Сладких снов

      Рудольф прижимал к себе смертное тело, стараясь не навредить ему. Он не знал, насколько крепко можно сжимать людей, чтобы тем не было больно. Но он и не думал, что однажды окажется в объятиях человека. Мирно спящего человека.       Тони вернулся сегодня после разговора с родителями расстроенный, с глазами полными слез. Вампир не знал, сколько он просидел, утирая слезы, что предательски текли, но когда он влетел в комнату в предчувствии новых приключений, то уже застал друга в таком состоянии. Тони не смог объяснить, о чем он говорил с родителями и что те ответили. Да и Рудольф не спешил расспрашивать, захочет - расскажет. Он просто был рядом, насколько это было позволено. Сначала просто сидел рядом, стараясь отвлечь его обыденными разговорами. А потом Тони придвинулся ближе, прося обнять его, не стал перечить и прижал к себе всхлипывающего паренька.       С их последней встречи прошло чуть более четырех лет. Тони иногда удавалось уговорить родителей ( в особенности маму), чтобы снова отправиться в замок и погостить там немного. Тогда это были самые лучшие дни, но и хорошему приходит конец. Однажды мама, устав от ночных вылазок своего сына, зареклась, что больше они ни за что не приедут в это место. Тогда Рудольф последний раз видел своего друга, отчего внутри все кипело от негодования, злости, обиды. Все то, что он раньше не испытывал, слилось воедино и затанцевало танец ненависти к людям с новой силой.       И вот спустя четыре долгих года он вновь увидел Тони. И, не успев насладиться его компанией, застает его в таком состоянии. Что может быть хуже? Ему явно не хотелось встретить своего человека в таком состоянии, когда сам Рудольф понятия не имеет, что ему делать. Он ведь никогда никого не успокаивал: не принято как-то было. А тут было нужно что-то сделать. – Хочешь рассказать? – Тони покачал головой и снова всхлипнул. Слез не было, но отголоски истерики еще присутствовали. Юноша все сильнее жался к вампиру, зло посапывая где-то в районе шеи, отчего Рудольф вздрагивал: так непривычно было ощущать человеческое дыхание настолько близко.       А потом его и вовсе утянули с собой в кровать, словно игрушку, которую принято обнимать во сне. А Рудольф и не сопротивлялся - не хотелось. впервые за долгое время Тони был рядом. Его Тони. До рассвета далеко, а ночь долгая. И Рудольфу хотелось как можно больше впитать этот невинный вид его человека, который без страха уснул в объятиях вампира. О чем он только думает? Разве так можно?       Но Рудольф улыбается и зарывается в светлую макушку Тони. Тот хмурится во сне и отворачивается от вампира, но из объятий не выбирается. Так и проходит время до рассвета. Рудольф не шевелится, превратившись в статую-наблюдателя. Впервые он чувствует, что не злится на людей, ведь самый важный из них вот - рядом. Что может быть лучше? Когда первые лучи солнца пробираются в комнату через плохо задернутые шторы, Тони резко проснулся, осознавая, что упустил возможность побыть с другом. – Я уснул? – он посмотрел на Рудольфа, который так и продолжил лежать на второй части кровати. Тот кивнул. – Чееерт, прости. Не хотел, чтобы так вышло, – он растрепал волосы, которые и так ото сна были похожи на воздушное облако. – Все в порядке, – Рудольф поднялся и сел на край кровати. – Только вот я уже не успею вернуться домой. Могу же остаться у тебя? – Спрашиваешь? – Тони улыбнулся и поднялся с кровати. – Где тебе хотелось бы поспать? Могу снова устроить для тебя спальное место в шкафу, как тогда, помнишь? – С тобой, - неожиданно для самого себя выдал Рудольф. – Что? – Где угодно, только с тобой рядом, - повторил он снова. – Или ты против? – Н-нет, но… – Что? - вампир увидел, как алеют уши его человека. Это было слишком мило и он, не сдержавшись, подошел вплотную. – Боишься? – Глупостей не говори! С чего мне тебя бояться? - Тони поднял голову, заглядывая в глаза вампира. За прошедшее время они оба вытянулись (хотя Тони был уверен, что вампиры не растут), но Рудольф все равно был выше его на целую голову. – Тогда ложись. – Не думаю, что мне понравится спать в шкафу, - юноша переминался с ноги на ногу, бросая взгляд то на друга, то на шкаф. – А кто сказал, что мы будем спать в шкафу? – Рудольф подошел к окну, плотнее закрывая шторы, отчего комната погрузилась в полумрак. Шторы все еще не могли сдержать солнечный свет полностью, но точно не позволили бы навредить чувствительной коже вампира. – А где же? – Здесь, - вампир сел на кровать и похлопал рядом с собой. – Тут вполне удобно, пусть и непривычно для меня. – Уверен, что все будет в порядке? - Тони смущенно потер шею. Ему раньше не приходилось спать с другим парнем (про прошедшую ночь он благополучно забыл). – Вполне. У тебя есть претензии? – Нет. – Тогда хватит там стоять, иди сюда.       И Тони пошел. Ноги сами понесли его к Рудольфу, словно заколдованные. Но вампиры-мужчины не имеют любовных чар, так ведь? Тогда почему сейчас сердце Тони готово было выскочить из груди от одной только мысли, что ему придется лежать в одной кровати с другом? – Ты такой медленный, - Рудольф схватил его за руку и дернул на себя с такой силой, что парень не устоял и рухнул на него сверху. Теперь Тони нависал над вампиром, а их глаза были друг напротив друга. – Давай спать, я чертовски устал, - Рудольф уложил парня поудобнее и сам лег рядом. Тони снова оказался в объятиях вампира, отчего кровь прилила к лицу и стало не по себе. Только вот вампира их положение нисколько не смущало. – Тебе удобно? – Очень, – Рудольф прижался еще ближе. – Сладких снов. – Сладких снов.