Вот, что бывает, если довести Нила до ручки

      — Да что, блять, не так?! — вопит Джек с другого конца поля, стискивая свою клюшку так, что костяшки пальцев белеют. Его взгляд полон ярости, а дыхание сбивчиво. Он не понимает, что происходит, почему всё идёт не так; всё, что бы он ни делал или ни предпринимал, вызывает недовольство то у Джостена, то у самого Дэя, который одной рукой впечатал бедолагу в борт.       В очередной раз они потратили сорок минут на беготню с частыми перерывами. Если бы не эти паузы, которые Нил намеренно вставлял, бедная Эбби не только исчерпала бы запасы аптечки на молодых подопечных, но и свои силы. Вот почему Нил, будучи капитаном, на утренних и вечерних тренировках за последние две недели буквально рвал волосы от отчаяния, пытаясь вложить хоть крупицу знаний в эти нерадивые головы.       — А то, что, сука, ты себе этим финтом у бортика чуть ногу не сломал! — кричит в ответ Нил, снимая шлем, и идёт быстрым шагом к Джеку и Кевину, что, кстати, хотел сам отчитать мальца, да не успел из-за бегунка. — С каких пор когда я говорю «не давай противникам выше себя по росту зажимать у борта», ты плюёшь на всё и целенаправленно пиздуешь в красную зону, где тебе обязательно сломают либо ногу, либо дадут под дых?! Ты не настолько подвижен и ловок, чтобы увернуться от Кевина, который мог бы придавить тебя к борту своим весом!       — Впервые вижу таким нашего бегунка, — делится своим беспокойством Аарон, опираясь спиной о стену в квадрате ворот и скрестив руки на груди. Рядом с ним сидел измученный Ники, что закивал слабо на замечание своей мелюзги.       — Да он хлеще Кевина и Дэн вместе взятых, — вставил свой доллар Хэммик и многозначительно посмотрел в сторону старшего голкипера. — Я слышал с Шиной он поладил немного, но вот Джек продыху ему не даёт и продолжает давить на прошлое и на ваши отношения.       — Что? — просыпается как по щелчку Эндрю, и смотрит в сторону своей любви, что раздаёт остальным юнцам пиздюлей.       — Джек, ты собираешься вообще играть? — Дэй с силой прижал новичка к борту, а затем резко отпрянул, взял мяч и вернулся на свою позицию. — В игре никто не будет давать тебе поблажек, если ты будешь так относиться к игре. В прошлый раз тебя весь матч опекал у бортов молодой защитник Шакалов, чья основная задача вовсе не заключалась в том, чтобы на тебя поглядывать всю игру!       — Майкл, прекрати суетиться и встань на линию! — Джостен тихо выругивается, когда часть фразы не долетает до паренька. — Встань на свою позицию, пожалуйста! Не вынуждай защитников отражать твои удары клюшкой. Твой темп — твоё преимущество, используй его! Бонт, активно работай на разворотах у бортов, иначе рискуешь получить травму! Робин, соберись, твоя клюшка сейчас слишком сильно дрожит в руках! Не пытайся сразу бить на хуй знает куда — только зря потратит наше время — ты так не дашь ни себе, ни нам возможности контролировать ходы игры! Лучше следи за действиями нападающих и полузащитников! Отработаешь после удары и приёмчики с Эндрю.       — А ты вспомни прошлую поездку в Колумбию и ваш разговор, что точно ли он тебе нужен? Привлекателен ли он тебе? Почему ты его терпишь, когда у него тёрки с Аароном, — начинает перечислять Ники, загибая пальцы, но ему тут же даёт поджопник Миньярд, не давая продолжить бэклайнеру разводить на пустом месте повод для ссор между близнецами.       — Заткнись, я отношусь к нему нормально! Мы давно урегулировали конфликт, поэтому вопрос исчерпан. Если бы я испытывал к нему ненависть и увидел, что Эндрю он раздражает, забил бы клюшкой.       — Заткнитесь оба, — рявкает Эндрю, нехотя отводя взгляд от задницы Нила, что подошёл к Шине.       — Ну а у меня что? — едко вклинивается Шина, пока Джостен сканирует его.       — Следи за обороной и научись предугадывать их действия. Используй свои навыки, чтобы блокировать атаки и создавать возможности для нападающих, — сказал рыжеволосый, тяжело вздохнув и вновь надевая шлем. — Аарон, Ники, на позиции! Эндрю, не спать!       — Я с ним потом это обговорю, как поедем домой.       — Все, начинаем! — рявкнул Кев, когда все игроки заняли свои позиции. — Никаких поблажек! Мы здесь не для того, чтобы играть в песочнице.       — Майра, не забывай про фланги! — рыжик со страхом в глазах, резко обернулся к девушке, совсем забыв про неё. — Твоя задача — создавать пространство для наших нападающих. Не увлекайся защитой, но и не позволяй сопернику свободно перемещаться по полю.       Глаза девчушки загорелись, когда капитан обратил на неё свой взгляд.       — Будет сделано, — Майра утвердительно кивает.       — Все, готовы? — Нил сначала оглядывает команду старичков, проверяя, все ли на своих местах, а затем переключил своё внимание на чудиков, методично подсчитывая их количество. — Начали!       Прошло уже больше часа с момента, когда Нил Аарону совершил пас, который никто не ожидал увидеть от бегунка. Молодые игроки носились по полю с невероятной скоростью, но их силы были давно на исходе. Мышечная усталость в ногах приводила к нарушению координации, каждый удар по клюшке от ветеранов-лисов сопровождался болезненными ощущениями в руках, а рёбра горели огнём при поцелуях с бортом.       — Всё, блять, заебали! Остановились все! — Джостен заорал во всё горло, как только увидел боковым зрением, что Джека очередной раз пригвоздили к борту.              В одно мгновение наступила полная тишина, даже Ваймак, привыкший к эмоциональной стабильности своего подопечного, был поражён такой резкой реакцией. Он бросил взгляд на своего сына, который, в свою очередь, лишь осторожно пожал плечами и покачал головой, пристально осматривая поле и давая понять, что не желает получить кулак под рёбра. Остальным монстрам он без слов передал своё мнение, а те сами не стремились связываться с уже активированной бомбой.       — Немедленно! — повторил он, делая уверенный шаг вперёд и поднимая клюшку, словно угрожая ею, однако жест был предупреждающим, и указывал на необходимость удаления остальных игроков на левую сторону поля.       Юные лисята, осознав серьёзность ситуации, начали переглядываться, но ни один из них не осмелился ослушаться. С явной осторожностью обходя пикающего от злости капитана, они начали медленно обходить его, а некоторые из них, такие как Шина, бросали на него раздражённые, но в то же время уважительные взгляды. Всё же ему не хотелось, чтобы друг-идиот сломал себе рёбра и ушёл из спорта так тупо.       — Что происходит? — наконец нарушил тишину Джек, когда все переместились и уселись на другой стороне поля. Кто-то даже с кайфом прилёг.       Прослушав вопрос мимо ушей, Нил сгрёб Джона за решетчатое забрало на шлеме и потащил его к пустым воротам, пока тот орал благим матом на него и ударял того по руке. Дэй и Миньярд только и успели переглянуться, как поняли, что хочет провернуть их наркоман. Когда-то Кев также тащил этого лисёнка к воротам и заставлял бить по ним столько, сколько потребуется, а сейчас этот засранец командует так, что даже Кевину стоило рот на замке держать.       — Желаю успеха, — тихо посмеивается Ники, видя, как Нил небрежно отбрасывает тело на лисью лапу и следом бросает тому клюшку.       — Ага, я прям мечтал о ещё одной копии Дэя, — фырчит недовольно голкипер, но всё же выпрямляется и перестаёт опираться на клюшку.       — Я так им горжусь, — признаётся Дэй, и добавляет: — Ему ни слова. Зазвездиться.       — Ники, Аарон, — рявкнул Джостен, чей голос эхом ударился о пустые трибуны. — Прошу вас подойти ко мне.       — Чего? — вскидывает бровь Миньярд, но послушно отлипает от стены и идёт к парню своего брата, успевая обернуться и разглядеть такое же непонимание на лицах Эндрю, Кевина и плетущегося за ним Ники. Не этого они ожидали.       — Раз любишь обжиматься с бортом у вратарской зоны, то будь по-твоему. — Разворачивается лицом к подошедшим. — Ники, Аарон — работайте. Никаких снисхождений. Если он сдохнет, я спишу его как производственную травму.       Хлопок Нила — старт для них — и парни мгновенно начали действовать, как будто их мысли слились в единый поток.       Ники и Аарон, словно хищники, выслеживали Джека, каждый раз готовясь к его неудачной попытке ускориться. Когда Джек, с дрожащими от напряжения ногами, пытался набрать скорость, Ники мгновенно возникал перед ним, словно каменная стена. Его движения были молниеносными: одним рывком он сбивал Джека с ног, выбивая мяч из его рук. Аарон с отработанной стратегией всегда заходил сбоку и после либо наваливался всем телом, впечатывая мученика в борт так сильно, что в глазах того темнело, и слышалось клацанье зубов от удара о визор, либо наносил такие удары под дых, от которых новичок сгибался пополам.       Но Джек, хоть и молодняк и не был пока что на уровне первого дивизиона, был тоже не промах, сумел протиснуться, в последний момент сместив центр тяжести, чтобы проскользнуть в зазор в несколько дюймов. Его грудь пылала, пот струился по лицу, а ноги были как натянутые канаты, готовые разорваться.       — Слишком медленно, ребята! — выплюнул паренёк, пролетая мимо защитников, что только друг другу улыбнулись, получая краткий хмык от капитана.       Нил подал знак, и Ники с Аароном снова ринулись вперёд. Это была классическая тактика «клешни», разработанная Кевином ещё до того, как Нил присоединился к команде, но именно она полюбилась рыжику больше всего. Жаль, второго Миньярда не поставил на ворота, но Дэвид спасибо и так ему не скажет за избиение мальца.       Ники, действуя с левого фланга, стремился ограничить возможности Джона для манёвра у борта; Аарон, в свою очередь, продвигался на таран, используя клюшку не столько для удара по мячу, сколько для физического воздействия на мальца, стремясь в буквальном смысле впечатать его в поверхность корта. Расстояние между игроками неуклонно сокращалось. Три фута. Два. Один.       «Лисы» и Ваймак затаили дыхание под вскрик Эбби. Шина даже подался вперед, но его остановила Майра, заставив сесть того на пол. Напряжение нарастало, и столкновение казалось неизбежным, но вместо того, чтобы сломать рёбра нападающему, бэклайнеры схватились клюшками крестом и отправили обессиленное тело под ноги Джостену, что остался удовлетворён результатом.       — Свободны, тренировка окончена, — мах головой в бок и защитники скрылись за спиной рыжика, отбивая в добром жесте победы клюшками. Ники, у которого появились силы, рванул первым в раздевалку, пока Аарон поднимал руку и махал остальным в сторону раздевалки.       Последним вышел Нил, прикрывая дверь за Эбби, что вышла на поле, а вот его уже встречал довольный любовник, разъярённые Дэвид и Кевин.        — Тренер, Джека больше я не курирую. Кев будет полностью отвечать за его тренировки на весь период пребывания в ПГУ, — снимая шлем, в лоб заявляет он этим троим и так, чтобы ещё его слышали не только на поле, но и в раздевалках. — Больше он не моя зона ответственности.       Ваймак смягчается и скрещивает руки на груди, поднимает брови, но не перебивает. Эндрю растёкся на трибуне, вытянув и скрестив ноги. Кев присел рядом, и поставил колти на бедра, разминая пальцы.             — Мне всё равно на соглашение в качестве капитана, но если он считает возможным не слушать меня, не обращать на меня внимания, когда я даю советы, имеет право копаться в моём прошлом, разрушать настоящее и вторгаться в мою личную жизнь, то мне плевать на такого кандидата, даже если он обладает выдающимися способностями!       — Ты всё сказал? — Дэв внимательно изучает парня, проверяя, не осталось ли у него других мыслей, и затем переводит взгляд на двух других недоумков. — Как Эбби закончит, отправь её к остальным в опочивалку, его в мой кабинет. Убери его отсюда, и чтобы до вторника я его здесь больше не видел. И тебя, в целом, тоже.       — Как скажете, тренер, — как-то слишком радостно для всех них отреагировал Миньярд, но Нил только рад тому, что хоть его любимому эта ситуация приносит радость. И он впервые показывает эти искренние эмоции без ебаных таблеток.       — Миньярд, — Ваймак начал раздражаться, но блондин уже не обращал на него внимания, а только толчком руки между лопаток заставил своего наркомана пиздовать в душевую. — Я с этими двум с ума сойду.       — Что делать будем? Отстранять от тренировок — не выход. Мы за лето обязаны их поднатаскать. Одна летняя игра с «Шакалами» ради разогрева молодых не помогает ситуации. Кроме Джека, все начали перестраивать мозги под командные игры, а моё влияние уже сдаёт позиции.       — Твоё, может, и сдаёт, но со мной разговор краток, — хмыкает Дэвид и, зевая, не прикрыв рот, наблюдает, как в их сторону идут две фигуры. — Либо так, либо на выход. Ничего страшного, если от одного избавимся. Есть у меня парочка кандидатов, которые Нил рассматривал. Так, на случай внеплановых замен. Хорошенькие, кстати.       — Мне остаться? Или, может быть, пойти поговорить с Нилом?       — Слова Эндрю до него доходят быстрее, чем твои, смирись, так что доверимся ему.

Эндрю и Нил на парковке спустя десять-пятнадцать минут

      Нил медленно закрыл за собой дверь, чувствуя, как волна усталости накрывает его с головой. Прислонившись к стеклу, он закрыл глаза, пытаясь найти хоть немного покоя. За последний месяц Джек стал для него настоящим испытанием. Его капризы и постоянные требования заставляли Нила чувствовать себя вымотанным и опустошенным.       — Господи, как же он меня заебал.       Джек — его персональный ад в прошлое. Стоило кому-то из монстров отлучиться, как этот человек, словно по зову, тут как тут и начинает реанимировать его воспоминания о Балтиморе, возвращая Нила в тот кошмар, который он так отчаянно пытался забыть. С момента их триумфальной победы над Воронами прошло уже почти целое лето, но эхо тех событий всё ещё отдаётся в его голове. Единственное, что удерживает его от безумия из-за выходок этого сумасшедшего, — это осознание. Его опора — осознание того, что прошлое не является ни настоящим, ни будущим. Его нельзя вернуть, и этот путь невозможно пройти заново или ждать, что оно произойдёт. Но прошлое Натаниэля не отпускает его: оно является ему в сновидениях, преследует в ночных кошмарах и всплывает в воспоминаниях, в мыслях, в отражении.       Он помнил тот день, когда почти задушил себя, и, если бы не Ники, которому приспичило выпить воды ночью, кто знает, сидел ли бы он в машине Эндрю. После этого его любовь не отходила от него ни на шаг. Всегда рядом, всегда поможет. Он знает, что Нил не хочет говорить о Рождестве у Воронов, вновь о Натаниэле, о маме, о Балтиморе, о Милпорте, и не настаивает. Но его присутствие — это тихая поддержка, это молчаливое напоминание о том, что они вместе, что они сильнее, чем любые зомби, любые страхи.       Ладонь, охватывающая шею сзади, плотно обхватывает её и тянет в сторону водительского сидения. Эндрю, по-видимому, устал смотреть на измученное лицо своего бегунка и решил воспользоваться надёжным, как ему кажется, и проверенным методом, чтобы вернуть рыжика к реальности.       — Нил, смотри на меня, — тихо, но строго произнёс Миньярд, осознавая, что поведение этого экси-наркомана подтвердило слова Николаса.       — Эндрю, — по щеке скатилась одинокая слеза, и Нил почувствовал себя разбитым. — Увези меня отсюда.        — Да, нет? — два слова, а иногда от них зависит очень многое, и это даже немного пугает. Доверие, личные границы, эмоции, искренность — все это взаимосвязано в их жизни одним вопросом.       Нил тихо выдыхает и, кивнув, утыкается лицом в предплечье голкипера, пока другой рукой проворачивался ключ зажигания. Через несколько минут они выехали на главную дорогу, и Джостен, впервые, сколько себя он помнил, с облегчением облокотился назад, пока на его внутренней стороне бедра покоилась чужая рука, которая уверенно и по-собственнически сжимала его мышцы по собой.              — Эндрю, спасибо тебе, — выпаливает Нил, смотря на вратаря влюблёнными глазами, что как будто забыли, что слезы никуда не ушли.       — Заткнись, — тяжело молвит Миньярд, когда поворачивал в сторону парка.       — Зачем мы едем в парк? Общежитие же в другой стороне, — удивляется рыжик, не улавливая смысла их поездки.       — Ты как-то рассказывал, что там открылась новая кафешка, туда и едет.       — Но ты любишь сладкое. А сахар и сиропы есть только в напитках.       — Один вечер я уж как-то переживу, мой недобитый страйкер, — добавляет Эндрю, слегка приподымая уголки губ.