Sweet and dangerous

Джисону нельзя сладкое. Но ведь его сосед по комнате не считается, так ведь? Уже около двух недель, мозги Хана трахает до ужаса приятный и хорошенький сосед. Если у Джисона есть хоть какая-то совесть, то у Минхо она отсутствует. Он не стесняется ходить по дому в одном белье, раскидывать грязную одежду по ванне, хамить Хану есть тот сделает хоть какой-то намёк на уборку. Ну просто невыносим. А самое ужасное, это звуки которые издаёт Ли во время сна. Чёртовы стоны. Извернётся так, сяк, кое-как! И всё это сопровождается возбуждающими звуками. Настолько возбуждающими, что Джисону приходится дрочить вместо здорового сна под хныканья этого бессовестного. В очередной день Хан возвращается домой, его заебала бабка в автобусе, которая попросила.. нет, приказала уступить ей место! Так ещё и обосрала с ног до головы, а Джисон так выбесился, что у него прорвало дно. Хана пришлось выгнать из транспорта. Он шёл пешком около часа до грёбаного дома. Дома Джи встретил беспорядок, грязный пол испачканный в чём-то липком, еда разбросанная. Чёрт. Минхо находился целый день дома, он что, не мог прибраться? Терпение Джисон. Терпение. Войдя в гостиную, взгляд упал на соседа. Он вновь в одной майке и белье, валяется на постели, рубится в какую-то игру на приставке. - Минхо, почему ты не убрался? Я утром тебя просил выкинуть мусор, помыть посуду и ещё куча дел! Парень фыркнул. Ну что ему , делать нечего? - Хани, не будь такой занудой! Неужели ты хочешь взять меня в рабство и заставлять убираться? Минхо корчит грустную мордашку. - Нет я... Я просто устал. Ты между прочим, утром обещал что уберёшься. Обещал! - Я был в сонном бреду, Джисон, не напрягайся! Хан чуть ли не взорвался. - Как я могу не напрягаться если ты абсолютно нихуя не делаешь?! Вся уборка держится на мне, если бы не я, ты бы сгнил тут, прямо на этом диване! - Бебебебебе... Это была последняя капля. Хан не стал больше думать или ждать, медленно подойдя к дивану, он опустился на него и прижал парня к дивану. - Ты ещё и дразнишься, сучка? Ты знаешь как мне сложно жить с тобой? Минхо сглотнул от такой близости, лицо соседа было прямо перед ним. - Х-хан... - Твой блядский рот. Каждую ночь, издаёт эти звуки... А сам ты делаешь ситуацию только хуже. Раскидываешь грязное бельё, которое не пойми чем пахнет... Чем-то, что заставляет меня дрожать от возбуждения. Я так ненавижу тебя, но так люблю... Минхо даже не успел произнести слова, его бельё слетело моментально. Зубы Джи впились в нежную кожу на шейке, оставляя багровые засосы и мокрые следы. Он жадно причмокивает, слизывает выступившую кровь и утыкается носом, вдыхая сладкий аромат. Руки пробрались под майку, ногтями проводя по пухлому животику, который дрожал от любых прикосновений. - Д-джисон, прости... Я-я не хотел т-тебя-... - Заткнись. Ты думаешь, я отпущу тебя? Ни за что. Хан спускается вниз, обхватывая худой, среднего размера член. Он потирает пальцем чувствительную головку, которая сразу же выделяет капли смазки. Джисон раздвигает ноги парниши, между ног гладкая дырочка, совсем малюсенькая, симпатичная. Ногтем он проводит по ней, чуть царапая и заставляя парня содрогаться. Хан проводит языком по пухлым бёдрам, оставляя засосы, острыми зубами прокусывая кожу и слизывая алую, сладкую кровь. Ему нравится одновременно доставлять парню удовольствие, боль и страх. Мучая и не доставляя нежности, Хан добрался до дырочки. Язык скользнул внутрь. Нужная теснота. Растягивать или нет?... Думать сложно. Не хочется, чтобы Минхо плакал во время секса, хотя... Это лучший способ, заставить его совесть пробудиться. Сорвав с себя офисные штаны, он стянул красные боксеры, оголяя красивый венистый член с нежно красной головкой. Минхо сглотнул. - Мне кажется, он не влезет... Хан хмыкнул, примерно взглядом определяя размеры. - Я даже думать не собираюсь. Засунув два пальца в рот Минхо и хорошо смочив их слюной, он поднёс их к заднице, шлёпнул по одной ягодице и ввёл пальцы. Другой рукой заткнул рот Минхо. Он растянул его нежно, во время этого причмокивая в обе щёки. А затем... Аккуратно подвёл к дырке пульсирующую головку, наклонился ближе к уху лицом. - Как думаешь крошка, тебе станет стыдно от своих действий после того как я оттрахаю тебя? Минхо несвязно что-то прошептал, затуманенные глаза смотрели на горячее лицо. - З-знаешь Джисон... Я-я всегда старался вывести т-тебя из себя... Давно влюблён. - Сучка. Шлепок по ягодице и резкий толчок. Минхо выгнулся, сочная задница покраснела. Ручки Минхо впились в обивку дивана, царапая её ногтями. Джисон беспощадно толкался, слушая прерывистые стоны его возлюбленного. Минхо умолял о прощении, но Хан даже не слушал. Просто продолжал ебать сладкую жопу, иногда шлёпая по бедрам. Руки скользили по спине, он прижимался ближе. Губы скользят по шее вновь, вылизывая ключицу и прикусывая её. С каждым толчком, дырочка заглатывала член всё больше, жадно хлюпая. Минхо теперь умоляет о большем, приподнимает зад, подставляя его под огромную валыну, что таранит его задницу. Хан приподнимает голову Минхо, поворачивая её к себе и держа под подбородком. Чуть сжимая пухлые щёчки, он чмокает Ли в уголок губ и вылизывает его рот. Минхо кончает неожиданно, когда Хан резко сжимает его сосок. Он вскрикивает, прижимаясь попой к паху Джисона, из-за чего тот невольно кончает. Делает последние толчки, выплёскивая капли спермы. - Ты бы знал, как я ненавижу твою задницу... Это яд. - Если ненавидишь, т-то почему трахаешь..? Джисон помотал головой. - Даже спорить с тобой не буду. Отдыхай, малыш. Пока можешь.