Блич: Ледяной Трон

Глава 18

Как только Тоширо и его спутники покинули кабинет, старик-директор немедленно сел за стол и написал два письма. Одно предназначалось клану Уцуномия — в нем он жестко обозначил свою позицию. Второе было адресовано Главнокомандующему Ямамото, с просьбой оказать поддержку в этом щекотливом деле. Строго говоря, Академия духовных искусств и Готей 13 не находились в прямом подчинении друг у друга. Однако, учитывая, что основателем Академии был сам Ямамото Генрюсай Шигекуни, а подавляющее большинство выпускников пополняло ряды Готея 13, отношения между этими двумя структурами всегда оставались исключительно тесными. 1-й отряд, дежурная комната. Дверь небрежно распахнулась, и внутрь вошел капитан 8-го отряда Кёраку Шунсуй — мужчина с каштановыми волосами, собранными в хвост, в неизменной соломенной шляпе и накинутом поверх капитанского хаори розовом женском кимоно. — Йо, Яма-джи! Вызывал? — с ленивой улыбкой протянул он. — Прочти это, — Главнокомандующий Ямамото протянул ему письмо. Кёраку взял послание, внимательно пробежался по нему глазами и задумчиво произнес: — Вот оно как... Значит, тот самый гений из Академии повздорил с отпрыском клана Уцуномия. Но я-то здесь при чем? — внезапно у него появилось очень нехорошее предчувствие. — В последнее время эти аристократы позволяют себе слишком многое. Я хочу, чтобы ты нанес визит в поместье Уцуномия и ясно дал им понять мою позицию: этот инцидент должен быть исчерпан здесь и сейчас, — пояснил Ямамото, мимоходом бросив камень в огород всей знати. — Яма-джи, я, вообще-то, тоже аристократ, — обреченно вздохнул Кёраку. — К тому же, почему бы тебе не послать кого-нибудь другого? Уверен, ради тебя они в любом случае пойдут на уступки. — Именно потому, что ты аристократ, я и посылаю тебя. Как представителям Высшей аристократии, вам будет гораздо проще найти общий язык. Хватит отлынивать, ступай немедленно, — непререкаемым тоном велел Главнокомандующий. — Ладно-ладно, уже иду, — без всякого энтузиазма отозвался Кёраку Шунсуй. Ямамото Генрюсай достал из стола небольшую книжицу, подозрительно напоминающую гроссбух, и, прищурившись, добавил: — Возьми это. Если они заупрямятся, просто покажи им. Кёраку взял книжку, заглянул внутрь, и его лицо мгновенно стало серьезным. — Я все понял. … В роскошном, величественном поместье с изысканной архитектурой. Мрачный старик с хищными чертами лица в ярости разорвал письмо в клочья и швырнул обрывки на пол. Этим стариком был не кто иной, как глава клана Уцуномия — Уцуномия Нобутака. А письмо, соответственно, пришло от директора Академии духовных искусств. В послании подробно описывалась стычка между Ёшиаки и Тоширо, сообщалось о решении немедленно исключить Уцуномию Ёшиаки из Академии, а также содержался настоятельный совет клану Уцуномия не раздувать скандал и оставить все как есть. Откровенно говоря, судьба Ёшиаки волновала старика меньше всего. В глубине души он даже злорадствовал: этот сопляк был внуком его младшего брата, и чем больших успехов он добивался, тем сильнее угрожал положению правящей ветви семьи. Но как бы там ни было, Ёшиаки носил фамилию Уцуномия. Спустить подобное оскорбление на тормозах означало бы нанести непоправимый удар по репутации всего клана. — Стража! — рявкнул Уцуномия Нобутака. — Слушаю, господин, — в комнату бесшумно скользнул слуга. — Отнеси это письмо Кумои из клана Касумиодзи. Посмотрим, что он на это скажет, — приказал глава клана, быстро набросав послание и протянув его подчиненному. Хоть они и принадлежали к Высшей аристократии, на деле их влияние и сила меркли по сравнению с такими гигантами, как кланы Кучики или Шихоин. Во всем клане Уцуномия лишь сам Нобутака обладал Рейацу уровня лейтенанта. Да и то, из-за преклонного возраста его силы давно пошли на спад, так что он вряд ли смог бы выстоять в бою против Хицугаи Тоширо. Единственным способом уничтожить этого мальчишку было задействовать Совет 46. Но Совет не принадлежал одному лишь клану Уцуномия, поэтому ему требовалась поддержка союзников — клана Касумиодзи, чтобы провернуть это дельце. Поскольку их поместья находились по соседству, слуга вернулся довольно быстро. — Господин, Кумои-сан передал, что в последнее время у клана Касумиодзи хватает своих забот, и у них нет времени вмешиваться в это дело, — доложил посыльный. — Проклятье! Этот Кумои — всего лишь жалкий пес, и он смеет отказывать мне?! — в бешенстве прошипел Уцуномия Нобутака. Кумои действительно был лишь слугой клана Касумиодзи. Однако после смерти предыдущего главы законная наследница, Касумиодзи Луричиё, была еще слишком мала, и вся реальная власть сосредоточилась в руках этого интригана. — Господин, к вам прибыл капитан 8-го отряда, Кёраку Шунсуй-сама, — внезапно доложил другой слуга, появившийся в дверях. — Проси, — нахмурился Нобутака. — Яре-яре, сколько лет, сколько зим, глава Уцуномия, — с добродушной улыбкой вошел в комнату Кёраку Шунсуй. — Рад встрече, Кёраку-тайчо. Чему обязан столь неожиданному визиту? — без лишних предисловий перешел к делу хозяин дома. — Вы, как всегда, прямолинейны. Что ж, не буду ходить вокруг да около. Полагаю, вы уже в курсе инцидента с Уцуномией Ёшиаки. Так вот, Яма-джи передает, что на этом инцидент должен быть исчерпан, — произнес Кёраку, поправляя соломенную шляпу. — Что?! — брови Уцуномии Нобутаки сошлись на переносице. Слова Главнокомандующего Ямамото имели куда больший вес, чем писульки какого-то директора Академии. Основатель Готея 13, человек, в чьих руках сосредоточена величайшая военная мощь Общества душ, гарант безопасности всего Сейрейтея — влияние Ямамото Генрюсая было поистине безграничным и не шло ни в какое сравнение с авторитетом любого другого шинигами. Лишь объединенная воля Совета 46 могла заставить его отступить. И хотя Главнокомандующий не имел права нарушать прямые приказы Совета, мудрецы никогда бы не пошли на открытый конфликт с ним из-за такой ничтожной мелочи. Да и, по правде говоря, в этой ситуации клан Уцуномия был кругом неправ. Шестеренки в голове Уцуномии Нобутаки бешено вращались, а выражение его лица менялось каждую секунду. — Думаю, вам стоит взглянуть на это, — видя, что глава клана колеблется, Кёраку достал ту самую книжицу, которую ему передал Ямамото. Едва Нобутака открыл ее, как его лицо мертвенно побледнело. — К тому же, от лица клана Кёраку, я также настоятельно рекомендую вам забыть об этом недоразумении, — веско добавил капитан 8-го отряда. Лицо Уцуномии Нобутаки исказилось от бессильной злобы, но в конце концов он тяжело вздохнул: — Я вас понял. На этом и закончим. Если у вас больше нет ко мне дел, Кёраку-тайчо, прошу вас покинуть мой дом. — В таком случае, откланиваюсь, — миссия была выполнена, и Кёраку не видел смысла задерживаться там, где ему были явно не рады. В той маленькой книжице, которую Кёраку показал Нобутаке, был собран подробный компромат на все грязные делишки клана Уцуномия. Ямамото Генрюсай до поры до времени закрывал на это глаза, поскольку, несмотря на многочисленные мелкие прегрешения, клан Уцуномия не совершал ничего, что тянуло бы на государственную измену. Одних этих записей было недостаточно, чтобы полностью стереть их род с лица земли. Однако, если бы Главнокомандующий решил дать этому делу официальный ход, клану Уцуномия пришлось бы очень и очень несладко.