Отвали от меня

Утро началось не с кофе и даже не с чая. Ну как – с чашки чая, Эйвери, конечно. Но, конечно же, утро началось с ужасной головной боли бедного паренька. Что вообще вчера было? Парень чувствовал себя одновременно и подавленным, и радостным. Не то чтобы брюнет много выпил, но по мозгам дало знатно. Память он не потерял, но помнил всё размыто. Да так размыто, что чуть не упал с кровати, замечая рядом с собой Дерека, который мирно спал, видя, наверное, десятый сон. А он живой вообще? Эйвери тихонько подползает и берёт лорда за руку, щупая пульс. Живой. Вот и славно. Время было ранним, по крайней мере для первого проснувшегося. На настольных цифровых часах время было 6:20 – достаточно рано, учитывая то, что домой они прибыли в час или два ночи. Насчёт двух Эйвери, конечно, загнул, но всё возможно, правда ведь? Встать с кровати оказалось сложнее, чем думал кудряш. Он просто смотрел в потолок, сложив руки на груди, прикрыв глаза. Голова ужасно болела, не давая уснуть. Мучиться от болей парень больше не хотел, так что пришлось заставить себя встать и идти на кухню за таблетками. Эйвери рыскал в шкафчиках: он чётко помнил, что положил таблетки в определённое место, но их там не было. Вдруг раздался звон ключей рядом с дверью парня, а после послышался щелчок вставленных ключей. Брюнета словно током ударило – он быстро подбежал к своей комнате, начиная судорожно дёргать ручку, чтобы та закрыла дверь. Она была сломана, и Эйвери всё никак не находил время её починить. Вот, похоже, вещь и решила отомстить. В последний момент дверь в комнату всё-таки закрылась, а заменила её уже открытая входная дверь, в которой показался Маркус. Какого черта этот жук забыл у него дома?! Сколько раз брюнет умолял Маркуса отдать ему ключи и не приходить так внезапно. Спалиться со спящим Дереком и кошкой в комнате означало то, что всю оставшуюся жизнь Маркус будет шутить, что Эйвери в новогоднюю ночь убежал к своему парню, потому что не выдержал такого праздника. – Эйвери!! Доброе утречко, братик).. – Маркус был готов начать ругать своего брата за такой поступок. Сбежал просто и ничего не сказал!! Ну вы представляете? Так ещё и трубку не брал. Его голос был таким звонким, что у Эйвери снова заболела голова. – Маркус, сколько раз я тебе говорил: выкинь, блять, ключи от моей квартиры. Ты можешь базарить потише? И без тебя голова раскалывается. – Парень тёр свою переносицу, жмуря глаза. Он так же волновался, что Дерек проснётся от этого звонкого голоска. Если это случится, то оправдываться будет невозможно буквально. Заставить материться Эйвери мог только Маркус, что сейчас вальяжно стоял, оперевшись на закрытую входную дверь. Его чуть рыжие волосы торчали из-под капюшона, засыпанного утренним снегом, пока тот шёл до дома своего брата. На улице всё ещё было темно, но фонари уже не горели – что странно, – так что парень пришёл бы раньше, если бы не заблудился во дворах. – Скажи мне на милость, мой любимый брат, почему ты не берёшь трубку после того, как сбежал со сраного праздника?! Да ещё и пьяный, как я узнал. А ещё… а?.. – Из комнаты Эйвери послышалось шуршание и скрип кровати – как будто на ней кто-то лежал. – Ты не один? – Маркус подозрительно смотрит на своего брата. Конечно, он волнуется за него: непонятно, кого мог подцепить его недалёкого ума братец, вдруг тот представляет угрозу? Эйвери же, как ошарашенный, быстро облокотился на дверь своей комнаты, скрещивая руки на груди и держа одной рукой ручку двери. Дерек явно не в силах будет открыть сломанную дверную ручку, когда её ещё и держат. – Я? Я один. Хватит контролировать меня. Я понимаю, что надо было позвонить и всё такое, но сейчас это не важно. Я жив, здоров. Всё убедился? Иди домой, отоспись. – Брюнет говорил хоть и шёпотом, но голос иногда проседал, выдавая громкие слова. – Дай мне посмотреть. – Брат был явно не в восторге от такого ответа. Ему нужно было удостовериться, что всё хорошо. Маркус попытался отодвинуть Эйвери, который яростно отпирался. – Это кошка, доволен?! – Брюнет уже выпихивал брата в открытую дверь. Нежеланный гость уже почти был в подъезде. – Подожди, кошка?! У тебя есть-… – Маркус не успел договорить вопрос, как оказался по другую сторону закрытой двери. Эйвери – жук – успел ухватить свои ключи от квартиры, которые принадлежали Маркусу, так что попасть обратно не получилось. После на телефон пришло сообщение: – [Ты кстати Вифису сотку должен, чао] Бедный парень тяжело вздохнул, спускаясь по лестнице. Всё-таки придётся ехать домой. Ну или опять возвращаться в дом, где проходил праздник: там всё ещё тусовались ребята. А Эйвери же смог наконец-то чуть расслабиться после того, как в коридоре остался один. Парень решил проверить, спит ли Дерек. Вряд ли кто-то спал бы после чужой ссоры в коридоре, а вот лорд оказался одним из тех людей, что в таких случаях продолжают дрыхнуть – он всё ещё лежал в той же позе, что и раньше, тихо сопя. Это умиляло. Очки Дерека лежали на столе кудряша. Возможно, стоит положить их поближе к парню, а то не найдёт ещё и свалится, не дай бог. Переложив очки, Эйвери направился на кухню дальше искать таблетки. В итоге они оказались в аптечке в ванной. А после на глаза попалась краска для волос – она давно мозолила глаза парню. Да, он красился, хотя правильнее будет сказать – высветлялся. У него и сейчас волосы были достаточно светлые, но корни давно отросли, так что парень называл себя брюнетом больше, чем блондином. Что ж, пришло время это исправить. Быстро намешав краску-осветлитель и всё что только можно для волос, Эйвери начал краситься. А пока краска впитывалась, он готовил завтрак для себя и Дерека. 9:47. Дерлорд просыпается в незнакомой для него комнате. Из-за плохого зрения казалось, что он вообще попал в какое-то место не из нашего мира. Миры приобрели чёткие границы после того, как парень надел очки. Память как будто отшибло – как от мощно выпитого алкоголя. Ноги еле держат Дерека, идущего на приятный запах завтрака. Он стоит в дверном проёме, потирая глаз, просунув пару пальцев под очки. – Эйвери?.. это ты? – Парень не узнал сразу своего друга. Ведь теперь перед ним стоял пушистый блондин, которому, похоже, не хватило краски на корни волос – а возможно, так всё и было задумано. – Ох, ты уже проснулся. Доброе утро. Хи-хи, не узнал что ли? Я, конечно, кто же ещё. – Блондин дожаривал блины. У него был такой прекрасный вид: кудрявые волосы заплетены в хвостик, сам парень одет в большую футболку и домашние штаны, а фигуру украшает туго завязанный фартук. Дерек, любуясь Эйвери, еле садится за стол. Кошка трётся об его ноги – возможно, она хочет на ручки, но лорду сейчас не до этого. Он пытается осознать то, что случилось, и почему вид хозяина квартиры так сильно манит. Это же не означает что-то серьёзное, правда? Кудряшик же заканчивает готовку и ставит тарелку с едой на стол. – Чай, кофе? – хотелось добавить ещё и «меня?» как шутку, но, похоже, Дерек не особо в сознании, чтобы шутить. – Тебя).. а так – кофе. – Парень поднимает голову и улыбается. Похоже, они оба уловили шутку, которая так и не была озвучена в начале. Эйвери краснеет, а после начинает смеяться, а вместе с ним и Дерек. Лишь только кошка смотрела на них свысока своими жёлтыми глазёнками, так и показывая всем своим видом: «Этим людишкам уже не помочь». Вот так спокойно прошло их утро. Конечно, не обошлось и без важных тем: кто и как себя чувствует. Особенно блондин, что буквально пару часов назад чуть не покончил с собой. А Эйвери же крутился около Дерека, постоянно спрашивая, как он себя чувствует, – как будто тот вот-вот пропадёт. С добрым утром тебя, Дерек.