Дракон, принц и предрассудки

Дориан развалился на покрывале, глядя в практически безоблачное небо. Он вспоминал, как в детстве любил лежать вот также в саду, глядя на облака и видя в них таинственных зверей, могущественных магов или прекрасных принцев. Принцесс в мыслях Дориана уже тогда не было. Чуть позже, когда вырос, он осознал, что рано или поздно ему придется жениться, чтобы подарить стране наследника, но это мысль вызывала только раздражение. А сейчас она выводила из себя вдвойне, ведь рядом был Максвелл. Прекрасный, манящий, таинственный. По канонам сказок дракон должен был его пленить, а прекрасный рыцарь спасти. Но Дориану с каждым днем становилось все труднее отрицать, что он предпочел бы остаться в замке дракона. Дориан не заметил, как даже задремал за этими мыслями. Проснулся он от того, что почувствовал, как его накрыла тень, дальше пришел яркий сладкий запах, а в следующее мгновение что-то невесомое, но все же ощутимое, упало на него. Дориан подскочил, лихорадочно оглядываясь, и встретился взглядом с Максвеллом. Тот выглядел невозможно довольным, а в руках держал веточку жасмина. — Это тебе, — заявил он, протягивая цветок. — Спасибо. — Дориан, не совсем понимая, что происходит, взял цветок, а следом наконец-то перевел взгляд на покрывало. И здесь все встало на свои места. Вся его импровизированная постель была в цветах жасмина, при этом не все веточки были аккуратно обломаны. Аромат стоял невероятный, Дориан никогда не ощущал столь насыщенного запаха прежде. — У тебя веточка, — заявил все еще сияющий Максвелл, протянул руку и вытащил из волос Дориана кусочек своего дара. — Запуталась. Дориан несколько раз глубоко вздохнул, стараясь сформулировать мысль, родившуюся в голове, помягче. Он не хотел бы обидеть Максвелла, явно старавшегося сделать ему приятное. Дориан сам виноват, что остановился вчера у кустов, рассказав, как безумно любит эти цветы, особенно их аромат. Максвелл, казалось, запоминал все, рассказанное Дорианом. — Я их зачаровал, — продолжил Максвелл, словно не замечая медленного закипания Дориана, — они не завянут, а еще я усилил их благоухание. Тебе нравится? — Знаешь, — Дориан набрал в легкие побольше воздуха, чтобы выдать все, что он думает о Максвелле и его затее, но снова посмотрел в его глаза. Во взгляде было столько восторга и любви, что Дориан медленно выдохнул. — Мне они очень нравятся, но ты все же постарайся впредь не вываливать на меня охапку цветов, пока я сплю. На лице Максвелла начала сменяться целая гамма чувств, но закончилось все непониманием. Он нахмурился, потом почесал затылок. Дориан терпеливо ждал, пока до Максвелла дойдут причины его легкого недовольства. Он привыкал, что некоторые моменты их человеческого воспрития не совсем понятны тому, кто вырос драконом. — Я хотел сделать сюрприз, если бы ты не спал, то не вышло, — озвучил наконец-то Максвелл. — Стоило просто положить их рядом и подождать, тем более что они все равно не завянут. Ты испугал меня, Макс. — Я понял, извини, — кивнул Максвелл, а затем притянул Дориана в объятия, — но ты должен знать, что тебе нечего бояться, пока я рядом. — Я знаю, но все же не стоит делать больше таких сюрпризов. — Дориан привычно прижался к груди Максвелла, слушая, как внутри урчит Азраил. С каждым днем он все лучше слышал, чувствовал и понимал его. Азраил еще ни разу не проявлялся в полной мере, Дориан не видел даже чешуек на теле Максвелла. Уорд сказал, что превращения Максвелл всегда контролировал лучше всех в клане. Они с Азраилом действительно были продолжением друг друга, понимая и подстраиваясь, принимая другую ипостась, как часть себя. Если Уорд все же считал Рука партнером, то Азраил стал продолжением Максвелла. — А какой сюрприз ты хочешь? — спустя какое-то время спросил Максвелл, а еще запустил пальцы в волосы Дориана, слегка массируя кожу головы. Дориану это безумно нравилось, поэтому он не торопился с ответом, наслаждаясь. Порой он удивлялся, как Максвелл угадывает некоторые его желания. Про какие-то моменты он словно знал, хоть Дориан и не говорил. Уорд сказал, что у драконов очень хорошо развита интуиция, так что тут, скорее, вмешивался Азраил. Но Дориану это было неважно. Еще не знакомый близко с Азраилом, он уже принял его, как часть Максвелла. Эммрик же говорил, что любит все ипостаси Уорда. Дориан аж дернулся при мысли о любви, но Максвелл мягко вернул его обратно в уютные объятия. И сопротивляться этому совершенно не хотелось. — Давай просто полежим и посмотрим на облака? — предложил наконец-то Дориан. — А зачем на них смотреть? — уточнил Максвелл. — Я любил это в детстве. Мы с мамой часто лежали в саду, смотрели в небо, а облака представлялись мне животными, рыцарями, принцами. И мне хотелось бы увидеть их твоими глазами. — Дориан немного отодвинулся и посмотрел Максвеллу в глаза. — Как скажешь, — ответил Максвелл, — мне будет приятно разделить с тобой детские воспоминания. А еще больше я хочу создать для тебя новые. И когда-нибудь я покажу тебе небо, позволив прикоснуться к облакам. Дориан лишь улыбнулся, отвечать ничего не хотелось, но в душе расцвела надежда, что именно так и будет. Максвелл устроился на покрывале прямо поверх цветов жасмина. Дориан закатил глаза, но не стал читать лекцию о бережном отношении к растениям. В конце концов, после того, как Максвелл столь грубо обломал кустарники, это было бы лишним. Сам Дориан отодвинул цветы в сторону, а сам устроился под боком у Максвелла, положив голову на его грудь. Удивительно, но безоблачное еще недавно небо, сейчас было все в тучах. Дориан даже подумал, что здесь не обошлось без магии, но ведь не может Максвелл быть настолько могущественным. — И как это работает? Я вижу просто облака, а еще испытываю дикое желание взмыть в небо, — признался Максвелл. — Просто смотри на них, как на живых. Вон, видишь. — Дориан протянул руку, указывая на одну тучку. — Это же заяц. Вон ушки, хвост, лапки. — Он перемещал палец, демонстрируя части увиденного им зайчика. — А вон там волк. — Дориан сместил руку немного вправо. — Он точно не против закусить пушистым, так что ему нужно бежать быстрее. Некоторое время они молча наблюдали за попытками волка догнать на небосводе зайца, но тот все время оказывался чуточку шустрее. — Я вижу! Вижу! — От того, чтобы подскочить на месте, Максвелла явно удержала только голова Дориана на груди. — Вон там ястреб. Дориан посмотрел туда, куда указывал Максвелл. Облако действительно напоминало птицу, пикирующую вниз за добычей. — А вот там явно маленькая мышка, которую он хочет схватить, — в голосе Максвелла был неподдельный восторг, — теперь я понимаю, о чем ты. — Спасибо, — прошептал Дориан. — Мне было несложно. У вас очень много кустов жасмина, — ответил Максвелл. — И то верно, — усмехнулся Дориан. Но в этот самый момент он понял, что тоже не сможет смотреть на Максвелла, как прежде. Это все еще пугало, но теперь Дориан был готов бороться с этим страхом.