Последние из Блэков |||

      За окнами поместья валил густой снег, скрывая под собой английские пустоши. Внутри же, в большой столовой, камин полыхал изумрудным пламенем, а стол ломился от яств, достойных королей.       Беллатриса, вальяжно раскинувшись в кресле во главе стола, крутила в пальцах бокал с кроваво-красным вином. Нарцисса сидела по правую руку от неё, идеально прямая и безупречная, а Андромеда — по левую, задумчиво перебирая серебряную вилку. — Ну и лица у вас, — фыркнула Белла, оскалившись. — Мы собрали всех Блэков под одной крышей, а вы сидите так, будто на похоронах Дамблдора. Радоваться надо! — Мы радуемся, Белла, — Нарцисса бросила мимолетный взгляд на Андромеду и едва заметно коснулась её руки под столом. — Просто Сириус опять пытается украсть бутылку коллекционного огневиски до начала тоста.       Сириус, сидевший напротив Регулуса, замер с рукой, протянутой к графину. — Ой, да ладно тебе, Цисси, — проворчал он, поправляя воротник своей шелковой рубашки, на котором всё еще красовалось едва заметное магическое клеймо. — Учитывая, в какой компании я провожу этот праздник, мне нужно быть либо очень пьяным, либо очень... — он покосился на Регулуса, который спокойно резал индейку, — ...очень покорным. — Сириус, веди себя прилично, — холодно отозвался Регулус, даже не поднимая глаз. — Или я попрошу Беллу напомнить тебе о правилах поведения в этом доме. — О, я с удовольствием! — Беллатриса звонко рассмеялась, и в её глазах вспыхнул тот самый опасный огонек.       Андромеда наконец улыбнулась — блекло, но искренне. — Никогда не думала, что наше «воссоединение» будет выглядеть так... по-домашнему. — А ты привыкай, Меда, — Белла подняла бокал. — За нас. За последних, за единственных и за то, что в этом году никто не посмел сбежать.       Все подняли бокалы. Магия контрактов, невидимая и теплая, окутала столовую, подтверждая: они дома. Они — Блэки. И это Рождество принадлежит только им.