Клубничный торт

Ёсан и Уён были лучшими друзьями с детства. Уён всегда был гиперактивным, а Ёсан — спокойным. Ёсан очень любил клубничный торт, и Уён всегда покупал его ему. А Уён любит чмокать Ёсана в щёку, обнимать его и постоянно твердить, что Ёсан — его личная батарейка. Однажды Ёсан остался у Уёна на ночёвку. Они смотрели фильм, ели чипсы, попкорн и, конечно же, клубничный торт. Уён специально купил два куска, но в итоге отдал свой Ёсану — просто потому что тот смотрел на торт слишком счастливыми глазами. И когда они собирались ложиться спать, Ёсан вдруг грустно сказал: — Уён-а… — М? — Я уезжаю в другую страну. — Что?! — Уён вскочил с кровати, раскидав попкорн. — Ёсан, не шути так. — Я не шучу. — В смысле… Когда? Зачем? На сколько? — Тише. Через неделю. На два года. Я не могу сказать зачем… Прости. — Ёсан, а как же я? — голос Уёна дрогнул, он вцепился в край футболки Ёсана. — Прости, пожалуйста, Уён. У Уёна потекли слёзы. Он попытался отвернуться, чтобы Ёсан не видел, но ничего не вышло. Ёсан обнял его и тихо прошептал: — Я вернусь. Честно. Через неделю Ёсан уехал в другую страну. Уён каждый день заходил в их любимую кондитерскую, но клубничный торт теперь казался ему пресным. А через год Уён потерял номер Ёсана. Он искал его везде: в старых телефонах, в ящиках стола, даже в стиральной машине — но безрезультатно. А через два года Ёсан вернулся. Уён не знал, что он вернулся, и узнал только через два месяца от общей знакомой, которая случайно увидела Ёсана возле парка. Ёсан сидел на скамейке возле кондитерской и ел клубничный торт. Он задумчиво смотрел в одну точку и не сразу понял, что кто-то стоит рядом. — Ёсан? Ёсан обернулся и увидел Уёна. На секунду его лицо стало растерянным, будто он не верил своим глазам. — Уён, — сказал он и улыбнулся своей мягкой улыбкой. Внутри всё оборвалось, но он постарался не показывать, как сильно скучал. Уён побежал к Ёсану и обнял его так крепко, что у того перехватило дыхание. — Уёни, ты меня задушишь. — Задушу! — сквозь смех и слёзы выдохнул Уён. Уён зарыдал. Он не мог остановиться, хотя очень старался. — Уён, почему ты мне не писал? — Прости, солнце. Я потерял твой номер. Прости. Я пытался найти тебя в соцсетях, но ты исчез везде. Я думал… я думал, что ты не хочешь меня больше знать. — Ладно, я тебя прощаю, — тихо сказал Ёсан и провёл ладонью по волосам Уёна. — Но больше не теряй. — Ёсан, пошли домой. — Пошли. Уён взял Ёсана за руку, крепко, вцепившись пальцами, и они направились домой. Они не говорили ни слова, но это молчание было лучше любых объяснений. Они шли медленно. Уён не отпускал руку Ёсана, словно боялся, что тот снова исчезнет. Ёсан молчал, но его пальцы слегка сжимали ладонь друга в ответ. — Ты стал тише, — наконец сказал Уён, косясь на него. — Раньше ты хотя бы вздыхал. А теперь просто идёшь и молчишь. Как статуя. Но всё ещё пахнешь клубникой. Ёсан тихо рассмеялся. — А ты всё такой же громкий. — Это я от счастья громкий! — Уён шмыгнул носом и вдруг остановился посреди тротуара. — Ёсан, ты только представь: два года, два месяца, одна скамейка и клубничный торт. Я мог бы пройти мимо. А если бы я прошёл мимо? — Но ты не прошёл. — А если бы проехал на автобусе? А если бы… — Уён, — мягко перебил Ёсан и посмотрел ему прямо в глаза. — Ты всегда меня находишь. Даже когда я теряюсь сам. Уён замер. Потом резко выдохнул и снова обнял Ёсана, уткнувшись лицом ему в плечо. — Больше никогда не теряйся, понял? Ни в другой стране, ни в своём молчании. И пиши свой номер на моей руке. На обеих руках. И на ноге. И в блокноте. И на потолке. — На потолке? — Ёсан улыбнулся. — На потолке, под потолком, в холодильнике и в торте. Я серьёзно. Ёсан вздохнул, но в его взгляде уже не было грусти. Только светлая усталость и что-то очень тёплое. — Хорошо, — сказал он. — Я никуда не денусь. — Обещаешь? — Обещаю. Уён шумно вытер щёку о воротник куртки Ёсана, взял его за руку снова и потянул вперёд. — Тогда пошли домой. Я куплю тебе ещё один торт. Самый большой. И чмоку в щёку сто раз. Или тысячу. Иди сюда. — Уён, мы только что отошли от кондитерской… — Ничего, значит, вернёмся! И они развернулись. Потому что Уён никогда не отступал от своих планов, особенно если эти планы включали торт и улыбку Ёсана.