Снайпер

Эбби шёл по пустой улице А-1. Искусственный свет над головой мигал, как больной глаз. Тишина давила на уши, и каждый шаг отдавался эхом в пустоте. Он знал, что это не просто прогулка — он чувствовал их приближение за несколько кварталов. Сначала — лёгкое давление в висках, потом — тяжесть в груди, потом — запах горелого металла. Они вышли из теней, которые не принадлежали ни одному источнику света. Гнев, Гордыня, Зависть, Жадность. Четыре фигуры, четыре сущности, четыре лица, в которых не было ничего человеческого. Гнев был первым, кто двинулся. Его движения были резкими, как удары молнии, и он не дал Эбби времени на раздумья. Кулак, обвитый чёрным пламенем, врезался в плечо Эбби, и тот отлетел на несколько метров, врезавшись в стену. Кость хрустнула, и боль пронзила руку. Эбби поднялся, пытаясь дышать. Второй удар — уже не кулак, а нога, которая сломала ему ребро. Он почувствовал, как воздух выходит из лёгких, и на мгновение мир потемнел. — Ты слаб, — сказала Гордыня, наблюдая за ним с высоты. Её голос был спокойным, даже мягким, но в нём слышалось что-то, что давило на волю. — Ты думал, что сможешь противостоять нам? (пауза) Ты даже не знаешь, кто мы на самом деле. Эбби поднял голову, вытирая кровь с губ. Он попытался прицелиться, но рука не слушалась — кость была сломана. — Мы — твои грехи, — продолжала Гордыня, делая шаг вперёд. — Ты не можешь убежать от нас, потому что мы всегда внутри тебя. Эбби не ответил. Он отбросил винтовку — она всё равно была бесполезна. Он встал, держась за стену, и сосредоточился на дыхании. Каждый вдох отдавался болью в сломанных рёбрах. Гнев ударил снова — в живот. Эбби согнулся, и в этот момент Жадность коснулась его плеча. Он почувствовал, как сила уходит из него, как вода из разбитого кувшина. Он становился слабее, медленнее, тяжелее. Зависть усмехнулась. В её руках появился тусклый свет — копия демонического глаза Эбби. Она сжала его в ладони, и Эбби почувствовал, как левый глаз начинает угасать. Боль была острой, но не физической. — Тебе не победить, — сказала она. Эбби упал на колени. Кровь стекала по лицу, сломанные рёбра болели, силы уходили. Он поднял голову, посмотрел на них — четырёх грехов, которые стояли перед ним, как судьи. — Вставай, — сказала Гордыня. — Я хочу видеть, как ты падаешь. Эбби поднялся. Он не мог победить. Но он мог не сдаться. Грехи снова двинулись вперёд. Гнев занёс руку для удара, Жадность тянулась к остаткам силы Эбби, Зависть уже копировала его движения, а Гордыня давила волю, заставляя колени сгибаться. Эбби стоял, готовясь к удару, но знал — он не выдержит второй волны. И вдруг — воздух дрогнул. Первый появился Киф. Он вынырнул из тени, как лезвие из ножен, и его удар пришёлся прямо в лицо Гневу. Гнев отшатнулся, не ожидая такого быстрого вмешательства. Киф отступил, занял позицию между Эбби и грехами, и его глаза оставались холодными. Киф: (не оборачиваясь) Ты думал, мы оставим тебя одного? Эбби хотел ответить, но не успел. Следующим появился Саня. Он не выходил из тени — он просто упал с неба, оставляя за собой искры света. Его скорость была почти невидимой: он ударил Жадность в плечо, прежде чем та успела коснуться Эбби, и отбросил её в сторону. Саня встал рядом с Кифом, тяжело дыша, но улыбаясь. Саня: (усмехаясь) Ты думал, мы пропустим такое представление? Третьим пришла Тень. Он не появился, не выпал — он просто стал видимым, как будто всегда там стоял. Его фигура была чёрной, почти неосязаемой, и он смотрел на Гордыню с таким спокойствием, что даже она замерла. Тень: (тихо) Ты думала, что сможешь добраться до него без нас? (пауза) Ты ошиблась. Грехи сгруппировались. Гнев рычал, Гордыня усмехалась, Жадность потирала плечо, Зависть смотрела на новичков с холодным интересом. Киф активировал свою силу — стоп-кадр. Мир замер на долю секунды, и он успел нанести удар по Зависти, прежде чем время пошло снова. Зависть отлетела назад, не успев скопировать его атаку. Саня разогнался. Его скорость была почти невозможной: он перемещался между грехами, нанося удары, которые они не успевали блокировать. Жадность пыталась коснуться его, но он уже был в другом месте. Тень не двигался. Он просто стоял, глядя на Гордыню, и в его взгляде была такая тяжесть, что даже она почувствовала давление. Он не боялся её — он знал её. Эбби поднялся. Глаз горел — слабо, но горел. Эбби: (тихо) Мы не дадим им уйти. Гордыня: (усмехаясь, потирая плечо) Хех… как же вы глупы вы не дадите нам утий как глупо Она появилась перед Эбби за мгновение. Удар пришёлся в грудь — сломанные рёбра хрустнули ещё сильнее. Эбби отлетел назад, ударился спиной о стену и сполз по ней, не в силах вдохнуть. Саня отреагировал мгновенно — его кулак врезался в бок Гордыни, заставив её пошатнуться. Она отступила на шаг, схватившись за живот. Гордыня: (выдыхая) Хех… быстро. (пауза) Но я быстрее. Она ударила Саню. Тот отлетел в сторону, ударился головой о бетон и затих. Потерял сознание. Киф выхватил пистолет, но не успел выстрелить. Перед ним появился Гнев — и с первобытной яростью, без лишних движений, разорвал Кифа на части. Эбби успел увидеть лишь вспышку, а потом — тишину. Киф мёртв. Эбби: (мысль) Сука… зачем ты пришёл, Киф? (пауза) Жил бы… Тень молчал. Стоял неподвижно, глядя на тело Кифа. Слов не было. Он хотел напасть, но в этот момент его окликнули. Голос, который Эбби сразу узнал. Гир.