Дом — там, где ты

Утром мать на удивление не сказала Минхо и слова о танцах. После вчерашней ссоры он даже не пытался с ней заговорить, и она, видимо, решила молчанием надавить на чувство вины. Минхо лишь попрощался с ней и ушёл к Джисону. Они обсудили стального алхимика, которого начали смотреть перед тем, как разойтись. Ну и условились на том, чтобы продолжить просмотр вечером. Минхо прокручивал эту мысль в голове, как пластинку.

✨✨✨

Большая часть дня прошла вполне обыденно, спокойно, а уроки пролетели по щелчку пальцев. На танцах Минхо забылся настолько, что тревожные мысли пропали напрочь. Он настолько увлёкся повторением новых элементов в танце, что не заметил, как пролетело время. А сейчас, сидя в раздевалке, он собирал вещи в сумку и, сам того не осознавая, улыбался. — Сегодня ты какой-то другой. — Какой это? — Задумчивый что-ли, — глаза Хёнджина хитро прищурились: — О Джисоне думаешь? — Нет. — Минхо, ты выглядишь как довольный кот, поевший сметаны. Минхо вздохнул и посмотрел другу прямо в глаза: — Ладно, да, ты прав. Что теперь? — А теперь подробности твоих дум. — Вечером мы будем смотреть аниме. — И? — Что и? — Тебя же кое-что беспокоит, я вижу. Минхо бегло облизал губы: — Я волнуюсь за его состояние, после вчерашней ситуации. — Понял, случилось что-то неприятное? — Да. Ничего, если я умолчу что конкретно произошло? Я могу рассказать, но ради комфорта Джисона лучше умолчу. — Конечно, без проблем, — Хёнджин отмахнулся: — Что конкретно тебя в этом гложит? — Есть ощущение, что он можно загнаться из-за этого, а я хочу как-то помочь. И при этом переходить границы не хочу. — Лучший вариант в этом всём спросить его напрямую. Чтобы понять наверняка, точно ли нужна эта помощь, и стоит ли тебе её предлагать. Это всё равно если бы я влез в твои дела, не спросив тебя самого. — Я понимаю. Стоит и правда спросить Джисона прямо, а не бегать вокруг да около. Спасибо, Хёнджин. Хван на его слова фыркает. — Хватит благодарить за обычную помощь. — Ладно-ладно, а как насчёт кофе? — поиграл бровями Минхо. — Другое дело, — Хёнджин распылся в довольной улыбке: — Вперёд и с песней. Парни, собрав все вещи с собой вышли через чёрной вход и их встретил тёплый ветер. Ученики медленной улиткой тянулись домой, а младшеклассники шагали в припрыжку. Студенты с универа тащились еле живыми, словно зомби с осунувшимися от усталости лицами. Во всей этой толпе Минхо заприметил Феликса, который шёл один. Он дёрнул Хёнджина за плечо, и тот, проследив за его взглядом, замер. — Я не подойду к нему, — прошептал Хван, мотая головой. Минхо с силой подтолкнул его в спину буркнув: — Не дрейфуй, а действуй! Хёнджин пошатывается из стороны в стороны, его нога цепляется за другую ногу, и он падает перед парнем прямо на колени. Минхо, заставший это действо, валит с места преступления со скоростью света. Он берёт свой велосипед и уезжает на нём восвояси, оставляя друга наедине с объектом обожания. Хвану хочется провалиться под землю или исчезнуть к чертям, лишь бы не ощущать такого позора. "Перед таким парнем не жалко на колени упасть, но я не был к такому готов..." Феликс протягивает ему свою руку, а в его голубых глазах переливается волнение и испуг одновременно. — Ты как, не разбил себе ничего? Сердце Хёнджина пропускает удар от низко-мурлыкающего тембра голоса парня, и все слова мигом покидают голову. Он явно попал по полной. — Только колени, пока падал к твоим ногам. Феликс неловко хихикает: — Давай тогда помогу их тебе обработать. Пошли, присядем где-нибудь. Хёнджин хватается за руку Феликса, и с его помощью поднимается. Он чуть пошатывается, но парень вовремя придерживает его за плечи. Они медленным шагами доходят до ближайшей скамейки, и сердце Хвана готово выпрыгнуть из груди к чёрту. "Минхо конечно помог, но я это припомню, карма ему вернётся" — мысленно материт друга Хёнджин.

В тоже время...

Джисон спокойно идёт с магазина с двумя пакетами в руках, мысленно прикидывая, как он быстро он управится до прихода Минхо. "Блины мне мне взбивать не так долго, так что управлюсь я где-то за минут сорок, или чуть больше" — перебирает варианты Джисон, кивая самому себе: "Ещё чего-то более сытного приготовить и... Джисон, слишком погрузившись в свои мысли, врезается в кого-то лбом в лоб с такой силой, что он падает на асфальт вместе с пакетами. Мандарин, укатившись из него покатился мимо него по асфальту, а с другими продуктами неизвестно что. Он, шипя хватается за ушибленную голову и поднимает взгляд на парня: — Извините, я не смотрел, куда шёл. Сильно ушиблись? На осознание того, кто перед ним уходит где-то минута. Минхо, сглатывая, поднимает на него растроенные глаза и прячет стёртые об асфальт ладони. Его растрёпанные волосы падают прямо на лицо, а на пальцах видно ссадины. — Я... я не специально, у меня цепь слетела, и я не успел слезть с велика. Прости. — Ты в этом вообще не виноват. Давай, помогу лучше встать. Джисон, кое-как поднявшись, помогает встать Минхо, и осторожно придерживает его за талию, не давая упасть. Он усаживает его на скамейку у подъезда и показывает рукой на себя. — Дай мне осмотреть свои руки. Минхо поджимает губы, но протягивает ладони: кожа на них содралась до крови, а его пальцы еле заметно подрагивают. Джисон достаёт из кармана платочек и аккуратным движениями вытирает кровь. — Дома тебе обработаю всё по человечески. Пойдём. — А велосипед? — Я его возьму. — Но у тебя же пакеты, — возражает Минхо: — Я не могу тебя так нагружать. Джисон, взяв их, протягивает парню более лёгкий. — Я отдам тебе только этот, — Хан закидывает его на плечо и, беря велик завозит в подъезд: — Пойдём, не стой. Минхо идёт следом за Джисоном, а он несёт велосипед по ступенькам с такой лёгкостью, словно он ничего не весит. Через минут десять парни добираются до пятого этажа, и, перешагивая порог квартиры, ставят пакеты на пол. Хан, оставив велик в прихожей, относит пакеты на кухню и, выглядывая из прохода, подзывает парня. — Минхо, проходи в гостиную, я сейчас с аптечкой подойду. Минхо слабо кивает и, усаживаясь на диване, осматривается вокруг. Стены украшены плакатами с аниме точно также, как и в комнате Джисона, а старый телевизор одиноко покоялся комоде. На журнальном столике стоит блюдце с конфетами и несколько томиков манги, один из которых чуть приоткрыт. Минхо только тянется взять его, но, боясь запачкать грязными руками, останавливается. — Она пережила атомную войну, — хихикнул Джисон, и парень вздрогнул. Он уселся рядом и открыл аптечку: — Я как-то чай на неё пролил и потом сушил. — Серьёзно? Джисон кивнул и, капнув перекиси на ватный диск стал медленно обрабатывать руки парня: — Нечаянно рукой задел, некоторые страницы тёмные, свой дизайн теперь. Так что хуже ты бы ей не сделал. Минхо подавился смешок, а после прошипел. Хан подул ему на ладони, дабы хоть немного уменьшить жжение. — Получше? Минхо, облизав губы, кивнул: — Немного да. Извини, что доставил хлопот. — Я тоже не смотрел, куда иду. Мы квиты, Хо. — А ты сам-то, не поранился? — Неа, слегка кожу поцарапал и одно место болит теперь, — Джисон слегка похлопал себя сбоку. — Задница? — Мог и не говорить. Бровь Минхо изогнулась дугой, а в его глазах отразилось непонимание: — А что такого то, не запретное слово же. — Ну-у, знаешь, задница и не от такого может болеть. Минхо пихнул Джисона вбок. Он рассмеялся и попутно закрыл мазь обратно: — Ау, больно же. Вот об этом я и говорил! — Лучше бы ты промолчал, — Ли покачал головой. Улыбка на лице его выдала, а уши парня слегка покраснели. Хан не стал как либо это комментировать или подстёбивать. Он понимал, что такое смутит его ещё больше. "Он безумно милый" — мысленно заключает Джисон и невольно зависает, смотря на яркую улыбку парня. В его глазах отражаются искорки тепла вместе с радостью, и в их глубине хочется утонуть, забыв о тревогах. Сердце невольно сбивает ритм от того, каким взглядом Минхо смотрит на него прямо сейчас — мягким, полным доверия и смущения одновременно. — Джисон? — Прости, ты что-то говорил? — Хан мотнул головой и отвёл взгляд, — Пластыри, да? — Я спрашивал не об этом. — Я не услышал, можешь повторить? — Насчёт твоих поисков работы. Ты пока... дашь себе отдых, или будешь искать потом? Джисон вздохнул, усердно ища глазами пластыри: — Честно, я сам не знаю. Наверное, пока не буду никуда ходить. А почему ты вдруг спрашиваешь? — Скажу так, у меня есть на примете одно место, куда бы тебя могли взять. Если не сейчас, то потом. Ну, это если ты захочешь, — Минхо развёл руками в стороны. — Если они не найдут к тому моменту кого-то... — Джисон ненадолго замолчал, делая вид, что задумался, и улыбнулся: —...Конечно, я пойду. Просто мне нужно немного прийти в себя. — Я понимаю, всё хорошо. Но если что... — Если что? Джисон поднял на него вопросительный взгляд, в глазах Минхо же отражались смешанные эмоции и желание поддержать. Ли накрыл его ладонь своей: — Если что-то будет тебя беспокоить, то ты всегда можешь поделиться со мной. — Я в порядке, правда. Сейчас мне лучше. — Не врёшь? Джисон покачал головой и погладил его тыльную сторону ладони большим пальцем. — С тобой лучше, — полушёпотом поделился он. Хан только спустя несколько минут осознал, как прозвучали его слова со стороны. Он отвёл взгляд в сторону и взял в руку найденные пластыри. — Давай тебе пластыри на ладони наклеем? Так заживут быстрее. Минхо чуть завис, но как только перемолол мысль, протянул ему раскрытые ладони. Джисон аккуратно клеил каждый пластырь с котиком и разглаживал их по коже, чтобы не было линий. Минхо всё это время не отводил от него взгляда, словно гипотизируя. — Минхо, если хочешь что-то сказать — говори. — Ты сказал, что тоже поранился, давай и тебе наклею несколько. Хан не успел и пикнуть что-то похожее на возражение, как Ли, взяв его руки в свои нанёс на них мазь нежными движениями, а когда она впиталась, обклеил пластырями с такой осторожностью, словно он сделан из хрусталя. Сердце в груди сходило с ума, так и желая вылететь из неё будто птица, томящаяся в клетке. "Рядом с Минхо настолько спокойно, что все переживания исчезают" — думает Джисон, не в силах оторвать от парня взгляда. — Готово, — Минхо слегка сжал его руки в своих: — Вот теперь лучше. — Не стоило, но спасибо, — Джисон поджал губы, сдерживая улыбку. — Ты бы забыл про это позже. — Ладно-ладно, ты прав. Давай теперь разберёмся с твоим великом. — А ты можешь? — брови Минхо удивлённо взлетели вверх, а в его глазах отразилась надежда. Джисон кивнул, и, подойдя к комоду, достал из него ящик с инструментами: — У меня всё есть. Возьми только салфетки на кухне, они на холодильнике. Минхо кивает и, следуя за Джисоном, быстро забегает на кухню и возвращается к нему. Первое, хм что цепляется слух — лязг металла. Хан, сидя на корточках возится с перевёрнутым велосипедом: он ослабляет натяжение цепи, кончики пальцев измазываются в смазке, затем зажимает лапку переключателя; сосредоточенный взгляд парня скользит по цепи, а руки выверенными движениями накидывают её на первую звезду. Джисон делает несколько оборотов педалей рукой. Он, зафисировав цепь окончательно с тихим щелчком, облегчённо выдыхает, и, на всякий, подтягивается лишнюю часть инструментом, чтобы ситуация вновь не повторилась. — Готово, — Хан довольно потирает нос большим пальцем. Минхо не сдерживает смешок, протягивая несколько салфеток: — У тебя руки чёрные. — Я выгляжу глупо, — Джисон вытер руки и протёр нос, но тёмное пятно всё ещё осталось. — Нет, больше забавно: Минхо подсаживается ближе и аккуратно вытирает смазку с носа Джисона. В его глазах пляшут смешинки вместе с весельем: — Как ребёнок испачкавшийся в песочнице. Парни тихо хихикают и в шутку бьют друг друга по плечу. Правда, осознание того, насколько близко они сидят, не заставляет себя ждать. Оно смущает, пугает, и при всём этом притягивает. Они продолжают сидеть так и смотреть один на другого минуту, две, а после само ощущение времени теряется. — Джисон. — Да? — Ты же умеешь играть на гитаре. — Умею, — Джисон кивает и, прдсаживаясь ближе, укладывает голову ему на плечо. — Научишь меня играть как-нибудь? Если нет, то... — Я с радостью научу, — мягко прервал его тираду Джисон: — Почему ты подумал, что я откажу? — Не знаю, просто... — Минхо выдохнул и бегло облизал губы: —...на это нужно уйма времени и терпения. А ты тоже занятой человек, и отнимать время у тебя я не хочу. — Ты его не отнимаешь. Я не отрицаю, у меня бывают дела, — Джисон пожал плечами. Он заглянул парню в глаза, заставив сердце замереть: —...но сколько бы у меня их не было, я всегда найду время для тебя. Джисон протянул к нему ладонь и погладил по волосам, чем смутил его ещё больше. Лицо Минхо залилось ярким румянцем и Джисон, не дав ему возможности уйти, обнял вокруг талии. — Ну постой, посиди со мной. — Джисон, мне неловко, пусти! Джисон слегка стиснул его в объятиях и мимолётно провёл носом по шее, пусти в мурашки по коже. — Ну дай тебя потискать, совсем чуть-чуть. Минхо оставляет попытки вырваться из "плена" и лишь выдыхает, расслабляясь. Джисон выполняет обещание, отпуская его спустя несколько минут. Он расплывается в довольной улыбке: — Всё, я перестал. А насчёт того, что я сказал, это чистая правда. Минхо несколько раз моргает и облизывает губы: — И когда приступим к обучению? — Не сейчас, надо чтобы твои руки зажили. А то появятся мозоли и кожа не успеет зажить, — Джисон бережно погладил его ладони, — А потом, когда захочешь. А щас пойдём готовить блины. — Я их не готовил. — Значит научу в процессе. Джисон тянет Минхо за собой на кухню, а тот активно качает головой. В процессе парни измажутся в муке, несколько блинчиков сгорят, а комнату будет заполнять их звонкий смех наперебой, согревая сердце. Хан отдаст Ли свои джинсы вместо тех, что он испачкал, и поможет обработать коленки. Минхо будет отнекиваться, но, в конце концов сдаться под обоянием Джисона, которому просто невозможно противостоять. Парни опять засидятся до ночи, но разойдутся с трепетом в сердцах и спокойствием на душе. Этой ночью они явно найдут о чём поразмышлять. Вот только, к чему приведут их выводы — к принятию или отторжению того, что есть?