Приюти кота

Соня сидела во дворе своего дома, докуривая сигарету. На улице уже стемнело, в небе сияли звёзды, но домой идти не хотелось. Там никого не было. Ни мамы, ни папы, ни их мерзкий друзей. Как заброшка. У двора снова отшивались какие-то подростки. Они смеялись на всю улицу, распивали спиртное и не думали о нормах поведения. Вот же некультурные! Даже Соня молча сидит и курит эту несчастную сигару, а они устроили дебош.       — Эй, девочка! — неожиданно выкрикнул один из парней этой сомнительной компании. — Девочка! Айда к нам? Повеселимся! Соня цокнула языком, не сдвинувшись с места ни на сантиметр.       — Девочка, я с тобой разговариваю! — у парня знатно подгорело. — Ну пойдём к нам! Соня не шла. Тогда парень решил подойти к ней. Он, оказавшись прямо над ней, сжал её руку. Да так крепко, что запястье предательски заныло от боли.       — Отпусти! Пусти, кому говорю! — Кошкина перебросила сигарету в другую руку и прижала её горящей стороной к шее парня. Он в ту же секунду отпрыгнул, сжал шею рукой и завыл, как волк на луну. Его компания словно озверела – пулей побежала на Соню, как орава уличных собак. Пока горе-мужики подходили к своему корешу, девки вцепились в Кошкину взглядами.       — Эй, ты. Ты чё, берега попутала? Какого лешего ты тут выступаешь? С башкой что-то?       — За своими козлами следить надо. — отвртила Соня, отряхнув лонгслив. — Нечего было приставать.       — Ты чё, совсем рехнулась? — одна из девушек – белокурая, невысокая, в коротком топике – вцепилась мёртвой хваткой в плечо Кошкиной. — Моя ты хорошая, если ты не знала, то я могу устроить тебе такую жизнь, от которой ты будешь ежедневно рыдать.       — Устрой, устрой. — Соня безразличным взглядом смотрела на девушку.       — Устрою!       — Устрой.       — Устрою!       — Устрой!       — Эй, Кать, так она же одноклассница Марины! — крикнул какой-то парень. — Пусть она с ней разбираться будет.       — Королёва-то?       — Она самая.       — Да делайте, чё хотите. Мне безразлично до глубины души. Соня дёрнула плечом, вызвалившись из хватки. Катя смотрела на неё убийственным взглядом.       — Тебе не жить, мерзавка!       — Да-да-да. Соня не слушала. Она лишь развернулась и зашла в свой подъезд, пока разъярённая компания бухих подростков что-то кричала ей вслед. Добравшись до своего этажа, она села на лестницу, уткнувшись глазами в руки. Не было сил держать голову, поэтому приходилось её придерживать. В целом, сил ни на что не осталось. Не осталось сил существовать. Не осталось сил жить. Хотелось исчезнуть. Не рождаться. Стать пустотой. Стать ничем. Из навязчивых мыслей Соню выдернул резкий звук открывающейся двери. Соседка вышла на лестничную клетку. Увидев Соню, она с отвращением уставилась на неё.       — Ты чего тут сидишь?       — Да так, просто...       — Родители снова ушли? Соня кивнула. Соседка цокнула языком, вернулась в квартиру и вышла оттуда с магазинным сэндвичем.       — Держи, поешь. — она положила его на ступеньку возле девушки. — Если родттели не придут – иди к нам.       — Спасибо. Соня взяла сэндвич и открыла его. Соседка уже ушла на этаж ниже. Теперь лестничная клетка снова казалась холодной, пустой, неживой. Зелёные стены будто питали все жизненные силы, постепенно забирая и саму жизнь. Соня нехотя поднялась со ступеньки и, достав из кармана ключи, открыла дверь. На пороге валялась её куртка. Похоже, кто-то был в квартире. Наверное, родители. Приходили, видимо, когда она была в школе. Подняв куртку и повесив её на крючок, она пошла на кухню, села на стул и принялась есть сэндвич. Еда в желудок еле лезла, чувства голода она не испытывала. Но из уважения к соседке она съела угощение. Её соседка, тётя Алла, всегда помогала ей. Как только маленькая Соня переехала в этот дом вместе с родителями, тётя Алла всегда им помогала – то еду отдаст, то вещь подарит, то контакты ремонтников даст. Но потом родители Сони начали пить, сваливать из дома и не обращать внимания на ребёнка. Тётя Алла стала для Сони второй мамой. Соня знала детей соседки – мальчик-подросток лет 15-ти Алёша и девочка лет 8-ми Юля. Они стали друг для друга практически родными братом и сёстрами. Родных родителей Соня практически не видела. Они бывают дома только тогда, когда тётя Алла вызывает опеку. В такие моменты они играют роль хорошей семьи: убирают квартиру, готовят огромные блюда, мило беседуют с Соней. А потом всё по новой. И Соня снова становится никому не нужной. Одинокой. Той маленькой девочкой, которую оставили одну посреди этого огромного, безграничного и страшного мира. Тряхнув головой, Соня вздрогнула. Так! Хватит думать об этом. Встав со стула, она быстро прибралась на кухне, а потом и в своей комнате. После она вышла на балкон. Он выходил на двор. Приглянувшись, она заметила, что компания ушла. Соня достала сигарету из кармана вместе с зажигалкой и закурила её. Она понимала, что это увлечение однажды её убьёт, но разве не этого она добивается?