Увлечение

С самого детства он всегда казался умнее других детей. На протяжении всего обучения в школе он всегда был в числе лучших, получал самые высокие оценки на экзаменах и всегда имел самый высокий средний балл. Учителя, не сумев подобрать для него подходящие задания, вынуждены были повышать ему оценки. Но этого всё равно было недостаточно. Когда он поступил в старшую школу, он уже начал учёбу в колледже, что заставило его начать строить своё будущее раньше, чем следовало бы. К тому времени, как он закончил колледж и школу, к нему обращались люди со всего мира с предложениями о работе. Он никогда не проявлял интереса, потому что: неужели они действительно считали себя настолько достойными и важными для него? Несколько лет спустя он познакомился с Эллиотом Людвигом, основателем и генеральным директором компании Playtime CO. Он слышал об этой фабрике игрушек, и честно говоря никогда не интересовался ею, пока Эллиот не предложил ему должность главного научного сотрудника. Сначала это его не смутило, но как только Эллиот показал ему планы по созданию живых игрушек, это дало Харли шанс показать миру насколько он умён, казалось, он может сделать всё что угодно. И теперь, в наши дни, ему это почти удалось. Он создал множество, если не тысячи живых и, если можно так сказать, совершенно уникальных игрушек. Он был близок к тому, чтобы совершить ещё больше прорывов. Но в последнее время, казалось, одна неудача следовала за другой, заставляя его терять самообладание чаще обычного. Ему очень не нравилось, что почти все в этой проклятой фабрике — полные идиоты, из-за чего ему приходилось исправлять практически всё.

...

Он откинулся на спинку кресла и глубоко, раздражённо вдохнул. Сейчас он просматривал последние отчёты об эксперименте 1166, и в основном, казалось он преуспевал, хотя конечно не испытывал радости. Но дело было и в психическом, и в физическом плане. Хотя 1166, казалось уже не считал себя ребёнком, а воспринимал себя как животное, которым он и являлся, и в этом заключалась вся цель, что-то было не так. В каждом отчёте отмечались незначительные изменения в чём-то, в чём он не был уверен. С каждым проведённым тестом то, что он не мог понять, становилось всё хуже и хуже. Он знал что чтобы это ни было, это не повредит идеальному состоянию 1166 до такой степени, что его организм откажет. Но это всё ещё была проблема, которую он должен был решить. Особенно если это может происходить и в других экспериментах. Он сделал долгую паузу, оторвавшись от отчётов, и начал размышлять о том, что это могло быть. Он взял бумагу и ручку, и начал записывать возможные причины, чтобы в следующий раз когда пойдёт тестировать 1166, применить метод исключения. В тот момент когда он писал, в дверь постучали. Он закатил глаза, чувствуя как внутри него нарастает гнев. Наверное, это один из тех молодых безмозглых учёных, которые приходят и говорят, что снова облажались, и им нужно это исправить. Серьёзно, как они вообще получили диплом, не говоря уже об этой работе? Он встал со стула с такой силой, что тот чуть не откатился на другой конец кабинета, и пошёл открывать дверь. К счастью, это были не микробы учёные. Кто-то ещё хуже. Эллиот Людвиг. Он фыркнул, глядя на человека с самой фальшивой улыбкой на лице. «Что ты здесь делаешь, Людвиг?» — сказал Сойер с такой злобой в голосе, что можно было подумать, что оппонент вот-вот упадёт замертво. «Так это что, приветствие босса?» — сказал Людвиг с притворной обидой, на что Сойер закатил глаза: «Мне нужно с тобой кое о чём поговорить, это единственная причина, по которой я здесь». Эллиот, переводя взгляд внутрь комнаты, жестом показал что это должно быть приватно. Харли Сойер люто ненавидел пускать в свой кабинет таких отвратительных типов как Эллиот, но в половине случаев у него не было выбора. Он презрительно посмотрел на Людвига, прежде чем отойти в сторону и пропустить его. Людвиг подошёл и сел напротив Сойера, ожидая, пока тот сам сядет. После того как Сойер сел, Эллиот, кладя жёлтый конверт на стол, начал: «Мне поступают сообщения от людей с третьего уровня о трудностях передвижения, и, похоже это сказывается на прогрессе. К счастью, это не затрагивает экспериментальный этаж, это не такая уж большая проблема, но всё же это то, что нужно решить». Людвиг, глядя на Харли сказал: «Я также заметил: машины и всё остальное здесь, на этом этаже, стали работать медленнее, и создают проблемы». Сойер согласился. Несмотря на свою неприязнь к Людвигу, он высказывал дельные замечания, когда хотел. Иногда достаточно дельные, чтобы Сойер просто согласился, и в этот раз всё было именно так. «Да, и я думаю что это может быть вызвано тем, что на этом этаже всего три механика, особенно с учётом всего этого оборудования, они просто не справляются». Людвиг сказал с притворным разочарованием в голосе: «Может, я и глупо поступил, оставив здесь только троих, но я ничего не мог поделать. Либо хорошие механики не заслуживают доверия, находясь в таком… мерзком месте, особенно так близко к экспериментальному цеху. Либо просто нет хороших специалистов такого уровня». Людвиг на секунду замолчал, на его лице появилась ухмылка, и он, всё ещё ухмыляясь сказал: «Это то, чему ты не будешь рад». Харли, и без того раздражённый сегодня, воскликнул: «Чёрт возьми, выкладывай уже!» — воскликнул Сойер, уже начиная терять терпение. «Хорошо-хорошо», — Эллиот тут же перестал ухмыляться, и стал более серьёзным. «Мне постоянно приходили хорошие отчёты об одном механике на первом уровне, поэтому я решил разобраться»— сказал Эллиот Людвиг, протягивая Сойеру жёлтый конверт для ознакомления. Сойер схватил конверт, чтобы посмотреть личное дело сотрудника, а также эти рабочие отчёты. Он прочитал имя, и сразу же почувствовал в нём абсолютную ненависть и отвращение. Это не имело никакого отношения к религии, просто. кто назвал так своего ребёнка, который в конечном итоге вырастет и станет взрослым? Он пока ничего не сказал, и продолжил поиски, увидев файл об этом "Ангеле", обычный файл сотрудника, а затем перешёл к отчётам. В отчётах говорилось, что Ангел довольно быстро справляется с задачами на машинах, и похоже, определённо превосходит остальных сотрудников на этом этаже по этому навыку. Сойер не был особо впечатлён(его просто раздражало, что Эллиот, возможно думает что он действительно впечатлён, хотя на самом деле ему было совершенно плевать). Но Эллиот Людвиг знал его так хорошо, что уже понимал, что Сойеру всё равно. Сойер закрывает конверт, и снова смотрит на Людвига: «И как он?» — спрашивает Сойер сухим тоном. «Я решил, что он переедет сюда работать, и поможет остальным троим». Людвигу действительно было всё равно, насколько перегружены эти трое, но когда дело доходило до препятствий на пути прогресса, ему нужно было что-то предпринять. Харли Сойер почувствовал, как у него дёрнулся глаз: «Нет, он не переедет. Ты даже не знаешь, можно ли ему доверять. В его личном деле написано, что он работает здесь всего ДВА ГОДА. ДВА ГОДА, Людвиг!» — сказал Сойер, постепенно набирая голос, и всё больше злясь с каждой секундой. Он знал, что Людвиг может быть полным идиотом, но это? Самая глупая вещь, которую он сделал за последнее время. На лице Людвига снова появилась ухмылка: «Слушай, он, кажется заслуживает доверия даже для вымершего существа, ведь это трудно определить, и да, он здесь всего два года, но мы не можем допустить, чтобы эта механическая проблема усугубилась». Мужчина тихонько усмехнулся: «И вот почему ТЫ будешь за него отвечать». Эллиот сказал это с ухмылкой, которая вот-вот должна была превратиться в улыбку, потому что, по его мнению, реакция Сойера вот-вот будет уморительной! Сойер вот-вот должен был выйти из себя, его рука так сильно сжалась в кулак, что это почти причиняло боль. «Простите?!» — сказал Сойер, подумав, что возможно ослышался. «Ты меня правильно понял, Харли Сойер. Ты будешь отвечать за этого молодого человека. Всё, что тебе нужно сделать, это убедиться что он не пойдёт туда, куда ему вздумается. Но это не должно быть проблемой, потому что на ключ-карте запрограммированы только те комнаты, в которые ему разрешён вход». Эллиот остановился, чтобы послушать реакцию Сойера. «Я, блять, этого делать не буду. И нет, этот человек сюда не спустится!» — сердито крикнул Сойер, и ударил кулаком по столу. Насколько же идиотом мог быть Людвиг? И без того было достаточно плохо, все были начеку из-за опасности их нахождения так близко к этажу, где проводились эксперименты. Этот этаж был важен, поскольку здесь располагались кабинеты учёных с актуальными отчётами и информацией. Он вкалывал здесь как проклятый, и не собирался позволить какому-то глупцу по имени Ангел всё испортить. Эллиот вздохнул, с трудом сдерживая смех, глядя на Сойера: «У тебя нет выбора, повышение уже вступило в силу, и он начнёт работать здесь в понедельник. Ключ-карта уже сделана и многократно проверена, чтобы убедиться, что он не сможет попасть туда, куда ему не положено. При таком раскладе единственный способ, которым он мог бы это сделать — это каким-то образом раздобыть Омни-Руку». Людвиг остановился, но затем продолжил: «К тому же, ты же знаешь, если бы он узнал, нам просто пришлось бы его уволить». В последней фразе прозвучала зловещая нотка. Сойер прекрасно знал, что такое увольнение, ведь иногда ему даже приходилось использовать тело взрослого человека для экспериментов. Если, конечно они не скармливали их Бокси Бу. Что обычно и случалось. «Так что, какого чёрта я нянька?» — сказал он в ярости, и с огромным отвращением. «Не совсем, большую часть времени тебе даже не нужно за ним присматривать, достаточно лишь изредка проверять камеру или лично. Тебе было бы крайне сложно постоянно быть с ним, когда у тебя есть эксперименты» — воскликнул Эллиот, широко улыбаясь без видимой причины. Сойер едва сдержался, чтобы не сорвать улыбку с лица мужчины. «Если тебе от этого станет легче, в его новой форме я установил небольшой трекер, он активируется как только он ударяется об оценщик или лестницу. Он также выключается в том же месте» — заявил Людвиг. Сам Людвиг гордился собой за такую ​​мысль! Он тихонько усмехнулся и встал: «Мне пора идти, работы много, правда Сойер? Ты бы понял. Удачи в понедельник!» — сказал Эллиот, выходя из кабинета Харли Сойера. Сойер так сильно ударил по столу, что стакан с ручками опрокинулся — он действительно оказался в окружении идиотов. Эллиот Людвиг, казалось не слишком волновался, но Сойер это раскусил. Людвиг был крайне обеспокоен, отправляя сюда такого… постороннего. Но в его голове, как у генерального директора, было либо это, либо более серьёзные проблемы, когда машины полностью сломаются, и становятся не подлежащими ремонту. Что приводит к слишком большому откату назад. Он уже чувствовал панику молодого учё,ного и риск заражения, который вероятно, приведёт к ещё большим проблемам из-за глупых ошибок. Он откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул, словно это исходило из его души, если она у него вообще есть. Опустив взгляд на свой стол, он снова взял конверт и ввёл имя в компьютер, имевший доступ практически ко всей информации. Он кликнул на профиль сотрудника, изучив его более подробно, поскольку Эллиот не дал ему полную версию. Он начал читать личное дело, пропуская ту часть, которую уже видел в конверте: У этого Ангела действительно была безупречная репутация в отношении правил Playtime Co, ни одного нарушенного, даже предупреждения. Прочитав личное дело, он перешёл к отчетам о работе, как и прежде пропуская то, что уже читал. Большая часть была посвящена его «таланту» и «навыкам», или тому, как он всегда пунктуален, в общем скучная ерунда. Сойер не ожидал найти ничего интересного, потому что никто его не интересовал. Другие люди вызывали у него отвращение, словно микробы, или можно сказать вирусы. Затем он заметил это: скрытый файл под всеми этими отчётами. Он открыл его и обнаружил ещё несколько частей своего личного дела. Там была история его оценок за учёбу, а также любые замечания, наказания и тому подобное. Он не понимал почему это спрятано, ведь в компании Playtime Co. обычно хранили такую ​​информацию обо всех сотрудниках, поэтому он начал копать глубже. Он заметил, что во всём этом файле есть только одна неприятная запись. Вы что, издеваетесь?! Эта, казалось бы неприятная ситуация заключалась лишь в том, что с него взяли плату за то что он не вернул, блять, библиотечную книгу?