Последний урок

Очередная тяжёлая тренировка для боёв в смертельных ситуациях и скрытности была успешно пройдена. Диана хищно облизала клыки, когда освобождала лапы от бинтов для драк, представляя, как грабит какого-нибудь человеческого богача. Тяжело дыша, Диана повернулась к мастеру, который отвернулся, дабы не видеть её голый торс. Летом, во время жарящих дней, лисица легко потела и нагревалась даже когда просто протирала стол. Потому она снимала хотя бы часть одежды, не желая запотеть и рухнуть от бессилия. По привычке разглядывая зал, она наслаждалась его имитированным восточным стилем: колонны будто были подобны китайским, тем, что встречается в храмах. В самой середине колонн, как и над дверьми, висели волчьи гаргульи. Для мастера они были символом терпения и бесстрашия, и он часто использовал их, как метафору воинской выдержки. Дополнительно колонны украшали неизвестные ей узоры, отдалённо напоминающих лозу. За семь лет обучения, она поняла, что учитель увлекался восточной тематикой и философией. Но больше всего: экологией и мифами. «Танец дьявола», «волчий инстинкт», «трюк Локи», «тень летучей мыши», «манёвр венерины мухоловки» и прочие названия приёмов слежки, обмана, ухищрения и боя, были придуманы лично им. Однако, мастер Леон Вудс, как его и звали, был не без странностей: у них с Дианой появилась традиция, которая заключалась в чаепитии после тренировок. Во время трапезы, мастер часто рассказывал истории, некоторые из которых были чересчур абсурдными. Так, он утверждал, что Сайрус Голд из легенд американских фермеров был реален и это он приложил руку к появлению Соломона Гранди - существа, из детской считалочки который «родился в понедельник… умер в воскресенье». Или что лично был знаком с тогда уже старым Леонардо да Винчи. И вот, сидя, вспоминая те разговоры и всё также с уверенной улыбкой считая их абсурдом, лисица вдруг застыла. В памяти выплыло воспоминание об их первой встречи, когда он, уже зная о её деяниях, обучил её всему, что знал, за бесплатно. Зачем он так поступил? Диана не знала до сих пор. Взглянув на мастера Леона, всё также стоявшего спиной к ней, она поняла, что это её последний шанс узнать причину его такого решения. Как-никак её обучение завершилось, о чём Вудс, в привычном ему спокойствии, торжественно объявил ей утром. Но был один неприятный или даже - смущающий её момент: почему-то мастер испускал запах мертвечины и даже находясь за дверьми, она всё равно чуяла его так, словно перед ней переместили свежий труп из морозильной камеры в гроб. Сколько бы она не пыталась списать это на какую-то редкую болезнь или слишком хороший, от природы, нюх, лисица всё равно инстинктивно слегка морщилась, когда подходила ближе. Но в тот раз мастер чётко дал понять: это их последний урок. Глубоко вздохнув и мысленно приказав себе не морщится, она спокойно встала и направилась к мастеру. Он не любил, когда кто-то спешил без надобности, считал это поддаванием нетерпеливости. А последнее - отсутствием самоконтроля и мастерства. - Мастер Вудс, можно вас… - Торс, - недовольно сказал тот, снова отвернувшись. - А, точно! - смущённо хихикнула лисица и подбежала к робе. Она с отвращением натянула мокрую ткань, почувствовав неприятный холодок и вонь от собственного пота. - Простите за неловкость, мне просто надо было задать вопрос. - Я догадался, - спокойно, но со строгой интонацией сказал тот, - это, увы, тебе свойственно: в спешке забывать о важных моментах. Ты же знаешь, чему я тебя учил? - Спешка убивает бдительность, - устыдилась Диана. - Семь лет обучения скрытности, обману, чтению схем и боевым искусствам. Ты всё это освоила, и только спешку ты так и не выветрила из себя, - отчитывал её Леон. Всё время Диана стояла, схватившись за локоть и стыдливо опустив голову. Краем глаза она заметила, как мастер по привычке завёл руки за спину - Страшно представить, что ты предпримешь, когда Тени окружат тебя. - Я знаю, вы недовольны, но, пожа-а-алуйста, позвольте задать вопрос? - жалобно и с надеждой уставилась на него лисица. Тот одарил её злобным взглядом, но всё равно кивнул, - почему вы, даже зная о моём… «стиле жизни», разрешили мне обучаться за бесплатно? - повисла долгая, гробовая тишина. Мастер, до этого быстро отвечавший на вопросы, утонул в мучительно долгих раздумьях. Всё то время, пока он думал, Диана едва сдерживалась, чтобы не прыгать на месте от страха и любопытства. В тот момент, треск огней в мелких жаровнях, подвешенных для более красочного освещения, будто раздавался в такт шагам мастера - уж очень тихо он шёл, да так, что даже слух Дианы едва улавливал звук кедов. И мысль об удовлетворении любопытства был мгновенно разрушен, когда Леон подошёл к настенной вешалке и забрал самый длинный меч с арабской гравировкой на лезвии. Когда-то он позволил ей фехтовать им, когда Диана овладела другими видами холодного оружия. Лёгкий, но острый, режет металл будто масло. Как говорил Леон, он назвал его Хьáсид ад-Димá - кровавый жнец. Однажды, именно им она едва не порезала ему живот насмерть, когда тренировалась в фехтовании. Он был выкован Леоном, по форме похож на ятагана, только с чуть широким лезвием в начале и с треугольнообразной формой ближе к кончику. Мастер любил его, часто брал при глубоких раздумий. - Не сейчас, ты не готова - внезапно изрёк Леон. Диана как будто вышла из транса: оказалось лисица, ослеплённая красотой меча, которым так сильно хотела завладеть, невольно шагнула достаточно близко, чтобы было возможно за неё схватить. Она быстро оттянула лапы и случайно разбила вазу. Несколько секунд она напугано смотрела то на вазу, то на мастера, чей взгляд застыл на обломках фарфора. - П-простите, мне, э, то-есть я н-не… - Что? А, это. Неважно, всё равно выкидывать хотел, да вот уже сто двадц… простите, двадцать лет хочу выкинуть, но руки не доходили. Что же до твоего вопроса о бесплатном обучении, - Диана навострила уши, даже задержала дыхание, чтобы не расслышать ничего. Об инциденте забыла мгновенно, - я вижу в тебе - таких как ты - будущее. Мир дл… не перебивай! Мир для истинных Венцов Жизни! Тех, кто по праву должен обладать этим миром. Землёй, которого Паразиты считают своим царством. - Э-эхех, эт… это было… хорошо, - едва вымолвила Диана, выдавив из себя весёлую улыбку, дабы скрыть прострацию. - Не прокатит, - хихикнул мастер, на что Диана раздосадовано вздохнула. - Я… простите, мастер, но… - промямлила Диана и внимательный взгляд мастера испепелил всё её мнение. - Не веришь, - разочаровано буркнул мастер, но зная его, лисица была уверена, что явно не от её неверия - понимаю. Мои Тени тоже не всегда мне верят. Да, кстати: отучи себя мямлить! Говори то, что надо сказать, даже если это твой м… Оба подскочили и повернулись ко входу, когда скрип дверей эхом отразился по залу. К ним шла молодая, красивая женщина. Она сказала что-то на своём языке и мастер ей кивнул. Диана отошла и, словно послушно выполняя приказ, присела на скамью и заткнула уши, предварительно направив взгляд к низу стола, дабы ненароком не вычитать по губам секретную информацию. В первые два года обучения у него, стало ясным одно: если мастер кому-то кивает, а потом кто-то подходит к его уху, значит весть не подлежит разглашению. То, что она сделала, было инструкцией Леона, с учётом её острого слуха. Сколь бы любопытно ей не было, уважение к мастеру и совесть не позволяли ей переступать сию догму. Всё это время она смотрела на обломки вазы, дабы краем глаза увидеть, когда та женщина уйдёт. Только тогда она с удивлением обнаружила на ней какой-то рисунок. Разум вовремя заставил её сдержать желание подойти и посмотреть на изображение. Наконец-то, после долгих тридцати минут, она ушла. Мастер кивнул ей, а это означало, что можно было не закрывать уши. Она мигом подошла к обломкам вазы. Так рисунок отчётливо виднелся. - А что это? - Диана указала на один из обломков, на котором был изображён город… под другим городом. - Это, - Леон подошёл и поднял обломок, - утопия. Утопия, которая была разрушена, словно мечта о мире, в котором искоренены все преступления. - Ещё одна легенда? - Нет. Ещё одна история, - Леон внезапно протянул ей обломок. Диана растеряно уставилась на него, на что мастер хищно улыбнулся и слегка зашевелил им, - бери, оставь себе. Мне он больше не нужен. - Правда?! Ооо, спасибо, спасибо, спасибо! Спасибо большое! Это честь для меня! - по-детски выхватила и запрыгала на месте Диана, обняв обломок. - Кстати, по поводу той исландки, - мастер сел и указал ей на стул напротив него. - У меня есть предложение для тебя. - Какое? - почти мгновенно села Диана и с любопытством завиляла хвостом. - Зная тебя, ты вряд ли поверишь. Но всё же: я являюсь владельцем компании, скрытной компании точнее, которая очищает землю от преступности. Твои навыки, совмещённые с природными, будут идеальным оружием против них, - Диана раздражённо откинулась на спинку сразу, как услышала слово «от преступности». - Ну, вы фактически обучили преступницу, так что вам лучше «очистить» вашу компанию от меня, - ухмыльнулась лисица, склонив голову вбок. - Да и если это правда, то я откажусь. Я училась только ради мести. - И всё? - спокойно уточнил мастер, изучающе уставившись на неё. Вдруг под её кожей будто пробежались мурашки. Это был один из её инстинктов: мастер задумал что-то нехорошее, - то есть ты тратишь свои таланты на столь пустое занятие, когда могла сократить число лицемеров, кричащих о гуманизме, патриотизме, толерантности, тогда как эти же демагоги убили твоих родителей? - Попрошу не использовать моих родителей, чтобы убедить меня! - оскалилась Диана. Слова мастера задели глубокую рану на её сердце, разбитую сиротством, - и это было в Готэме, во время Второго Бума Преступности! - И сколько тебе подобных есть? Вспомнь, - победно улыбнулся учитель, ведь Диана замолчала, услышав этот аргумент, - та девушка, волчица, которую толпа недавно оголила с целью унизить. Повезло ещё, что не забили до смерти. Или вот, как безобидного антропоморфного акулу зарезали просто из-за его природы и осмелились осквернить его честь, помочившись на него. Ты сама знаешь, интернет есмь большой архив, на первой же странице от правоохранительных организаций многое узнаешь. - Это… это и правда так, - буркнула Диана, - но… - В наших с тобой традиционных разговорах, которых мы проводим после тренировок, ты часто рассказывала, как ты вынуждена была грабить, так как продавцы намеренно завышали сумму, а полиция игнорировала закон из чистого расизма. А в восемнадцать тебя едва не освежили, называя тебя дочерью Дьявола. - А в восемнадцать меня хотели убить, - сжала кулаки Диана, - пока не вмешался тот странный ниндзя, - лисица словила вопросительный взгляд учителя, и пояснила - он меня спас аккурат тогда, когда меня тоже почти раздели, сказав, что им было интересно «взглянуть на мои ножницы» - с отвращением проговорила та. - А тебе там, в Готэме, плохо было? - внезапно спросил мастер, с таким сочувствием, будто она была его любимой дочерью. Лисица сама от себя не ожидала, что будет в подробностях рассказывать едва знакомому человеку свою жизнь в деталях. За разговорами они провели до самого вечера. Ловко задавая вопросы, мастер узнавал все более сокровенные детали её жизни, а лисица была слишком занята болью. Каждое воспоминание об унижений, краже и разбивании её вещей за просто так, аресте из чистого расизма, жгло сердце в пламени гнева, а глаза наполняло влагой. Все те годы её обида росла, обогащая её фантазии о более дерзких ограблениях и страхе людей перед ней. До той поры, пока не случился тот самый разговор с Леоном, у неё не возникало чувство гордости от мысли о краже. Но в тот раз всё в миг изменилось - с каждым словом Вудса о том, с каким удовольствием она будет создавать новый мир, в её голову лезли изображения изуродованных людских трупов, визжащих о пощаде подростков и стариков. Лисица даже представила, с каким наслаждением она смотрела на голую, замерзающую толпу, которая стояла по колено в снегу и молила о тепле и пощаде. А она, словно царица ада, смотрела, наслаждалась их страданием вместе с тропическими животными и пила вино. «Предложение джина» - резко прозвучало в памяти Дианы. Словно проснувшись от кошмара, лисица вскочила со стула и напугано задышала. Её мышцы напряглись, уши прижались к голове, а гортань издала убийственный рык. Он ею манипулировал, пытался склонить на какое-то преступление едва заметным убеждением в собственной правоте, скрытой за риторикой о оправданной радикальности. Не слыша ни слова мастера, она быстро развернулась и сразу же была ограждена от входа какими-то женщинами. Одна из них схватила её за лапы и заломила за спину, другая приставила лезвие меча к её горлу и грозно прошипела: - Никто не смеет отказывать мастеру! Прими предложение, или… - Ни за что! - рявкнула та, откинув первую и вырвавшись из захвата второй, - я не намерена убивать! - Тогда умри сама! - внезапно рыкнул мастер. В ту же секунду вокруг неё всё застыло, как будто она не находилась на грани смерти. Её взгляд застыл на его лице, оставив Диану в ужасе и смятении: Леон Вудс, до этого всегда дружелюбный и добрый, излучал холод и безразличие. Он спокойно сидел, будто наблюдал за интересной передачей, а не убивал свою ученицу. Краем глаза она на секунду заметила силуэт высокого человека, который стоял в тени. Но на него времени лисица не потеряла: раскидав женщин и получив рану в живот, она со всех лап побежала, вырвавшись в ночной город. Её разум был мутным, словно стёр все воспоминания о произошедшем. Диана обессилено лежала на кухне, прислонившись спиной к плите, и стонала от ноющей боли в животе. Каждое движение, всхлип, даже дыхание, давалось ей с трудом. Вся кухня была перевёрнута верх дном, пару задвижек были изъяты из шкафов, пока та в панике искала бинты. Весь пол, стол и шкафы были забрызганы кровью, щёки - влажными от солёных слёз. Он хотел убить её! Хотел её использовать в своих целях! Едва не убил, едва не поработил её разум. Раздираемая гневом, Диана с дрожащими ногами доползла и рухнула на кровать. Едва мягкий матрас заскрипел под её весом, в глазах лисицы помутнело, всё поплыло и лисица потеряла сознание.

***

ИСГЛОП. 30 ноября. 2025 год

Диана подорвалась и бешено огляделась, словно ища смертельную опасность. Её друзья мирно спали в соседних спальнях, кровати которых вмещали по два человека. По всему коридору раздавались громкий храп Акулы и бормотание Пираньи. Волк же, лежащий в обнимку рядом с ней, слегка шевельнулся и замычал. Когда её осенило, что никакой опасности не было она издала глубокий вздох. Зная себя, после кошмаров лисица могла не проспать всю ночь, если не успокоила бы себя чем-нибудь. Втихоря встав, дабы никого не будить, она накинула халат и прокралась на кухню. Кофеварка зашумела громче храпа Акулы, который слышался даже на кухне из-за меньшей площади квартиры. Однако она не переживала, зная что такой шум разбудит разве что только Волка. Так и оказалось: пока она наливала себе зелёный чай, в дверном проёме объявился силуэт её самца, который встревожено посмотрел на неё. За те три года, что они провели в ИСГЛОП, он и друзья успели узнать её достаточно хорошо, чтобы понимать: если лисица разогревает себе чай в середине ночи, значит её сердце что-то ранило. - Ты в порядке? - его голос низкий, как всегда спокойный, но с ярко выраженной тревогой. Его забота всегда заставляла её улыбнуться против воли. - Ну, как сказать:с многотонным бутербродом, полным успокоительных или целой банкой вина? - с чётко слышимой дрожью в голосе отшутилась та, - кошмары, Волчок, кошмары. - Полагаю, это не обычные кошмары, - заметил Волк, не сдержав зевок. Он тихо уселся напротив неё и легонько взял её лапу. То ли из-за акта заботы, то ли от боли на сердце, лисица начала сильнее всхлипывать, напугав этим своего самца - Диан, прошу, расскажи. Ты меня пугаешь! - Ут… утром, р-раскажу, - едва вымолвила та, безуспешно пытаясь улыбнуться. - Иди пос… пос-спи, ты после вчер… - Спать?! Нет-нет-нет, в такой ситуации я никуда не уйду! - строго изрёк Волк, переместившись на соседний стул, чтобы обнять её за плечо. Стойло ей почувствовать лапу на своём плече, как она крепко прижалась к его тёплой, приятно пахнущей груди и заплакала. Волк, лаского поглаживая её, мягко сказал - прошу, Диана, не скрывай что-то, если это тебе доставляет боль. Ты же знаешь, я хочу помо… - Это б-было из м-моей ж-жизни, - отпрянула Диана, с трудом вымолвив слова. Она ещё некоторое время смотрела куда-то в пустоту, пока наконец не вздохнула и сказала: - мастер Леон Вудс. Он научил меня всему, чему теперь я обучаю тебя. - Ты скучаешь по нему? - Если бы, - презрительно рыкнула Диана, - он пытался меня убить, своими женщинами… - Женщинами? - растерялся Волк, - он… какой-то араб на равных правах с жёнами? - Нет, это были ученицы, - закрыла морду лапами Диана, всхлипнув в последний раз и успокоившись, - он всегда учил нас больше полагаться на свои навыки, а не на оружие. Потому и тренировал нас настоящими мечами, чтобы научиться контролировать себя перед лицом смерти… - И как это связано с его мотивом? - перебил её Волк, явно заинтересовавшись дальнейшим развитием событий. - Вот этим - холодно ответила Диана, приподняв футболку и показав шрам на животе. - Ты представь: мастер, который стал тебе чуть ли не вторым отцом, которому можешь доверится, пытался использовать меня, как оружие для своих планов. За мой отказ он и хотел сделать это. В глазах Волка читались волнение и испуг, к которым добавился злобный рык. Он приподнял лапу и вопросительно уставился на неё. Лисица кивнула и его тёплая лапа аккуратно погладила зашрамованное место, словно боясь сделать больно. - Я тогда забрызгала всю кухню кровью, - продолжила Диана, положив свою лапу на его. Их пальцы сплелись теплом любви, - даже не помню, как вырубилась. Но помню, что я обещала отомстить. - А ты уверена, что это правильно? - внезапно поинтересовался Волк. Диана было хотела подтвердить, как слова возлюбленного заставили ей задуматься. Видимо, решив, что задел её чем-то он поспешил оправдаться, - э, т-то есть, я и-имел ввиду, ты можешь потратить, э-э… - Всю жизнь на это, - закончила за него лисица, выйдя из раздумий и улыбнувшись ему, - а знаешь, ты прав. Не стоит беспокоиться из-за этого пустяка. Тем более, убийство для меня не приемлемо. - А так деликатно махала мечами, - пошутил Волк и внезапно хищно улыбнулся, - хотя я бы посмотрел, как ты размахиваешь попкой. - А ну замолчи, извращенец! - смущённо засмеялась Диана, легонько толкнув его в плечо, - не особо прилично со стороны джентльмена такое говорить своей даме. - Ты же знаешь меня - ловелас, красавец-любимчик дамочек и прочее. - Ладно, крестоносец в смокинге, идём спать, - хихикнула Диана, допив чай и зевнув, - а то нам вставать через четыре часа. - Слово дамы - закон для меня! - внезапно подхватил её Волк, чмокнув растерянную, такой внезапностью, Диану в лоб. Опомнившись, она выключила свет и схватила дверь за ручку, когда Волк вышел из кухни. Хищник аккуратно положил свою даму на кровать и улёгся рядом. Диана по уже окрепшей привычке прижалась к нему спиной так, будто они долго были в разлуке. Вдруг, будто ей вкололи быстродействующее успокоительное, она почувствовала, как веки стали тяжелее мыслей. Она только и успела подумать, насколько ей повезло с друзьями, прежде чем приятна тьма из тяжёлых век не затмила её взгляд.