Пи Хануль

— Вновь хвастаешься телом? Голос, слишком знакомый, чтобы оторвать от избиения очередного мусора, заставил его повернуть голову. Очки вновь слетели, а перед глазами всплыл Пи Хануль. Самодовольная ухмылка вновь украшала его губы, а надменный взгляд сканировал окружение. Отвлеченный на бывшего врага, Гамин и не заметил, как вырубил двоих одним ударом. Восторженный свист ощущался издевательством. — Тебе не стоит так раздеваться перед другими парнями, — лукаво улыбнулся Хануль, легкими движениями застегивая пуговицы школьной рубашки. Гамин не понимал, почему позволяет ему стоять так близко и совершать манипуляции с его одеждой. — Вот так, — похлопал по плечу Хануль, — будь аккуратнее, свекровь будет очень расстроена, если увидит тебя в таком виде. Гамин дернулся назад, высвобождаясь из хватки Хануля слишком легко, чем предполагалось. После спасения его младшей сестры Пи Хануль стал.. слишком странно себя вести. Первое, что заметил Юн Гамин — прикосновения. Казалось, будто ни одна его часть тела не осталась незамеченной бывшим врагом. Гамин предполагал, что Хануль пытается прощупать его мышечную массу. — Тебе, — тихое обращение заставило Хануля остановиться, — показать мои тренировки? От чужого смеха щеки охватил стыд. Гамин быстро нацепил очки и развернулся, чтобы сбежать от этой неловкости. — Стой! Как ты можешь обращаться так со своим сонбэ, а? Легкий тычок в лоб никак не вязался с реальными ударами Хануля. Хоть Гамин и победил его в их схватке, он никогда не расслаблялся со своим соперником. Сердцебиение участилось, отчего рука рефлекторно сжала помятую ткань рубашки в районе груди. — Простите, — на одном дыхании произнес Гамин. — Хочешь показать мне свои тренировки? — лицо Хануля вновь оказалось в опасной близости, — ну пойдем, младший. Гамин затормозил на одном месте, но Хануль легко притянул его к себе и потащил в сторону. Прищуренный взгляд слишком долго смотрел на отточенное лицо Пи Хануля, отчего тот заулыбался еще ярче. — Не можешь насмотреться? — Я не смотрел, — хмуро пробурчал Гамин, поправляя очки средним пальцем. Этому его научил Мугю-хён, приговаривая об скрытом послании для мелких сошек. Хануль вновь рассмеялся, а его рука проскользнула от плеча до талии. — Тебе можно, мой драгоценный младший. Мурашки пробежали по всему телу. Его друзья бы не одобрили особую связь с ублюдком Пи Ханулем, но, возможно… тот не настолько плохой человек, каким казался на первый взгляд. — Куда мы идем? — К тебе домой. Гамин остановился. — Мама не разрешала приводить друзей… — Гамин научился врать? — изогнул бровь Хануль, покачивая в руке телефон, где на экране была переписка, — свекровь не против. Гамин от удивления раскрыл рот, увидев как вежливо Пи Хануль попросился остаться с ночевой у них в квартире. Как ни странно, мама согласилась, отправив странные смайлики с улыбками и большими пальцами. — Н-но я не… — Хочешь оставить меня на улице? Гамин не понимает, сработал ли жалобный вид (жалобный вид Пи Хануля!) или сообщение матери, но в итоге они вдвоем пошли к нему домой.