Мгновения

Пандора — не самое романтичное место в галактике. Но всё же здесь есть места, которые могут удивить даже самого закоренелого искателя хранилища. Вдвоём — парень и девушка — сидя в старом «Курьере», гнались по песчаным далям планеты к одному из самых зрелищных мест на ней. — Спорим, ты такого ещё не видела в своей жизни? Я покажу тебе восьмое чудо света, — улыбнулся парень, глядя своими голубыми глазами на удивлённую девушку. — Почему восьмое? — спросила она. — Ну, седьмое уже было, правда, не на этой планете, — хихикнул парень. От него исходило какое-то приятное тепло, и ей хотелось провести с ним целую вечность. Несмотря на брутальную внешность, болезненную худобу и бледную кожу, он умён, приветлив и знает, как расположить к себе. Одно играло против этой дружбы — они были из воюющих лагерей, но сейчас ей хотелось быть с ним и не думать о том, что будет потом. Она найдёт способ объясниться. В конце концов, она прибыла сюда по своей воле и, пока не надоест, не улетит с этой планеты. — Нет, серьёзно, я никогда не видел тут представителей далёких галактик, мне казалось, что жизнь есть только здесь, — улыбнулся он девушке. — Теперь ты знаешь, что там жизнь точно есть, — улыбнулась она. При подъезде к месту назначения она посмотрела на своё ЭХО-устройство и стала по нему стучать пальцем. — Мой датчик эридия просто зашкаливает, — проговорила она сквозь зубы. — Это потому, что его здесь много, — он остановил машину и первым вышел из неё, а затем помог девушке выйти. Перед её глазами открылся красивый вид: заледеневшее море посреди жаркой и пустынной планеты. Пандорское солнце здесь отражалось от кристаллов, которые во всю торчали из земли и жалили глаза. Но, как ни странно, здесь не было холодно. — Это всё эридий, только белый. Старожилы говорят, что когда-то здесь было обширное море, но что-то случилось, и оно покрылось эридием. Он поднял кристалл, словно тот был просто воткнут в землю, и протянул девушке. Она осторожно взяла его в руки и покрутила. Застывшая в нём вода, словно в лавовой лампе, создавала ощущение волшебства. — И правда восьмое чудо света, — улыбнулась она. — Рад, что тебе понравилось. Я часто прихожу сюда, когда мне грустно, словно это место напоминает мне о том, что забыто, — признался парень. — Ты многое пережил, Трой, но теперь нас, похоже, стало больше, так что грустно обоим не будет, — улыбнулась Марта. Это место располагало к романтике. Трой снял жилетку и расстелил её перед Мартой. Он вёл себя как настоящий джентльмен, как великан-джентльмен. В компании такого мужчины она не боялась ничего. — Садись, — скомандовал он, да так, что девушка вздрогнула. — Ой, прости, что я не умею тише. Привык к театральности, — подмигнул Трой. Марта ничего не сказала, она села на жилетку, а он занял только край. — Располагайся, — подыгрывая, сказала Марта. Трой еле заметно сдержал улыбку, и на бледной коже появился здоровый румянец. Он почувствовал, что влюбился по-настоящему, вот только не знал, как воспримет это Марта. Да и он не лучший пример для романтика — аномальная сирена, зависящая от силы сестры. Он недавно от неё подкрепился, поэтому сейчас с Мартой… А что, если жизнь вновь начнёт ускользать? Марта достойна лучшего, а не его. Он не заметил, как случайно придвинулся к девушке, заглядевшись на заледеневшее море и наслаждаясь блеском кристаллов эридия. Легонько своей живой рукой коснулся руки Марты. Она не отпрянула назад, наоборот, прильнула к Трою и положила голову ему на грудь. Не заметила, как влюбилась с первого взгляда. Ещё тогда она его заприметила, когда пыталась достать недоступный кристалл, а он с такой тёплой улыбкой подошёл к ней, протянул руку, помог встать, а потом разбил скалу своей роботизированной рукой и достал кристалл. На Пандоре темнеет быстро, просыпаются опасные животные, но Марте не страшно находиться с Троем. — Кажется, нам пора, а то нас хватится. Но мне что-то не хочется уходить. Знаешь, ты единственный человек, который мне приятен здесь, — признался Трой. — Если честно, ты тоже. Лилит меня считает зелёным новичком, а местные жители думают, что я на стороне этих ведьм, — призналась Марта. — Тогда зачем прилетела сюда? — спросил Трой. — В поисках себя, наверное, — призналась Марта. — Как и я с сестрой, но потом что-то пошло не так, хотя… — Трой запнулся. Марта поняла, что с сестрой у него напряжённые отношения, хоть он её и любит. — Ладно, я просто обязан вернуть тебя в поселение, а то точно тебя хватится, — улыбнулся Трой. — Знаешь, я завтра улетаю, не знаю, когда вернусь, — призналась Марта. — Мы тоже летим. Вот здорово! А вдруг встретимся, — улыбнулся Трой. — Надеюсь. Ты удивительный человек, Трой Калипсо, и я бы не хотела с тобой расставаться, — призналась Марта.       Перед расставанием они записали небольшое видео на ЭХО-камеру, и Трой дал шар с этим видео на память, на случай если девушка будет от него далеко, а потом доставил девушку обратно в Фаэрстоун — забытый шахтёрский городок. Марта долго не могла уснуть. Встреча с Троем изменила всю её жизнь. Она не могла больше думать ни о ком другом, кроме как о высоком красавчике по имени Трой Калипсо. Он умеет очаровывать, умеет красиво говорить, и она понятия не имела, как брутальная внешность может скрывать такое потрясающее сердце и душу. Покрутив шар в руках, убрала его в сумку и, закусив пемиканом, легла спать.

***

Трой вернулся к сестре. Она даже не заметила его отсутствия. Он лишь немного поскрипел зубами. Даже если он умрёт, она не заметит. Ей он нужен так же, как и отцу — сделать то, что она не может. Она как-то бросила, что он её собственность, а не живой человек, и будет относиться к нему как к своему слуге. Задело сильно, но теперь у него появился стимул для жизни и мощный щит от Тайрин — Марта. Главное, чтобы Тайрин не залезла в его голову и не прочитала его мысли. Если Марта летит туда же, куда и он с сестрой, значит, он встретит Марту снова. «Ну надо же, я первый раз влюбился по-настоящему. Нужно что-то сделать для второго шага, чтобы Марта поняла, как она мне нравится», — подумал Трой. Он умел очаровывать девушек, готов даже поклясться, что одна из его последовательниц, Зубодробилка, посвятила ему целый алтарь в Храме Близнецов. Хорошо, что Тайрин об этом не знает, а то бы убила обоих. Сестра очень ревнивая, но она не видит, что её попросту не слушаются. «Ладно, пока никто не видит, я напишу поэму для Марты, а может быть, даже песню, и когда мы уединимся снова, то спою ей», — решил Трой.