У страха глаза велики

Дазай и Накахара встретились в парке. — Ну, что, коротышка, зачем позвал? — усмехнулся Дазай. — Бля, Осаму. Не давно Ога.. — Чуя осёкся. — Босс начил вести себя странно, я тебе по телефону об это говорил. То есть, улыбаться хитро, как будто что-то задумал. Потом комплименты по типу: «Сегодня ты, Накахара, выглядишь отлично» и тому подобное. Но сегодня Мори начал со мной флиртовать, — покраснел Чуя. — Да, я помнимаю, — сказал Дазай. — Знаешь, что у меня тоже начал также вести себя... Директор, — признался Осаму. За деревьями все это время стояли Фукудзава и Мори. — И нам обоим это нравится, — смущаясь, сказал рыжик. — И нам это нравится, — краснея, произнёс шатен. Оба посмотрели друг на друга, потому что они это сказали одновременно. Тем временем за деревьями: — Вот видишь, — говорит Огай. — Им это нравится, — лыбясь, сказал Мори. Юкучи же стоял спокойно и молча, но с улыбкой. Вернёмся к нашим героям. — Знаешь, я подумал, — начал Чуя. — Вау, ты думать умеешь, — подколол его Осаму. — Ой, да завались, так вот, а если они просто друг с другом проспорили. И это просто шутка? — грустно предположил Чуя. — А что, если они не друг с другом спорили, а решили проверить нас? Хотят посмотреть, как быстро мы сломаемся от такого «внимания» и прибежим друг к другу жаловаться... как сейчас, — сказал кариглазый. Мори, поправив перчатки, хитро взглянул на Фукудзаву: — Ну что, Юкичи? Кажется, наши мальчики слишком много думают. Пора развеять их сомнения, пока они не выстроили теорию всемирного заговора. Фукудзава лишь коротко кивнул. Он не был сторонником игр, но когда дело касалось признания, иногда требовался рывок. В это время в парке Дазай продолжал: — Посуди сам, Чуя. С чего бы Мори-сану или моему директору так резко менять тактику? Это либо проверка на верность, либо... — Либо это вовсе не спор, — раздался спокойный голос Фукудзавы прямо за их спинами. Осаму и Накахара подскочили. Чуя машинально схватился за нож, а Дазай мгновенно нацепил свою самую невинную маску. — Босс?! — выпалил рыжий, густо краснея. — Вы... вы давно здесь? — Достаточно, чтобы понять: твоя интуиция тебя подводит, Накахара, — Мори вышел на свет, довольно щурясь. — Никаких споров. Просто иногда, даже нам надоедает ждать, пока вы заметите очевидное. Дазай замер, внимательно изучая лицо Фукудзавы. Взгляд директора был непривычно мягким. — Осаму, — произнес Юкичи. — Я ценю твой интеллект, но иногда ты ищешь сложность там, где её нет. Моё отношение к тебе не имеет двойного дна. В парке повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Дазай, который всегда находил колкое словце, вдруг просто открыл и закрыл рот. Чуя же выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю прямо сейчас. — То есть... — пробормотал Чуя, глядя то на Мори, то на Дазая. — Это всё было... всерьёз? — Более чем, — Мори подошел ближе к Чуе и коснулся его плеча. — И раз уж вы оба признались, что вам это «нравится», может, закончим этот нелепый допрос в парке и перейдем к более приятному вечеру? Дазай внезапно усмехнулся, хотя его уши всё еще горели: — Ого... Кажется, коротышка, мы только что попали в самую изящную ловушку в нашей жизни. И, похоже, сопротивляться бесполезно. Чуя лишь фыркнул, пытаясь скрыть смущение за поправлением шляпы, но руку Мори не сбросил.