Почему эти слёзы мне не остановить?

Местные силы рыщут по всему городу, обыскивают самые незначительные места, врываясь в пространство невиновных, но как бы те не старались, их упорство напрасно — найти ничего не удаётся. Объявления о международном розыске висят на каждом углу, срываясь ветром и насквозь промокая под дождём.

« МЕСТНЫЙ УБИЙЦА. НЕВЕРОЯТНО ОПАСЕН. ПРИ СТОЛКНОВЕНИИ СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ И НЕМЕДЛЕННО ВЫЗЫВАЙТЕ КОМИССАРА. ЗА ГОЛОВУ ГАРАНТИРУЕТСЯ ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ »

Рисунок, поразительно точный, со всеми деталями и аспектами красовался на тревожном объявлении. Это был единственный момент, когда им удалось запечатлеть киллера — ах, очень жаль, что лица не разглядеть, но можно было развидеть серебристый кончик волос, явно выделяющийся на фоне мрачной неизвестности.

***

Молодой юноша, чьи волосы такого же серебристого оттенка, приторно улыбается прохожим и идёт по напрасно забитой людьми улицей. В руках у него малая стопка книг, а на макушке красовалась мрачного цвета шляпа, сотканная из самых качественных тканей, такая, что, эксперты, взглянув на неё, удивились бы, ведь откуда у такого юнца деньги на столь дорогое изделие? Неожиданно весенний ветер лёгким, свободным дуновением сдувает шляпу, унося ее в руки рыжеволосому незнакомцу. «Знаю, насколько ценна эта вещь, поэтому держи сюрприз!» — ветер бросает напоследок, сильным звуком «плюнув» Якову в лицо. Незнакомец же с удивлённым выражением лица осматривает вещицу, боясь случайно ее повредить. Янтарные глаза поднимаются и ловят взгляд парня напротив — неловкий, улыбающийся и очень осторожный. На губах Вальтера заиграла лёгкая, невесомая улыбка. Эта ситуация и впрямь до жути позорная, но такая уютная и смешная. С сияющим выражением лица, он аккуратно передаёт изделие в руки ее владельцу, напоследок еще раз заглянув в эти бездонные, абсолютно чёрные глаза, призывающие окунуться в их глубину. Эта улыбка, эти мягкие руки, этот милый взгляд — всё мягким пером осело в сердце Якова. ...И это так странно. Он — убийца. Пока он убивает ради собственного выживания, ему нельзя никого любить... Нет, он вообще не должен уметь влюбляться. Он не из таких людей, кому свойственна близость и прочие приторно-сладкие мерзости. И он уж тем более не верит в такую чушь, как «любовь с первого взгляда»! Это же так глупо... И всё это не может объяснить странное поведение алхимика по приходу домой. Он читает свою любимую книгу, точнее, искренне пытается читать, но образ рыжевласого юноши сам по себе всплывает в его мыслях — а ведь он даже не удосужился спросить его имени... Так раздражает! Внезапный телефонный звонок заставляет киллера вздрогнуть, и тот, рвано вздохнув, пару мгновений мешкает, прежде чем взять трубку. — «... Я только вернулся с предыдущего заказа... Ах, это уже ни в какие рамки не лезет. » ... Да, как он и ожидал. Это был очередной заказ на убийство. Ему выслали данные и номер жертвы, дабы убийца снова смог справиться с этим в кратчайшие сроки. Осознание, что это тот самый парень, с которым он столкнулся пару часов назад, обрушивается на Якова, словно тягостная буря. Он с неверием оглядывает полученные документы, сверяется с памятью, яростно качает головой — но всё указывает на то, что это именно тот юноша. Отказываться уже поздно, да ему и не дадут отказаться — один из самых влиятельных и важных людей города поручили ему эту отвратную миссию. — «... Да что же ты такого им сделал...» — сочувственно промелькнуло в сознании Якова. Собрав волю в кулак, он тревожными движениями набирает номер яркого незнакомца, и, о господи, как же ему хотелось в моменте остановиться и не делать этого... — ... Здравствуйте? — голос невинный, заинтересованный, и такой хрупкий, что Яков едва ли может произнести хоть слово. — ... Привет, это я... Тот парень, чья шляпа тебе в руки прилетела, аха... — А-а, это ты! — юноша явно восполняется энтузиазмом, — Воу, ты что, у прохожих выпытывал мой номер? — Да-а, ха-ха... — нервно отвечает пепельноволосый, — Ты... Очень известный здесь, Немо... — Это точно! — соглашается он, — ...Так... О чём ты хотел поговорить? — Да вот, хотел, скажем... Отблагодарить за твою доброту. У меня... Голос предательски дрогнул. — У меня есть для тебя кое-что. Ты не против встретиться в пятом переулке? Пожа-алуйста, это не может ждать... — Ну раз не может... Я не против, хорошо! Когда именно? — В... Через час. Час... Тебе удобнее будет? — Ага. Последнее слово означало, что разговор окончен. Киллер бросил трубку и с нервной одышкой упал на пол. Паника и нежелание овладевали им все больше и больше.

***

Время тянулось, словно бомба замедленного действия. Прошедший час гласил, что время пришло — показать, кем он будет всегда и из какого кошмара он уже никогда не выберется. На месте встречи его уже ожидал новообретенный товарищ. Его пронзительные глаза, сотканные из янтаря прожигали дыру в шпионе, и это было так... Невыносимо больно. Голова кружится, реальность искажается, распадаясь на тысячу мелких осколков. Гроза и яростный ливень бьют по ушам, от них ломит горло, запястья и ладони — холод замораживает чувства. Серебристый кинжал мимолетно блистает, разрезая пространство подле себя — и вонзается прямо в сердце жертвы. Яков не хотел, но не знает, почему. Ему бы хотелось, чтобы этот добродушный юноша жил как можно дольше, но почему? ... Убийцам не свойственно испытывать какие-либо чувства. Да и Яков уже утратил всю свою человечность, поэтому что-то настолько сложное, как «чувства», ему не подходит. Прости. Алые капли крови стекают по одежде с невероятной скоростью, и с ними безжалостный ливень смешивает свои тяжкие частицы. Слезам никак не остановиться — они все наступают, наступают, наступают, и убийце кажется, что им нет конца. « ... Почему же мне их не остановить... » Тело обмякло и бывшие когда-то такими живыми и светлыми глаза закрываются навсегда. Алхимика неприятным шипом прознает чувство скучания по их воодушевляющей доброте. Он правда надеялся на следующую встречу, но кто мог знать, что она обернется катастрофой? Верно. Якову нельзя даже мысли допускать о близости. Я разрушаю всё, к чему прикасаюсь. Я лгу каждому, кого знаю. Это ли не доказательство того, что мир станет лучше без моего отравляющего присутствия в нём?

***

Дом — или же противные четыре стены, напрочь запятнанные кровью — место, куда Якову хотелось бы больше никогда не возвращаться. В частности, из-за наличия в нём этого мерзотного телефона, который убирать запрещается, и который повлек за собой множество отнятых жизней. — Выполнено. — голос дрожит, впрочем, как и вся сущность убийцы от мучившей его вины и боли. — Превосхо-одно! — явно празднуя, напевает взрослая женщина на фоне шума веселящихся гостей. В её руке медленно качается стакан красного вина, и эта кровожадная улыбка на лице... Её можно было ощутить через телефонную связь.— Мне следует почаще к тебе обращаться! Совсем скоро пришлю оплату. Да, убил он. Да, сам, своими руками. Да, он проделывал такое множество, множество раз, но сейчас его тревожит лишь один вопрос... « Почему эти слёзы мне не остановить? »