Звезда и Погоны

В «Укус Змеи» всегда было шумно и дымно. Это был самый грязный и опасный бар в Ред-Роке: низкий потолок, скрипящий пол, запах дешёвого виски, пота и женских духов. Здесь собирались те, кто не хотел попадаться на глаза шерифу. Сегодня шериф и полковник пришли сюда не пить. Они получили надёжную наводку: один из оставшихся людей Скорпиона — рыжий ублюдок по кличке «Клык» — прячется именно здесь. Задача была простой: тихо проверить всех, не поднимая шума, и взять его живым, если получится. Аллисер вошёл первым. Высокий, в чёрной шляпе и пыльном плаще, он сразу привлёк внимание. За ним шагал Дон Мейс — ниже ростом, но с такой военной выправкой, что даже пьяные ковбои невольно замолкали. — Держись рядом, коротышка, — тихо бросил Аллисер краем рта, оглядывая зал. — Не хватало ещё, чтобы тебя здесь прирезали. — Заткнись и работай, высокий, — ответил Дон так же тихо, но в голосе уже скользнула привычная нежная насмешка. Они разделились. Аллисер пошёл вдоль стойки, внимательно вглядываясь в лица. Дон двигался по противоположной стене, рука лежала на рукояти револьвера. В баре было человек тридцать: пьяные шахтёры, проститутки, пара подозрительных типов в углу. Аллисер заметил рыжего первым. Клык сидел за дальним столиком, низко надвинув шляпу, и пытался слиться с тенью. Шериф сделал едва заметный знак Дону. Полковник кивнул и начал медленно приближаться с другой стороны. Всё могло пройти тихо… если бы не пьяный ковбой, который вдруг узнал шерифа. — Эй, Хорниголд! Ты что, пришёл сюда свою задницу продать военным? — заржал он громко. Зал взорвался смехом. Клык резко поднял голову и понял, что его окружили. Он вскочил, опрокинув стол, и бросился к чёрному ходу. — Стоять! — рявкнул Аллисер. Началась суматоха. Дон среагировал быстрее всех: коротким ударом в челюсть он вырубил одного из подельников Клыка, который бросился на помощь. Аллисер длинными ногами перемахнул через два стола и настиг рыжего уже у двери. Одним мощным рывком он заломил Клыку руку за спину и прижал лицом к стене. — Тихо, сука. Ты арестован. Дон подбежал следом, быстро обыскал задержанного и вытащил из его сапога маленький револьвер. — Чисто, — коротко сказал он. — Уводим. Они вывели Клыка через чёрный ход под удивлённые и злые взгляды посетителей. Никто не рискнул вмешаться — репутация шерифа Хорниголда и полковника Мейса уже работала на опережение. Через двадцать минут преступник уже сидел в камере участка, а Аллисер и Дон вернулись в дом шерифа. Дверь захлопнулась. Напряжение дня требовало выхода. Аллисер даже не успел снять плащ — Дон уже толкнул его спиной к стене. Несмотря на разницу в росте, полковник действовал уверенно и властно. — Раздевайся, — хрипло приказал он. — Медленно. Я хочу смотреть. Аллисер послушно сбросил плащ, потом рубашку. Длинное, стройное тело открывалось постепенно: широкие плечи, рельефный живот, узкие бёдра, уже заметно возбуждённый член. Дон стоял и смотрел снизу вверх, глаза горели. Когда шериф остался полностью голым, Дон подошёл вплотную, положил ладони на его грудь и медленно провёл ими вниз, до самого низа живота. — На кровать. Ложись на спину. Аллисер лёг, длинные ноги слегка раздвинуты. Дон разделся сам, не торопясь, и забрался сверху. Он снова оказался полностью сверху — коренастое, мощное тело нависло над высоким шерифом. На этот раз всё было медленно и очень подробно. Дон начал с поцелуев. Он целовал шею Аллисера, ключицы, спускался ниже, обводил языком каждый сосок, пока они не затвердели. Аллисер тихо стонал, длинные пальцы запутались в волосах полковника. — Дон… не торопись сегодня… — Не буду, — прошептал полковник. — Сегодня я хочу чувствовать тебя часами. Он спустился ещё ниже, взял в рот член Аллисера и сосал долго, медленно, глубоко — то заглатывая почти до горла, то только лаская языком головку. Одна рука Дона скользнула между ног шерифа, пальцы осторожно, но настойчиво готовили вход, растягивая и смазывая слюной. Когда Аллисер уже дрожал и тихо умолял, Дон поднялся выше, приставил толстую головку к влажному входу и начал входить — очень медленно, сантиметр за сантиметром. — А-а-ах… — выдохнул Аллисер, выгибаясь. — Чувствую… как ты меня заполняешь… такой горячий… такой толстый… Дон вошёл полностью и замер, давая обоим привыкнуть. Потом начал двигаться — длинными, глубокими, медленными толчками. Каждый раз он почти полностью выходил и снова погружался до самого основания, слегка кружа бёдрами, чтобы головка массировала чувствительную точку внутри. Аллисер стонал громко, длинные ноги обвили талию Дона, пятки упирались в его спину, прижимая ближе. — Сильнее… но не быстрее… вот так… да… Дон нависал над ним, одна рука упиралась в матрас, вторая ласкала длинный член Аллисера — медленно, в такт толчкам. Их лица были совсем близко. Они смотрели друг другу в глаза. — Я люблю тебя, — тихо сказал Дон между толчками. — Люблю, когда ты такой… раскрытый для меня… когда стонешь моё имя… — И я тебя… люблю… мой коротышка… — Аллисер притянул его ближе и поцеловал глубоко, влажно. — Трахай меня… глубже… я весь твой… Они двигались долго, не торопясь. Пот стекал по телам. Комната наполнилась звуками влажных толчков, тяжёлого дыхания и тихих стонов. Дон довёл Аллисера до края три раза, каждый раз замедляясь, не давая кончить, пока шериф не начал почти плакать от желания. Только в четвёртый раз он позволил. — Кончай для меня, любимый… Аллисер кончил с долгим, громким стоном, тело выгнулось дугой, горячие струи били между их животами. В момент оргазма он сильно сжался внутри, и Дон наконец позволил себе кончить — глубоко, мощно, изливаясь длинными толчками и рыча имя Аллисера. Они остались лежать, сплетённые. Дон сверху, всё ещё внутри, тяжело дыша в шею высокого шерифа. Аллисер обнимал его дрожащими руками, длинные пальцы гладили спину и волосы полковника. — Останься навсегда, — тихо прошептал Аллисер. — Не уезжай. — Я уже дома, койот, — ответил Дон, целуя его в висок. — Ты мой дом. За окном тихо шумел ночной Ред-Рок. А в маленькой хижине два мужчины — высокий шериф и короткий полковник — наконец-то позволили себе просто любить друг друга. Медленно, глубоко и очень-очень долго.