Мой раздолбай :р

Наставал вечер. На дворе зима. Холод окутывал школу, но не насмеливался залезть внутрь, оставляя в тепле мальчишек, готовящихся к тренировке по волейболу. Среди них особенно выделялся Курасан (вообще его зовут Никита, но в основном используют прозвище) -- главарь команды, строгий, но добрый и азартный. Его рыжые волосы уткнулись в стену, пропитываясь запахом хлорки и сырости. Темно изумрудные глаза бегали по раздевалке и светлым головам ребят, а лицо застыло в задумье. Ещё на той неделе ему сказали, что им добавят нового игрока, как раз новенького. В чем же суть размышлений рыжыка? Чесно говоря, он сам не знал. Возможно, это способ дать себе надежду что все наладиться и их возьмут на районное соревнование? Может быть. Мысли путались между собой и создавали новые, некоторые толклись клубками -- по крайней мере так их чуствовал Курасан. Из задумий его вывел голос самого младшего игрока-заики: -К..кр...кур.... -М? Уже иду, скажи что скоро буду - без слов понявши что тот имел в виду, ответил лидер, встряхнув волосы. Младшенький лишь кивнул и быстро убежал в зал. Курасан вздохнул и лишь хотел идти, как вдруг по классике в глазах потемнело и он врезался в плитку раздевалки. Больно особо не было, но по привычке он зашипел от боли и прикоснулся к разшибленной губе. Небольшая ранка кровоточила прям в рот, вызывая вкус металла который так нравился лидеру. Он напоминал ему спокойствие, тепло в волосах и на лице а главное -- никаких забот. То есть примерно период младшых классов, и первые тренировки. К сожалению, долго думать о тех временах нету времени, так как в зале уже все ждали на него. Так что оставалось только стирать кровь с губы и идти. *** Тренировка проходила как обычно, без тренера, а его заменял никто иной как Курасан. Довольно привычная картина, так как в школе всем прекрасно известно что местный физрук -- затятый алкаш, который почти не появляется в школе. Почему его ещё не уволили никто не знает, но существование предмета "физкультура" здесь оставалось под вопросом. Для местной команды этот предмет разшифровуеться как дополнительная тренировка перед основной после школы (никто не был против). Ладно, вернёмся в реальность. Курасан записывал своим докторским почерком кто есть как вдруг - вот черт! -все тело передёрнуло. Знак организма что он скоро вырубиться прям здесь. Рыжык нервно и недовольно вздохнул, и оставивши свою команду, пошел в раздевалку. Мысли снова окутали голову как черным пледом, который заставлял пошатываться на ходу. Или это недосып?..в любом случае, энергетик не помешал бы. Что сказано, то сделано -- за пару глотков пустая бляшанка уже валялась в мусорке, а Курасан втыкал в потолок, ожидая знаки что все нормально. Внезапно дверь в раздевалку отворилась и на момент рыжык без причины почувствовал себя школьниом, которого нашли курящим. На пороге стоял довольно высокий парень лет 15 с серыми, как седина волосами средней длины и на удивление, тоже изумрудными глазами. Мальчишка выглядел растерянным и не менее запутанным чем Курасан. Наконец он нервно вздохнул и отвевшы взгляд пробормотал: -Э..ты тоже на тренировку? Я просто тренера ищу...не знаешь где он? Куря лишь тихо хмыкнул, а в мыслях пронеслось "Ты его и не найдешь)", но ответил: -Тренера нету....но он обычно и не приходит- он встал и подошёл к новенькому -Так что тренировки проводит лидер команды. А это я) - он протянул руку - Курасан) Сероволосый тоже улыбнулся и акуратно пожал руку. Куря аж удивился -- такие мягкие у новенького были руки: -А я Кнайф :) -Кнайф значит....ладно ты иди в зал, я скоро вернусь, хорошо? -Окей На этом и разошлись. Курасан по привычке обперся об стену. Но в етот раз мысли были не скупчастыми и темнее ночи, а были белые, рябеющие надписи "Кнайф". Детская привычка, которая заела в голове. Типо если повторить имя человека восемь раз подряд, оно никогда не забудеться, потому что если перевернуть восьмёрку, будет бесконечность. И вот, снова мелкие воспоминания о детстве -- и Курасан снова как наркоман. Довольный, глаза залипли а конечности стали как кукольные. К счастью, из такого состояния "эйфории" можно легко выйти с помощью головной боли. *** Тренировка прошла нормально. Кнайф (которого оказываеться зовут Адам) оказался отличным игроком, да и с командой более менее заприязнился. Но только Куре надо было выйти из зала, как вокруг Кнайфа столпилась толпа заинтересованных девчонок, весело смеющихся. Курасан шел рядом. Ему было абсолютно плевать на внимание противоположного пола, так как сам в свое время получал его много. Сейчас же на каждого новенького пацана девочки накидывались, как зверь на добычу и терзали своим флиртом и жидкими подкатами. Куря не стал вмешиваться, надеясь что с Кнайфа, по лицу которого было видно, что неловко, не загрызут. К счастью, на другом переулке они отвязались, А Круасан наконец заговорил:- Все норм? А то от такого внимания может голова закружится, хаха) -Хи) да не, просто аж непривычно....они на всех так набрасываться, как на Моргенштерна? -Почти на всех. У нас вообще, знаешь, женщины страшные люди.... -Я уже понял.. - ответил Кнайф, оглянувшись назад. Разговор летел быстро, они даже не заметили как доходили до какого-то задрыпаного района. Возле именно такой хрущевки с закупленной зелёной краской подошёл Куря с Кнайфом. --Ты тут живёшь? - спросил Адам. Никитка чуть замялся, но ответил: -Чет тип такого....а ты где? -А, а я как раз неподалеку) тогда завтра встретимся? -Пфф, без проблем И вот они снова разошлись. Странное спокойствие, которое чуствовал Куря рядом с Кнайфом, улетучилось, стоило тому повернуть за рог улицы. Лидер лишь вздыхает и слегка уставше открыл железную дверь. *** Квартира встретила Курасана неприятным запахом хлорки и тревогой. Где то в зале было слышно лёгкие хрипы матери. Понятно, сестры не было дома. Внезапно из зала послышался голос, который вызывал у Кури дрожь по телу: -- Это....как там тебя? Иди сюда, хоть с матерью поздоровайся, тва₽ь неблагодарная!! Оох... Рыжик уже не осознавая, что происходит, послушно зашел в зал. От страха и стыда он не мог поднять взгляд. Да и что там смотреть? Только жирное тело, расплоставшееся по дивану, которое даже матерью стыдно назвать. Хрыплый голос снова заговорил. - Подними взгляд, а то как не родной. -- А-ага, прости...- голос Кури дрожал, выдавая его тревогу. Она вроде бы была трезвой, ето было видно по искрам вы глазах. -- Поди сюда. Курасан акуратно подошёл и наклонился к выкривленном лицу мамы, в котором читалась отвратительная нежность .-- Ты же знаешь, как я тебя люблю, сыночка? Как там тебя зовут то... -- Никита мама. Меня зовут Никита - Куря еле слержывал слезы от того как мама держала его за тощую щеку. -- Курочкой буду называть.... - она более-менее кривовато поцеловала его щеку, после чего похлопала по плечу - А сейчас принеси своей мамочке покушать и дозы. Обещаю, я сделаю тебе что то хорошее. Хорошо? --Да мам. Курасан вскоре вышел из комнаты и пошел делать то, что попросила мама. Он прекрасно знал, что она не сделает ему ничего хорошего после дозы. Никогда. Он уже ето знал. Но что бы ее не огорчать делал все, что она сказала. Мать и отец развелись уже давно, и ето погрузило маму в мир наркоты. Ето было ужасно. Но не оставалось ничего, кроме того, что бы просто сейчас лечь спать. Может, завтра будет лучше?..