Доброе утро

На базе Щенячьего патруля было прекрасное утро. Особенно прекрасным оно было для овчара, так как рядом с ним спал его любимый далматинец и мило посапывал своим носом. — Марши, доброе утро, мой любимый далматинец! — сказал овчар на ушко своему возлюбленному. — Мх, доброе утро, Гоня! — сказал далматинец, потирая свои глаза. Сделав это, он заметил палатку на одеяле и немедля протянул лапу. И не ошибся, ведь это был утренний стояк овчара, да и у него такая же проблема. — Слушай, Чейзи, а давай поможем друг другу! — спросил далматинец с хитрым взглядом, смотря на овчара. — Ну, я весь в твоём распоряжении! — сказал овчар и лёг на кровать, скинув одеяло с себя. Маршалл сразу же подполз к боксёрам овчара и уткнулся в стояк, спрятанный за ними. Этот запах был просто бомбический: пот, мускус и смазка — сразу видно, что овчар работает не покладая рук. Но долго Маршалл не стал ждать, и уже скоро с овчара слетел последний элемент одежды. — Ну что, приступим! — ответил далматинец, сразу же лизнув головку ствола овчара, тот от этого издал сладкий вздох. Маршалл, поняв, что ему понравилось, начал действовать смелее и уже без стеснения лизал член, как самую сладкую конфетку. Овчар испытывал море удовольствия от умелого ротика своего далматинца и не хотел, чтобы эти сладкие муки заканчивались, но он чувствовал, что разрядка уже скоро, поэтому взял Маршалла за голову и стал помогать ему заглатывать член глубже. Маршалл был не против, он любил, когда овчар показывал, как ему хорошо. — Маршалл, я кончаю! — простонал овчар. Маршалл почувствовал, как его рот заполняет семя овчара, и немедля стал глотать его. — Хух, Марши, ты был великолепен! — сказал овчар, поглаживая далматинца по щеке. — Ну, теперь давай я тебе помогу! Маршалл лёг на место овчара, а тот спустился к его боксёрам, от которых пахло потом, мускусом и смазкой, но был ещё один запах — этот запах исходил не от боксёров, а от самого далматинца, ведь он пахнет бананом и клубникой. — Мммм, ты так сладко пахнешь, Марши, съел бы тебя без остатка! — сказал овчар, снимая боксёры с далматинца и беря его член в руку. — Как же я соскучился по нему! — сказал он и стал лизать ствол, как леденец. Маршалл издал сладкий стон, который ласкал слух овчара, поэтому тот ещё интенсивнее стал облизывать ствол от основания до самой головки. — Чейзи, ты потрясающий! — простонал далматинец, толкаясь в ротик овчара, а тот не стал отказываться от сладкой конфеты. Став двигать головой вверх-вниз, он чувствовал, как Маршалл дрожит от чувства губ овчара на своём члене. — Чейзи, я сейчас кончу! — сказал далматинец. Овчар ускорился, и уже спустя пару секунд его рот наполнился семенем далматинца; он его проглотил, облизав губы. — Хух, Чейзи, это было супер! — сказал далматинец с улыбкой, целуя овчара в щеку. — Хе, то же самое могу сказать о тебе, мой сладкий далматинец! — ответил овчар, ответив взаимностью на ласку своего любимого. Так началось это утро для двух влюблённых сердец.