Как люди перестали ожидать, что у них вообще будет выбор

Центр 77 располагался на окраине города. Всего таких Центров по всей стране было более семидесяти, и каждый имел свой порядковый номер. Первый, столичный, отличался особой архитектурой: пять высоких башен в стиле «Сити» соединялись мостами на разных этажах, а по периметру территории стоял высокий бетонный забор с колючей проволокой. Фил ненавидел это место, но, глотая отвращение и гнев, каждый день приходил сюда. Он знал, что иначе окажется под арестом, как Ной, и этого не хотел. Зарплата у парня была низкой, а в Центре 77 платили в разы больше. Он невольно вспомнил время, когда они жили вместе и каждый работал там, где ему было комфортно: Фил — в банковской системе, а Ной — с искусственным интеллектом на Западе. Он даже вспомнил, как они познакомились. Почему-то именно сегодня, когда он опаздывал, а телефон разрывался от уведомлений, он думал об этом. На международной конференции по кибербезопасности Ной выступал с речью о пользе нейронных сетей как защиты не только для страны, но и для всего мира. Фил, поражённый тем, что его тему диссертации украли, после выступления решил поговорить с парнем, но прошёл один коктейль, второй — и они разболтались совсем на другую тему. Фил всегда считал себя нормальным, не из «этих». Но вид белолицего юноши со светлыми волосами и яркими медовыми глазами заставил его усомниться в себе. И в тот вечер он вспоминал, как красиво на Ное сидел костюм-тройка, как аккуратно был повязан синий галстук, а из кармашка виднелся сложенный платок. Серый костюм ничуть не усложнял образ, наоборот, подчёркивал сияние глаз и очаровательную улыбку. Мужчина вздохнул от приятных воспоминаний, поднимаясь на лифте в блок Д. В дверях его встретил начальник с грозным видом и отчитал за опоздание. Но Фила это не заботило. Он ушёл в воспоминания с головой и не хотел возвращаться. Видя его легкомысленное состояние, начальник громко прокашлялся и потребовал начать работать. Мужчина кивнул и прошёл в свой офис — комнатку с широким столом и неудобным креслом. Он сел, ножки под весом неистово заскрипели. Фил размял ладони и включил компьютер. Первый час встретил его DDoS-атакой. Ею уже занимались другие, но никто не справлялся так хорошо, как Филипп. Это повторялось изо дня в день: утро начиналось с чисток и устранения неполадок. «Чертова «Народная воля»!» — ругался он про себя, хотя мысленно был с ними согласен. Он знал: любое противодействие государству влекло те же последствия, что и с Ноем. В его случае наказания были ещё мягкими, однако в офисе многие знали, что всё могло быть в разы хуже. Из-за атаки несколько сайтов из перечня разрешённых легли. Среди них — банковские системы и «МИР», мессенджер инновационной республики. Фил возился с восстановлением около часа. Вскоре после этого в дверь постучались. Нажатием кнопки он открыл дверь, и в кабинет вошёл начальник, прижимавший к себе папку и выглядевший крайне недовольно. Он положил папку штампом вверх на стол и сказал: — Дело срочное, сверху. Справишься только ты. Разберись до конца дня. И ушёл так же быстро, как и появился. Фил взглянул на гриф «секретно», взял папку в руки. Она весила почти ничего. Это взволновало его, и он поспешил открыть. Внутри оказался всего один лист. Дата была сегодняшняя, время — полчаса назад. На имя и фамилию он не обратил внимания, но заметил деталь, ставящую всё на свои места. Место работы — Центр 77; должность — старший инженер отдела внедрения инновационных технологий. — Значит, дело об убийстве, — почти шепотом произнёс Фил, вчитываясь дальше. В листе значилось: «Старший инженер, занимающийся обеспечением квартир системой умного прослушивания „Эхо“, был обнаружен мёртвым под обломками сгоревшей квартиры. Этаж 28, правое крыло 45-этажного дома. Возгорание произошло предположительно в 9:15. Противопожарные системы были отключены или выведены из строя. Двери заблокированы без возможности ручного открывания». — Неужели взлом? — вслух произнёс Фил, перечитывая дело. Ни исполнителя, ни мотива, ничего. Всё указывало на умышленный взлом и точечное отключение защиты. С таким Филипп ещё не сталкивался. Он был заряжен энтузиазмом, граничащим со страхом. Дело ожидалось громким, расследование нужно было провести как можно быстрее. А там уже другие позаботятся о том, как представить убийство несчастным случаем. Мужчина похрустел пальцами и принялся за логи дома жертвы. Если хакер не подчистил следы, он найдёт его быстро. Круг поисков сузился от квартала до их собственного дома. Это на мгновение насторожило Фила. Он отправил запрос на данные жителей с техническим образованием. В ответ пришёл список. Во всём доме нашлось трое подходящих: он сам, Ной и ещё один — Глеб. Фил облегчённо вздохнул. Ной точно ни при чём. Он запросил данные на Глеба — и ответ удивил. Глеб работал в Центре 77 несколько лет, пока его не уволили за разглашение конфиденциальной информации. Казалось, дело близилось к раскрытию. Оставалось лишь найти IP-адрес из лога. Фил продолжил копать. --- С ухода Фила прошло полчаса. Ной никак не мог собраться с мыслями: что с зеркалом не так? Он принимал таблетки нерегулярно, последние три дня не пил вообще, считая их бесполезными, — но синдром отмены не мог наступить так быстро. И он точно не сумасшедший. Ему это навязали. Он знал. Спустя ещё полчаса Ной понял: нужно действовать сейчас, через несколько часов вернётся Фил и не даст изучать. Любопытство мучило парня. Он спустился с импровизированного второго этажа и вооружился ноутбуком. — А! Я забыл протереть раму! — громко сказал он, хотя рядом никого не было. С тряпкой он принялся изучать раму. Любое неверное движение — и полиция со скорой приедут «успокаивать буйное воображение» Ноя. Он нащупал заглушку, поддел ногтем. Отверстие для флешки. Лицо озарила радость, но он быстро взял себя в руки. Закончив, он вернулся в гостиную и сел за ноутбук. Два часа ушло на взлом. Он не ковырялся в чужом коде — он заставил систему игнорировать запреты и дать ему полный доступ. Флиппер, пара команд — и в ванной раздался голос: — Доброе утро, Ной. Требуется настройка голосового помощника. Ной едва не рассмеялся. Он не только взломал систему, но и научил ИИ говорить с ним и выполнять простые команды. Именно так он представлял будущее. Не то, что происходит сейчас. В другой стране всё было бы иначе. Но у них уже несколько лет запрет на выезд. Подпольные организации дают гражданство за границей, но это стоит колоссальных денег. А Ной не хотел уезжать один. Мысленно он видел их с Филом на берегу моря, с коктейлями. И ярко помнил день их встречи. Солнце светило по-летнему, по улице гулял свежий ветерок. Он надел свой лучший костюм, долго рассматривал себя в зеркало. Светлые волосы уложены феном и расческой, на круглом лице сияла улыбка. Ему было двадцать лет — быть приглашённым на конференцию многое значило. Он готовил диссертацию днями напролёт. И наконец настал тот день, когда он явит свету своё творение. Вечер начался с бокала шампанского. Серый фрак сидел идеально — матушка потрудилась его сшить. Белые перчатки скрывали фарфоровую кожу. Он то и дело их поправлял, пока не пришёл его черед. Ной выступил без запинки. Зрители ахали от его разработки инновационной нейронной сети, удивлялись юному дарованию. Все, кроме одного. Поддатый парень подошёл к нему и что-то начал требовать. Синий костюм, помятая рубашка, галстук-бабочка до забавного в бордовом цвете. Ной усмехнулся детали во вкусе незнакомца. Тёмные кучерявые волосы падали на лицо, острые черты выдавали характер, но в серых глазах чувствовалась нотка нежности и сочувствия. — Это была моя тема презентации! — неряшливо говорил парень. — О, правда? — с милой улыбкой отвечал Ной. — Боюсь, эта разработка принадлежит только мне. У меня есть патент. Так что вы опоздали, сударь. — Я занимаюсь кибербезопасностью с шестнадцати лет! Думаешь, ты один такой гениальный? — Прошу простить, но вы меня не поняли. — Это ты меня не понял! — продолжал нагнетать парень. Мимо проходил официант. Ной ловко взял с подноса два бокала и протянул один незнакомцу: — Меня зовут Ной Нейман. А вас? — Гордеев Филипп. Странный ты парень. — Он успокоился, стоило собеседнику поднести бокал. — Давайте продолжим за барной стойкой? Ной помнил каждую свою реплику, каждое слово. Фил зацепил его сразу. Вдруг подумалось: «А что, если использовать ИИ не только для глупой музыки?» Одного взлома ему не хватило. Ной почувствовал себя всесильным в мире, где всё управляется технологиями. Если прикрыться DDoS-атакой и взломать списки Центра 77, он сможет заставить исчезнуть тех, кто служит системе. Мир станет чище. Снова будут продукты по низким ценам, не будет налогов из воздуха, высоких цен на недвижимость и демографического кризиса. Всё станет как прежде. Он направил DDoS на Центр 77, через ИИ зеркала подключился к утечкам и сохранил на ноутбук списки сотрудников. Вчитался в фамилии, выбрал старшего по реабилитации — того, из-за кого оказался заперт в четырёх стенах. Взломал почту другого работника и отправил письмо с просьбой спуститься в холл. Подключился к системе лифта, настроил так, чтобы приехал только тот, которым он управляет. По камерам он следил за каждым шагом жертвы. Дыхание спёрло, глаза впились в экран. Вот он вошёл в кабину. Палец застыл над клавишей Enter. Ной зашёл так далеко. Но не смог. Он вышел из системы, почистил следы, закрыл программу и выключил ноутбук. Откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. В мыслях — лишь тот вечер, коктейли и Фил, который смотрел на него так, словно только он имел для него значение.