Знаешь, я так соскучился...

Встретимся и за секунду проносится ночь, Но вечностью чёрной разлука обрушится вновь. Так почему же мы всё разбегаемся впрочь? Зная в каком направлении наша любовь.

Мы друг для друга давно стали как зеркала. Видеть тебя и всё чаще себя узнавать, Нитью незримой нас намертво сшила игла, Так больно когда города Небеса нас хотят разорвать.

(Порнофильмы - Я так соскучился)

***

      Кроули очевидно бесился. Его бесило всё. Особенно его тупой идиотский ангел, который по какой-то причине решил, что работать на Небеса (НЕБЕСА?!) - это гораздо лучше, чем свалить куда подальше со своим... своим... а кем он был для него?       "О, Кроули, ничто не длится вечно"       Отлично. Просто, мать его, фантастически. Не длится, так не длится, плевать. Альфа Центавра, жди меня.       Кроули конечно же понимал, что ни на какую Альфа Центавра он не полетит. А смысл? Как-то не хотелось коротать вечность в компании безжизненных планет. Одному не хотелось. Ангел бы точно что-нибудь придумал. Вырастил бы идиотские кустарники в этой идиотской Галактике, просто чтобы он, Кроули, не скучал по земным растениям. Приволок бы миллиард книг и сотворил бы библиотеку. И запасы какао. И зефирок. Чёрт бы их побрал.       В общем, Кроули бесился.       Но одновременно понимал, знал, отрицал, то, что ангел ему нужен. Он пытался улететь несколько раз. Безуспешно.       Нет, Бентли слушалась, она всегда распознавала его настроение, но он просто... не мог. Не мог оставить книжный магазинчик, не мог оставить Мюриэль, которая до конца ещё не приспособилась к человеческому миру (по крайней мере он говорил себе так), не мог оставить кофейню (ведь Нина и Мэгги всё ещё нуждаются в опеке и направлении, как глупые недалёкие человеки, естественно). Даже Шэдвелл периодически возникал в его сознании.       Это уже попахивало маразмом.       В общем и целом.       Кроули бесился.       Это замечали все в радиусе... ну, Сохо, как минимум.       Лампочки в заведениях мигали, перегорали с удивительной частотой, кассовые аппараты работали с перебоями, чем бесили покупателей, светофоры мигали желтым, красным и зелёным в каком-то неведомом ритме (Queen, сборник хитов, а как же иначе).       В любое другое время Кроули был бы на седьмом круге от счастья. Но сейчас он не испытывал ничего, кроме раздражения, злости, тоски... грусти...       "К чёрту всё это", - подумал он, сворачивая с дороги, - "я просто пойду пить."

***

      Бар на окраине встретил его недружелюбными взглядами местных кокни. Не то, чтобы Кроули это волновало. Он окинул их таким взглядом, приправив его демоническим шипением, что бритоголовые парни тут же отвернулись, уткнувшись в свои стаканы.       Он подошёл к бармену.       - Виски.       Немолодой мужчина за стойкой пристально посмотрел в его глаза, скрытые за тёмными очками.       - Бутылку, сэр?       Кроули усмехнулся. Он умел распознавать людей, обладающих особым чутьём. Этот бармен источал особую ауру и очевидно считывал каждого посетителя как открытую книгу.       Он чуть наклонился вперёд, приспустив очки на нос и демонстрируя янтарно-жёлтые змеиные глаза.       - Две. Две бутылки. Одна за счёт заведения, и я никому не скажу о том, что ты колдун.       Бармен заметно побледнел и кивнул. Кроули кивнул в ответ. Они достигли соглашения, это всё, что ему было нужно. А сейчас ему нужно было забвение.       Обе бутылки оказались за его столиком мгновенно, как только он сел. Также появилось небольшое ведёрко со льдом и меню в красивой обложке.       - Я не ем, - протянул Кроули. - Но спасибо за заботу.       Он вежливо протянул меню бармену, глядя ему в глаза.       - У вас прекрасный сервис. Будьте уверены, что я оставлю положительный отзыв.       Он обаятельно улыбнулся и махнул рукой, отправляя горе-колдуна на своё место за барной стойкой. Посмотрел на бутылку. Открутил крышку и отпил четверть. Его захлестнули воспоминания.

***

      Они, как всегда, сидели в книжном магазине. Как и десять лет назад, как и пятьдесят. Но что-то изменилось. Это ощущалось в воздухе, неуловимо, но Кроули чувствовал. Он чувствовал необъяснимые волны энергии от Азирафеля, и это было... странно. Не неприятно, нет, просто необычно. За все шесть тысяч лет он ощущал от ангела подобное раза два-три, например после той треклятой церкви во время Второй Мировой. Это вводило в ступор, демон не мог понять какие именно эмоции испытывает ангел.       Разговоры о "магии", скудных умениях Азирафеля на фокусническом поприще, на что он дулся и начинал разглагольствовать, что он, вообще-то учился у лучших, а Кроули в этом ничего не понимает. И именно в этот вечер Кроули понял, что он хочет ангела. Во всех библейский и не библейских смыслах. Это осознание пришло как лавина и накрыло его как... ну, лавина. Он сидел, потрясённый, даже не слушая ангела, который начал свои философские размышления по поводу какого-то издания какого-то писателя. Кроули было всё равно. Ему не хотелось слушать про Диккенса. Ему хотелось слушать стоны ангела. И мольбы, не те, что предназначены Богине, а те, что звучат как "Да, Кроули, ещё, ещё, да!"       В этот момент он подумал, что только сейчас пал окончательно. Азирафель никогда не позволит сотворить с собой такое. Но, чёрт возьми, как же хотелось.       Хотелось, чтобы он засунул свою ангельскую сущность куда подальше и принял наконец тот факт, что они неразлучны. Что они практически единое целое. Не ангел и демон, а просто... ОНИ.       Кроули делал вид, что слушает, кивал, но думал о том, что ему никогда не суждено быть с Азирафелем настолько близко, насколько он этого хочет. Конечно, он не игнорировал слова ангела, просто он слышал одну и ту же шарманку на протяжении столетия, поэтому прекрасно знал и понимал, что именно Азирафель хочет сказать. Он всегда интересовался тем, что нравится ему. Не мог сказать того же про ангела, но какая разница. Ему не было обидно. Обидно было только из-за того, что ангел, очевидно, не замечает его привязанности.       Демоны не умеют любить. Это аксиома. А Кроули умел, да ещё как. Было грустно от того, что ангел, его ангел, не видит этого.       - Ангел.       Азирафель, увлечённый рассказом о коллекции, которую он недавно приобрёл, замолчал и удивлённо уставился на Кроули.       - Ангел, - повторил демон, - а ты не думал о любви?       Вопрос был странным, не в тему, он выбивал из общего ритма их отношений. Но всё равно Кроули необходимо было его задать. Азирафель моргнул, посмотрел на него нетрезвым взглядом и рассмеялся.       - Ох, дорогой мой, мне не нужно об этом думать. Ангелы созданы из любви, созданы для того, чтобы её дарить... А почему ты спрашиваешь?       Демон напротив выглядел слишком серьёзным, чтобы поддаться его игривому настроению. Он молчал и смотрел на Азирафеля. Он подбирал слова.       - Ну смотри, ангел, - начал он издалека, - люди любят друг друга. Это факт. Поэтому они соединяются телами. Ты точно должен об этом знать, ты тоже здесь давно. Так вот...       Почему-то стало сложно говорить. Кроули прочистил горло, настроился на мысль и продолжил.       - Как ты думаешь, может ли быть такое, что люди... не люди... существа, могут любить друг друга без физического контакта?       Азирафель посмотрел на него с выражением чистого непонимания. Он отодвинул стакан и решительно встал. Подошёл к Кроули. Посмотрел на него сверху.       - Кроули... Да, конечно же могут. Но мы - не эти существа.       Слова, сказанные так поверхностно, ударили в голову демона ещё до того, как он смог их осознать. Он резко встал, чуть не столкнувшись головой с ангелом. Резким движением он схватил очки с подлокотника кресла и надел их, одновременно направляясь к двери.       - Кроули!       Голос ангела преследовал его всю ночь. Он не остановился. Не выслушал объяснений. Он боялся. Боялся того, что окажется прав, и ангел посмотрит на него с жалостью.       "Ох, Кроули..."       От этого снисходительного тона, придуманного им самим, кружилась голова. И не в хорошем смысле. Хотелось убежать, улететь, умереть (вот только последнее было почти невозможным). Он ехал, выжимая из Бентли максимум. Она не сопротивлялась, переживая те же самые эмоции, что и её хозяин. Больше никаких булочек в салоне. Никакой классики в проигрывателе. Никакой любви. Бентли была расстроена.

***

      Конечно же они помирились. Так было, так будет всегда. Кроули знал это, так же как он знал о своей импульсивности. Тогда он постыдно убежал, но ничего страшного. Азирафель понял, принял его обратно и простил. В конце концов, он был ангелом, это была его суть.       От этой сути, от "божественного начала" воротило смертельно. Демон искренне желал, чтобы ангел наконец принял тот факт, что их тянет друг к другу. И не в каком-то метафорическом смысле. Он просто знал, что Азирафель чувствует то же самое, просто его сознание настолько промыто догмами Небес, что ему очень сложно от них отойти. И всё же, это было очень обидно. Несмотря на то, что ангел не был виноват в том, как он чувствует. Всё равно. Обидно.       Кроули уже давно принял, что его никогда не простят. Непрощённый. Как клеймо. Ну и прекрасно. Он уже давно не искал прощения. Ему было комфортно там, где он был. Не а Аду, а здесь, на Земле, рядом с книжным магазином, и плевать жил он в квартире или в машине или спал в подворотне. Это его не беспокоило.       Беспокоило его другое. Точнее выводило из себя, бесило и заставляло использовать свои демонические "чудеса" на изменения погоды и тренды в Твиттере. Он не мог перестать злиться на Небеса за то, что они лишили его самого главного. Его ангела. Падение - ладно, это он пережить мог, но пытка длиной в шесть тысяч лет... Это уже как-то слишком.

***

      Кроули сидел в баре. Точнее не сидел, а полулежал в кресле за маленьким столиком. Столик был заполнен стаканами и бутылками. Он шипел на каждого, кто пытался убрать хоть что-нибудь. Он хотел видеть свои страдания. Он хотел помнить.       Было очень мерзко и больно, и в сознании то и дело всплывал сраный Метатрон. Он точно что-то сделал с его ангелом, иначе и быть не может. Азирафель никогда бы так с ним не поступил по собственной воле... Да?       Кроули сделал очередной глоток, одновременно подзывая бармена и жестом указывая, что ему нужна добавка. Бармен молча кивнул, про себя удивляясь, как этот молодой человек может выпить 20 напитков разной крепости и ни разу не сходить в туалет. И даже не отрубиться за столом. Он видел, что посетитель говорит сам с собой, но в этом баре такое поведение редкостью не было.       Кроули налил полный бокал виски и осушил его залпом.       "Даже не поморщился!", - с удивлением и опаской подумал бармен.       Демон поднялся, слегка покачиваясь. Трезветь он не собирался. Смысл тогда пить? Смысл был, когда рядом был Азирафель. А сейчас...       Он купил ещё две бутылки виски и вышел из бара. Прошёл пару метров и понял, что идти ему некуда. С другой стороны улицы раздался до боли знакомый гудок. Бентли. Пошатываясь, Кроули доковылял до машины, открыл дверь и упал на заднее сиденье. Что было дальше - он не помнил.

***

      Кроули проснулся от нестерпимой жары. Попытался спрятаться, но не получилось. Он открыл глаза, проклиная всё в этом мире, смутно понимая, что его проклятия сбудутся. Он был в Бентли, которая заботливо припарковалась рядом с супермаркетом.       "Купи минералки и что-нибудь пожрать, и перестань уже вести себя как тряпка", - говорила она.       Демон кивнул, соглашаясь. Бентли всегда знала, она всегда была права. Он бы женился на ней, если бы не был намертво привязан, пришит, приколот к одному конкретному ангелу.

***

      Любое похмелье прекрасно лечится антипохмелином. А именно, бутылкой виски. Это правило придумал сам Кроули и он намеревался ему следовать. Далее было несколько магазинов и вот уже коробка с выпивкой покачивалась на заднем сидении Бентли. Демон остановился прямо напротив книжного магазина. Покачиваясь, удерживая в руке бутылку, он подошёл к окну. Мюриэль, с присущим ей ангельским терпением, сортировала и расставляла книги. Кроули почувствовал тошноту. Только ангелу, только его ангелу, можно было прикасаться к этим книгам.       Он резко развернулся, перешёл через дорогу и скрылся в машине. Отрыл бутылку и выпил половину. Потом ещё. Бутылка полетела в окно. Бентли полетела в никуда. Он не знал куда едет, просто наматывал круги, пока не вернулся в Сохо. К книжному магазину. Бентли остановилась, и, не включая музыку, просто затихла. Цветок на заднем сидении не смел ничего сказать о том, что о нём, судя по всему, забыли, и неплохо бы его полить. Говорить что-либо об этом в этой ситуации было бы крайне опасно.       Три бутылки виски спустя Кроули уже не мог фокусировать взгляд на мутных окнах магазина. Он не знал зачем тут сидит, как будто ждёт, что ангел одумается и вернётся, и вот они уже как прежде будут пить чай, кофе, что-то покрепче и разговаривать целые сутки обо всём на свете. Четвёртая бутылка была успешно открыта. И вдруг Кроули подумал.       А что, если остановить регенерацию? Технически это будет смерть тела, но Смерть точно заберёт его сразу, автоматически, как любого из смертных. Ад конечно узнает, но слишком поздно. Смерть, на его памяти, ни разу не отдавал ни одной души.       Было решено. Пить до тех пор, пока не откажет печень, почки, мозг, да что угодно. Просто пить, плакать в туалетах дешёвых баров и спать где придётся. Решение было очень простым, но Кроули не учёл, что тело, которое ему выдали в Аду - очень выносливое. Даже слишком. Демоны, на самом деле, боялись людей, наслышавшись о том, какие ужасы они творят, и поэтому, когда Вельзевул приказала им создать тело... они превзошли сами себя. Тело получилось отличным. Жаростойким, тонким, и, что немаловажно, довольно сексуальным. Самое то для смертных. Но самое главное - выносливым.

***

      Сколько времени он провалялся в обоссанной подворотне? Непонятно. Бентли выкинула его здесь, когда он, устав от пьяных рыданий по ангелу, начал выводить пальцем какие-то послания на стекле. Бентли поняла, что с неё хватит. Более того, этому демону нужно было разобраться со всем самостоятельно. Поэтому она подъехала к более-менее нормально выглядевшему переулку, открыла дверь и заставила сиденье кинуть Кроули подальше, ближе к мусорным бакам. Затем она, как ни в чём ни бывало, завелась, и поехала в сторону книжного магазина.

***

      - Кроули?!       Сквозь пелену похмелья и сна, он увидел очертания лица ангела. Очки сползли на переносицу, но он даже не подумал вернуть их на место. Азирафель стоял там, в своём безупречном костюме и излучал такой божественный свет, что даже крыса, с которой Кроули уже успел поладить (её звали Джеки, она была классной девчонкой, просто попала в дурную компанию), мгновенно слиняла, боясь ослепнуть.       - А... Азирафель? Вау, мне нравятся такие галлюцинации, куда подать заявку, чтобы они случались чаще?       Он рассмеялся. Инфернально.       - Кроули, что с тобой произошло?       Голос ангела звучал очень обеспокоенно, но он не смел приблизиться, помня о том, на какой ноте они расстались. Кроули скривился, а потом выдал лучезарную улыбку, которая никаким образом не подходила ситуации.       - Всё в порядке, ты же видишь! В полнейшем! Никаких проблем, я просто кайфую от жизни!       Азирафель всё же приблизился, медленно, как будто усмирял разъярённого зверя. Встал почти вплотную, настолько близко, что Кроули мог бы дотянуться до его штанины, если бы захотел. Он напустил на себя самый серьёзный вид, который только мог. Посмотрел в наглые глаза демона и издал разочарованный вздох.       - Нечестивое создание. Как мог ты так низко пасть? Мне придётся научить тебя манерам. Сейчас же вставай, мы идём домой!       Кроули показалось, что он сошёл с ума. Слишком много алкоголя и веществ видимо могут сделать страшные вещи даже с демоническим сознанием. Ангел, его ангел, никогда ещё не разговаривал с ним так властно. Это... было интересно. Демон приподнялся на локте, снимая очки и пристально глядя в глаза Азирафеля.       - А что будет, если я не пойду?       Он приподнял бровь, дразня и принимая правила игры. Наклонил голову, сглотнул, вкладывая в это движение все силы, чтобы мышцы шеи были максимально напряжены. Он хотел, чтобы ангел видел.       - В таком случае, мой дорогой, - Азирафель слегка вышел из образа и, протянув руку, погладил демона по растрёпанным волосам, - мне придётся свершить над тобой суд. Страшный суд. Именем Господа заклинаю тебя - подчинись!       То, что произошло в голове, желудке и где-то ниже у Кроули, описать не смог бы даже он сам. Тело само поднялось, слегка шатаясь. Он бы хотел думать, что это Азирафель сотворил очередное чудо, но не чувствовал ни намёка на божественное присутствие. Он поднялся сам. По своей воле. Потому что после слов ангела невозможно было оставаться в спокойной лежачей позе. Отчаянно хотелось других поз. Возможно, тоже лежачих. Возможно, не только.