88. Разговор с Дорианом и Быком
20 мая 2026 г., 21:38
Точка зрения Фенлин
Тяжело вздохнув, представив объём предстоящей работы, я подняла лицо, приглашая к поцелую. Нежное касание его губ стало утешением, как и мягкие движения его руки, гладящей мою щёку.
— Я пойду поговорю с Дорианом, а потом обещала встретиться с Быком… у него есть дело, которое он хочет обсудить. Мы всё ещё в силе на ужин?
Солас поцеловал меня в лоб, и от таких мелочей я всегда мгновенно таю, превращаясь в мягкий воск.
— Да, — ответил он, прижимаясь губами к моему лбу, и лишь потом отпустил.
Легонько похлопав его по груди, я направилась к ступеням, ведущим в библиотеку, где, как я знала, найду Дориана. Мне совсем не улыбалось сообщать ему, что его отец хочет встречи. Поднявшись на последнюю ступень, я увидела, как он устроился в углу с книгой, и подошла ближе. Он оторвался от чтения и, заметив меня, улыбнулся.
— Фенлин, моя вторая любовь, ты выглядишь просто сногсшибательно. А я должен знать, ведь я сам выгляжу великолепно в любое время.
Рассмеявшись, я подошла и плюхнулась на пол рядом с ним.
— Дориан… есть кое-что, что я должна тебе сказать, — выдохнула я, и он тут же закрыл книгу, уделяя мне всё внимание.
— Пришло письмо, которое касается тебя, — продолжила я, колеблясь.
Он удивлённо вскинул бровь.
— Письмо? От кого? От какой-нибудь антиванской вдовушки, жаждущей моей руки? — пошутил он.
Чёрт возьми, как бы я хотела, чтобы это было именно так — хоть посмеялись бы вдоволь.
— Нет, от твоего отца, — наконец ответила я, глядя на него.
Его серые глаза мгновенно покрылись льдом при упоминании отца.
— Покажи мне это письмо, — потребовал он.
Я достала его из кармана и протянула ему. Дориан тут же вскрыл конверт и пробежался по строкам. Я увидела, как напряглось всё его тело, когда он наконец оторвал взгляд от пергамента.
— «Я знаю своего сына!» — саркастически передёрнул он, яростно тряся листом. В его тоне звенела ярость. — То, что мой отец знает обо мне, едва ли заполнит напёрсток. Как это типично для него.
Он встал и начал нервно шагать перед книжным шкафом.
— Готов поспорить, этот так называемый «семейный поверенный» — просто головорез, нанятый, чтобы стукнуть меня по голове и волоком притащить обратно в Тевинтер.
Я наблюдала, как он мечется по комнате, и мне так хотелось смягчить удар. Я знала, что радости это ему не принесёт. Поднявшись с пола, я провела ладонью по лицу.
— Ты правда думаешь, что твой отец способен на такое?
Сказанное вслух звучало дико, и Дориан на мгновение бросил на меня взгляд. Он остановился, наконец посмотрел на меня и провёл рукой по волосам, выдавая злость и раздражение.
— Нет, хотя я бы не удивился, — ответил он с кривой усмешкой. — Ладно, пошли. Встретимся с этим «представителем семьи». Если это ловушка, мы сбежим и перережем им глотки. Ты в этом весьма преуспела, — сказал он, складывая письмо. — Если же нет, я отправлю человека обратно к отцу с сообщением, что он может засунуть свои тревоги куда подальше.
Я прекрасно понимала его горечь по отношению к родителям, да и сама не была с ними в ладу.
— Почему между вами такая вражда, Дориан? Ты никогда не рассказывал, что случилось.
Его взгляд оставался спокойным, когда он безрадостно рассмеялся.
— Интересный выбор слов, моя дорогая. Мы ведь никогда не вдавались в причины, не так ли? Они не одобряют моих решений, как и я — их.
— Каких решений? Отъезда из Тевинтера?
— И это тоже, — ответил он.
Я покачала головой. Я уже видела, что он не собирается обсуждать это.
— Хорошо, встретимся с этим поверенным и посмотрим, всё ли честно или это ловушка.
Дориан поцеловал меня в щеку, и я проводила его взглядом, пока он направлялся в свою комнату. Тяжело вздохнув, я спустилась по лестнице и направилась в таверну, чтобы встретиться с Быком. Я уже предчувствовала, что этот день стремительно превращается в грандиозный бардак, и мне прямо сейчас не помешало бы пиво.
***
Покинув главный зал, я нашла Быка и Крэма, отрабатывающих приёмы неподалёку от Кассандры, и направилась к ним, слыша, как Бык подбадривает Крэма: — Давай, Крэм! Я тут задницу рву, пытаясь вбить тебе этот приём. Крэм вытер пот со лба и сверкнул на него взглядом. — А зад у тебя ещё целый, Шеф, — парировал он, прежде чем заметить меня. — Эм, Ваша Светлость, — смущённо добавил он. Я покачала головой, наконец дойдя до них, и скрестила руки на груди. — Сколько раз мне придётся просить тебя перестать называть меня так, Крэм? Крэмпокраснел и кивнул, а Бык рассмеялся. — Рад, что ты зашла. Я получил письмо от своих контактов в Бен-Хассрат, уже перепроверил у Рыжей. Я не смогла скрыть удивления от того, что он говорит так открыто при Крэме, но тут же вспомнила: Крэм уже знал о связи Быка с Бен-Хассрат. — Хорошо, что там было в этом письме, раз оно заставило тебя выволочь своего зама на тренировку? — пошутила я, заметив понимающую ухмылку Крэма. — Бен-Хассрат ознакомились с моими отчётами. Им не нравится этот Корифей и его венатори, и совсем не нравится красный лириум. Они готовы работать с нами, с тобой, Босс. Кунари и Инквизиция объединяют силы. Моя бровь поползла вверх от такого предложения. Я знала, что Бык считывает мой скепсис, ведь он уже миллион раз говорил, что я совершенно не умею скрывать эмоции. — Впервые слышу подобное предложение. И я бы поверила в его честность, если бы... Но не верю. Он понимающе улыбнулся и кивнул своей огромной головой. — Обычно так и следовало бы поступить, но они раскрыли себя. Это не игра против тебя. Я всё ещё скептически относилась к идее союза с кунари, но решила выслушать Быка. Он бы не принёс это мне, если бы думал, что это ловушка. По крайней мере, сейчас я хочу верить своему другу из Бен-Хассрат. Я буду доверять ему, пока он не даст повода усомниться. — Они обнаружили крупную операцию по контрабанде красного лириума на побережье. Крэм принял стойку, готовясь принять удар щита Быка, и напрягся. — Они хотят ударить вместе. Говорили о том, чтобы привести один из своих дредноутов. Всегда мечтал увидеть такой большой военный корабль в деле, — сказал Крэм как раз в момент, когда Бык врезался в него, отшвырнув на пять шагов назад. Бык с раздражением покачал головой. — Заметил? — бросил он, роняя щит на землю и указывая на таверну. — Иди принеси воды. Я наблюдала, как Крэм закинул щит на спину и пошёл к таверне, потирая руку, пока голос Быка не вернул моё внимание. — Они боятся спугнуть контрабандистов, поэтому никаких армий. Мои Боевые Быки, ты, я и, может, пара бойцов прикрытия. Почему такая малая группа? Тут что-то не сходится. — Что этот союз даст нам на деле, Бык? — Они не стали бы использовать слово «союз», если бы не имели его в виду. Что это даст Инквизиции? Морская мощь, больше отчётов от Бен-Хассрат, воины-кунари, направленные против венатори… это может принести много пользы. На лице крупного мужчины мелькнуло мгновение неуверенности. Это было красноречивым знаком: Бык никогда не показывает сомнений, если только всё не просчитано заранее. Что-то не так. — Ты не выглядишь уж слишком воодушевлённым, — сказала я, встречаясь с ним единственным глазом. Он тяжело выдохнул и улыбнулся. — Нет… я в порядке, — начал он неуверенно, а затем потёр затылок. — Кого я обманываю? Не буду грузить тебя ерундой, босс. Я привык, что они там, вдали. Прошло немало времени. Я похлопала его по руке, понимая, что его нервирует, и кивнула. — Ладно, Бык. Думаю, Инквизиции не помешает помощь кунари. — Отлично. Я передам Каллену и Рыжей информацию о следующей поставке красного лириума и организую встречу. Кивнув в знак согласия, я направилась обратно в крепость, решив, что сейчас самое время заняться бумагами, пока кто-то другой не придумал для меня дело. Я и так разрывалась на части, и мечтала лишь об одном — чтобы меня никто не трогал.***
Разбирая корреспонденцию от императрицы Селины, я оторвалась от письма при тихом стуке в дверь. Отбросив волосы с лица, я быстро спустилась по лестнице, чтобы открыть, будучи уверенной, что это одна из кухарок с нашим ужином. Открыв дверь, я увидела Ариану с подносом и скрыла понимающую улыбку. Я совсем не винила девушку за её симпатию, Солас притягивал, как магнит. — Господин Солас попросил доставить ужин вам сегодня вечером, Ваша Светлость. Господи, неужели так сложно запомнить, что я просила не вешать на меня эти чёртовы титулы? — Спасибо, Ариана, пахнет восхитительно, — ответила я вместо этого. Придержав дверь, она застенчиво улыбнулась мне и поднялась по ступеням, пока я шла следом. Она как раз ставила поднос на стол, когда я почувствовала касание ауры Соласа и услышала, как открылась дверь. Я поймала румянец Арианы, как только Солас поднялся на последнюю ступень, и прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться. На этот раз я видела, что мой волк начеку: он заметил мгновенный румянец, заливший лицо и уши девушки, и его взгляд метнулся ко мне. Его мгновенный дискомфорт от осознания чувств Арианы был абсолютно комичен. — Добрый вечер, Ариана, — вежливо сказал Солас, сохраняя спокойную маску, пока обходил её, направляясь ко мне. Голос Арианы слегка дрогнул от нервозности, и я знала, что он читает насмешку в моих глазах — ситуация и правда вышла комичной. — Д… Добрый вечер, господин Солас, — ответила она и быстро направилась к лестнице. Как только дверь закрылась, я не смогла удержать смех. — Видишь, я говорила, а ты не верил! — хлопнула я в ладоши. — Ха! — рассмеялась я, глядя, как он покачал головой. — А теперь иди сюда и поздоровайся со мной, красавчик, — сказала я, манящим жестом подзывая его пальцем. Он притянул меня в объятия. Мой пульс учащался, стоило ему слегка склонить голову перед поцелуем. Я погладила его по челюсти, слегка прикусив нижнюю губу и вызвав тихий стон, прежде чем он отстранился и поймал мой взгляд. Его ладонь легла на мою щёку, а большой палец соблазнительно скользнул по моей нижней губе, заставляя её приятно покалывать. — Я понял, что мне никогда не бывает тебя достаточно, — признался он. От его голоса по спине пробежали дразнящие мурашки. — Вот как? — игриво протянула я, наслаждаясь тем, как уголок его рта дёрнулся в кривоватой улыбке. — Это факт, — тихо прорычал он, вновь жадно приникая к моим губам. Он целовал так, что захватывало дух, и я не переставала поражаться, как мгновенно всё моё тело отзывалось на него. Пробуждалось каждое чувство, каждый нервный конец откликался покалыванием на прикосновение его губ. Он всегда уводил меня туда, где существовали лишь ощущения и калейдоскоп красок. Когда он наконец прервал поцелуй, я медленно открыла глаза. Мой большой палец медленно очерчивал круги на нежной коже его шеи, вторая рука покоилась у него на груди, прямо над сердцем. — Может, поужинаем, пока еда не остыла? — спросил он тихо. Его вопрос заставил меня улыбнуться. — Думаю, нам стоит. Остывшая рыба редко бывает вкусной.
