Семейный отпуск

— Простите, вы не могли бы помочь мне выбрать платье? — спросила у продавщицы женщина лет тридцати, интеллигентного вида дама, с замысловатым пучком на голове. — Конечно! — улыбнулась ей в ответ молодая, все еще полная искреннего энтузиазма девушка. — А вам на себя, или... — Я думаю, размер сороковой, — сказала ей посетительница. — Может быть меньше. — Понятно. Не для себя. А для какого случая? Что-то нарядное, повседневное, официальное? — Пожалуй, и нарядное, и повседневное. Все в меру. — Хорошо, это уже что-то. А какие цвета вы предпочитаете? — Вы знаете, про цвета я что-то не спросила. Минуточку. Женщина двинулась куда-то в сторону дальних рядов, продавщица последовала за ней. Последовала и стала очевидцем крайне необычной сцены. Молодая интеллигентная мать спрашивает у своего крайне смущенного сына, подростка аккурат 40-го размера, какого цвета платье тот предпочитает. Мальчик то ли задумался, то ли еще сильнее смутился и не смог дать маме ответ. А в том, что это был мальчик, продавщица ни капельки не сомневалась. Она уже проработала в этом магазине больше года и видела самых разных девчонок. Спортивных, страшно худых и очень толстых, с бритыми головами и кучей пирсинга. Но здесь перед ней точно был мальчишка лет эдак двенадцати или тринадцати. Коротко стриженный, в длинной синей футболке и джинсах. Совершенно обычный. Девушка прямо растерялась. Таких клиентов ей еще не попадалось, да и в правилах магазина подобные случаи не оговаривались. — Быть может, я просто покажу пару моделей, и тогда тебе будет проще определиться? — предложила она, обращаясь к мальчишке. — Пойдем. Продавщица знала свое дело. К ней не раз и не два приходили девочки-подростки с мамами, и она неплохо научилась разделять тех и других, дабы бедняжкам дышалось свободнее. Поза и взгляд как бы сказали родительнице: не беспокойтесь, все сделаем в лучшем виде, вы только не лезьте! И мама, кажется, испытала от такого поворота событий самое искреннее облегчение. Отведя мальчика в сторону и достав для виду одно из платьев, продавщица поинтересовалась: с чего вдруг ему понадобился женский наряд? Мама заставляет его носить такие вещи? — Да нет, не заставляет, — ответил чуть осмелевший юноша. — Ты сам этого хочешь? — Не очень, — признался он. — Тогда зачем? Ну, не стесняйся. Мне же надо знать, для какой цели подбирать платье. — Дело в летних каникулах, — попытался объясниться тот. — Они же уже закончились. — Да не эти, а следующие. Понимаете, у мамы с папой накопилось много отпусков... Как оказалось, и мать, и отец этого мальчика, которого, к слову, звали Борисом, были порядочными трудоголиками. За прошедшие годы у них накопилось столько отпусков, что хватило бы на самые полноценные летние каникулы, прямо с начала лета и до самой осени. И они действительно решили устроить нечто подобное. А заодно заняться воспитанием сына, на которого обращали в последнее время слишком мало внимания. Однако мнения о том, чем именно им стоит заняться на этих долгих каникулах, у родителей разошлись кардинально. Отец решил, что провести это время они должны на природе. Он заявил, что им стоит поехать в Карелию с ее красивыми лесами и великими озерами. Близость к природе, туризм, рыбалка и, если повезет, даже охота. Мужчина страшно устал от города и с ностальгией вспоминал о своей туристической молодости. Супруга же, с другой стороны, возвращения первобытной дикости совершенно не желала. Она считала, что им стоит не по лесам ноги ломать, а приобщить мальчика к культуре. Провести месяц в недалекой от них Москве, еще месяц в чуть более отдаленном Петербурге. Посетить музеи, театры, ознакомиться с историей и архитектурой. Ну а третий месяц можно поездить по другим городам: например, по Золотому Кольцу. И, так уж и быть, посетить какие-нибудь заповедники. Спор у родителей вышел жаркий. Обычно в их семье все решал именно папа, ибо он куда больше мамы зарабатывал и вообще был мужчиной в семье. Однако в этот раз мама была крайне категорична и отступать не желала. Он заявлял, что его отпуск поможет воспитать из Бори настоящего мужчину, а мама-де из него девчонку и хлюпика растит. Боря эти папины речи услышал, и они ему не понравились. Обычно он лучше ладил именно с отцом, но столь обидные слова хорошо запомнил. Мама с папой так ни до чего и не договорились. Отец предложил оставить последнее слово за сыном, и мама не нашла, что на это возразить. Папа был уверен, что мальчик поддержит именно его, Боря ведь любит рыбалку. И да, действительно любил, только вот посвящать ей целое лето мальчику категорически не хотелось. И он, к немалому разочарованию отца, поддержал идею мамы. Папа так разозлился, что не сдержался и назвал сына предателем. А тот в ответ заявил: а чего, мол, еще от меня ожидать, мама ведь из меня девочку вырастила! Если бы Боря знал тогда, к чему это приведет... Отец от такого бунта совершенно вышел из себя. Он сказал: мол, раз ты за маму, раз ты девчонка, так вот и езжайте туда как бабы! В общем, это была его идея насчет платьев. В приступе временного помешательства и страшного упрямства отец заявил, что у них с женой будут отдельные отпуска. Что Боря должен выбрать: поехать ли с ним и провести лето как настоящий мужчина или поехать с мамой и все лето ходить как девчонка. «С платьями и рюшками» — так он сказал. Иначе он, дескать, на их с мамой поездку денег не даст. А так как все семейные накопления были именно на его счетах, поездка бы таким образом просто не состоялась. Однако Боря тоже не лыком шит оказался и уступать не захотел после такого-то вызова. Он в крайне уличной и пацанской манере спросил, отвечает ли отец за свои слова? Тот, в приступе мужской гордости, сжал кулак, прижал его к сердцу и заявил: «Клянусь, отвечаю!» «Ну тогда я все равно поеду с мамой, даже если придется ехать как девчонка!» — заявил Боря. А потом, для пущего эффекта, повторил жест отца и тоже заявил: «Клянусь, отвечаю!». Конечно же, Боря пожалел потом об этих словах, пожалел о своей несдержанности. Да и отец его тоже был не в восторге, что затеял подобную авантюру. Однако оба были до крайности упрямы, и отступать никто не собирался. А бедная женщина следила за этим и искренне сожалела, что вообще решила взять отпуск. Однако в конфликте между мужем и сыном она решила, что просто обязана поддержать вставшего на ее сторону мальчика. Хотя это и грозило таким количеством проблем, что у нее порой сердце прихватывало. Борина мама, Надежда Васильевна, закончила печальную историю за сына. Пока они вместе изливали душу бедной продавщице, та успела набрать с десяток платьев самых разных цветов и фасонов. — Я правда не понимаю, зачем они вам сейчас, — сказала она, крайне озадаченная рассказом. — Ты же успеешь из них вырасти до лета. — Ох, ну разумеется он в них никуда не поедет, — ответила ей уставшим голосом женщина. — Просто ему нужно... — Потренироваться, — сказал чуть смущенный Боря. — И научиться хорошим манерам. — Ага, понимаю. Подготовиться к путешествию, чтобы избежать разоблачения. — Точно! — улыбнулся Боря. — Не хочу, чтобы кто-то узнал... — А что вы будете делать с волосами? — спросила вдруг продавщица. — Я думала о парике. — Парик? Летом? — возмутилась девушка. — И думать забудьте! Я одно время носила... В общем, это и так сущая пытка, а уж летом... — А что тогда делать? — поинтересовался Боря. — Не стричься. Вот прямо до самого следующего лета не стричься. А потом пойти и сделать хорошенькую прическу. Получится, конечно, коротковато, но все равно есть очень женственные. — А ведь вы правы... Большое спасибо за совет, — сказала Надежда Васильевна. — Придётся тебе, Борь, подолгу причесываться. — И еще голову каждый день мыть, чтобы волосы нормально смотрелись, — добавила девушка. — И за кожей тоже следить не помешает, чтобы прыщи не вскочили. И кстати, раз уж вы покупаете платье, вам явно понадобятся колготки и обувь подходящая. — Это как-то слишком пока, — смутился Борис. — Как знаете. Но мне кажется, привыкать тебе нужно не к платью, привыкать нужно к женскому виду вообще. — Думаю, она права, — сказала сыну Надежда Васильевна. — Думаю, нам стоит серьезнее подойти к подготовке. Разве что ты передумал... — Нет! — очень резко и гордо заявил Боря. — Идем мерить платья! — Вот видите, какой он у меня... — посетовала мать. — А его отец еще хуже. Продавщица проводила странное семейство к примерочным, и пока те занимались выбором «тренировочного» платья, всерьез задалась вопросом: а зачем, собственно, она вообще в это дело лезет? Мальчик вроде бы не в опасности... С чего это им советы давать? Ради каких таких целей? «Ну, во-первых, надо помогать людям, даже странным», — ответила себе девушка. Во-вторых же у нее были свои причины. Личные причины. Уж очень взбесил ее отец семейства, каким его рисовали мама и сын. Ее тоже все детство вывозили на природу, при том совершенно против воли. Правда, то была не Карельский лес, а обычная деревня, но от этого только хуже. Грубые и злые дети обижали наивную горожанку, и столь же беспощадно жалили комары и слепни. А еще там время от времени забивали скотину, и вот этого добродушная девочка совершенно не переносила. Она искренне сочувствовала Боре и особенно не желала, чтобы бедного мальчика заставили заниматься охотой. Но и это не все. Дело в том, что этот самый глава семейства, судя по рассказу, был тем еще шовинистом. Презрительно относился к женщинам, не хотел с мнением жены считаться. Юная продавщица знала таких мужланов. Она даже встречалась с подобным типом, и опыт тот был весьма неприятным. Нет, она определенно не ошиблась, помогая Боре и его маме. Больше того, после того как они оплатили покупку на кассе и вышли из магазина, она отправилась следом за ними. Догнала и оставила Боре свои контакты, дабы тот мог в любой момент позвонить ей и задать вопросы. Такие вопросы, которые он никогда не решится задать своей маме. В том, что таковые возникнут, она даже не сомневалась.