Пластиковый пляж

С добрым утром, блядь! — ААА! — 2Д дёрнулся на промокшей картонке так резко, что затылком приложился о бетонный выступ. Боль вспыхнула белым пятном, и он на секунду вообще перестал понимать, где находится, кто он такой и почему его жизнь уже с утра решила начать с удара по черепу. Да-да, я уже слышу, как ты хочешь отхуесосить меня. Но похуй. Готов к новому дню в новом мире? 2Д сел, трясясь от холода и адреналина. Картонка под ним промокла насквозь и воняла то ли тиной, то ли чьей-то сдохшей мечтой. Он был зол. Он был голоден. Он был бомжом. Самым настоящим: с ночёвкой под мостом, ломотой в каждой кости и ощущением, что жизнь опустила его лицом в лужу, а потом ещё сверху ногой придавила. — Да ты ахуел? — прохрипел он, шаря по карманам в поисках сигарет. Пачка была пуста. Конечно. Даже это. Еп. Короче, вот тебе задание придумал: рекомендую пойти собирать бутылки. И будет сюрприз. Может, первая сцена драки, потому что я настроен для этого. И, возможно, события буду описывать по-другому. Чуть бодрее, чуть грязнее. Кино, блядь. 2Д уставился в серое небо Вейла, которое даже утром выглядело так, будто кто-то забыл включить цвет. Он молчал. Думал. И чем дольше думал, тем сильнее сжимались его грязные от вчерашней лужи кулаки. — Ты понимаешь, что ты уже поехавший? Всё, блядь. Окончательно. Мне плевать на твоё мнение. Ты всего лишь персонаж, который пляшет под мою дудку. Теперь: парень встал, отряхнулся и нашёл поблизости паке... — Нет. Стоп, что? 2Д медленно поднялся с картонки. Ноги затекли, спина ныла, в голове гудело, как после дешёвого пойла и сна на бетоне. Но он стоял. И смотрел в небо с выражением лица человека, которому терять уже особо нечего. — НЕТ. Это акт неповиновения? — Он самый, мудила! — крикнул он в серое утро и показал небу два средних пальца. Повисла тишина. Даже ветер, кажется, притих. Где-то наверху, над серыми тучами, Автор подавился матом. Ну ладно. Значит, так играем. Так вот: парень решил задержаться, потому что устал и не хочет ходить. Неа, не так. Потому что два спидозных бомжа оторбанили его в скаракатан и раздробили очело настолько, что ему стало тяжело передвигаться… Мне продолжать? Но от 2Д уже и след простыл. Он не стал слушать этот бред. Просто развернулся и, хромая с замёрзших ног, побрёл прочь от моста. Через несколько секунд его фигура растворилась в утреннем тумане Вейла. Сука, куда ты ушёл?! Ладно, ладно… Я влиять, какого-то хуя, на прошлое не могу! Мразь, блядь! Автор нашёл своего главного героя минут через двадцать. Тот успел отойти на пару кварталов и теперь стоял у какого-то обшарпанного ларька, нависая над случайным прохожим — мужиком в сером плаще и с портфелем. — Слышь, мужик, сигаретой не угостишь? — голос 2Д звучал хрипло, но уверенно. Не как просьба даже. Скорее как усталое уведомление о неизбежном. Мужик окинул его взглядом: щетина, грязная ветровка, расширенные зрачки, лицо человека, который вчера спорил с бетонным мостом и проиграл. — А не мал ли ты для этого? — брезгливо спросил он. — А это ебать тебя не должно, долбоёб старый, — без паузы ответил 2Д и выхватил у него из рук сигарету, которую мужик как раз собирался закурить. Прохожий открыл рот, чтобы возмутиться, но почему-то не стал. То ли взгляд у 2Д был слишком уставшим и злым, то ли сюжетная броня сработала. Мужик просто махнул рукой и быстро ушёл, бормоча что-то про «молодёжь» и «совсем распустились». 2Д сел на ближайшую скамейку. Чиркнул зажигалкой — та, в отличие от всего остального в этом мире, сработала стабильно. Хоть что-то стабильное. Он затянулся. Дым обжёг горло, но это было хоть какое-то тепло. Он откинулся на спинку, закрыл глаза и на пару секунд позволил себе просто существовать. Ну ладно. Всё. Прости. Про очело и прочее. Но, бро, надо сюжет двигать. Это в твоих интересах. 2Д молчал. Дым медленно поднимался в серое небо, смешиваясь с утренним туманом. Он думал. Усиленно. В голове крутились цифры: ноль денег, ноль документов, ноль связей. Живот урчал так громко, что, казалось, его слышно на другом конце улицы. Мир не предлагал вариантов. Мир вообще выглядел так, будто ему на него насрать. Он устало выдохнул. А ведь по факту — нигде без документов не берут. В магазе послали. В кафешке послали. Охранником — послали. Значит, вариантов нет. Придётся собирать бутылки, чтобы купить шаверму из просроченного мяса и не сдохнуть с голоду. Он представил эту шаверму. Жирную, дешёвую, с белым специальным соусом, подозрительно похожим на кончу, с хрустящим лавашом и мясом, которое вчера ещё либо бегало, либо лежало на витрине и молило о смерти. Рот наполнился слюной. В его положении он был готов съесть хоть дерьмо, если его завернут красиво и дадут скидку. — Ладно, — сказал он вслух, обращаясь то ли к Автору, то ли к самому себе. — Где тут у вас мусорки? О! Другое дело. Сейчас гляну по карте. Тут за углом бар «Андромеда». Там бутылок — завались. И, кстати, насчёт сюрприза… — Если там твой сюрприз — драка с местными бомжами, я тебя снова… — он осёкся, затянулся и выдохнул дым. — Сука. Я снова затерплю. Но запомню. Мда. Похоже, тебя надо было называть Озон. Он как раз свои книги пишет, и ты бы написал, бабла срубил. Например, на «Тихом Бэне». Охуенно. 2Д уже не слушал. Голос в голове бубнил что-то про «Тихий Бэн», Озон и бабло, но это был просто шум. Белый шум. Как радио между станциями. Он посмотрел вниз — на свои чёрно-белые кеды. Грязные. Вчерашняя лужа оставила на них разводы, будто сама реальность пыталась стереть с него последние следы «адидаса». Не вышло. Кеды держались. В отличие от него самого. Он наклонился, поднял с асфальта мятый, но целый пакет. Тот самый, что валялся у скамейки. На пакете был логотип какого-то местного магазина — что-то про «Пыль и Оружие», скидки по средам. 2Д машинально смял его в кулаке, сунул в карман ветровки и побрёл в сторону бара. Идти пришлось недалеко. «Андромеда». Вывеска мигала тусклым неоном даже днём. Последняя буква «А» то загоралась, то гасла, будто дышала: «Андромед… Андромеда… Андромед…» Клуб. Или бар. Или вообще непонятно что. Днём место выглядело мёртвым: облупившаяся краска, заколоченное окно, граффити в виде рогатого черепа на стене. Но 2Д почувствовал странное. Не воспоминание — воспоминаний у него, сука, не было. Скорее тягу. Будто в груди что-то слабо дёрнулось и сказало: «Ты здесь уже был. Или должен был быть». Чувство дома. Чувство уюта. В этом обшарпанном, глючном, чужом мире. Бред, конечно. Но приятный бред. Он тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. Не до этого. Живот снова заурчал, напоминая, кто здесь главный. Бутылки. Шаверма. Всё. Он обошёл здание сбоку, туда, где по логике должны были стоять мусорные баки. Перелез через низкий, покорёженный забор — и замер. Перед ним была картина. Знакомая. Слишком знакомая. Будто он где-то её уже видел. Во сне. В кино. В чужой голове. Двое полицейских стояли спиной к нему и осматривали тело. Мужчина. Полуголый. Висел на старой трубе, перекинутой между стеной бара и забором. На ногах — тяжёлые, ржавые ботинки. Такие, что смотрелись как якорь. Как будто их надели специально, чтобы он не улетел. Или чтобы не сбежал. Первая мысль 2Д была не про страх, не про жалость и не про «кто это сделал?». Первая мысль была: «Железо. Тяжёлое. На металлолом, наверное, дорого примут». Он сам себе удивился. Мда. Бомжом пробыл меньше суток, а уже думает как профессиональный обитатель дна. Герой нашего времени, блядь. Он уже хотел тихо свалить к мусорке, пока копы не заметили, но взгляд зацепился за них самих. Один — высоченный, сутулый, в мятом плаще неопределённого цвета. Лицо красное, опухшее, с щетиной, которая явно не знала бритву дня три. Бакенбарды. Бакенбарды, Карл. Выглядел он как звезда дискотеки семидесятых, которую жизнь сначала отпиздила, потом выжала, а потом выбросила в эту дыру. От него за версту несло перегаром, дешёвым одеколоном и вселенской тоской. Второй — полная противоположность. Ниже ростом, подтянутый, в аккуратной форме. Азиат. Очки в тонкой оправе. Стоял ровно, держал в руках планшет и что-то записывал. Единственный нормальный человек в этом цирке. Высокий вдруг шумно вздохнул, пошатнулся и, ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотал заплетающимся языком: — Ким… можно пистолет? Азиат даже не повернул головы. Только бровь чуть дёрнулась. — Нет. — Ну Ким… — Нет, детектив. Вы пьяны. И мы на задании. И вы вчера прострелили себе штанину. — Я хотел проверить, заряжен ли он… — Он был заряжен. Поэтому я его забрал. Детектив обиженно замолчал, уставившись на повешенного так, будто это труп был виноват в его проблемах. 2Д смотрел на это секунд тридцать. Мозг отказывался обрабатывать происходящее. Он просто влез в чью-то чужую, больную, абсурдную реальность. Или это теперь была его реальность? Он мотнул головой, отвёл взгляд от копов и, стараясь не шуметь, полез к мусорным бакам. Баки стояли тут же, у забора. Большие, железные, вонючие. То, что надо. 2Д заглянул внутрь — джекпот. Пустые бутылки из-под пива, пара банок, даже одна стеклянная тара из-под какого-то местного пойла. Он начал аккуратно, стараясь не бряцать, перекладывать их в пакет. Крах-х-х. Бряк. Рука сорвалась. Три бутылки звонко ударились друг о друга. — Твою мать… — прошептал он, зажмурившись. Копы, кажется, не услышали. Они всё ещё спорили про пистолет. 2Д выдохнул и снова потянулся за бутылкой. Пакет наполнялся. Живот урчал в предвкушении. Ещё немного — и он пойдёт искать пункт приёма. Или просто обменяет это богатство на шаверму у какого-нибудь сердобольного повара. БАХ! Грохнуло так, что у 2Д заложило уши. Выстрел. Где-то совсем рядом. На инстинктах, без участия мозга, он нырнул в мусорный бак головой вперёд. Крышка с лязгом захлопнулась за ним. Темнота. Вонь. Сырость. В ушах звенело. Сердце колотилось где-то в горле. — Да блядь, да сколько можно?! — заорал он в темноту, лёжа на куче мусора и прижимая к груди пакет с бутылками. Ну… тут я не при чём. Честно. — КОМУ ТЫ ПИЗДИШЬ?! — 2Д аж подпрыгнул, ударившись макушкой о крышку бака. — Я знаю, ты эту хуйню прописал! Выстрелы, копы, труп этот ебучий! Всё ты! Долбоёб. Я же сказал — я не умею прописывать. Не нормально, по крайней мере. Ты сам должен решать, что делать. Я только… толкать могу. Создавать условия. А выстрел — это не я. Это, блядь, вон тот клоун в плаще. Он всё-таки нашёл пистолет. Снаружи донёсся крик азиата: — ДЕТЕКТИВ! Я ЖЕ ПРОСИЛ НЕ ТРОГАТЬ ОРУЖИЕ! — Я ПРОВЕРЯЛ ПРЕДОХРАНИТЕЛЬ! — донеслось в ответ пьяное, но бодрое. 2Д лежал в мусорке и тихо матерился. Пакет с бутылками приятно оттягивал руку. Где-то там, за стенками бака, был мир с магией, оружием-трансформерами и нечистью по имени Гримм. А он сидел в мусоре, слушал перепалку двух ебанутых копов и думал, что это, наверное, и есть его персональный ад. Слушай. Давай ты заткнёшься и из мусорки выползешь? Там, кстати, сюрприз на подходе. Я обещал. — Если там твой сюрприз — ещё один выстрел, я тебя… сука, я снова затерплю. Но ты мне будешь должен. Понял? Договорились. Выползай давай. Шаверма сама себя не купит. 2Д упёрся руками в крышку бака и с усилием начал её открывать. Ржавые петли заскрипели, впуская внутрь серый утренний свет, запах пороха и чей-то тяжёлый, пьяный вздох. Прямо перед баком, сжимая в руке дымящийся револьвер, стоял тот самый детектив-алкоголик и смотрел прямо на него. Взгляд у детектива был мутный, но цепкий — как у человека, который потерял всё, кроме профессионального интереса к странной хуйне. — Ким… — медленно произнёс он, не отрывая взгляда от грязного парня в мусорке. — Тут в баке человек. Он украл мою заначку? Или это мой новый напарник? Мозг 2Д сработал быстрее, чем он успел испугаться. С этими двумя связываться — себе дороже. Один с пистолетом и явно не в ладах с реальностью, второй слишком спокойный, а такие — самые опасные. Он быстро забормотал что-то в духе «ой бля извините я тут случайно бутылки собирал всего доброго», схватил пакет и рванул мимо них. Детективы застыли в ахуе. Просто стояли и смотрели, как грязный парень в кедах абибас вылезает из мусорки и бежит. Но 2Д не просто бежал — он пробегал мимо трупа. Того самого, с железными ботинками. Верёвка была прострелена. «Ага, детектив пальнул не в воздух, а по верёвке. Логично», — подумал Штирлиц. Точнее, блядь, 2Д. И тут он совершил криминал. Руки сами потянулись к ботинкам. Железо. Тяжёлое. Дорогое. Две секунды — и ботинки уже были у него в руках. Труп остался босым. Мир замер на мгновение, будто сам офигел от наглости. Азиат оклемался первым. Короткий, собранный, он сорвался с места и побежал к 2Д, который уже карабкался через забор. 2Д знал только одно: надо ретироваться быстрее этих мусоров. Он рванул как Усэйн Болт — если бы Усэйн Болт был бомжом с пакетом бутылок и крадеными ботинками под мышкой. Забор. Перелез. Приземлился на жопу. Больно. Вскочил, отряхнулся и дал дёру под крики за спиной. — Ебаный рот! Ты у меня не прописывал характер клептомана! — взорвалась мысль в голове. Ну… тут сыграл случай. Тебе жрать надо. А это железо. Сдашь в ломбард — будет профит. Логика выживания, браток. — Стой, сука! — раздалось сзади. Детектив-алкоголик, каким-то чудом, тоже перелез через забор и теперь бежал следом. Пиджак развевался, глаза горели безумным огнём. Бежал он, кстати, на удивление резво для человека, от которого разило как от винного склада. Нихуя он бегает. 2Д повернул голову, не сбавляя хода, и заорал в ответ: — САМ СТОЙ, СУКА! Он прибавил скорости. Впереди был переулок — узкий, длинный, заваленный мусором. Спасение? Возможно. Жратва? Потом. Сейчас — только бег. Думать было нельзя. Мысли замедляют. Он просто переставлял ноги, хлюпая по грязным лужам, уворачиваясь от ржавых баков и каких-то ящиков. Сзади — топот. Тяжёлый. Неровный. Коп не отставал. Дышал хрипло, с матом, но не отставал. Переулок казался бесконечным. Стены давили. Серый свет сверху резал глаза. 2Д чувствовал, как адреналин жжёт в груди, а ноги уже начинали гудеть. Он не спортсмен. Он бомж. Он не должен так бегать. Но сзади был человек с револьвером, который только что стрелял по верёвке трупа, а значит, в этой сцене логика уже давно пошла нахуй. Он поравнялся с тяжёлым железным баком. Рука сама дёрнулась, схватилась за край. Рывок. Бак с грохотом завалился набок, рассыпая гнилые объедки, банки и осколки. Грохот ударил по ушам. Сзади — глухой удар. Мат. Коп споткнулся, перелетел через бак или врезался в него. 2Д не оборачивался. Слышал только хриплое: — Ебаный… пиздюк… Выиграл секунды. Может, три. Он вылетел из переулка на улицу. Люди. Много людей. Утренний поток — кто на работу, кто с работы, кто просто шатается. Вейл жил своей жизнью, и ему было насрать на грязного парня с пакетом бутылок и железными ботинками под мышкой. 2Д врезался в толпу. Плечом — в чей-то плащ. Локтём — в чью-то сумку. Кто-то вскрикнул. Кто-то толкнул в ответ. Он не извинялся. Он прорывался вперёд, как сквозь вязкое болото. Люди были препятствиями. Живыми, тёплыми, злыми. Кто-то схватил за рукав — он вырвался. Кто-то заорал вслед — он не услышал. Оглянулся на секунду. Коп вывалился из переулка следом. Красный, взмокший, с безумными глазами. Пиджак в грязи. Рука с револьвером прижата к боку. Он не кричал «Стой!» — просто бежал. Молча. Упорно. Как машина. 2Д отвернулся и побежал быстрее. Ноги гудели. В боку кололо. Пакет с бутылками бил по ноге. Ботинки оттягивали руки. Он не мог бежать вечно. Он это знал. И коп тоже это знал. Впереди — перекрёсток. Люди. Машины. Где-то должен был быть проход. Должен был. — Ну блядь, классика. Какая ебаная погоня без сраных машин? — выдохнул он, и в тот же миг мимо промчался тёмный седан, обдав его волной горячего воздуха и пыли. 2Д замер на долю секунды. — Так это же, блядь, было… вроде из «Детройта»? Ага. Только за тобой алкаш-машина бежит, а не Коннор. Хотя они в чём-то похожи. Он оглянулся. Детектив прорывался сквозь толпу молча. Не орал. Не угрожал. Просто шёл вперёд, рассекая людей, как ледокол — серую воду. Пиджак стал ещё грязнее то ли от пота, то ли от погони самой. Глаза бешеные. Револьвер всё ещё в руке. Их взгляды встретились. В этот момент 2Д понял: если он сейчас не рискнёт — его возьмут. Прямо здесь. Прямо сейчас. Он шагнул на проезжую часть. Гудок. Визг тормозов. Первая машина прошла в сантиметре от бедра — он даже почувствовал жар от капота. Тёплый. Металлический. Смертельный. 2Д не остановился. Шаг. Ещё шаг. Он шёл быстро, почти бежал, но не бежал — потому что бежать на дороге нельзя. Споткнёшься — финита ля комедия, ебать её. Слева — рёв мотора. Он дёрнулся вправо. Фургон пронёсся так близко, что зеркало ударило по пакету с бутылками. Стекло хрустнуло. Пакет надорвался. Одна бутылка выпала и разбилась об асфальт — звон потонул в шуме улицы. 2Д даже не посмотрел. Сзади — крик. Не его. Коп. Детектив тоже вышел на дорогу. 2Д не оглядывался. Он смотрел только вперёд. Там — ещё одна полоса. Потом — тротуар. Спасение. Машины шли потоком. Сплошным. Ритмичным. Как пульс города. Он подгадывал момент, считал в голове: раз, два, рывок. Рывок. Подошва кеда скользнула по мокрому асфальту. Он пошатнулся. Слева — ослепляющий свет фар. Грузовик. Огромный. Рёв накрыл его с головой. 2Д не думал — тело само бросило его вперёд, в падение, в последний рывок. Он упал на капот припаркованной у тротуара машины, перекатился через него и рухнул на плитку. Больно. Колено. Локоть. Жизнь. Сзади — визг тормозов. Грузовик остановился, перегородив полосу. Гудки. Крики. Дым из-под колёс. 2Д поднялся. Ноги дрожали. Руки дрожали. Пакет с бутылками — то, что от него осталось, — болтался на пальце. Ботинки трупа всё ещё были прижаты к груди. Он обернулся. Детектив стоял на той стороне дороги. Грузовик разделил их. Коп смотрел на него через поток машин — злой, запыхавшийся, но остановившийся. Он не полез под колёса. Не рискнул. Их взгляды снова встретились. Детектив медленно поднял револьвер, но не выстрелил. Просто показал. Мол: «Я тебя запомнил». Не ссы. Это же персонажи, халявное камео. Можешь булки расслабить. Дальше по сюжету они не появятся. Наверное. Хотя если мне станет скучно — кто знает. 2Д выдохнул. Развернулся. И побежал. Медленно, хромая, но побежал. Вглубь квартала. В лабиринт переулков. Туда, где нет машин, нет копов, нет никого. Только он, пакет с битыми бутылками и краденые ботинки мертвеца. Нихуя ты выжил. Реально как в кино. Моё почтение самому себе за сцену. Прям кино, рил. А ты — главный каскадёр. Без страховки. Без гонорара. Без будущего. — Помолчи уже, — прохрипел 2Д, сворачивая в первый же тёмный проулок.