Исцеление

Черное небо, усеянное мириадами звезд, простирается за окном иллюминатора. Где–то уже вдалеке удаляется планета. Джеонозис. Первая битва в новой войне. Даст Сила – недолгой. Оби–Ван стоит у того самого окна, устремляя взгляд на небесный шар. Руки скрещены на груди, спина соответствует идеальной джедайской выправке, на лице маска хладнокровия и отчужденности. Но внутри бушует океан эмоций и чувств, которые он не хотел и не имел права перед самим собой кому–то показывать: –Сила, дай мне сил…–тихо самому себе говорит он, потирая переносицу. Победа на Джеонозисе была пирровой – выиграли битву, но начали войну. Было потеряно астрономическое количество джедаев. Друзья, коллеги. Все те, с кем магистр ходил по коридорам процветающего на те моменты Храма – мертвы. Выживших не так много. Даже его бывший падаван Энакин сейчас находится в медблоке, где ему устанавливают новую руку. Тишину мыслей и дум нарушает настойчивая трель комлинка. Пометка «Срочно». Мужчина незамедлительно отвечает на вызов: –Генерал Кеноби,–говорит он проявляющийся голограмме. На ней выступает силуэт магистра Винду. –Приветствую, Кеноби,–с присущей ему язвой в голосе отвечает Мейс,–Не на долго мы расстались. Уведомляю: теперь у тебя новый падаван. Рива Крин. Ее досье уже тебе отправлено. Падаван уже прибывает на борт «Переговорщика». Конец связи. Голограмма растаяла, оставив после себя лишь едва уловимый запах озона. Оби–Ван еще несколько секунд смотрел в пустоту, где только что возвышался силуэт магистра Винду. «Новый падаван. Рива Крин». Он потер переносицу. Снова. Совет, кажется, решил испытать его на прочность с особой жестокостью. Он только что отпустил Энакина в свободное плавание, только начал привыкать к мысли, что никто больше не будет дергать его посреди медитации вопросом «А почему сенатор Амидала не отвечает на мои сообщения?». И вот — новый виток. Новое имя. Новая ответственность. Кеноби подошел к небольшому столу и активировал датапад. Файл с досье услужливо подсветился красным маркером «Конфиденциально». РИВА КРИН. Возраст: 19 стандартных лет. Раса: Человек (Корусант, нижние уровни). Обнаружена: 12 лет, инцидент в секторе 1315. Предыдущий мастер: Роан Лайтстар (погиб на Джеонозисе). Статус: Падаван. Назначена генералу Оби–Вану Кеноби. Оби–Ван выключил экран. Он не хотел читать дальше. Не сейчас. «Погиб на Джеонозисе». Еще одно имя в бесконечный список тех, кого они потеряли на арене. И теперь эта девочка с нижних уровней, потерявшая учителя в той же мясорубке, что и он сам потерял друзей, должна стать его ответственностью. «Сила явно обладает специфическим чувством юмора», — мрачно подумал он, направляясь к дверям каюты. Нужно было встретить нового падавана. Поставить подпись в ведомости. Сделать вид, что он готов учить, когда внутри — только пепелище. Он вышел в коридор и сразу заметил странное оживление. Двое клонов из 212–го, стоявшие у технического отсека, замолчали, едва завидев его. В их позах читалось что–то... несвойственное. Предвкушение? Оби–Ван нахмурился. Что–то здесь было не так. –Ваксер,–холодно и отстраненно спросил он,–Что происходит? –Генерал!–чуть встрепенувшись, отзывается клон,–У нас…все штатно. Ожидаем прибытия вашего падавана. Стремимся устроить подобающий прием. –Штатно, Ваксер?–Кеноби вскидывает бровь,–Вы называете ваш трепетный мандраж штатной ситуацией? Кажется, мы по разному читали методички штатных ситуаций. Ваксер напрягся, но запала в глазах не утратил: –Генерал, позвольте… –Не позволю,–магистр поднял руку в воздух,–Чем вызвано столь трепетное ожидание моего нового падавана? Ваксер судорожно вдохнул, оглядываясь по сторонам и таки натыкаясь на Коди, который подошел к ним: –Коди!–облегченно выпаливает клон. –Ваксер, генерал,–маршал почтительно наклоняет голову после приветствия Кеноби,–Падаван Крин…Уже прибыла. Вам нужно увидеть все самому. Клоны радостно (кто их вообще научил такой эмоции?) побежали к трапу. Побежали. Радостно. Оставив своего генерала стоять и хлопать глазами: –Что за…–позволяет себе под нос протянуть мужчина, после чего тоже осекается и идет к трапу. Ангар кораблей "Переговорщика". На платформе уже стоит шаттл с открытым выходом. Магистр стоит в своей официальной позе, клоны позади него также стараются сохранять нейтралитет. С трапа сходит девушка – миниатюрная, но крепкая. Темные волнистые волосы растрепались по плечам, коричневая джедайская роба скрывает облегающий изумрудный костюм и плотные ботинки с красными каплями на носах. В зубах крутит зубочистку: –Добрый день, падаван Крин. Я Оби–Ван Кеноби, ваш новый учитель. Сочувствую вашей потере,–без искренности проговорил магистр заученный текст, ожидая ответа. Девушка оценила его взглядом сверху вниз, а после заглянула ему за спину. Ее глаза округлились, а изо рта полилось: –Коди! Ваксер! Ребята! Неужели вы?–она обошла магистра и побежала в объятия друзей. Оби–Ван опешил. Маска на лице лишь на йоту треснула, а после собралась обратно. Он медленно, все еще пребывая в шоке, обернулся. Рива трепала Лаки по голове, а тот улыбался во все тридцать два. Коди, с несвойственной ему нежностью, положил свою руку на плечо девушки, а Ваксер и Бойл что–то увлеченно ей рассказывали: –Помнишь, я про камни говорил! Ты привезла мне как обещала?–все допытывал ее один из клонов,–А ты вымахала еще больше, на целых пол сантиметра подросла! –Я вам не мешаю?–громче обычного поинтересовался Кеноби, явно утомленный и раздраженный случившимся. –Мешаешь,–ответила девушка, стирая с лица улыбку,–Не видишь? Я занята. Оби–Ван остановился. На мгновение, каждая его клетка и мышца перестала двигаться. Тишина в ангаре стала густой, как патока. Клоны, еще секунду назад смеявшиеся, попрятали улыбки и чуть опустили головы. Ждали, что ответит магистр. Мужчина молчал. На его лице не отражалось ни эмоции, но в глазах читался неприкрытый шок. Она, молодая девчонка, позволила себе отпустить подобное выражение в адрес уважаемого магистра? Казалось, по ангару раздавался треск. Треск маски, которую нацепил на себя Кеноби. Он сделал один шаг вперед. –Капитан Коди,– его голос звучал сухо и едва осязаемо, от чего становилось еще страшнее. –Сэр. –Будьте любезны,–Оби–Ван сделал еще один небольшой шаг вперед,–Напомните мне протокол поведения личного состава пои встрече старшего по званию? Коди начал говорить раньше, чем осознал. Так сильно вбились правила ему в голову: –При появлении генерала личный состав обязан прекратить посторонние разговоры, встать в стойку и ожидать приказов,–отчеканил капитан и тяжело выдохнул в конце. Рива все это время стояла сложив руку на груди, а второй прокручивая зубочистку во рту, буравя взглядом магистра. –Отлично, устав соблюден?–продолжал Кеноби. –Нет, сэр. –Я тоже так думаю. Оби–Ван кинул взгляд на Ваксера: –Рядовой Ваксер. Вы что–то говорили мне про подобающий прием? –Сэр…Я… –Молчать. Последнее слово прозвучало как приговор. Магистр вскинул руку в останавливающем жесте и уже было начал читать лекцию о поведении. Как ему помешали. Сначала, по густой тишине ангара раздался глухой подавленный смешок, больше похожий на шорканье ботинка. Затем, еще один. В конечном итоге от металлических стен начал отскакивать настоящий неприкрытый звонкий смех. Рива. Она сложилась пополам, едва удерживая зубочистку в руках, громко и заливисто хохоча: –Ой…Сила помоги,–лепетала она, стирая невидимые слезы, и прерываясь на короткие смешки,–Простите я…я не могу… Успокоиться было проблематично. Оби–Ван, кажется, перестал вообще испытывать хоть какие–то эмоции. Этот наглый громкий смех напрочь лишил его понимая того, что вообще происходит. –Вы закончили?–уточнил он у девушки, когда она хотя бы на чуточку перестала смеяться,–Я спросил: вы закончили? Рива была готова уже что–то сказать, однако мужчина ее прервал: –Отлично,–повторился он язвенным тоном,–я скажу вам всего один раз. Кеноби сложил руки в робу и продолжил: –Вчера я потерял более сотни своих друзей и коллег. Тех, с кем я вместе рос в Храме и нес службу. Тех, с кем я ел, спал и существовал всю свою жизнь. Вчера моему бывшему падавану отрубили руку, сейчас он едет на Корусант на экстренную операцию. Вчера началась война. Единственное целостное, что у меня осталось – это мой корабль, мой отряд и мой порядок. А вы смеетесь. Над тем, как я пытаюсь удержать то одно, что поможет мне не сойти с ума,–голос мужчины был тихим, но строгим. Он говорил, казалось, искренне,–Так что я прошу вас отставить свой смех при себе. Хотя бы на ближайшее время. В ангаре, казалось, стало еще тише, чем было до этого. Клоны сжались в кучу, ожидая, что будет дальше, но несмотря в сторону двух людей. Крин перестала улыбаться. Смотря на магистра в упор, она снова начала крутить зубочистку в руках: –Ты закончил? –Прошу прощения? –Я как–то говорю непонятно? – спросила девушка, –Я сказала: ты закончил? Оби–Ван хотел ответить, но его также прервали, как и он ее пару минут назад: –Закончили, понятно. Значит так: Ваша тирада была…занимательной. Вы потеряли друзей. Более сотни джедаев. Это печально, я понимаю. Однако оглянитесь вокруг? Что у вас осталось? Где же вы? Ах да, вы на СВОЕМ корабле, со СВОИМ отрядом и с ВАШИМ бывшим падаваном все хорошо. Печальный итог, ничего не скажешь. А знаете, где я? На ЧУЖОМ корабле, с ЧУЖИМ мне человеком напротив, который считает, что красиво умирать внутри самого себя – это верх достоинства. Рива подошла к нему ближе: –Знаете, кого я потеряла? Я потеряла всё. Дом, друга, наставника. И все в одним лице. Роан Лайтстар. Отличный дипломат, никчемный фехтовальщик и прекрасный человек. Был. Я держала его голову на своих коленях всего секунду. Я смотрела в остатки его черепа, ища там того, кто воспитывал меня все эти семь лет. И не смогла найти. Потому что меня оттащили. Мне даже не дали попрощаться. Рива сделала последний шаг: –Так что не говори мне о страдании, Кеноби. «Единственное, что осталось»–спародировала она его, –У тебя осталось достаточно. А у меня ничего. Кроме этой поганой зубочистки, которую дал мне мой учитель, потому что говорил, что мне надо занять чем–то рот, чтобы не ругаться с магистрами.