Любимый цвет

      Лучи ярко-оранжевого осеннего заката падали на остановку, где стояли два студента.       Лололошка переминался с ноги на ногу и скучающе вздыхал, пока ждал автобус. После четырёх пар и очередного расследования тайн города парню больше всего хотелось поскорее вернуться в общежитие и принять лежачее положение. Он посмотрел налево и увидел Дилана — тот играл в какую-то популярную мобильную игру, а по напряжённому лицу и внимательному взгляду было ясно, насколько он увлечён.       Мироходец уже хотел позавидовать тому, что его друг, в отличие от него, может занять себя хоть чем-то, но тут Дилан выключил телефон, кинул в карман куртки и тихо выругался — видно, он проиграл. Программист повернулся к Лололошке, встречаясь с ним взглядом, и вскидывает бровь.       — Чего уставился?       Лололошка опомнился и вздрогнул.       — Ничего, скучно мне просто.       — А я тебе клоун, что ли, какой? — фыркнул Дилан, ехидно ухмыляясь.       Мироходец помотал головой и отвернулся к дороге, по которой время от времени проносились автомобили разных марок и цветов. Разглядывать машины и прохожих на другой стороне улицы надоело довольно быстро, а автобус и не торопился забрать этих двоих в общежитие. Вот были бы у Лололошки водительские права... Что ж, стоит подумать об этом, но попозже.       А пока нужно было придумать другой способ скоротать время. Самый логичный и напрашивающийся вариант — разговорить Дилана. Всё равно тот ещё дуется то ли из-за плохих членов команды, то ли из-за сильных врагов, и в кои-то веки оторвался от экрана техники.       — Дилан, — сказал мироходец, привлекая внимание того к себе.       — Что? — в привычной резкой манере ответил программист, кидая взгляд на голубую оправу очков. Лололошка чуть помедлил, придумывая тему для разговора.       — А какой у тебя любимый цвет? Вопрос казался достаточно глупым, причём для обоих парней.       — Угадай, — Дилан усмехнулся. Лололошка окинул взглядом друга: чёрная куртка, чёрные джинсы, чёрный рюкзак, и всё остальное тоже чёрное.       — Помимо чёрного ни один цвет не любишь? — с разочарованием в голосе спросил Лололошка.       Дилан вдруг задумался, отведя взгляд в сторону. В голове сразу всплыл ярко-голубой клетчатый шарф, что то и дело мелькает перед глазами, предупреждая, что сейчас спокойный день перестанет таковым являться. Следом — оправа очков того же цвета, и до тошноты живой взгляд, выглядывающий из-за неё. И всё же, от этого становилось теплее на душе.       — Ну, голубой ещё ничего такой, — взгляд вернулся к соседу, и за маской безразличия всё же проскользнула нотка смущения. Но Дилан тут же нахмурил брови, когда увидел, как Лололошка слегка прищурился и улыбнулся, — Только посмей пошутить, что я голубой...       — У меня и мысли не было! А вот у тебя... — усмехнулся мироходец, глядя на пристыженного программиста.       — Заткнись, — не дал закончить фразу Дилан, закативший глаза.       — Ладно-ладно...       Лололошка не стал дальше злить его. Вместо этого подумал, что вполне мог представить, что его другу нравится голубой цвет, который, должно быть, ассоциируется с ссылками и программным кодом, да и с техникой в целом. А потом спросил:       — А как думаешь, какой мой любимый цвет?       Дилан окинул взглядом соседа, в образе которого то и дело мелькал один цвет, а потом хмыкнул и сказал:       — Очевидно, что тоже голубой, ты ведь постоянно одеваешься в него. Я ведь прав? — программист встретился взглядом с соседом.       Лололошка на секунду задержался на глубоких и вечно холодных глазах напротив, что своим голубым цветом так контрастировали с бледной кожей и тёмными волосами. А синяки под ними делали взгляд ещё более притягательным.       — Да, ты прав, — ответил мироходец, бросая взгляд на дорогу, — О, автобус едет!