Не воспринимай всерьёз

Воздух рядом с Тором едва заметно дрожит, и в следующую секунду за его плечом уже стоит Локи, лениво опираясь на ближайшую колонну, словно находился здесь всё это время. — Ты слишком шумный, — замечает Локи вместо приветствия. Он проводит пальцами по воздуху, словно считывает колебания магии от слишком резких движений брата. — Это называется «тренировка», — Тор даже не оборачивается, продолжая борьбу с импровизированным врагом. Он замахивается молотом и уклоняется с удивительной грацией. Локи хмыкает про себя. Где Тор и где грация? — Это называется «попытка произвести впечатление на самого себя», — язвит Локи, и создает лёгкий магический поток, из-за которого Тор теряет концентрацию. — Завидуешь? — только теперь Тор поворачивает голову, бросая на него короткий взгляд. Локи приподнимает бровь, словно это задело его до глубины души. — Твоей способности размахивать молотом с выражением глубокой философской мысли? Безусловно, — фыркает он, отводя взгляд. В его голосе звучала та самая смесь едкой иронии и едва уловимой тоски, которая всегда так раздражала Тора. — Ты пришёл просто поиздеваться или у тебя есть цель? — Тор усмехается и опускает Мьёльнир. Он делает несколько шагов ближе. Теперь Локи без особого труда может рассмотреть массивную обнаженную грудь брата, покрытую соленоватыми капельками. — А это взаимоисключающие вещи? — Локи отталкивается от колонны и медленно проходит мимо него, разглядывая пространство так, будто оценивает не место, а ситуацию. — Ты сегодня странный, — спустя несколько секунд говорит Тор, наблюдает с лёгкой настороженностью, которая давно уже стала чем-то вроде… фона. — Сегодня? — Локи замер, словно пойманный врасплох. Он медленно обернулся, пытаясь понять, что именно брат имел в виду. Его взгляд невольно скользнул по широким плечам Тора, задержался на… Локи быстро отвел глаза, чувствуя, как щеки начинают гореть. Нельзя было позволить себе так долго рассматривать брата. — Больше обычного, — Тор почесал затылок, словно пытаясь подобрать нужные слова. — Оскорбительно, — фыркнул Локи, стараясь скрыть своё замешательство за привычной язвительностью. — Точно, — Тор усмехается, а Локи поворачивается к нему, складывая руки за спиной. Взгляд ленивый, чуть насмешливый, как всегда. И всё же… есть что-то лишнее. Как будто он собирается сказать что-то ещё, но сам ещё не решил, а стоит ли. — Скажи, — тянет он, будто просто от скуки. — ты когда-нибудь задумывался о том, насколько трагичны бывают неправильные привязанности? — вопрос Локи, произнесенный с такой непринужденной интонацией, звучал как удар. — Это сейчас философия или угроза? — хмурится Тор, сжимая рукоять своего молота. Локи усмехнулся, но в его глазах не было веселья. Он медленно обошел брата, словно изучая его, словно оценивая. — Наблюдение, — он чуть склоняет голову, рассматривая его так, будто действительно ждёт ответа. — Представь, если бы я был в тебя влюблён. Это было бы трагично, — слишком легко и слишком небрежно добавляет Локи, останавливаясь почти вплотную к Тору. — Это странная шутка, брат, — медленно тянет он, словно не понимая смеяться ему сейчас или… или что? — Согласен. Ужасный вкус, — он говорит это легко, словно это само собой разумеется. Но в глазах Локи не было и тени веселья, только эта странная, почти хищная усмешка, которая всегда предвещала что-то неприятное. Он не отходит. Смотрит прямо, словно… проверяет. Локи отворачивается первым, как будто это ничего не значило. Как будто это было именно тем, что он и назвал шуткой. — Иногда я не понимаю, что у тебя в голове, — Тор фыркает, качая головой. Он зарывается пальцами в свои длинные волосы цвета пшеницы, переводя их в беспорядок. Хотя казалось бы куда больше, они и так растрепались от тренировки. Иногда Локи хотелось напомнить Тору про существование резинок для волос. Хотелось завязать его волосы в тугой хвост, чтобы не выбивалось ни одной пряди, сжать его мощную челюсть, провести пальцами по губам. Хотелось закрыться пятерней в эти мягкие волосы, жёстко направить к своему… Локи снова отвел взгляд. — Это взаимно, — бросает он через плечо, но в его голосе на мгновение проскальзывает что-то тихое, почти интимное. И Тор это замечает. — Ты покраснел, — он прищуривается, наблюдая, как Локи делает ещё шаг, слишком спокойно, слишком… собранно. — Я что? — Локи замирает на полушаге и медленно поворачивает голову. Щеки едва заметно порозовели, но на фоне его бледного лица румянец выглядел заметным, почти ярким. — Покраснел, — повторяет Тор, уже с лёгкой улыбкой. — Как девчонка, которую застали за глупостью, — усмехается он по доброму, не подозревая какие мысли посещают его младшего братишку. Повисла короткая пауза, а в следующую секунду Локи уже усмехается. Ровно. Идеально. Как умеет только он и никто больше. — Очаровательно, — тянет он с едкой сладостью. — Ты наконец научился замечать очевидное, — язвит Локи. В его глазах мелькнул тот самый огонек, который всегда предвещал либо гениальный план, либо изощренную насмешку, а чаще всего и то, и другое. — Значит, я прав, — уточняет Тор с лёгкой улыбкой. Он делает шаг к Локи, чтобы подтвердить свои слова, которые только что прозвучали так убедительно и, кажется, попали точно в цель. — Значит, ты скучаешь и начинаешь выдумывать, — огрызается тот и делает шаг назад, оставаясь в недосягаемости для назойливого брата. — Конечно. Ты просто решил пошутить, — Тор смеётся легко и беззаботно. Смех вибрирует в его груди, словно раскаты грома, разносился вокруг, наполняя пространство теплом и весельем. — Конечно, — Локи склоняет голову, возвращая ему ту же лёгкость. Однако она была не теплой, как у Тора, а холодной и неприступной. На этот раз он отворачивается быстрее, почти сразу, чтобы Тор не увидел, как на долю секунды его улыбка становится… слишком настоящей и слишком уязвимой. Шутка должна была остаться… разовой, лёгкой, небрежной, почти случайной. Локи так и планировал. Разумеется так и задумывалось, так и должно было быть. Но почему-то она не заканчивается. Странные разговоры… возвращается. Снова и снова. В следующий раз это происходит почти невзначай. Тор, как всегда, увлечённо и громко вещает о чём-то, каждое его слово кажется ему самому настолько значимым, будто должно быть высечено в камне. Локи слушает вполуха, но взгляд его прикован к брату. Слишком внимательно для того, кому, казалось бы, всё должно быть безразлично. — Я бы ради тебя умер, — лениво бросает он, перебивая брата на полуслове. Слова эти, хоть и вставлены в контекст разговора, звучат совершенно неуместно, как чужеродный элемент. В комнате на мгновение воцаряется тишина. Тор моргает, словно пытаясь осознать услышанное, а Локи лишь слегка улыбается, пряча в этой улыбке что-то большее, чем просто слова. Между ними, несмотря на всю внешнюю браваду и нескончаемые споры, проскальзывает нечто настоящее, неуловимая нить взаимопонимания и, возможно, даже заботы. — Что? — едва слышно спрашивает Тор, после того как эта… неожиданная информация улеглась у него в голове. Он смотрел на брата, но видел лишь размытые очертания, потому что весь его мир, такой привычный и понятный, вдруг дал трещину. — Но, к счастью, это гипотетически, — добавил Локи, пожав плечами, словно и сам не понимал, почему произнес это вслух. Тор не мог отвести взгляда от Локи. Слова брата, такие простые и одновременно такие сложные, эхом отдавались в его сознании, разрушая привычные стены недоверия и соперничества. — Очень обнадёживает, — Тор тихо, почти смущенно фыркает и легко толкает его в плечо. Он всегда знал, что Локи не такой, каким кажется, что за маской хитрости и сарказма скрывается нечто иное, но никогда не мог предположить, что это «иное» может быть настолько глубоким. — Я стараюсь, — в такой же небрежной манере отвечает Локи, отряхивая свой плащ от невидимой соринки. Он знал, что сказал лишнее, что вырвалось из него то, что он так тщательно скрывал. Но в этот момент, глядя на растерянное лицо Тора, он почувствовал странное облегчение. Возможно, это было признание того, что даже в их вечной борьбе есть место для чего-то настоящего. Локи отворачивается первым. Как всегда. В другой раз они стоят слишком близко. Конечно, случайно. Тор просто наклоняется, чтобы лучше рассмотреть что-то на столе, и на мгновение их лица оказываются почти рядом. Слишком рядом. В этот момент время будто замедляется, и в воздухе повисает легкое напряжение, едва уловимое, но ощутимое. — Если бы ты сейчас меня поцеловал, я бы, возможно, даже не возражал, — говорит Локи, прежде чем успевает остановить себя. Он быстро отводит взгляд, словно осознав, что эта случайная близость значит чуть больше, чем просто случайность. — Ты снова за своё, — бросил он с легкой улыбкой, не уловив или проигнорировав ту самую «случайность», которая так взволновала Локи. — Я просто делаю допущение, — фыркает он, нервно поправляя манжеты. Взгляд скользит в сторону, чтобы не задерживаться слишком сильно на пухлых губах Тора, которые так и хотелось смять, облизать, попробовать на вкус. Его острые клыки почти сразу бы прокусили нежную кожу и Локи на даже мгновение ощущает солоноватый вкус крови на языке. — Плохие, — перебивает его мысли Тор и как нарочно проводит пальцами по своей бороде совсем рядом с коралловыми устами. Сердце Локи на мгновение замирает. — Согласен, — говорит он сквозь зубы и отводит взгляд. Когда риск инфаркта отступает Локи усмехается и уходит, словно ничего не было. Проблема появляется тогда, когда он начинает делать это чаще. Слишком часто, чтобы это оставалось просто шуткой. И Слишком… точно. Слишком личные замечания. — Не переживай, ты не в моём вкусе, — бросает он однажды, проходя мимо. — Слишком… ты, — добавляет он небрежно, словно это давно изученный факт. — Благодарю, — Тор закатил глаза, но в этом жесте не было раздражения — скорее привычная, почти тёплая реакция. Уголок губ всё-таки дрогнул, выдавая едва заметную усмешку. — Всегда пожалуйста, — откликнулся в ответ, чуть мягче, чем требовала формальность, позволяя паузе между словами прозвучать как что-то большее, чем просто вежливость. — Подожди, — вдруг хмурится Тор. — Это вообще было оскорбление или… — но Локи уже исчезает за поворотом, как всегда. Каждый раз одно и то же. Лёгкий тон, слишком быстрый взгляд, а затем отступление. Как будто он сказал слишком много. Как будто сказал… правду. Тор всегда смеётся. Иногда с недоумением. Иногда просто потому что это звучит странно. Но не больше. Он воспринимает поверхностно это буквально, не задумываясь. Позже, уже в Мидгарде, он пересказывает это с той же лёгкостью. Тони Старк слушает его, опираясь на стол, с выражением человека, который уже догадывается, к чему всё идёт. . — Он сказал, что умер бы ради меня, — задумчиво произносит Тор, глядя куда-то поверх плеча Тони, словно прокручивая разговор заново. Его голос звучит почти спокойно, но в нём есть тень недоумения. — А потом добавил, что это гипотетически. — Угу, — тянет Тони, но в голосе уже появляется интерес. Он, развалившийся в кресле, лениво поднимает бровь и поворачивает голову в его сторону. — И ещё… — Тор хмурится, морща лоб и явно стараясь ничего не упустить. Он проводит рукой по затылку. — Что не возражал бы, если бы я его поцеловал. — Он серьёзно это сказал? — Тони резко выпрямляется, будто кто-то дёрнул его за невидимую нить. Его бровь изгибается сильнее, взгляд становится острым. — Да, — без колебаний отвечает Тор, встречая его взгляд с привычной прямотой. — Но он шутил, — он пожимает плечами, словно уже давно привык к подобному и это стало чем-то обыденным в его жизни. — Конечно, шутил, — медленно произносит Старк, растягивая слова и не отводя взгляда. Тони смотрит на него очень внимательно, будто пытается разобрать сказанное по частям и найти в нём подвох. — Именно, — уверенно кивает Тор, словно вопрос уже закрыт. — Потому что люди обычно шутят про такие вещи, — продолжает Тони всё тем же тоном, в котором уже сквозит сарказм. Он откидывается назад, но напряжение никуда не девается. — Регулярно. Без причины. — Да, — Тор снова кивает, абсолютно серьёзно принимая это за чистую монету. Тони делает вдох, будто собирается что-то сказать. Его пальцы чуть сжимаются на подлокотнике. Он открывает рот. Закрывает. — Я… даже не буду сейчас это трогать, — он отводит взгляд в сторону, сжимая губы. — Что? — искренне не понимает Тор, слегка наклоняя голову. — Ничего, — отмахивается Тони, всё ещё глядя куда-то в сторону, будто там безопаснее. — Локи просто иногда говорит странные вещи, — Тор пожимает плечами, не видя в этом ничего странного. — Ага, — тихо отвечает Тони, возвращая взгляд на него. В его глазах мелькает что-то сложное, трудно читаемое. — Очень странные. Где-то в это время Локи делает ещё одну такую же «шутку». Он снова смеётся и снова уходит первым. С каждым разом это становится всё легче произносить и всё тяжелее слышать, как над этим смеются. С какого-то момента это перестаёт быть… игрой. Никто не может сказать, когда именно, но в какой-то момент лёгкость в его словах уходит. Тор говорит что-то, как обычно, уверенно, открыто, не задумываясь о том, как его слова звучат для других. Локи стоит чуть в стороне, слушает. Он не перебивает, не язвит и это уже странно. Тор замечает это краем сознания, но не придаёт особого значения. — Ты даже не заметишь, если я буду рядом всю жизнь, — вдруг говорит Локи. Без обычной ленивой насмешки. Без полуулыбки, за которой можно спрятаться. Без подготовки. Он просто… говорит. И слова звучат тихо, почти ровно, но в этой ровности есть что-то опасное, как гладкая поверхность воды, под которой скрывается глубина. — Ты всегда рядом, — Тор говорит спокойно, прямо, искренне, даже с лёгким удивлением, как будто это очевидно. Он поворачивается к нему с лёгкой задержкой, как будто не ожидая ничего важного от этой простой фразы. Именно поэтому это бьёт. Локи смотрит на него дольше, чем обычно. Его взгляд становится внимательным и цепким. Будто он пытается разобрать Тора на части, найти в его словах скрытый смысл, второе дно, хоть что-то. Секунда. Две. Три… Тишина растягивается. Как будто он ждёт продолжения. Ждёт, что Тор сейчас добавит что-то ещё. Что-то, что исправит сказанное. Что-то, что покажет, что он понял. Но ничего не происходит. Тор просто стоит, смотрит на него. Спокойно, уверенно, не видя проблемы. — Да. Именно, — тихо говорит Локи. Он не улыбается, даже уголки губ не двигаются, как раньше. Он не добавляет ни одного слова, хотя обычно не упускает такой возможности. Не уводит разговор в шутку. Не смягчает. Не спасает. Впервые, оставляет всё как есть. Сырым и неприкрытым. Локи отворачивается. Движение резкое, почти механическое, будто он заранее решил, что так будет лучше. Он уходит без объяснений, без иллюзий, без комментариев, без привычного «это было смешно». Шаги звучат чётко, сухо и слишком быстро затихают. Тор остаётся стоять на месте в одиночку. Он медленно, почти незаметно хмурится. Что-то… не так. Фраза крутится в голове, возвращается, цепляется. Слишком тонко для простой шутки. — Подожди… — тихо говорит он в пустоту, делая полшага вперёд, словно только сейчас догоняя ситуацию. Но Локи уже и след простыл. Впервые это ощущается заметно. Пустота после него не просто тихая. Она… ощутимая, тяжёлая. После этого всё меняется. Не резко, но ощутимо. Как если бы кто-то слегка сдвинул что-то важное и теперь всё стоит не на своих местах. Локи всё ещё шутит. Конечно. Он не может иначе. Но теперь в его словах слишком много смысла, слишком мало защиты. Шутки звучат точнее, жёстче. Будто он больше не пытается их смягчить. — Если я однажды исчезну, — бросает он в другой день, не глядя на Тора, будто между делом. — Ты заметишь? — Локи поднимает бровь, хоть в этом и не было необходимости, они не смотрели друг на друга. — Почему ты продолжаешь говорить такие вещи? — Тор раздражённо выдыхает, проводя рукой по лицу. В его голосе больше усталости, чем злости. — Какие? — Локи даже не оборачивается. Или точнее не хочет. — Странные, — вырывается у Тора. Локи чуть склоняет голову, словно пробует это слово на вкус. — Я думал, тебе нравятся мои шутки, — говорит он вполголоса, словно до глубины души раненый безразличием брата. — Они были смешнее, — слова вылетают быстрее, чем Тор успевает их остановить и в ту же секунду он понимает что-то не так. Но уже поздно. — Я учту, — Локи улыбается, почти привычно, но улыбка держится слишком аккуратно. Слишком ровно. Как маска, надетая на автомате. Он разворачивается. Слишком быстро. Слишком легко. Как будто заранее готов к этому исходу. Дверь закрывается тише, чем раньше. Локи снова исчезает, а Тор просто стоит и слушает, как шаги в коридоре затихают. Только потом что-то в его голове начинает складываться. Как будто правда сама не хочет, чтобы её заметили. Тор начинает замечать. Паузы стали длиннее, взгляды тяжелее, ходы слишком частыми и самое странное эти «шутки» больше не звучат как шутки. Они звучат как… попытки сказать что-то другое. Что-то, что он не улавливает. Или не хочет. «Я бы ради тебя умер.» «Если бы ты поцеловал меня…» «Ты даже не заметишь, если я буду рядом всю жизнь.» «Если я исчезну, ты заметишь?» — Он ни разу не сказал, что это неправда, — Тор хмурится чуть сильнее обычного. Слова Локи обычно звучат тихо, но внутри слишком громко. И в этот момент его накрывает. Осознание приходит не как мощный удар, как тяжесть, которая вдруг становится ощутимой. Все эти «шутки». Все эти взгляды. Все эти паузы. Он… не смеялся над ними. Он смеялся мимо. — Чёрт… — Тор резко разворачивается и буквально бежит на поиски брата. Но находит его не сразу. Не потому что Локи прячется, нет. Он просто… оказывается там, где никто не мешает. У самого края площадки, где ветер свободно гуляет, цепляясь за плащ и пряди волос. Стоит, чуть наклонившись вперёд, глядя куда-то вдаль, туда, где горизонт растворяется в сером небе. Спокойный, собранный, снова тот самый, непроницаемый. — Ты не шутил, — говорит Тор, останавливаясь позади. Голос чуть сбит дыханием, потому что он шёл быстрее, чем хотел показать. — Я всегда шучу, — отвечает Локи ровно. Он даже не оборачивается. Только едва заметно приподнимает подбородок, как будто услышал что-то ожидаемое. — Нет, — слово простое, но именно оно что-то ломает. Локи медленно поворачивает голову. Движение ленивое, но взгляд цепкий, внимательный. — Это новая версия тебя? — тихо спрашивает он, прищурившись. — Та, которая внезапно понимает очевидное? — Я серьёзно. — Как редко, — Лёгкая тень усмешки касается его губ. — Локи… — Что? — резко обрывает он, поворачиваясь уже полностью. В голосе появляется острота. — Ты наконец решил разобрать мои «странные фразы» по частям? — Они не были просто шутками, — Тор делает шаг ближе. Камень под ногами глухо отзывается. — Конечно были, — огрызается Локи, но брат больше не смеётся, не даёт разговору скатиться в привычную игру. Локи смотрит на него и в его взгляде проступает то, что он обычно прячет глубже всего. Раздражение, защита и что-то… болезненно уязвимое. — И что ты хочешь от меня услышать? — тихо спрашивает он. Голос уже не режет ядом, скорее сквозит усталостью. — Правду, — коротко отзывается Тор. На губах появляется почти горькая улыбка. — Ты уже слышал правду, — Локи опускает взгляд на мгновение, словно собираясь с мыслями. — Ты просто решил, что это было смешно, — тишина сгущается между ними и на этот раз Тор не отвечает сразу, потому что это правда. — Тогда скажи ещё раз, — он делает ещё шаг, сокращая расстояние почти до привычно опасного. Останавливается ближе, чем обычно. — Нет, — Локи качает головой. Резко, будто отбрасывает саму мысль. — В этот раз ты поймёшь, — Локи отводит взгляд, сжимает пальцы на краю рукава. Это страшнее всего. Эта трещина, расползающаяся под кожей происходящего. Как стекло, которое слишком долго держалось. Локи отворачивается первым. Конечно. — Это была ошибка, — говорит он спокойно, почти холодно. — Давай сделаем вид, что ты снова ничего не понял, и на этом закончим. — Нет, — одно слово. Твёрдое. Непривычное. Но такое значимое. Локи замирает. Почти незаметно, но плечи на секунду напрягаются и он медленно поворачивает голову. — Я не буду делать вид. — Как удобно, — вот теперь в его взгляде вспыхивает острое, защитное раздражение. — Ты столько времени игнорировал очевидное, а теперь решил сыграть в откровенность? — Я не игнорировал… — Ты смеялся, — перебивает Локи резко. Слишком быстро. Слишком точно. — Потому что думал, что это шутки! — напряжение становится почти ощутимым. — Именно, — Локи делает шаг назад. Почти инстинктивно, как будто пытается вернуть дистанцию, восстановить контроль. — Это было удобно, знаешь ли? — говорит он тише, но каждое слово отзывается чётко. — Говорить правду и не нести за неё ответственности, — он проводит языком по губам, будто собирая слова. — Я мог сказать всё. Абсолютно всё. И это ничего не значило. Потому что это же «Локи». Это же «шутка», — он коротко усмехается. — Удивительно удобная позиция, — Тор делает шаг вперёд. — Локи… — Ты всё равно не верил, — тихо добавляет он и отворачивается слишком резко, будто не хочет видеть его лицо сейчас. — Ты всё равно не замечал, — он быстро проводит рукой по лицу, как будто просто устал. Как будто ничего не произошло. Как будто не было этого сбитого вдоха. — Потому что ты не понял, — устало говорит он. Тор молчит, но теперь потому что выбирает слова. Пауза тянется дольше чем нужно. — Я понял сейчас, — тишина ложится между ними тяжело и в ней что-то меняется. Локи смотрит на него дольше, словно проверяет. Словно ждёт подвоха. — Но это не значит, что это не было важно для меня, — Тор делает шаг вперёд, сокращает расстояние до минимума. Он отрезает путь, не даёт уйти. — Скажи ещё раз. — Я же шучу. Я… — Локи автоматически усмехается, почти по привычке. Пауза тянется слишком долго. Локи открывает рот, закрывает. Пытается и не может. Слова без защиты не складываются. Он просто… не умеет. Тишина. Тогда Тор больше не ждёт. Он хватает Локи за запястье, тянет к себе, не грубо, но решительно, и целует. Прямо, без паузы, без возможности отступить. Локи замирает. На секунду. На две. Пальцы на его плечах сначала напрягаются, а потом медленно расслабляются. Тепло чужих шершавых губ окутывает его. Он так давно хотел почувствовать их вкус и теперь… они не такие как он себе представлял. Не такие мягкие, но такие же сладкие и горячие Когда Тор отстраняется, он остаётся близко. Слишком. Дыхание чуть сбито и Локи буквально пытается захватить его, дышать с ним одним воздухом. — Ты плохо шутишь, — тихо говорит Тор. — Но я всё равно слушаю, — добавляет он с мягкой улыбкой и притягивает брата ближе, без колебаний, как будто теперь не отпустит. Локи смотрит на него растерянно и теперь теплее. На этот раз не отворачивается, не убегает, остаётся, а Тор не отпускает. Руки соскальзывают ниже, уверенно, почти не думая, и он поднимает Локи. Тот рефлекторно обхватывает его бёдра, пальцы сильнее сжимают плечи. — Ты… — начинает Локи, но голос подводит. Слишком близко. Слишком надёжно. — Ты мой, — тихо говорит Тор и мягко касается его груди лбом, почти неожиданно. — И я тоже… люблю тебя, брат, — Локи застывает. Слово режет слух, но не отталкивает. Он смотрит на него глубже, чем раньше и на этот раз не прячется. — Ты всё ещё ужасно флиртуешь, — шепчет он, почти касаясь губ, но не отстраняется. Совсем. И это ответ.