ты... — Джинкс замирает.
— Ты пахнешь озером. И песком. И ним.
— Даша!
— Что? Я рада за тебя.
Джинкс падает на кровать.
— Даш, — говорит она, — я никогда не была так счастлива.
— Знаю, дурочка. И заслуживаешь.
— Спасибо, что ты есть.
— Всегда пожалуйста. А теперь спи. Завтра новый день.
Джинкс закрывает глаза.
На её запястье — браслет с шестерёнками. На сердце — его имя.
---
01:00. Та же ночь. Кайл не спит.
Он стоит у окна комнаты №6. Смотрит на луну.
В руках — синяя лента с Дерева обещаний. Он сорвал её после того, как все ушли.
— Она будет моей, — шепчет он. — Клянусь.
Он сжимает ленту в кулаке.
И улыбается.
---
Конец дня восьмого.
---
День девятый. Дискотека. «Поцелуй, который всё сломал»
19:00. Подготовка. Комната №6.
Весь лагерь гудит. Сегодня дискотека — тема «Звёздная ночь». Все в блёстках, странных нарядах и приподнятом настроении.
— Ты идёшь? — спрашивает Даша, нанося на веки серебряные тени.
— Не знаю, — Джинкс крутит в руках браслет с шестерёнками — подарок Экко. — Настроение не очень.
— Из-за Кайла?
— Из-за всего. Он постоянно смотрит. Экко нервничает. Я устала.
Лия подходит сзади, кладёт руку на плечо Джинкс.
— Иди, — говорит она мягко. — Мы будем рядом. Ничего не случится.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что мы тебя не оставим.
Джинкс смотрит на них — на Дашу с её ядовито-зелёными глазами и чёрными волосами, на Лию с её светлыми локонами и голубыми глазами. Два ангела-хранителя. Странных, но своих.
— Ладно, — сдаётся она. — Иду.
Даша одобрительно кивает.
— Тогда одевайся. У меня есть кое-что для тебя.
Она достаёт из шкафа платье — короткое, чёрное, с открытой спиной и тонкими бретельками.
— Даш, я не ношу платья.
— Сегодня наденешь.
— Почему?
— Потому что ты красивая в нём. И потому что Экко будет смотреть только на тебя.
Джинкс вздыхает, но берёт платье.
Лия тем временем надевает своё — нежно-голубое, в пол, с кружевом. Выглядит как фея.
— Ты красивая, — говорит Даша, и в её голосе звучит что-то странное. Непривычное.
— Спасибо, — Лия краснеет. — Ты тоже.
Даша фыркает, но отворачивается слишком быстро.
Что-то здесь происходит, — думает Джинкс, но не успевает додумать.
---
20:30. Дискотека. Клубный домик.
Огни, музыка, стробоскопы. Вожатый Силько за пультом — он когда-то был диджеем, говорит, что «ещё может удивить».
Майло уже отжигает в центре зала, размахивая руками.
— Давай к нам! — кричит он Даше.
— Не хочу позориться, — кричит в ответ Даша.
— Не позорься, танцуй!
Она закатывает глаза, но всё равно идёт.
Лия остаётся с Джинкс.
— Ты ищешь Экко? — спрашивает она.
— Да. Сказал, что придёт пораньше.
— Может, в мастерской?
— Может быть.
Джинкс хочет идти, но её останавливает Лия.
— Джинкс, будь осторожна сегодня. Кайл здесь. Я видела его у входа.
— Я справлюсь.
— Знаю. Но всё равно.
Джинкс кивает и идёт к выходу.
---
20:45. Мастерская. Экко нет.
Она заходит — пусто. Только старый вентилятор и запах масла.
— Экко? — зовёт она. Тишина.
Она уже хочет уходить, как вдруг дверь закрывается за её спиной.
— Привет, синеволосая.
Кайл.
— Что ты здесь делаешь? — голос Джинкс становится твёрдым.
— Ищу тебя. Как и всегда.
— Уходи.
— Не хочу.
Он делает шаг вперёд. Она — назад.
— Ты меня боишься? — улыбается он.
— Нет. Я тебя презираю.
— Одно другому не мешает.
Ещё шаг. Она упирается спиной в верстак.
— Кайл, не подходи.
— Или что? Ты ударишь меня? Пожалуйста. Я люблю боль.
Он резко сокращает расстояние, хватает её за талию и прижимает к себе. Джинкс пытается вырваться, но он сильнее.
— Отпусти!
— Поцелуй меня, — шепчет он. — Всего один раз. И я отстану.
— Ни за что.
— Тогда я сам.
Он наклоняется и целует её. Насильно. Грубо. Его губы вдавливаются в её, она пытается отвернуться, но он держит её за затылок.
Она отталкивает его со всей силы, ударяет по лицу.
— Убирайся! — кричит она.
Кайл трогает разбитую губу, смотрит на кровь. Улыбается.
— Теперь ты меня запомнила, — говорит он и уходит.
Джинкс стоит, дрожа. Вытирает губы тыльной стороной ладони.
В дверях появляется Экко.
---
20:50. Мастерская. Взрыв.
— Джинкс? Я искал тебя... — он замирает.
Она стоит, растрёпанная, с размазанной помадой, с красными пятнами на шее.
— Что случилось? — голос Экко становится низким, опасным.
— Кайл... он...
— Что он сделал?
— Поцеловал. Насильно.
Экко сжимает кулаки.
— Где он?
— Ушёл.
— Я найду его.
— Не надо, Экко...
Но он уже не слышит. Он вылетает из мастерской.
Джинкс бежит за ним.
---
20:55. Дискотека. Удар.
Экко врывается в зал. Видит Кайла — тот стоит у бара, пьёт сок, улыбается.
— Кайл! — рычит Экко.
Кайл оборачивается, и в этот момент кулак Экко влетает ему в лицо.
Музыка обрывается. Все замирают.
— Ты... — Экко замахивается снова, но его хватают вожатые.
— Экко! Прекрати! — кричит Вандер.
— Он поцеловал её! Насильно! — кричит Экко, пытаясь вырваться.
Кайл вытирает кровь с разбитой губы. Улыбается.
— Она сама хотела, — говорит он громко, чтобы все слышали. — Пришла в мастерскую, флиртовала. Я просто ответил.
— Это ложь! — кричит Джинкс, вбегая в зал. — Он напал на меня! Я ударила его!
Все смотрят на неё. На её растрёпанные волосы, на размазанную помаду, на красные пятна на шее.
— Видите? — Кайл разводит руками. — У неё даже помада размазана. Сама виновата.
— Ты... — Экко вырывается из рук вожатых и бросается на Кайла. Начинается драка.
Их растаскивают с трудом. Экко в крови, Кайл — тоже.
— Оба в штаб! — орёт Вандер. — Срочно!
Экко уводят. Он бросает на Джинкс прощальный взгляд — полный боли и сомнений.
— Экко, я не... — шепчет она, но он уже не слышит.
---
21:30. Клубный домик. Последствия.
Джинкс сидит в углу, обхватив колени. Даша рядом. Лия принесла воды.
— Я не хотела, — повторяет Джинкс. — Он сам...
— Мы знаем, — перебивает Даша. — Мы верим тебе.
— А Экко?
— Экко в шоке. Он не знает, чему верить.
— Он должен верить мне!
— Он верит, — говорит Лия. — Но ему больно. Он видел тебя с размазанной помадой, с красными пятнами... и этот урод сказал, что ты сама хотела.
— Как он мог так подумать?
— Он не думает, — вздыхает Даша. — Он чувствует. И чувства сейчас сильнее разума.
Джинкс закрывает лицо руками.
— Что мне делать?
— Ждать, — говорит Лия. — Он придёт. Просто дай ему время.
---
22:00. Штаб. Разговор с Вандером.
— Экко, — Вандер сидит напротив, сложив руки на столе, — ты должен объяснить, что произошло.
— Кайл поцеловал мою девушку. Насильно.
— Джинкс подтвердила это?
— Да.
— Но Кайл говорит другое.
— Кайл врёт.
— Я верю тебе, — Вандер вздыхает. — Но у меня нет доказательств. Поэтому наказание получат оба.
— Какое?
— Ты — дежурство по кухне три дня. Кайл — уборка территории. И если ещё раз подерётесь — вылетите оба.
Экко кивает.
— Мне можно идти?
— Иди. И... Экко, — Вандер смягчается, — поговори с ней. Не молчи.
Экко уходит.
---
22:30. Клубный домик. Встреча.
Экко заходит. Все оборачиваются. Джинкс встаёт.
— Экко...
— Не здесь, — говорит он тихо. — Выходи.
Она идёт за ним.
Даша и Лия смотрят им вслед.
— Справятся? — спрашивает Лия.
— Должны, — отвечает Даша. — Любовь — штука прочная.
Они остаются вдвоём. Музыка играет что-то медленное.
— Потанцуем? — неожиданно предлагает Лия.
— Что? — Даша смотрит на неё как на сумасшедшую.
— Ну... все танцуют. А мы сидим. Странно выглядит.
— Ты предлагаешь танцевать с девушкой?
— Я предлагаю танцевать с другом, — мягко поправляет Лия.
Даша смотрит на неё. На её светлые волосы, голубые глаза, нежную улыбку.
— Ладно, — сдаётся она. — Но если кто-то спросит — это принуждение.
Лия улыбается и берёт её за руку.
---
22:35. Танцпол. Лия и Даша.
Они танцуют медленно, неуклюже, но почему-то правильно. Даша держится напряжённо, Лия — мягко.
— Расслабься, — шепчет Лия.
— Я расслаблена.
— Ты как струна.
— Это моё обычное состояние.
Лия смеётся — тихо, звонко. Даша смотрит на неё и впервые замечает, какие у неё длинные ресницы.
— Ты красивая, — вырывается у Даши.
Лия замирает.
— Что?
— Ничего. Забудь.
— Не забуду.
Они продолжают танцевать. Рука Лии лежит на плече Даши. Дашина — на талии Лии. Это неправильно. Это странно. Это... приятно.
— Даш, — шепчет Лия.
— М?
— Ты когда-нибудь целовала девушку?
— Нет. А ты?
— Тоже нет.
— И не будем, — быстро говорит Даша.
— Хорошо, — тихо отвечает Лия.
Но их лица слишком близко. Дыхание смешивается.
— Лия, — голос Даши дрожит.
— М?
— Отойди.
— Не хочу.
Даша делает шаг назад. Лия — вперёд.
— Мы не должны, — шепчет Даша.
— Почему?
— Потому что... это неправильно.
— Для кого?
Даша не отвечает. Просто смотрит в эти голубые глаза и тонет.
Лия наклоняется — медленно, давая время отстраниться. Даша не двигается.
Их губы встречаются. Нежно. Неуверенно. Как первый снег.
Мир вокруг перестаёт существовать.
---
22:40. Танцпол. После поцелуя.
Они отстраняются. Даша красная, как помидор. Лия — счастливая.
— Это было... — начинает Даша.
— Странно? — подсказывает Лия.
— Нет. Правильно.
Лия улыбается.
— Что теперь? — спрашивает Даша.
— Теперь мы подумаем об этом завтра, — говорит Лия. — А сегодня просто потанцуем.
Она снова берёт её за руку.
Даша не сопротивляется.
---
23:00. Пляж. Джинкс и Экко.
Они сидят на песке. Луна отражается в воде.
— Я не верю ему, — говорит Экко. — Но когда я увидел тебя... с размазанной помадой... с этими пятнами...
— Что?
— Я чуть не убил его.
— Ты ударил его. Это уже много.
— Недостаточно.
Он поворачивается к ней. Берёт её лицо в ладони.
— Он тебя трогал?
— Да.
— Здесь? — проводит пальцем по её губам.
— Да.
— Здесь? — касается её шеи.
— Да.
— Я убью его, — шепчет Экко.
— Нет, — Джинкс накрывает его руку своей. — Не надо. Он не стоит того.
— Он сделал тебе больно.
— А ты сделаешь мне хорошо. Это будет лучшей местью.
Он смотрит на неё. В его глазах — любовь, боль, желание.
— Джинкс, — шепчет он.
— М?
— Я люблю тебя.
— Докажи, — просит она.
Он целует её — нежно, долго, стирая следы чужого поцелуя.
— Теперь ты только моя, — говорит он.
— Всегда была, — отвечает она.
---
23:30. Комната №6. Возвращение.
Джинкс залезает в окно. Даша уже там.
— Ну? — спрашивает Даша.
— Помирились.
— Хорошо.
— А у вас как? — Джинкс смотрит на неё с подозрением. — Ты красная.
— Это от жары.
— На улице ночь.
— Духота в комнате.
— Даш, я видела, как вы танцевали с Лией.
Даша замирает.
— И что? Мы просто танцевали.
— И целовались.
— Мы не... — Даша вздыхает. — Ладно, целовались.
— И как?
— Не знаю. Странно. Приятно. Страшно.
— Ты её любишь?
— Я не знаю, — честно говорит Даша. — Может быть. А что мне делать?
— Разберись в себе, — советует Джинкс. — Но не делай ей больно. Она заслужила счастье.
— Как и ты.
Они улыбаются друг другу.
Входит Лия.
— Я не помешала? — робко спрашивает она.
— Нет, — отвечает Даша. — Садись.
Лия садится на свою кровать.
— Джинкс, — говорит она, — ты простила Экко?
— Да.
— А он тебя?
— Он не винил меня. Он винил себя.
— Глупый, — вздыхает Лия.
— Влюблённый, — поправляет Джинкс.
Они молчат.
— Девочки, — говорит Даша, — что-то меняется в этом лагере. Мы стали другими.
— Мы стали собой, — тихо говорит Лия.
— Это страшно.
— Но правильно.
Джинкс смотрит на них — на Дашу с её чёрными волосами и зелёными глазами, на Лию с её светлыми локонами и голубыми глазами.
— Вы красивая пара, — говорит она.
— Мы не пара, — быстро говорит Даша.
— Пока, — добавляет Лия.
Они смотрят друг на друга. В их взглядах — обещание.
---
23:50. Комната №6. Почти ночь.
— Джинкс, — зовёт Даша.
— М?
— Ты правда думаешь, что у нас с Лией может что-то получиться?
— Да. Вы балансируете друг друга. Ты — огонь, она — вода. Вместе — пар. Который может сдвинуть горы.
— Красиво сказала.
— Я умею, когда хочу.
— Спи, — говорит Даша.
— Спи, — повторяет Лия.
Джинкс закрывает глаза.
На её запястье — браслет с шестерёнками. На губах — его вкус. В сердце — надежда.
---
Конец дня девятого.
---
День десятый. День талантов. «Сцена — как исповедь»
8:00. Утро. Комната №6. Ажиотаж.
Весь лагерь гудит. Сегодня День талантов — главное событие смены после закрытия.
— Я не буду выступать, — заявляет Джинкс, лёжа на кровати и глядя в потолок.
— Будешь, — отрезает Даша, нанося макияж перед маленьким зеркальцем. — Ты танцуешь с Экко. Мы уже записали вас.
— Мы? — Джинкс приподнимается на локте. — Кто это «мы»?
— Я, Лия и Майло. Твой талант — быть красивой и делать всех счастливыми. А ещё ты взрываешь туалеты, но это не впишется в концепцию.
Лия сидит на своей кровати, перебирает краски. Сегодня она не просто участница — она художник-оформитель сцены.
— Я нарисую задник, — говорит она. — Большой портрет. Вас двоих.
— Опять? — Джинкс вздыхает. — Ты только нас и рисуешь.
— Потому что вы красивые. — Лия улыбается, и в её улыбке нет прежней горечи. Только тёплая грусть. — И потому что я хочу запомнить этот момент.
Даша отрывается от зеркала, смотрит на Лию. Их взгляды встречаются — и повисает что-то неуловимое, от чего у Джинкс бегут мурашки.
— Вы двое... — начинает она.
— Мы ничего, — быстро говорит Даша. — Мы просто друзья.
— Я ничего и не сказала, — Джинкс поднимает руки в примирительном жесте. — Просто вы... разные. Но вместе смотритесь правильно.
Лия краснеет. Даша делает вид, что поправляет ресницы.
Джинкс улыбается про себя.
«Они точно что-то скрывают», — думает она. — «И это прекрасно».
---
10:00. Сцена. Репетиция.
Сцена на открытом воздухе — деревянные подмостки, старый занавес, который помнит ещё прошлый век. Лия уже работает над задником — огромное полотно, на котором проступают очертания колеса обозрения, озера и две фигуры, смотрящие на звёзды.
— Красиво, — говорит Джинкс, подходя ближе.
— Ещё не закончила, — отзывается Лия, не оборачиваясь.
— Почему ты рисуешь нас? Не себя, не Дашу, не что-то своё?
Лия замирает. Потом опускает кисть.
— Потому что вы — то, что я хотела бы иметь. Не Экко. А такое же счастье. Когда я рисую вас, я учусь видеть любовь. Не свою, не чужую. Просто... любовь.
— Это очень взросло, — тихо говорит Джинкс.
— Я выросла, — пожимает плечами Лия. — За десять дней.
Она поворачивается. На её лице — лёгкая улыбка, в глазах — тишина.
— Ты изменилась, — замечает Джинкс.
— Я стала собой. Без одержимости, без фальши. Просто Лия, которая рисует.
— Мне нравится эта Лия.
— Мне тоже.
Они улыбаются друг другу.
На сцену выбегает Даша:
— Вы тут философствуете, а у нас репетиция! Экко уже пришёл, Майло настраивает колонки, а Клэггор принёс стулья. В общем, шевелитесь!
Джинкс подходит к Экко. Он стоит у края сцены, крутит в руках зажигалку — старую, серебряную.
— Волнуешься? — спрашивает она.
— Нет. Я просто... — он смотрит на неё, — не могу поверить, что мы здесь. Вместе. После всего.
— После всего — это после драки?
— После всего, что было. Кайл, ссоры, ревность... А мы всё равно здесь.
Она берёт его за руку.
— Мы сильные.
— Мы — это мы, — поправляет он.
Майло включает музыку. Первая репетиция танца начинается.
---
12:00. Обед. Кайл и Иша — предвкушение.
Кайл сидит один за столом. После драки его избегают. Даже вожатые смотрят косо.
— Можно сесть? — раздаётся детский голос.
Кайл поднимает глаза. Перед ним стоит девочка лет шести — светлые косички, огромные зелёные глаза, веснушки на носу. Она держит в руках тарелку с супом.
— Ты кто? — спрашивает Кайл.
— Я Иша! — девочка улыбается, показывая отсутствующий молочный зуб. — А ты?
— Кайл.
— А почему ты грустный?
— Я не грустный.
— Врёшь. У тебя глаза грустные. Моя сестра Джинкс тоже так врёт. Но я всё равно её люблю.
Кайл замирает.
— Джинкс — твоя сестра?
— Да! Старшая! А ещё есть Вай, но она не приехала. Говорит, что занята. А мне разрешили, потому что я скучала!
Иша садится напротив, не дожидаясь приглашения.
— Ты друг Джинкс? — спрашивает она.
— Нет, — честно отвечает Кайл. — Я тот, кто сделал ей больно.
Иша смотрит на него. Без страха. С любопытством.
— А зачем?
— Глупость.
— А ты больше не будешь?
Кайл молчит.
— Не буду, — говорит он наконец.
— Тогда ты можешь быть другом. — Иша протягивает ему кусок хлеба. — На, поешь. Ты худой.
Кайл берёт хлеб. Смотрит на девочку. Внутри что-то щёлкает — тихо, но ощутимо.
— Спасибо, Иша.
— Пожалуйста, грустный дядя.
Она улыбается и убегает.
Кайл остаётся один. Смотрит на хлеб в руке.
«Она не боится меня, — думает он. — Может, я ещё не монстр?»
---
15:00. Репетиция. Лия и Даша — тайный номер.
Лия закончила задник. Даша подходит, встаёт рядом.
— Красиво, — говорит она.
— Я старалась.
— Ты всегда стараешься.
Лия поворачивается к ней.
— Даш, я хочу тебе кое-что показать.
— Что?
Лия достаёт из кармана сложенный лист.
— Я нарисовала тебя. Не просто так, а... как вижу.
Даша разворачивает. На рисунке — она. С чёрными волосами, развевающимися на ветру. С зелёными глазами, в которых отражается луна. Без защиты, без сарказма — просто Даша. Уставшая, красивая, настоящая.
— Это я? — шепчет Даша.
— Ты, — кивает Лия.
— Я не такая красивая.
— Для меня — самая.
Даша смотрит на рисунок долго-долго.
— Лия, — говорит она тихо, — я...
— Не надо, — перебивает Лия. — Не говори ничего. Просто знай.
Она берет Дашу за руку. Сжимает.
— Я знаю, — шепчет Даша.
Они стоят так несколько секунд. Потом Майло кричит со сцены:
— Эй, художницы! У нас тут свет гаснет, помогите!
Лия отпускает руку Даши.
— Идём, — говорит она.
— Идём, — отвечает Даша.
Но их пальцы касаются ещё долго — даже когда они уже чинят проводку.
---
18:00. Вечер. Гримёрка.
Переделанный класс под гримёрку. Джинкс сидит перед зеркалом, Даша делает ей макияж.
— Закрой глаза, — командует Даша.
— Боюсь.
— Не бойся, я профессионал.
— Ты профессионально ешь чипсы.
— И это тоже.
Даша красит ей веки серебряными тенями, подводит глаза чёрным.
— Открой.
Джинкс смотрит на себя. В зеркале — не она. Кто-то другой. Красивый. Таинственный. Взрослый.
— Это я?
— Это ты, которой ты всегда была. Просто прятала.
Джинкс трогает своё отражение.
— Спасибо, Даш.
— Не за что. Теперь Экко будет смотреть только на тебя.
— Он и так смотрит.
— Значит, будет пялиться.
Они смеются.
Входит Лия. На ней нежно-голубое платье, волосы распущены, на губах — лёгкий блеск.
— Ты красивая, — вырывается у Даши.
— Ты тоже, — тихо отвечает Лия.
Они смотрят друг на друга. Джинкс чувствует себя третьей лишней.
— Я пойду, поищу Экко, — говорит она и выскальзывает.
Даша и Лия остаются вдвоём.
— Лия, — говорит Даша, — после выступления... я хочу кое-что сказать.
— Что?
— Не сейчас. Потом.
— Хорошо, — кивает Лия.
Но её сердце колотится где-то в горле.
---
19:00. Начало. День талантов.
Весь лагерь у сцены. Вожатые в первом ряду. Вандер объявляет начало.
— Первый номер — Лия! Художественное чтение... то есть, рисование!
Лия выходит на сцену. За десять минут она заканчивает портрет — колесо обозрения, две фигуры, звёзды.
— Это Джинкс и Экко, — говорит она в микрофон. — Они показали мне, что любовь — это не обладание. А умение видеть.
Зал аплодирует.
Лия кланяется и убегает за кулисы.
---
19:15. Даша — стихи.
— Следующая — Даша! Стихи собственного сочинения!
Даша выходит на сцену. В руках — листок. Но она не смотрит в него.
— Я не умею красиво говорить, — начинает она. — Я умею злиться, смеяться и есть чипсы. Но сегодня... я попробую.
Она смотрит в зал. Находит глазами Лию.
«Ты пришла ко мне с голубыми глазами,
Я встретила тебя с зелёными, как яд.
Ты сказала: "Я рисую мечты",
А я сказала: "Я хочу их украсть".
Но ты не дала. Ты показала,
Что мечты — не игрушки, их не крадут.
Ты подарила мне небо и звёзды,
А я подарила тебе... себя. Всю. Без прикрас».
Зал молчит. Потом взрывается аплодисментами.
Лия плачет. Даша смотрит на неё со сцены.
— Это тебе, — говорит она тихо, только для неё.
Лия кивает. Слёзы текут по щекам.
---
19:30. Майло и Клэггор — стендап.
— А теперь — юмористический дуэт! Майло и Клэггор!
Майло выходит с микрофоном. Клэггор — просто выходит. Стоит, молчит.
— Знаете, в чём проблема Клэггора? — начинает Майло. — Он молчит как рыба. Но рыбы хотя бы пузыри пускают!
Зал смеётся. Клэггор поворачивается к Майло. Молчит.
— А ещё он ест за троих. Но при этом не толстеет! Нечестно, да? Я смотрю на него и думаю: «Клэггор, отдай мне свой метаболизм!»
Клэггор смотрит на зал. Потом говорит:
— Нет.
Зал взрывается хохотом.
— Он сказал! — кричит Майло. — Он вообще-то умеет говорить! Просто не с вами!
Клэггор поворачивается к нему.
— Иди сюда, — говорит он и поднимает Майло на плечо.
Зал в восторге. Майло машет руками:
— Спасибо, спасибо! Я улечу, прощайте!
Клэггор ставит его на место. Они кланяются.
— Любите друг друга, — говорит Майло. — И ешьте больше. Как Клэггор.
---
19:45. Кайл — гитара.
— Следующий номер — неожиданный, — объявляет Вандер. — Кайл! Музыкальная композиция.
Кайл выходит на сцену с гитарой. Все напряжены.
— Я знаю, что вы меня не любите, — говорит он. — Я сам себя не люблю. Но сегодня... я попробую быть честным.
Он садится на стул. Начинает играть.
Негромко. Просто. Песня о том, как он потерял себя. Как хотел быть любимым, но не умел. Как причинял боль, потому что боялся.
Голос у него низкий, хриплый, с болью.
«Я строил стены из своей гордости,
Я врал себе, что мне никто не нужен,
Но ты пришла с синими волосами,
И я понял — я просто трус, который должен быть наказан».
Джинкс слушает. Внутри — странное чувство. Не прощение. Понимание.
Когда Кайл заканчивает, зал аплодирует. Не бурно, но искренне.
Кайл кланяется и уходит за кулисы.
---
20:00. Джинкс и Экко — танец.
— И наконец — главный номер! Джинкс и Экко! Танец!
Свет гаснет. Остаётся только луч, падающий на сцену.
Музыка — медленная, тягучая, как мёд.
Они выходят. Джинкс — в чёрном платье, босиком. Экко — в чёрной рубашке, с распущенными волосами.
Он берёт её за руку. Она кладёт ладонь ему на плечо.
Танец начинается.
Сначала — медленно, как вздох. Потом — быстрее, страстнее. Они кружатся, он поднимает её, она обвивает его ногами.
Джинкс не умеет танцевать. Но с Экко — умеет. Потому что это не танец. Это разговор. Телами, взглядами, дыханием.
Он проводит рукой по её спине — от шеи до копчика. Она выгибается.
Они смотрят друг другу в глаза. В зале — никого. Только они.
Музыка затихает. Экко прижимает её к себе. Джинкс обнимает его за шею.
— Я люблю тебя, — шепчет она.
— Я знаю, — отвечает он.
Зал взрывается овациями. Но они не слышат.
---
20:30. Финал. Объявление победителей.
— Первое место — Джинкс и Экко! — объявляет Вандер. — Второе — Лия! Третье — Даша!
Все хлопают.
— И специальный приз зрительских симпатий — Кайл!
Кайл удивлённо поднимает голову.
— Выходи, парень, — улыбается Вандер. — Ты сегодня молодец.
Кайл выходит. Получает грамоту.
— Спасибо, — говорит он в микрофон. — Я не заслужил, но... спасибо.
Он смотрит на Джинкс.
— Я больше не буду делать больно. Обещаю.
Она кивает.
Не прощает. Но даёт шанс.
---
21:00. Костер. Посиделки.
Все у костра. Песни, гитара, смех.
Лия сидит рядом с Дашей. Их плечи касаются.
— Твои стихи... — начинает Лия.
— Да, — перебивает Даша. — Это были мои чувства. Я не умею красиво, но...
— Они красивые. Самые красивые.
Даша смотрит на неё.
— Лия, я хочу тебя поцеловать.
— Здесь? При всех?
— Нет. Потом. Но я хочу.
— Я тоже, — шепчет Лия.
Они улыбаются.
---
22:00. За кулисами. Кайл и Джинкс.
Кайл подходит к Джинкс, когда она стоит у сцены одна.
— Джинкс, — зовёт он.
Она оборачивается.
— Что?
— Я хотел сказать... прости. Не за поцелуй. За то, что был трусом.
— Ты не трус. Ты просто... потерянный.
— Может быть. — Он смотрит на неё. — Ты не простишь меня?
— Не знаю. Но я не буду ненавидеть.
— Этого достаточно.
Он уходит.
Джинкс смотрит ему вслед.
«Люди меняются», — думает она. — «Может, и он сможет».
---
22:30. Комната №6. После праздника.
Лия, Даша и Джинкс сидят на кроватях. Уставшие, но счастливые.
— Сегодня был лучший день, — говорит Лия.
— Потому что ты выиграла? — спрашивает Даша.
— Нет. Потому что я была собой.
Джинкс смотрит на них.
— Девочки, — говорит она, — вы когда уже поцелуетесь? У меня нервы не железные.
Лия краснеет. Даша бросает в Джинкс подушку.
— Отстань!
— Что? Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Как котлеты на голодный желудок.
— Джинкс! — шипит Лия.
— Ладно-ладно, молчу.
Но все улыбаются.
---
23:00. Та же ночь. Даша и Лия остаются одни.
Джинкс уснула. Лия и Даша сидят на её кровати (Лииной). Тишина.
— Даш, — шепчет Лия, — что ты хотела сказать?
— Я... — Даша смотрит на неё. — Я не знаю, как это назвать. Любовь? Симпатия? Безумие?
— Назови как хочешь. Я просто хочу быть с тобой.
— Даже если это странно?
— Особенно если странно.
Даша наклоняется. Медленно. Давая время отстраниться.
Лия не отстраняется.
Их губы встречаются. Второй раз. Но теперь — дольше. Глубже. Увереннее.
— Лия, — шепчет Даша после, — я боюсь.
— Чего?
— Что это закончится.
— А ты не думай о конце. Думай о сейчас.
Даша улыбается.
— Ты мудрая.
— Я просто рисую. А рисунки не врут.
Они ложатся рядом. Обнимаются.
Засыпают вместе.
Впервые — без страха.
---
Конец дня десятого.
---
День одиннадцатый. Тихий день. «Вентилятор и другие радости»
8:00. Утро. Комната №6. Лень.
Джинкс просыпается от того, что Даша расчёсывает её волосы.
— Ты чего делаешь? — хрипит Джинкс.
— Заплетаю тебя. Ты сегодня будешь красивая.
— Я всегда красивая.
— Скромная, — фыркает Даша. — Повернись.
Джинкс поворачивается. Даша ловко заплетает две синие косы — ровные, аккуратные, будто Джинкс идёт не на завтрак, а на бал.
— Ты сегодня добрая, — замечает Джинкс.
— Просто хорошее утро.
Лия уже одета, сидит на своей кровати, рисует. Дашу. В профиль.
— Опять меня? — спрашивает Даша, не оборачиваясь.
— Ты хорошо получаешься, — отвечает Лия. — Особенно нос.
— Что с моим носом?
— Он идеальный. Для рисования.
Даша краснеет. Джинкс видит это в зеркале.
«Они такие милые», — думает она. — «Почему у меня с Экко всё не так просто?»
---
9:00. Завтрак. Сплетни и каша.
Экко ждёт Джинкс у входа в столовую. В руках — маленький пакет.
— Это тебе, — говорит он, протягивая.
— Что?
— Открой.
Внутри — новая зажигалка. Серебряная, с гравировкой: «Джинкс. Всегда гори».
— Экко...
— Чтобы ты могла зажечь свой огонь, даже когда меня нет рядом.
— Ты куда-то уезжаешь? — она смотрит на него с тревогой.
— Нет. Просто... на всякий случай.
Он улыбается, но в глазах — что-то, чего Джинкс не замечает. Грусть. Слишком ранняя для прощания.
Она целует его в щёку.
— Спасибо. Я буду носить её всегда.
— Знаю.
Они заходят в столовую. Кайл сидит в углу, ест кашу. Рядом с ним — Иша.
— Ты подружился с моей сестрой? — удивляется Джинкс.
— Она сама ко мне пришла, — пожимает плечами Кайл. — Говорит, я грустный и меня надо кормить.
— Ты грустный? — Джинкс смотрит на него.
— Уже нет, — он почти улыбается. — Иша лечит.
Иша показывает Джинкс язык.
— Не лезь, — говорит она по-взрослому. — Он мой друг.
— Я не лезу, — смеётся Джинкс. — Просто интересно.
Она садится за стол с Экко. Кайл смотрит на них. Без боли. Почти.
---
12:00. Мастерская. Вентилятор.
— Сегодня мы его добьём, — заявляет Экко, доставая отвёртку.
— Ты про вентилятор? — уточняет Джинкс.
— А про что ещё?
— Не знаю. Ты странный сегодня.
— Я всегда странный.
— Сегодня особенно.
Он не отвечает. Просто начинает разбирать мотор.
Джинкс садится рядом. Помогает. Их руки соприкасаются. Он не отстраняется.
— Экко, — говорит она, — что происходит?
— Ничего. — Он не смотрит на неё. — Просто... я хочу, чтобы этот вентилятор работал. Как символ.
— Чего?
— Что мы можем починить всё. Даже если кажется, что нет.
Она смотрит на него. На его руки, на татуировку с часами.
— Мы починим, — говорит она. — Всё.
Он поднимает глаза.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Он кивает. Возвращается к работе.
Вентилятор заработает сегодня. А они — нет. Но она пока не знает.
---
15:00. Озеро. Лия и Даша.
Они сидят на пирсе, болтают ногами в воде.
— Даш, — говорит Лия, — ты боишься, что после лагеря мы перестанем общаться?
— Боюсь, — честно отвечает Даша. — Но не перестанем.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я не дам. Я не умею терять людей, которых люблю.
Лия замирает.
— Любишь? — переспрашивает она.
Даша поворачивается к ней. В зелёных глазах — страх и нежность.
— Люблю, — говорит она. — Дурацки, по-дурацки, как в первый раз. Люблю.
Лия наклоняется. Целует её. Коротко, но так, что у Даши подкашиваются колени.
— Я тоже, — шепчет Лия. — Очень.
Они сидят, обнявшись. Вода плещется о сваи. Солнце отражается в озере.
— Даш, — говорит Лия, — что будет после?
— Не знаю. Но мы будем вместе.
— Обещаешь?
— Обещаю.
---
18:00. Ужин. Фильм под открытым небом.
Вандер объявил «кино под звёздами». Старый проектор, белая простыня, пледы на траве.
Джинкс лежит на плече у Экко. Иша — на коленях у Кайла. Лия и Даша — рядом, держатся за руки под пледом.
Показывают старый фильм — про любовь, конечно. Все смеются и плачут в нужных местах.
— Экко, — шепчет Джинкс, — я люблю тебя.
— Я знаю, — отвечает он. — Я тоже.
Но в его голосе — что-то, чего она не слышит. Прощание.
---
22:00. Отбой. Комната №6.
Джинкс не спит. Смотрит на браслет с шестерёнками.
— Даш, — зовёт она.
— М?
— Ты веришь в вечную любовь?
— Не знаю. Но в вас с Экко — верю.
— Почему?
— Потому что вы смотрите друг на друга так, будто мир вокруг не существует.
Джинкс улыбается в темноте.
— Спасибо, Даш.
— Спи, дурочка. Завтра новый день.
Джинкс закрывает глаза.
Ей снится вентилятор. Который работает.
---
Конец дня одиннадцатого.
---
День двенадцатый. День валентинок. «Бумажные сердца»
8:00. Утро. Почта любви.
На входе в столовую стоит большой ящик, украшенный сердечками. «Почта любви» — можно бросить валентинку любому.
— Кому напишешь? — спрашивает Даша у Лии.
— Угадай, — улыбается Лия.
— Надеюсь, мне.
— Надейся.
Даша краснеет. Лия целует её в щёку.
— Я напишу, — говорит Лия. — Но потом. Лично.
— Ты романтик.
— Только с тобой.
---
10:00. Валентинки. Кто кому?
Экко → Джинкс: «Ты — мой лучший взрыв. Люблю тебя до искр. Твой навсегда, Экко».
Джинкс → Экко: «Ты починил меня. Навсегда. Твоя Джинкс».
Лия → Даше: «Ты — моя ночь и звёзды. Спасибо, что ты есть. Лия».
Даша → Лие: «Я не умею говорить красиво. Но с тобой я учусь. Даша».
Кайл → Ише (дружескую): «Ты — самый маленький, но самый смелый человек, которого я знаю. Спасибо, что не боишься меня. Кайл».
Иша → Кайлу: «Ты грустный дядя, но я тебя люблю. Иша».
Майло → всем красивым девушкам: «Вы все прекрасны. Майло».
Клэггор → Даше: «Ты хороший человек. Будь счастлива. Клэггор».
Чак → Севике: «Ты самая сильная. Я хочу быть таким же, когда вырасту. Чак».
Севика → Чаку: «Ты уже сильный. Не бойся. Севика».
---
12:00. Личная встреча. Лия и Даша.
Лия ведёт Дашу за библиотеку. Там тихо, никого.
— Я хотела отдать тебе это лично, — говорит Лия, протягивая конверт.
Даша открывает. Внутри — рисунок. Они вдвоём. На крыше. Под звёздами.
— Это мы?
— Мы. Я хочу запомнить этот момент.
Даша смотрит на рисунок. Потом на Лию.
— Лия, — говорит она, — я никогда никого так не боялась потерять.
— Не потеряешь. Я здесь.
Они целуются. Долго. Нежно. Впервые — не таясь.
---
15:00. Экко и Джинкс. Их момент.
Экко приносит Джинкс валентинку лично. Они сидят в котельной.
— Ты моя, — говорит он, глядя ей в глаза.
— Твой, — отвечает она.
Он целует её. Сначала нежно, потом глубже. Его руки скользят по её спине.
— Экко, — шепчет она, — что с тобой сегодня?
— Я просто хочу запомнить тебя. Такую. Счастливую.
— Я всегда счастлива с тобой.
— Знаю.
Он не говорит ей, что завтра получит письмо. Что послезавтра уедет. Он не говорит.
Он просто любит её. Здесь и сейчас.
---
18:00. Ужин. Чтение валентинок.
Вандер читает самые трогательные (с разрешения авторов).
— От Экко к Джинкс: «Ты — мой лучший взрыв...»
Все умиляются.
— От Лии к Даше: «Ты — моя ночь и звёзды...»
Кто-то хлопает. Даша краснеет. Лия сжимает её руку.
— От Кайла к Ише: «Ты — самый маленький, но самый смелый человек...»
Все смотрят на Кайла. Он опускает глаза. Иша обнимает его.
— Ты хороший, — шепчет она. — Я знаю.
Кайл не плачет. Почти.
---
21:00. Костер. Песни.
Майло играет на гитаре. Все поют.
Джинкс сидит на коленях у Экко. Лия и Даша — рядом, обнявшись. Кайл держит на руках Ишу (она уснула).
— Красиво, — говорит Даша.
— Да, — отвечает Лия. — Жаль, что это заканчивается.
— Не заканчивается. Просто меняется.
Джинкс слышит этот разговор. Сжимает руку Экко.
— Мы не закончимся, правда? — шепчет она.
— Правда, — врёт он.
Она верит.
---
Конец дня двенадцатого.
---
День тринадцатый. Прощание с сёстрами. «Иша, не уезжай»
8:00. Утро. Иша собирается.
За Ишей приезжает Вай. Старшая сестра — короткие розовые волосы, татуировка дракона на плече, строгий взгляд.
— Джинкс, ты как? — спрашивает Вай, обнимая её.
— Нормально.
— Выглядишь лучше. Он? — Вай кивает на Экко, который стоит в стороне.
— Он хороший.
— Надеюсь.
Иша повисает на шее у Джинкс.
— Я не хочу уезжать!
— Надо, маленькая. — Джинкс гладит её по голове. — Я приеду к тебе. Обещаю.
— И дядя Экко?
— И дядя Экко, — кивает Экко.
Иша смотрит на него.
— Ты женишься на моей сестре? — спрашивает она.
Экко замирает.
— Иша! — шипит Джинкс.
— Что? Я просто спросила.
Экко приседает перед ней.
— Если она захочет — да, — говорит он. — Если она захочет.
Иша довольно кивает.
— Тогда ладно. Пока, грустный дядя! — она машет Кайлу.
Кайл улыбается.
— Пока, маленькая.
Вай забирает Ишу. Машина уезжает. Джинкс смотрит вслед.
— Она вырастет, — говорит Экко.
— Знаю. Но сейчас она ещё маленькая.
Он обнимает её.
— Всё будет хорошо.
— Ты так часто это говоришь в последнее время.
— Потому что верю.
Она смотрит на него. В его глазах — та же грусть. Но она не спрашивает. Боится ответа.
---
12:00. Обед. Вай и Экко.
Вай остаётся до вечера. Она хочет поговорить с Экко.
— Сядь, — говорит она, указывая на скамейку.
Он садится.
— Я не знаю, что ты за человек, — начинает Вай. — Но моя сестра... она не умеет выбирать правильно.
— Я знаю.
— Если ты сделаешь ей больно, я найду тебя. Где бы ты ни был.
— Я знаю.
— И я не шучу.
— Я знаю, — повторяет Экко. — Я сам себя найду, если сделаю ей больно.
Вай смотрит на него. Долго.
— Ладно, — говорит она. — Ты мне нравишься. Но я всё равно буду следить.
— Хорошо.
Она почти улыбается.
— Береги её.
— Обязательно.
---
18:00. Вечер. Вай уезжает.
— Джинкс, — говорит Вай перед отъездом, — ты сильная. Не забывай.
— Я помню.
— И... — Вай смотрит на Экко, — он хороший. Дай ему шанс.
— Я даю.
— Тогда всё.
Они обнимаются. Вай уезжает.
Джинкс стоит одна. Экко подходит сзади, обнимает.
— Ты грустишь, — говорит он.
— Немного.
— Я здесь.
— Я знаю.
Но внутри — пустота. Предчувствие.
---
Конец дня тринадцатого.
---
День четырнадцатый. Ночь перед бурей. «Прощальный костёр»
19:00. Костёр. Последний большой сбор.
Все у костра. Песни, гитара, смех. Но в воздухе — грусть. Завтра последний день. Послезавтра — отъезд.
— Пусть каждый скажет, что он чувствует, — предлагает Вандер.
Майло: «Я чувствую, что влюбился раз десять. Но всё ещё один. Зато весёлый!»
Клэггор: «Я чувствую... тишину. И это хорошо».
Севика: «Я чувствую, что Чак вырастет и станет лучше меня».
Чак: «Не-а, ты лучше!»
Кайл: — он встаёт, мнётся, — «Я чувствую... что был неправ. Ко всем. Особенно к Джинкс. И к Экко. Простите. Я не умею по-другому. Но учусь».
Джинкс кивает. Экко протягивает руку.
— Мир? — спрашивает он.
— Мир, — отвечает Кайл.
Они пожимают руки. Впервые.
Лия: «Я чувствую, что нашла себя. И любовь. Спасибо, Даша».
Они целуются при всех. Кто-то свистит. Кто-то хлопает.
Даша: «Я чувствую, что чипсы закончились. И это трагедия. Но Лия — не трагедия. Лия — счастье».
Джинкс: «Я чувствую... что боюсь. Но не показываю».
Экко: «Я чувствую... что люблю её. И это всё, что важно».
Они смотрят друг на друга. Костер догорает.
---
21:00. После костра. Кайл и Джинкс.
Кайл подходит к Джинкс.
— Можно?
— Да.
— Я хотел сказать... ты изменила меня. Не специально. Просто... ты показала, что можно быть другим.
— Ты сам изменился. Я просто была рядом.
— Нет. Ты была той, ради кого стоило меняться.
Они молчат.
— Кайл, — говорит Джинкс, — ты найдёшь своё счастье.
— Надеюсь, — улыбается он. — Но не сейчас.
— Почему?
— Потому что я ещё не готов. Но когда-нибудь...
Он уходит.
Джинкс смотрит ему вслед.
«Люди меняются», — думает она. — «Я видела это».
---
22:00. Последняя ночь перед ссорой. Лия и Даша.
Они лежат на крыше столовой. Смотрят на звёзды.
— Даш, — говорит Лия, — что будет после?
— Мы будем встречаться. Я приеду к тебе. Или ты ко мне.
— А если родители?
— Тогда мы будем бороться.
— Ты не боишься?
— С тобой — нет.
Лия поворачивается к ней. Целует.
— Я люблю тебя, — шепчет она.
— Я тоже, — отвечает Даша.
Они засыпают под звёздами.
---
23:00. Комната №6. Джинкс одна.
Даша и Лия на крыше. Джинкс не спит. Она смотрит на браслет.
— Экко, — шепчет она, — почему ты такой грустный?
Ответа нет.
Она закрывает глаза.
Завтра всё изменится. Но она пока не знает.
---
Конец дня четырнадцатого.
---
День пятнадцатый. Ссора. «Тот самый день, который сломал всё»
6:00. Утро. Комната №6. Предчувствие.
Джинкс просыпается от того, что кто-то смотрит на неё. Экко сидит на краю её кровати. В руках — конверт.
— Ты чего так рано? — хрипит она.
— Не спалось.
— Что это?
Он прячет конверт в карман.
— Ничего. Просто письмо.
— От кого?
— От... не важно.
Он смотрит на неё. Долго. Так, будто хочет запомнить каждую чёрточку.
— Джинкс, — говорит он, — что ты будешь делать после лагеря?
— Учиться. Ждать тебя. Ты же приедешь?
Он молчит.
— Экко?
— Конечно, приеду, — врёт он. — Как только смогу.
Она улыбается, ещё не зная, что это ложь.
— Тогда всё хорошо.
Он наклоняется, целует её в лоб.
— Всё хорошо, — повторяет он.
---
8:00. Завтрак. Экко получает письмо.
Вожатый Силько подходит к Экко с конвертом в руке.
— Тебе, — говорит он. — Из приёмной комиссии.
Экко берёт конверт. Пальцы дрожат.
— Что там? — спрашивает Джинкс.
— Ничего, — он прячет письмо. — Потом прочитаю.
— Почему не сейчас?
— Потому что хочу побыть с тобой.
Она не настаивает. Но внутри — тревога.
---
10:00. Мастерская. Последний раз.
Они чинят вентилятор. В последний раз. Вместе.
— Он заработал, — говорит Экко, включая.
Вентилятор крутится. Шумно, неровно, но жив.
— Ты гений, — улыбается Джинкс.
— Мы гении, — поправляет он.
Она обнимает его.
— Экко, что происходит? Ты какой-то...
— Какой?
— Отстранённый.
Он молчит.
— Экко?
— Джинкс, — он отстраняется, — нам нужно поговорить.
Её сердце ухает вниз.
— О чём?
— О будущем.
---
11:00. Пирс. Их место.
Они сидят на краю. Вода спокойная, как перед штормом.
— Я получил письмо, — начинает Экко. — Меня забирают в приёмную семью.
— Это же хорошо! — Джинкс поворачивается к нему. — У тебя будет дом!
— В другом городе. Далеко.
— Я буду приезжать.
— Джинкс, — его голос ломается, — у меня нет ничего. Ни денег, ни жилья, ни будущего. Я не могу тебя тащить за собой.
— Я не хочу, чтобы ты меня тащил. Я хочу быть рядом.
— А если я не хочу?
Она замирает.
— Что?
— Что если я не хочу, чтобы ты страдала со мной?
— Я не буду страдать! Я буду счастлива, потому что ты рядом!
— А если я не буду рядом?
Она смотрит на него. В глазах — паника.
— Экко, что ты говоришь?
— Я говорю, что у нас нет будущего! — вырывается у него. — Я сломанный, ты сломанная, вместе мы — катастрофа!
— Неправда!
— Правда! — он встаёт. — Посмотри на нас! Мы ссоримся, ревнуем, не доверяем друг другу. Зачем это всё?
— Потому что я люблю тебя!
— А любви недостаточно!
Слова падают, как камни. Джинкс чувствует, как внутри всё рушится.
— Ты не это имеешь в виду, — шепчет она.
— Имею.
— Экко, пожалуйста...
— Ты никогда не меняешься, Джинкс. — Его голос становится жестче. — Ты всегда была ошибкой. И я был ошибкой, когда влюбился в тебя.
Она не плачет. Она просто смотрит на него. Как на чужого.
— Ты это серьёзно?
Он не отвечает.
— Уходи, — говорит она тихо.
— Джинкс...
— Уходи!
Он уходит. Не оборачивается.
Джинкс остаётся одна на пирсе.
Слёзы текут по щекам. Она не вытирает.
---
13:00. Комната №6. Пустота.
Она лежит на кровати, уставившись в потолок.
Даша и Лия сидят рядом. Не знают, что сказать.
— Что случилось? — шепчет Даша.
— Он уезжает. И не хочет меня.
— Это неправда, — говорит Лия. — Он тебя любит.
— Тогда почему он так сказал?
Лия не знает.
Даша обнимает Джинкс.
— Всё будет хорошо, — шепчет она.
— Не будет.
Джинкс закрывает глаза. Ей снится вентилятор. Который сломался.
---
18:00. Вечер. Экко уезжает.
Экко собирает вещи молча. Клэггор помогает.
— Ты уверен? — спрашивает Клэггор.
— Нет.
— Тогда зачем?
— Чтобы она не страдала.
— Она всё равно будет страдать.
Экко замирает.
— Я знаю, — говорит он. — Но так будет лучше.
— Для кого?
Экко не отвечает.
Он выходит из комнаты. Клэггор смотрит вслед.
«Дурак», — думает он. — «Оба дурака».
---
19:00. Прощание. Кайл и Экко.
Кайл перехватывает Экко у ворот.
— Ты уезжаешь?
— Да.
— А она знает?
— Нет.
— Ты дурак, — говорит Кайл.
— Я знаю.
— Она тебя любит.
— Я знаю.
— Тогда зачем?
Экко смотрит на него. В глазах — боль.
— Потому что я хочу, чтобы она была счастлива. А со мной у неё нет будущего.
— Ты не знаешь, что у неё есть.
— Знаю. — Экко достаёт браслет — тот самый, с шестерёнками. — Передай ей. Скажи... скажи, что я люблю её. Но не могу остаться.
Кайл берёт браслет.
— Ты уверен?
— Нет. Но по-другому не умею.
Экко уходит. Кайл смотрит ему вслед.
«Ты идиот, — думает он. — Но я бы сделал то же самое».
---
20:00. Комната №6. Браслет.
Кайл приносит браслет.
— Он просил передать.
Джинкс смотрит на браслет. Не берёт.
— Он уехал?
— Да.
— И не попрощался?
— Нет.
Она берёт браслет. Сжимает в кулаке.
— Я ненавижу его, — шепчет она.
— Врёшь, — говорит Даша.
— Знаю.
Она плачет. Кайл обнимает её.
— Я здесь, — говорит он.
— Я знаю.
Но она думает о другом.
---
23:00. Ночь. Одна.
Джинкс не спит. Смотрит на браслет.
— Ты обещал, — шепчет она. — Ты обещал, что починишь.
Ответа нет.
Она надевает браслет на руку.
И плачет до утра.
---
Конец дня пятнадцатого.
---
День шестнадцатый. Отъезд. «Автобус, который увозит всё»
7:00. Утро. Сборы.
Джинкс собирает вещи молча. Даша помогает. Лия упаковывает краски.
— Ты как? — спрашивает Даша.
— Нормально.
— Врёшь.
— Знаю.
Она не снимает браслет. Даже в душе.
---
9:00. Линейка. Закрытие смены.
Вандер говорит речь. Все плачут.
— Вы стали семьёй, — говорит он. — Не теряйте друг друга.
Джинкс стоит с каменным лицом.
Кайл рядом.
— Ты поедешь со мной? — спрашивает он.
— В одном автобусе?
— Да.
— Хорошо.
Она не смотрит на него. Она смотрит на ворота. Туда, где уехал Экко.
---
10:00. Прощание. Лия и Даша.
Они обнимаются так, будто расстаются навсегда.
— Ты приедешь? — шепчет Даша.
— Приеду.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Они целуются. Сквозь слёзы.
— Я люблю тебя, — говорит Лия.
— Я тоже, — отвечает Даша.
Они не знают, что встретятся через месяц. Но это будет потом.
---
11:00. Отъезд. Автобус.
Джинкс садится у окна. Кайл рядом.
— Джинкс, — говорит он, — я буду рядом. Если захочешь.
— Я знаю.
— Но я не буду его заменять.
— Не надо.
Она смотрит в окно. Лагерь уходит назад. Вместе с ним — её сердце.
На запястье — браслет с шестерёнками.
Она его не снимает.
Никогда.
---
Конец дня шестнадцатого.
---
Эпилог. Четыре года спустя. «Новая глава»
Осень. Университет.
Джинкс идёт по коридору. Волосы теперь розовые — как у Вай. На лице — спокойствие. На запястье — всё тот же браслет.
Она изменилась. Стала тише, взрослее. Учится на химика — теперь взрывает только реактивы в лаборатории.
У неё есть парень. Кайл.
Они живут вместе. Он стал другим — заботливым, терпеливым. Работает тренером, по выходным готовит завтраки.
Она почти счастлива.
Почти.
---
Сегодня.
В группе объявили новенького.
— Перевёлся из другого университета, — говорит преподаватель. — Заходи.
Дверь открывается.
Высокий. В бандане. Со шрамом над бровью.
Экко.
Джинкс перестаёт дышать.
Он смотрит на неё. На розовые волосы. На браслет на её запястье.
— Здравствуйте, — говорит он.
Она не отвечает.
Она просто смотрит.
Внутри — тысяча чувств. Боль. Злость. Любовь. Надежда.
— Джинкс? — зовёт Кайл по телефону. — Ты слушаешь?
— Да, — шепчет она. — Всё хорошо.
Она кладёт трубку.
Смотрит на Экко.
— Привет, — говорит она.
— Привет, — отвечает он.
И мир замирает.
---
Конец первой части.
