136. Морозная котловина
23 мая 2026 г., 19:47
Точка зрения Соласа
Солас прислонился к стене, наблюдая, как она заплетает волосы, готовясь к путешествию в Морозную котловину. Его взгляд следил за простыми движениями её пальцев, а в памяти снова всплывал их недавний спор. Они препирались часами, прежде чем она поставила его перед выбором: остаться в Скайхолде или отправиться с ней. Даже сейчас это заставляло его скрежетать зубами от её представления о «выборе». Это был не выбор — он бы никогда не позволил ей путешествовать без него. Его взгляд сузился, когда она пристёгивала кинжал Андруил к бедру. Ему не хотелось, чтобы она носила оружие, которое лишь напоминало о том, что произошло в тот день.
Он знал, почему она его носит, и мысль о том, что она столкнётся с Андруил сейчас, вызывала у него сильную тревогу. Фенлин была сильной, способной постоять за себя, но она также была его фалон'саота [спутницей жизни] и и'вар'линем [беременной]. Потёрв лицо, словно пытаясь стереть эти мысли, он выглянул в окно, в сторону Морозных гор, и постарался принять наступление утра.
— Итак, скажи мне, ты собираешься мрачнеть всю дорогу?
Её голос выдернул его из собственных мыслей, и он увидел, что она смотрит на него через отражение в зеркале. Её мягкие янтарные глаза притягивали его, пока он выдерживал её взгляд. Словно тёплый мёд, державший его в плену. Ощущение сладкого утопания в этом тепле заставило его сделать неглубокий вдох, чтобы совладать с нахлынувшими чувствами.
— Я не мрачнею. Я предаюсь внутренним размышлениям и созерцанию.
Он услышал её громкий вздох через всю комнату и заложил руки за спину. Уголки его губ дрогнули от её тихого стона при виде того, как он сменил позу.
— Митал, смилуйся, только не начинай этот спор снова, — сказала она, отворачиваясь от зеркала, чтобы посмотреть на него.
Его бровь поползла вверх, и он сделал успокаивающий вдох, желая, чтобы она прислушалась к разуму. Она могла быть такой упрямой, когда ей казалось, что он пытается контролировать её действия, хотя он лишь пытался уберечь её и их ребёнка. Он шагнул к ней, чувствуя, как её разочарование вибрирует через их связь.
— Я не желаю спорить с тобой, венан [моё сердце]. Я лишь хочу, чтобы ты обдумала опасность, которой себя подвергаешь.
Он увидел искру чего-то в её глазах, что дало ему вздох надежды, когда она посмотрела на него и кивнула. Её ладони прижались к его груди, и всё в ней успокаивало его этим нежным жестом. Возможно, она наконец прислушается к разуму.
— Я обдумываю опасность и признаю свои ограничения, Солас. Разве мы не можем найти компромисс? Я имею в виду, ты не можешь держать меня в заточении, а я не могу путешествовать и закрывать разрывы ещё долго. Так ты пойдёшь на уступки?
Он знал, что она говорит искренне и согласится на компромисс, если они смогут его найти. Он знал, что не сможет держать её в тени, но его потребность защищать её сидела слишком глубоко, и он не мог игнорировать её, как не мог перестать дышать.
— Что же ты предлагаешь, венан?
То, как она улыбалась ему снизу вверх, посылало языки пламенного желания, танцующие по его нервам, и он обвил её руками, притягивая ближе. Он наблюдал, как её изящные пальцы обернулись вокруг его кулона, пока она говорила, не отрывая от него взгляда.
— Что ж, скоро зима, и если понадобится, я всегда могу отправлять Быка и его «Боевых Быков» разбираться с ситуациями, если они возникнут. Моё предложение: закончить закрытие разрывов и выяснить, что венатори делают в котловине. Вернуться в Скайхолд и дождаться весны, когда родится наш ребёнок. Что думаешь?
Она посмотрела на него, и это было её способом пойти на компромисс. Солас задумался о том, как долго они пробудут в котловине. Ему не нравилось, что она будет на таком позднем сроке беременности в полевых условиях, но он согласился с её предложением. Другого варианта, кроме как запереть её в Скайхолде, не было, а он уже знал, что она на это не согласится.
— При условии, что если с тобой или ребёнком что-то изменится, ты скажешь мне.
Она потянула его за кулон, подзывая ближе и улыбаясь ему. Такие действия всегда заставляли молнии бежать по его коже.
— Договорились. А теперь поцелуй меня, волк, и скрепи наше соглашение.
Он усмехнулся и прижался губами к её губам, чувствуя, как мгновенная волна желания прилила к его крови.
***
Точка зрения Фенлин Мы подъезжали к Топям, и тошнота подкатила к горлу от гнилостного запаха. — До перевала, ведущего в котловину, осталось недалеко, — сказал Амунд, ехавший рядом с Быком. — Создатель, пахнет ничуть не лучше, чем в прошлый раз, когда мы здесь были, — воскликнул Дориан. Достав носовой платок, он прикрыл нос. Желудок снова скрутило, а во рту стало кисло от дурного предчувствия. Дерьмо. Я спрыгнула с харта как раз перед тем, как мой желудок решил избавиться от завтрака. Руки Соласа легли мне на спину, пока меня рвало; его магия успокаивала меня и мою уязвлённую гордость. Что ж, это было хорошее начало, пока оно длилось. До этого момента у меня не было никаких симптомов утреннего токсикоза. Кассандра соскользнула со своего скакуна, достала флягу и направилась к нам. Вытерев рот, я посмотрела, как она откручивает крышку и протягивает её мне. — Ты нехорошо себя чувствуешь, Фенлин? Я прополоскала рот и вернула ей флягу. — Просто запах ударил в нос, вот и всё. Технически не ложь, и я горжусь тем, как убедительно это прозвучало, теперь бы только моё лицо меня не выдало. Я с облегчением выдохнула, когда Кассандра сжала моё плечо и понимающе кивнула. — Пахнет и вправду ужасно, но мы пробудем здесь недолго. Солас помог мне забраться обратно на Инаншу, прежде чем сесть на Сьюгена. Его беспокойство струилось ко мне, и я одарила его ободряющей улыбкой, прежде чем сжать колени и поторопить Инаншу вперёд.***
Бык стоял рядом со мной, пока чистил своего скакуна, и я замечала его постоянно любопытные взгляды. Я продолжала расчёсывать Инаншу, когда услышала тяжёлый вздох Быка. Взглянув на него через плечо, я с недоумением наблюдала, как он в третий раз проводит ладонью по лицу, прежде чем посмотреть на меня. — Босс? Я наклонила голову, не понимая, что ему нужно сказать. Всё его тело кричало, что что-то не так. — Да? Бык на мгновение выдержал мой взгляд, прежде чем покачать своей огромной головой. — Фенлин, нам нужно поговорить. Я улыбнулась ему и с любопытством склонила голову набок. Всё поведение кунари сейчас было на него не похоже. Обычно он говорил то, что думает, а не ходил вокруг да около. — Хорошо, о чём? — О том, что ты беременна. О боги, откуда он мог узнать? Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица. — Как... — заикалась я. — Твой запах изменился, как и язык тела. Ты теперь бессознательно прикрываешь живот. Я заметил это, когда мы были в Шипящих пустошах, и сложил два и два. Солас знает? Я кивнула, не в силах говорить. Я прикрываю живот? Он может это почувствовать по запаху? Какого хрена. — Почему ты не хотела нам говорить? Я уставилась на него, вскинув бровь. Он серьёзно? — Это вообще серьёзный вопрос? — фыркнула я, выдерживая его серый взгляд. — У меня уже есть один гиперопекающий партнёр, мне не нужна целая стая, которая будет ходить за мной по пятам и указывать, что мне можно, а что нельзя. Его внезапный отрывистый смех, вероятно, было слышно во всём лагере, прямо перед тем, как он обнял меня за плечи, притягивая к своему боку. — Да ладно, мы не такие уж и плохие. От его комментария я снова фыркнула, и мой полный неверия взгляд был красноречив. — Ладно, ну, может, некоторые из нас такие. — Ага, хорошо, уверен, таких всего двое, — закатила я глаза, и Бык усмехнулся, прижимая меня к себе. — Я пока не хочу никому говорить, Бык. Он остановился и посмотрел на меня сверху вниз; его единственный серый глаз изучал меня, прежде чем он согласно кивнул. — Ладно, босс. Но ты не сможешь скрывать это от всех слишком долго. — Я знаю. Просто я ещё не готова.***
Мы прибыли в главный лагерь Инквизиции в котловине, где нас уже ждала Лейс. Высокий мужчина с тёмно-русыми волосами стоял рядом с ней, склонившись над большим гроссбухом и что-то записывая. Оглядев лагерь, я заметила, что некоторые из освобождённых рабов из Шипящих пустошей снуют позади нас. Улыбаясь, Лейс сжала мою руку в знак приветствия, когда я подошла ближе. — Рада видеть тебя, Фенлин. Позволь представить тебе профессора Брама Кенрика. Мы полагаем, что именно из-за него венатори забрались сюда. Профессор Кенрик поднял голову, окидывая меня взглядом. — Это и есть Инквизитор? Лейс кивнула, и я улыбнулась, протягивая ему руку. — Так мне говорят, — поддразнила я. Пожав мою руку, он склонил голову. — Для меня честь познакомиться с вами, Ваша Светлость. Моё лицо скривилось от этого титула, и Лейс рассмеялась. — Просто зовите меня Фенлин, пожалуйста. Я не люблю все эти титулы. Он отпустил мою руку с усмешкой. — Как пожелаете. Я преподаватель Орлейского университета, участвующий в программе обмена из Старкхейвена. Находясь в Вал Руайо, я наткнулся на кое-что невероятное. — Он потёр руки, прежде чем повернуться и взять свой гроссбух. — Спустя восемьсот лет мы, возможно, нашли место последнего упокоения последнего Инквизитора. Мои брови сошлись в замешательстве. — Но во всех книгах, что я читала о последнем Инквизиторе, говорилось, что он был известным охотником на драконов и исчез во время своей последней экспедиции. Кенрик согласно кивнул и скрестил руки на груди. — Да, совершенно верно. Значит, вы читали «Предтеч Церкви» Летрека. — Не по своей воле, — ответила я с ухмылкой. — Инквизитор Америдан сложил полномочия до того, как Неваррское соглашение привело Искателей Истины в Церковь. Нам известно, что он охотился на демонов и опасных отступников во времена, когда храмовников ещё даже не существовало. — Но это не объясняет, почему венатори здесь. — Возможно, он носил с собой артефакт, подобный тому, что мы нашли в гробнице Фейрела, — предположил Дориан. Где-то должна быть связь. Пожал плечами в замешательстве, я согласно кивнула. — Возможно, ты прав, Дориан. — Я посмотрела на Кенрика и протянула руку за его гроссбухом. Пробегая глазами его записи о находках, я изучила маленькие карты и диаграммы, которые он составил. — Что ж, если последний Инквизитор пропадал более восьмисот лет, полагаю, будет справедливо, если нынешний Инквизитор его найдёт. Кенрик широко улыбнулся. — Превосходно. Ваши разведчики собрали в этом районе артефакты. Они могут помочь нам выяснить, что Инквизитор Америдан здесь делал. Лейс шагнула вперёд и протянула мне карту. — Кроме того, мы столкнулись с враждебно настроенными авварами на севере. Они называют себя Челюстями Хаккона. Они нападают на любого агента или исследователя Инквизиции, который подходит слишком близко. Мы отправили солдат для защиты, но хаккониты хитры, безжалостны и знают котловину лучше нас. Я обернулась на звук обычно молчаливого голоса Амунда, который с рычанием сплюнул на землю. — Хаккониты, — с отвращением процедил он. Моя бровь поползла вверх от его реакции, и я подождала, не скажет ли он что-нибудь ещё, но он промолчал. — На востоке также есть холд авваров. В отличие от Челюстей Хаккона, они пока настроены дружелюбно. С резким кивком я сжала её руку, и Амунд шагнул ближе. — Завтра утром мы должны нанести визит Сваре Солнцевласой, тану холда Каменного Медведя, чтобы выразить наше уважение. Я считаю, что у неё есть информация, которая поможет вам в поисках. Я устало улыбнулась. — Звучит отлично. Ужин тоже звучит отлично, — пошутила я, вызвав редкую улыбку на лице этого огромного мужчины. — Ага, и мне, — ответил он, хлопая меня по плечу.
