После перерождения выхожу замуж за пожилого мужчину из богатой семьи

В последующие два дня Шу Шиюнь безвылазно сидел дома, отдыхая. Ему ничего не позволяли делать, даже когда он спускался вниз, Шан Чэн требовал, чтобы он не бегал и не прыгал. Шу Шиюнь чувствовал себя ужасно подавленным. Хотя Шан Чэн стал проводить дома больше времени, чем раньше, ему всё равно было скучно. Время от времени приходили друзья, Фан Цзяхуа даже специально сняла с ним короткое видео, чтобы «подразнить фанатов», но как только все разошлись, он снова оставался один дома без дела и мог только убивать время стримами и разговорами. И вот наконец, услышав, как Хэ Мушэн накануне вечером позвал Шан Чэна выйти, он решил на следующий день поехать вместе с ним в компанию. Подготовившись, ночью он почему-то не мог уснуть. Шу Шиюнь ворочался в постели, с трудом сдерживая желание начать приставать к лежащему рядом человеку. Но даже ничего не говоря, он всё равно был разоблачён. — Не спится? От внезапного голоса Шу Шиюнь вздрогнул, тело инстинктивно напряглось. Он повернулся и увидел совсем близко лицо Шан Чэна. — Немного… Просто давно никуда не выходил. Шан Чэн, услышав это, даже на мгновение растерялся, словно не поверил, а затем тихо усмехнулся: — Всего пару дней прошло. Увидев его реакцию, Шу Шиюнь невольно покраснел: — Но раньше у меня такого не было… Наверное, потому что я всегда был в хорошей форме. Шан Чэн выглядел немного беспомощным. Подумав, он сказал: — Через пару дней сходишь на полное обследование, и можно будет вернуться к обычному режиму. Но всё равно нужно быть осторожнее. — Хорошо. Шу Шиюнь вовсе не возражал. Сейчас он просто смотрел на стоящего перед ним Шан Чэна, и сердце начинало биться всё быстрее. С тех пор как произошла авария, между ними больше не было ничего подобного, только лёгкие поцелуи и объятия. Несколько раз он сам едва сдерживался и ясно чувствовал реакцию Шан Чэна, но даже в самый последний момент тот всегда жёстко контролировал себя и одновременно успокаивал его. Откуда у него такая сила самоконтроля? Или… у Шан Чэна к нему просто нет такого сильного желания, раз он уже попробовал? Он раньше слышал, что с возрастом у людей постепенно… но Шан Чэну ведь всего чуть за тридцать, не должно же так быть. Но где-то он это читал… что у мужчин после тридцати организм начинает идти на спад. У него самого пока ничего такого не ощущалось, разве что после окончания учёбы он действительно стал быстрее уставать, но, скорее всего, это из-за того, что стал меньше двигаться. А Шан Чэн регулярно занимается спортом, ведёт активный образ жизни, да и раньше всё было вполне… Значит, это не то, о чём он подумал? Чем больше он размышлял, тем сильнее внутри поднималась тревога, и в итоге он не удержался и тяжело вздохнул. — Шан Чэн. — Мм? — Шан-Шан? — … — услышав такое осторожное обращение, Шан Чэн явно на мгновение растерялся, но всё же ответил, — Что такое? — Чэн-Чэн? — … Шан Чэн тихо усмехнулся, выражение его лица на мгновение стало странным, и от этого Шу Шиюню почему-то стало не по себе. — Это у тебя прозвище такое? — Нет. Но, кажется, меня впервые так называют. Услышав это, Шу Шиюнь удивлённо распахнул глаза: — Правда? Он сам давно привык к таким ласковым повторам в именах, его мама и бабушка в детстве звали его Юнь-Юнь, поэтому, повзрослев, он иногда так обращался и к близким друзьям, ведь это звучало более тепло и близко. Он только долго смотрел на Шан Чэна, и хотя понимал, что это немного странно, всё равно не удержался и произнёс это вслух. А теперь, сказав, понял, что звучит не так уж и неловко. Шан-Шан… даже очень мило. Увидев, как у него забегали глаза, Шан Чэн сразу понял, о чём тот думает, и, наклонившись, с лёгкой беспомощностью растрепал ему волосы, сделав их ещё более растрёпанными. — Ладно, хватит болтать, уже поздно. Если завтра не встанешь, я уеду один. Услышав угрозу, Шу Шиюнь нахмурился и фыркнул: — Сплю так сплю. Он отвернулся, обняв одеяло, собираясь отодвинуться подальше, но мужчина обхватил его за талию и притянул к себе, в тёплые объятия. — Спи. Удовлетворённо прижав его к себе, Шан Чэн поцеловал его в макушку и тихо выдохнул. Почувствовав, как крепко его обнимают, Шу Шиюнь даже не стал сопротивляться, и пролежав так совсем немного, он быстро уснул. *** Но на следующее утро он всё равно проспал. Поняв, что рядом уже никого нет, он посмотрел на время и поспешно вскочил, чувствуя тревогу. В его представлении Шан Чэн был человеком, который всегда держит слово, и он действительно боялся, что снова упустит шанс выйти из дома. К счастью, едва спустившись вниз, он услышал голоса, это тётя спрашивала, что приготовить на обед. Шан Чэн уже ответил, но, заметив, что он спускается, добавил ещё один десерт. — Хорошо, я запомнила. Тётя обернулась, увидела, как Шу Шиюнь в пижаме спешно сбегает вниз, и в её глазах мелькнула понимающая улыбка. Она тепло поздоровалась с ним и вышла. Заметив её взгляд, Шу Шиюнь невольно покраснел и поспешил вниз. — Ты уже позавтракал? Тогда я возьму еду с собой и поем у тебя в компании. Он не хотел задерживать Шан Чэна. — Сначала поешь, я подожду. Мужчина коротко ответил и сел на диван в гостиной, ничем его не подгоняя. Вздохнув с облегчением, Шу Шиюнь быстро расправился с завтраком, затем поднялся наверх переодеться. Спускаясь с сумкой, он снова чуть не подпрыгнул, но, поймав взгляд Шан Чэна, тут же замедлился. С виноватым выражением лица он выглядел как воришка, тайком пробравшийся в чужой дом. — … Шан Чэн, увидев его нарочитое поведение, беспомощно вздохнул, но ничего не сказал, только кивнул, чтобы тот шёл за ним. По дороге в компанию даже пейзажи за окном казались необычайно интересными. Шан Чэн, глядя на человека рядом, прилипшего к окну, невольно задумался, не слишком ли он его ограничивал. Но ведь тот просто пару дней отдохнул дома после травмы, не должно же быть такой реакции. Шу Шиюнь, однако, не знал, о чём он думает. Он долго смотрел наружу, и вдруг в поле зрения мелькнул перекрёсток, где произошла авария. Его взгляд сразу стал серьёзнее. Этот трёхсторонний перекрёсток, по идее, не был опасным, имея хороший обзор, да и по записям камер он видел, что скорость машин была невысокой. Но было странно, словно заметив их, машина с пьяным водителем резко ускорилась. Значит… это было не случайно. Тогда какую роль во всём этом играл Ань Жун? Он правда просто жертва? Он не успел додумать, как машина уже подъехала к офису. Он думал, что в компании будет скучно, но оказалось, что там куда интереснее, чем дома. Возможно, из-за рабочей атмосферы его эффективность резко выросла. Пока Шан Чэна не было, помощники по очереди заходили к нему и перекидывались с ним парой слов. В обед они вместе поели, после чего, не успев толком поговорить, Шу Шиюнь почувствовал сонливость и проспал до самого вечера. Когда он проснулся, как раз подошло время заканчивать работу и ехать на встречу. Хотя Хэ Мушэн был любителем ночной жизни, ради Шан Чэна он обычно переносил встречи на более раннее время. Ресторан тоже был довольно закрытым, в отдельном зале стоял шум и веселье. Едва Шу Шиюнь вошёл, как услышал громкий голос Хэ Мушэна: — Ого, пришли рано! Я думал, вы задержитесь. Шан Чэн коротко поприветствовал его, и Хэ Мушэн, недовольный его холодностью, тут же переключил всё своё внимание на Шу Шиюня. — Шиюнь, я по тебе скучал! Шу Шиюнь понял, что это обычная вежливость, но всё же не стал отвечать так же холодно, как Шан Чэн, и обнял его. — Тогда сегодня можешь на меня насмотреться. Хэ Мушэн от его слов даже растерялся. Руки, обнимающие его, мгновенно застыли, а взгляд осторожно пополз в сторону Шан Чэна. — Да я не рискну, — отмахнулся Хэ Мушэн. — Через пару дней мне ещё к старому Шану по поводу сотрудничества идти. Вдруг он специально меня подставит, тогда всё, мне конец. Шу Шиюнь рассмеялся: — Тогда приходи ко мне. Если «Ланьань» накроется, я его выкуплю. Понятно, что такое вряд ли случится, но Хэ Мушэн всё равно растрогался: — Тогда я сразу к тебе прилипну, не смей меня прогонять. На этот раз Шу Шиюнь не успел ответить, как Шан Чэн лениво бросил на них взгляд: — Если не отпустишь его сейчас, не придётся ждать потом. — … Хэ Мушэн мгновенно сник, отступил на шаг и отошёл на метр от Шу Шиюня. — Забирай. Они только успели сесть, Шу Шиюнь поздоровался со всеми за столом, как дверь снова открылась и в комнату вошёл Ань Жун, с пластырем на голове после швов. — Все уже собрались, — он с улыбкой снял пальто, и его взгляд почти сразу нашёл Шу Шиюня. Увидев, что тот направляется к нему, Шу Шиюнь немного замялся, но всё же первым спросил: — Как ты? Люди рядом поняли намёк и сразу подвинулись, освобождая место. Ань Жун сел рядом с ним, широко улыбаясь, и, коснувшись повязки на голове, тихо ответил: — Уже всё нормально. Через некоторое время снимут швы и всё. Шу Шиюнь не нашёл, что сказать, только напомнил: — Не пей алкоголь. — Не переживай, — ответил Ань Жун. Тут же вмешался Хэ Мушэн: — Спокойно, спокойно, мы сегодня заказали лишь пару лёгких блюд. Вскоре начали приносить еду. Шу Шиюнь никогда не любил привлекать к себе внимание, поэтому в разговорах участвовал мало, лишь изредка вставляя пару слов. Но через некоторое время Ань Жун сам перевёл разговор на него: — Шиюнь, ты знаешь про ежегодную конференцию Цзиньшэнь? Шу Шиюнь слегка замер, но кивнул: — Знаю, у меня много знакомых участвуют. — Я после того, как вспомнил наш прошлый ПК, подписался на тебя. У тебя столько подписчиков, ты не думал побороться за участие? Там же огромный трафик, — в голосе Ань Жуна звучала забота. После его слов остальные тоже подключились к разговору: — Разве не все популярные стримеры участвуют в этом мероприятии каждый год? Я как-то видел стримы Шиюня, там постоянно десятки тысяч зрителей онлайн. — Правда? Я думал, только официальный магазин YS ведёт стримы, а Шиюнь сам тоже стримит? Хэ Мушэн, знавший больше остальных, хотел было выдать целую тираду, но, взглянув на спокойное лицо своего друга, лишь сказал: — Да ладно, наш Шиюнь и так популярный. Шу Шиюнь вежливо улыбнулся и сдержанно ответил: — Просто в этом году у меня нет таких планов. Борьба за место требует слишком много времени и сил. Я недавно был занят, да и сейчас энергии не так много. — Тоже верно, — кто-то добавил. — Эти стримеры чуть ли не ночами не спят, иначе место могут увести, пока ты отдыхаешь. — А других способов попасть туда нет? Попросить брата Шана вложить немного денег и всё, проще простого. — Точно, вам же вдвоём проще договориться, не придётся самому напрягаться. — … На этой встрече было несколько человек, которые обычно с ними не общались. Хэ Мушэн, сидя сбоку, чем больше слушал их разговор, тем больше ему это не нравилось, и он не выдержал: — Ладно вам уже. У Шиюня и так денег хватает. Если бы он хотел, сам бы всё решил. Ему что, обязательно наш старый Шан нужен? С виду это звучало как подкол в сторону Шан Чэна, но тот лишь слегка улыбнулся, явно ничуть не задетый, и даже наоборот, одобрил его слова. Шу Шиюнь взглянул на Хэ Мушэна, затем повернулся и встретился взглядом с Шан Чэном и вдруг понял, почему эти двое так хорошо ладят. Эти двое и правда на одной волне. — Я тут посмотрел… Шиюнь даже не участвовал толком, а уже прошёл в финальный круг, — вдруг сказал Ань Жун, заглянув в телефон, в голосе звучало удивление. — Похоже, шанс всё-таки есть. Даже сам Шу Шиюнь этого не заметил. Услышав это, он невольно посмотрел в его сторону, а Ань Жун уже протянул ему телефон. На экране действительно было видно, что он на грани вошёл в топ-10 своей категории, а финал длился ещё два дня и заканчивался только завтра ночью. Первые пять мест получали приглашение от Цзиньшэнь, поэтому шанс у него действительно был. — Круто, — Хэ Мушэн подмигнул ему. — Давай, поднажми. После этих слов у Шу Шиюня, который изначально и не думал участвовать, вдруг появилось желание попробовать. Раньше он действительно не планировал, но такие возможности были редки, и почти все стримеры Цзиньшэнь в такие моменты выкладываются на полную. Если бы он решил участвовать, ему пришлось бы отказаться от привычных лёгких стримов и полностью сосредоточиться на ПК. Но он не ожидал, что, даже не обращая внимания на соревнование, за счёт обычных стримов уже почти получил половину билета в финал. Внутри зашевелился интерес, но при всех он не стал сразу принимать решение, решая обдумать это позже. — У Шиюня, оказывается, много преданных фанатов. У этих аккаунтов даже уровень очень высокий, — Ань Жун всё ещё просматривал его страницу и не удержался от восхищения. Шу Шиюнь лишь улыбнулся и ничего не ответил. Разговор за столом быстро сменился другой темой и вскоре все уже обсуждали последние изменения в планах по столице. Ужин вышел долгим, но вовсе не скучным. Когда всё закончилось, Хэ Мушэн уже начал планировать продолжение, но Шан Чэн первым поднялся: — Мы поедем. Вы веселитесь. — Да что ты опять начинаешь, — Хэ Мушэн сразу занервничал и повернулся к Шу Шиюню, — Шиюнь, ну скажи ему что-нибудь. Шу Шиюнь, ещё немного сонный, только поднялся и не успел ничего сказать, как Шан Чэн опередил его: — Даже если скажет, это не поможет. Больному лучше пораньше пойти отдыхать. Хэ Мушэн скривился: — Да ты просто диктатор. Шиюнь ещё ничего не сказал, может, он как раз хочет с нами остаться, а не идти домой с тобой, старым дядькой, пить травяной чай. Шан Чэн: «…» Увидев это, Шу Шиюнь поспешно заявил свою позицию: — Конечно, я поеду домой отдыхать. А вы идите, в следующий раз соберёмся. Раз он уже сказал, Хэ Мушэн не мог не дать ему лицо и только беспомощно развёл руками. Когда они уже собирались уходить, Ань Жун тоже встал: — Я тоже поеду. Врач сказал больше отдыхать, иначе рана будет плохо заживать. — Ну вот, опять минус один, — проворчал Хэ Мушэн, — В следующий раз давайте днём чай пить, тогда все точно вовремя придут. Его слова рассмешили остальных, но те, кто собирался уходить, своего решения не изменили. Спустившись вниз, они уже собирались разойтись у выхода, как вдруг Ань Жун сказал: — Шиюнь, если ты всё-таки решишь бороться за место на соревновании, я тоже хочу поучаствовать. Шу Шиюнь уже собирался уходить, но остановился. Не дожидаясь ответа, Ань Жун продолжил: — Ты, наверное, заметил, что мой аккаунт давно не растёт. Если хочешь, можешь даже помочь мне. Если он повисит у тебя в топе хотя бы ночь, это привлечёт внимание. Взаимная выгода. С его стороны всё звучало вполне логично, но сейчас Шу Шиюнь вовсе не хотел сближаться с ним. Ведь, не зная того, Ань Жун уже стал объектом его проверки. Кому понравится, если за ним следят? Если Ань Жун когда-нибудь узнает, ему это точно не понравится. А если между ними ещё и будут деловые отношения, это станет только сложнее. Заметив его колебания, Ань Жун не стал настаивать: — Ничего страшного. Если тебе неудобно, я не буду участвовать. Это не касалось Шан Чэна, поэтому тот не вмешивался, лишь спокойно поправил пальто Шу Шиюня и застегнул ему пуговицы. После долгого раздумья Шу Шиюнь всё же выдохнул: — Ничего, можно. Ань Жун улыбнулся: — Хорошо, если ты не против. Он поблагодарил и хотел ещё что-то сказать. — Снаружи ветрено, — Шан Чэн заметил подъехавшую машину, — Садимся, остальное обсудите потом. Ань Жун с лёгким извинением кивнул: — Задержал вас. Тогда напишу тебе позже, Шиюнь. Возвращайтесь, отдыхайте. Он выглядел совершенно естественно, словно вовсе не заметил неловкости, возникшей из-за колебаний Шу Шиюня. Уезжая, Шу Шиюнь оглянулся и увидел, как Ань Жун тоже сел в свою машину и только тогда он слегка расслабился. В машине было тепло, он расстегнул пуговицы, чтобы проветриться, но странное ощущение не исчезало. — Ань Жун… какой-то странный. Раньше он никогда так явно этого не чувствовал, но после сегодняшнего разговора многое показалось ему иным. Шан Чэн слегка повернул голову к нему, но ничего не сказал. — Тебе не кажется, что он иногда будто не чувствует чужие эмоции? — нерешительно продолжил Шу Шиюнь, озвучивая свои мысли. Но вспомнив, каким проницательным Ань Жун был раньше, он снова засомневался. — Он всегда был таким? Шан Чэн ответил без колебаний: — Нет. То что сейчас было… — он задумался и поправил себя, — Хоть мне кажется, он просто иногда такой. Обычно же у него на каждом шагу слова «извините», «простите», так что я даже лишний раз боюсь с ним говорить. Он вполне выглядит очень чувствительным человеком. Шан Чэн не придавал Ань Жуну особого значения и относился к нему как к обычному знакомому, поэтому и сейчас говорил о нём без лишних эмоций: — Старайся меньше с ним общаться. Я с ним не близок. Шу Шиюнь прищурился: — Разве вы не с детства знакомы? — Это было раньше, — Шан Чэн встретился с его испытующим взглядом и стал серьёзнее. — К тому же у нас с ним обычные отношения. Это Хэ Мушэн любит с ним общаться. Шу Шиюню захотелось рассмеяться, но он сделал вид, что просто любопытствует: — Правда? Ань Жун ведь называет тебя братом Шан. Шан Чэн слегка нахмурился, но, прежде чем попасться в ловушку, уже уловил лукавство в его глазах: — Все меня так называют. — А я вот… — Если хочешь, можешь тоже так звать. Я не против. — … Сам себе яму выкопал. Но Шу Шиюнь быстро нашёлся: — А ты знаешь, как меня называют друзья? Он уже собирался придумать себе крутое прозвище, как сверху раздался низкий голос: — Юнь-бао. — … — Юнь-Юнь. — … — Баобэй. — Вот этого нет! — Шу Шиюнь фыркнул. — Так меня называют только мама и ты. Шу Лянь была человеком открытым и тёплым, никогда не скупилась на слова поддержки. С детства она ласково называла его «баобэй», хвалила, баловала, и Шу Шиюнь всегда таял от этих слов. Даже повзрослев, когда его чаще звали «Юнь-Юнь», при этом слове он всё равно невольно вспоминал мамин голос, полный улыбки. — Но когда ты говоришь «баобэй», это совсем не так, как когда мама так меня зовёт. Он немного подумал и с ожиданием посмотрел на Шан Чэна. Тот тихо усмехнулся и лишь потрепал его по голове. Свет из окна мягко ложился на его черты, делая взгляд особенно тёплым. — В наших глазах ты самый драгоценный. Шу Шиюнь ещё не успел осознать смысл, а его лицо уже вспыхнуло. Он сжал губы и поспешно сказал: — Вы для меня тоже… очень важны. На самом деле, с тех пор как он переродился и начал сближаться с Шан Чэном, он ясно чувствовал, что поначалу тот вовсе не верил в их отношения. Для Шан Чэна, который ничего не знал, его чувства казались внезапными и необъяснимыми, словно всё изменилось в одно мгновение, без причины. И именно поэтому Шу Шиюнь так и не решался рассказать ему больше о своём «сне». Он упоминал лишь мать и себя, потому что знал, что этого достаточно, чтобы Шан Чэн воспринял всё всерьёз. Что касается всего, что произошло потом, каким бы реальным и незабываемым это ни было для него самого, в ушах Шан Чэна это всё равно прозвучало бы странно и внезапно. В конце концов, в переселение души никто не поверит, кому ни расскажи. И тем более из-за одного лишь «сна» полностью изменить отношение к человеку, которого раньше ненавидел… как ни крути, звучит слишком нелепо. Он хотел, чтобы Шан Чэн почувствовал его чувства через его поступки. А что до перерождения… он надеялся, что Шан Чэн никогда об этом не узнает. Когда все скрытые угрозы будут устранены и прошлое больше не повторится, он сможет начать новую жизнь. И пока он может продолжать быть рядом с тем, кого любит, того, что у него есть сейчас, уже достаточно, чтобы чувствовать себя счастливым.