Почему он?

На работу я пришла вся в мыслях. Если это Влад, то зачем он это сделал? Что он этим хотел сказать? Человек, который искренне ненавидит меня, дарит мне шикарный оберег. Может, он вообще решил его проклясть? Вполне в духе Влада. Хотя что за глупости? Я в это не верю. Даже Олег говорил, что не верит в проклятия и ни разу не видел их в действии. Единственный способ узнать правду — спросить у самого Влада, но делать этого мне не хотелось. Можно же просто выбросить побрякушку — и дело с концом. Но всё же что-то меня останавливало. Я взглянула на Влада, который разговаривал с Марьяной. Парень почувствовал на себе мой взгляд и посмотрел на меня. Мы долго переглядывались, пока Марьяна не закончила фразу, и он отвернулся, продолжив диалог. Дверь гримёрки приоткрылась, за ней показался режиссёр. — Рина, передай всем: готовность пятнадцать минут. Николай Васильевич закрыл дверь, а я повторила всем информацию. Большинство участников остались сидеть, но кареглазый брюнет решил покинуть гримёрку первым. Я выждала некоторое время и стремительно вышла из гримёрки — искать Влада. Парня я настигла в укромном уголке, как раз там, где никто не мог нас увидеть. — Влад, постой. Парень неохотно остановился и развернулся ко мне. — Если ты хочешь спросить, всё ли мне ясно… — парень оскалисто улыбнулся. — Мне всё ясно. Он уже хотел развернуться и пойти дальше, как я схватила его за плечо. — Это ты? — я сунула руку в карман, достала ту самую цепочку и добавила тише: — Зачем ты её мне подарил? Вздумал проклясть меня? Не выйдет. Я не верю в это. Парень нахмурился и скинул мою руку с плеча. — Ты что несёшь? — Я нашла это у себя в кармане пальто. Парень усмехнулся и прошипел: — С чего это ты решила, что это я, а не твой Олег? — Потому что… — я осеклась на мгновение, но всё же продолжила с уверенностью. — Это не он. — Я знала, что блефую, но мне нужно было знать правду. Я почувствовала, как парень на секунду опешил от моих слов. Он выхватил у меня цепочку, покрутил в руках и произнёс: — Милая вещица. Я бы оставил, но если ты так переживаешь, что тебя кто-то сможет проклясть… выбрось её. Влад обратно вложил мне в руку подвеску и сжал мою руку в кулак. Развернулся и направился в сторону готического зала. На этом моменте меня просто распирало от злости. Взрослый парень, а мужества признаться, что сделал это он, не хватает. И я бросила едкое вслед: — Выброшу, не сомневайся. Разомкнув пальцы, я глянула ещё раз на вещицу. Опять странное ощущение, но на этот раз — значительно холоднее, обжигало пальцы. Что за фокусы? Я бросила вещь в карман с мыслью, что выкину её позже, когда будет время. Всё время съёмок я периодически бросала на Влада недовольные взгляды, но парень ни разу не посмотрел на меня, делая вид, что увлечён процессом. С другого конца я заметила, как за мной наблюдал Олег. Это заставило меня выдохнуть и немного успокоиться; я улыбнулась ему и вернулась к наблюдению за камерой. Закончив снимать обсуждения, Марат озвучил свои заключительные фразы, и процесс съёмки был остановлен. Я задержалась, чтобы выключить всё оборудование. Когда я выключила очередной прибор, я обратила внимание, что ко мне идёт брат Олега — Саша. — Рина, добрый вечер. — Добрый вечер, Александр. Вы что-то хотели? — я была немного растеряна, потому что не понимала, что он хочет от меня. — Я слышал, вы встречаетесь с моим братом. — По-моему, это ни для кого не секрет, — я повела плечами, не видя смысла скрывать наши отношения с Олегом. — Я вас очень прошу… не сломайте его. — На лице Шепса я уловила лёгкие следы грусти. Он не повышал голоса, но я чувствовала витающее напряжение между нами. Я вздрогнула и с непониманием посмотрела на мужчину. — О чём вы говорите? Александр прикрыл глаза и приложил два пальца к виску, думая, что лучше сказать, а когда открыл, произнёс: — Ну… вы же взрослая девочка. Вы поймёте. Шепс молча развернулся и вышел из зала. Вечно Саша лезет в жизнь своего брата — как будто он маленький ребёнок. К тому же у нас с ним всё серьёзно, и я не вижу повода для беспокойства. Я люблю Олега. А если он имел в виду Влада… то нас ничего не связывает, кроме пары едких комментариев в адрес друг друга, рабочих моментов и той самой грёбаной подвески. Рука уже было хотела потянуться в карман, но я остановила себя. Я услышала, как дверь скрипнула, и увидела Влада, который стоял, оперевшись о косяк. — Какая драма… — довольно ухмылялся парень. — Один ухаживает, другой угрожает. — Ты подслушивал? — я слегка повысила голос на брюнета — нервы были на пределе. Ещё немного, и я ему врежу. — Я вообще шёл за телефоном, но, кажется, я вовремя. Не каждый день видишь, как родной брат угрожает девушке Олега. Парень оторвался от косяка и пошёл в сторону забытого телефона на столике. — Никто мне не угрожал, и это не твоё дело, ясно? — процедила я сквозь зубы, шагая парню навстречу и тыкая в него пальцем. — А ты твёрдый орешек, — Влад приблизился ко мне максимально плотно и с азартом произнёс: — Но я всё же попробую его раскусить. Я посмотрела на парня в упор и ледяным тоном произнесла: — Я слышала, люди так часто ломают себе зубы. Советую не рисковать. В его глазах загорелись огоньки, и он чуть понизил голос: — Вот и проверим. Дверь хлопнула. Вот манипулятор хренов. Как он вообще посмел приблизиться ко мне так близко? Хочешь войны, Владик? Будет тебе война. Я вырубила последний прибор и направилась в сторону гримёрки. Эмоции бились через край, а сердце бешено колотилось. Я была очень зла на этого человека. Этот козёл вечно лезет под кожу со своими играми в слова. А я, как дура, ведусь на его провокации. Я резко распахнула двери каморки и увидела, как на стуле сидел Олег. Парень обратил на меня внимание и улыбнулся. — Олег, ты чего здесь? Все уже давно разбежались. — я обмякла при виде парня и подошла к нему, поцеловав в щёку. — Да вот ждал тебя. — Олег притянул меня к себе и скользнул рукой по моим волосам. — Хотел пригласить тебя сегодня в бар. — Даже не знаю… — я устало потёрла лоб и уткнулась парню в шею, приобняв его за талию. — Я немного замоталась сегодня. — Ну вот как раз заодно и расслабишься. — Парень аккуратно провёл рукой по спине, и, чёрт возьми, это было очень приятно. — Ну ладно, я согласна, — сдалась я.