20.
2 мая 2026 г., 16:16
БРИ
Я следую за Фрэнком и Ларри в комнату, где держат Винса. Ларри время от времени что-то бубнит себе под нос. Я его игнорирую и заставляю себя сохранять спокойствие. Всегда знала, что в казино есть такие места. Звукоизолированные, со стальными дверями, из которых не выбраться. Но сама я никогда в таком не бывала. И когда Фрэнк толкает массивную дверь, первое, что ударяет в нос, — это запах пота, крови, отчаяния. Моим глазам требуется время, чтобы привыкнуть к темноте. Единственный прожектор ярко освещает самого человека. Винс Сабателли. Костюм мужчины порван и испачкан, волосы слиплись от крови. Один глаз заплыл, а другой с вызовом смотрит на меня. — Ну-и-ну, — хриплым голосом выдавливает Винс. — Чем обязан такому удовольствию, миссис Коломбо? Поворачиваюсь к Фрэнку и Ларри. — Оставьте нас. Ларри издает мрачный смешок, а брови Фрэнка взлетают вверх. — Послушай, Бризи, я не думаю… — Я не спрашивала твоего мнения, Фрэнк. Я сказала, оставьте нас. Это касается и охранников тоже. На мгновение мне кажется, что он будет протестовать дальше, но потом он кивает, выпроваживая остальных. Когда дверь закрывается за ними, я остро осознаю, что осталась наедине с человеком, который, несмотря на свое нынешнее состояние, все еще является одним из самых опасных личностей в Лас-Вегасе. Подтаскиваю стул, располагаясь чуть вне досягаемости Винса, хотя он и привязан. Его единственный здоровый глаз следит за каждым моим движением. Я чувствую, как он ищет слабость, любой признак того, что я не справляюсь, любой шанс схватить меня. — Должен сказать, я удивлен тебя здесь видеть, — произносит Винс, и в его голосе проскальзывает намек на обычное обаяние, пробивающееся сквозь синяки. — Не предполагал, что Ларри позволит своей новой марионетке выйти из-под контроля. Я откидываюсь на спинку стула, закидываю ногу на ногу, позволяя разрезу на моем дизайнерском платье лишь слегка приоткрыть бедро. Это прием, который я использовала бесчисленное количество раз, чтобы обезоружить мужчин, недооценивающих меня. — Ты за кого меня принимаешь, Винс? Марионетку? Поэтому ты пытался убить меня, когда я отказалась от твоего нелепого предложения руки и сердца? — Слушай, я бы встал на одно колено, если бы ты этого хотела, — хихикает он, затем морщится от боли, которую это вызывает. — Не в обиду, Бризи, однако мы оба знаем, что ты не вывозишь. Терри держал тебя подальше от семейного бизнеса не просто так. Годами я играла роль прелестной, чуток легкомысленной жены. Так было безопаснее, проще. Терри знал меня настоящую, скрывающуюся за маской, даже иногда спрашивал моего совета. И теперь, когда Терри нет, а моя жизнь висит на волоске, я больше не могу позволить себе быть той женщиной. — Без обид, Винс, но прямо сейчас я — твой единственный шанс. Так что будь умнее, чем ты есть. Единственный здоровый глаз Винса прищуривается на меня. — Дай угадаю, Ларри тебе наплел всякой чепухи о том, что это я прикончил Терри? — Я не отвечаю, хотя мое молчание, кажется, служит достаточным ответом. — Блять, — выругивается Винс. — Послушай, Бри, я любил старика. Это был не я. Но хочешь знать, кто готов пойти на все, чтобы достичь вершины, даже если для этого придется устранить конкурентов? — Он наклоняется вперед, насколько позволяют его оковы. — Гребаный Ларри Карузо. Этот человек — психопат. — И почему я должна тебе верить? — Посмотри на меня, милая. Думаешь, я сам с собой это сделал? Ларри только и ждал повода, чтобы избавиться от меня, потому что я единственный, кто может бросить ему вызов за место дона. И, скажу тебе, он не собирается позволить вдове встать у него на пути. Это он. Он тот самый убийца. Он прикончил босса и пытался добраться и до тебя. — Но почему он должен обо мне так печься, чтобы желать моей смерти? — Ему не нравится твое влияние в Семье. Он считает, что ты выступишь против него и переманишь некоторых других парней. Для меня это новость. — Где он был в ночь убийства Терри? Впервые Винс кажется немного менее уверенным в своем обвинении. — Ну… он был в Финиксе. Со мной. — Вы оба были в Финиксе вместе? Вздохнув, Винс поерзал на стуле. — Старик отправил нас туда заключить сделку. Сказал, что нам нужно провести время вместе. Подружиться. Я почти улыбаюсь. Я почти слышу, как Терри говорит им это, и, конечно, могу представить их реакцию. — Впрочем, это ничего не значит, — продолжает он. — Он мог нанять кого-нибудь или поручить это кому-то из своей команды. Возможно. Однако кто бы это ни сделал — будь он неизвестен Семье или охране казино — далеко бы он не ушел. Даже одного из людей Ларри заметили бы. Терри старался как можно меньше контактировать с нижестоящими должностными лицами, чтобы обеспечить правдоподобное отрицание в юридических целях. — Ты мог бы и сам кого-нибудь нанять, — замечаю, но продолжаю, игнорируя его протесты. — Ну допустим, я тебе верю. Что тогда? Он долго изучает меня, оценивая, есть ли у него на самом деле шанс. — Ты меня отпускаешь, — медленно говорит он. — Возвращаешь мне должность капо. Я даже не буду просить шанса разобраться с Ларри — ты сама можешь им заняться. И я знаю, что ты это сделаешь, да? — Он ухмыляется. — Взамен я поклянусь тебе в верности до тех пор, пока не будет выбран новый дон. Ты выберешь кого угодно, и я подчинюсь. Я приподнимаю бровь. — Откуда мне знать, что ты не нападешь на Ларри, как только окажешься на свободе? — Потому что, в отличие от некоторых, я знаю цену преданности, — выплевывает он. — Терри был хорошим боссом. Он относился ко мне справедливо. Я это уважал. — Его голос немного смягчается. — И я уважаю тебя тоже. В тебе больше стержня, чем большинство этих ублюдков осознают. Так что я оставлю Ларри в покое, пока мне не прикажут иначе. Слова Винса становятся для меня сюрпризом. Нечасто кто-то видит сквозь ту маску, которую я ношу. И каждый инстинкт, отточенный годами выживания в этом мире, кричит мне быть осторожной. Тем не менее, есть и другая часть меня, та, которую слишком долго отодвигали в сторону и недооценивали, и она видит возможность. Я вспоминаю, откуда я родом, о трейлерном парке, который отныне кажется целой жизнью назад. И я вспоминаю о человеке, которого оставила с ножом в груди, истекающим кровью на полу автоприцепа, пока моя мать рыдала и причитала над ним. Я бесчисленное количество раз «перестраивала» себя. Почему бы не сделать это снова? Влиятельный представитель семьи Коломбо. Мне нравится, как это звучит. — Вот сделка, Винс. Единственная, которую ты от меня получишь, так что слушай внимательно. Я добьюсь твоего освобождения. Я даже верну тебе должность капо. И ты станешь моим человеком, как ты и сказал. — Он энергично кивает. — Но если хоть на секунду заподозрю, что ты меня водишь за нос, я позабочусь о том, чтобы то, что Ларри сотворил с тобой, показалось как день в спа-салоне. Мы договорились? Здоровый глаз Винса слегка расширяется, в нем смешиваются изумление и уважение. — Кристально ясно, миссис Коломбо. — И прекрати этот пошлый бред. — Считай, что прекратил. Я направляюсь к двери, затем останавливаюсь, оглядываясь на него. — Мне понадобится несколько часов, чтобы уговорить Фрэнка. Убедись, что доживешь до тех пор. Он кивает, медленная улыбка расплывается по его избитому лицу. — Ты справишься, девочка-босс. — Я не девочка, Винс. Он болезненно усмехается. — Нет, ты чертова королева! — Ты прав, — говорю я ему, потом открываю дверь и выхожу. Фрэнк и Ларри ждут там с несколькими другими подчиненными низкого ранга из клана Коломбо, и какой бы разговор они ни вели, он прекращается, как только я появляюсь. — Винс был с тобой в Финиксе в ночь убийства Терри? — спрашиваю Ларри без предисловий. — Да, — отвечает Ларри через мгновение. — Да, был. — А в другой вечер он весь вечер играл в покер, — продолжаю я. — Это так? — Да, так и есть, — подтверждает Ларри. — Он был там все время. Приехал со мной и Холденом Бруксом после того, как Фрэнк передал весть. — Значит, у Винса не было доступа к телефону в ту ночь? Еще одна пауза. — Нет, полагаю, что нет, — в конце концов признается Ларри. — Наемник, который напал на меня, был изрядно хорошо подготовлен. На нем была униформа казино, и ему удалось вывести из строя частный лифт. Винс Сабателли — способный человек, однако даже он не смог бы все это устроить во время игры. — Значит, он подготовил все заранее, — возражает Ларри. — Проще простого. — Но тогда у него не было причин желать моей смерти. Не до того, как я публично унизила его на игре. — Что означает, что предыдущая попытка покушения на мою жизнь, вероятно, тоже была совершено не Винсом, только я этого не упоминаю. — Винс не тот парень, — продолжаю я, когда никто не отвечает. — Отпустите его. Лицо Ларри искажается от гнева. — Какого хрена? Бризи, ты же не серьезно… — Я не только говорю серьезно, но и прошу тебя, Фрэнк, немедленно восстановить Винса Сабателли в должности капо. Коридор погружается в хаос. Ларри визжит, его лицо приобретает тревожный красный оттенок. Фрэнк пытается его успокоить, одновременно метая в меня вопросительные взгляды. — У тебя нет здесь никаких прав, леди, — рычит Ларри, приближаясь ко мне вплотную. Его горячее дыхание обжигает мою кожу, и я чувствую запах дорогого скотча, который он предпочитает. — Ты понятия не имеешь, с кем имеешь дело! Я вспоминаю все те разы, когда мне приходилось улыбаться и кивать таким мужчинам, притворяясь менее значительной, чем я есть. Больше такого не будет. — Я точно знаю, что делаю, Ларри. Я защищаю наследие своего мужа и защищаю Семью — в отличие от тебя, чья единственная цель, похоже, — захватить контроль. Винс Сабателли не убивал моего мужа, но я начинаю сомневаться в тебе. В моем голосе отчетливо слышится угроза, и остальные мужчины замолкают, обдумывая мои слова. И на миг я замечаю проблеск неуверенности в глазах Ларри. Хотя он быстро сменяется яростью. — Это ебаный абсурд, — сплевывает он, прежде чем умчаться прочь. Когда мужчины неуверенно последовали за ним, Фрэнк обратился ко мне, пожимая плечами. — Я очень надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, Бризи. Ларри пользуется большой поддержкой в Семье. — Тогда он может забрать этих недоумков с собой, если решит уйти. — Уйти? — Фрэнк моргает. Я вздыхаю, поражаясь, насколько он может быть слеп. — Семья не выживет в ее нынешнем виде, Фрэнк. Даже если Ларри и Винс поцелуются и помирятся — чего они не сделают, — трещины не удастся заклеить обоями. Мы приближаемся к землетрясению. И когда оно закончится, ландшафт будет совершенно другим. Он только моргает, тупо уставившись на меня. — Бризи, ты серьезно собираешься отпустить Винса? Потому что первое, что он сделает, он возьмется за Ларри, а это… — Он не возьмется за Ларри. Нет, если он знает, что для него лучше. — Я положила руку на плечо Фрэнка. — Винс не убивал Терри. В ту ночь он был в Финиксе, а киллер никак не мог проникнуть в те служебные комнаты незамеченным охраной. — На самом деле, единственное, в чем Винс, похоже, виноват, — это в неразумном публичном предложении и смутной угрозе, чтобы я держала рот на замке. — Я едва не усмехаюсь, но проглатываю смешок. — Я имею в виду, когда ты говоришь все это так разумно, это звучит нормально, — вздыхает Фрэнк. — Возможно, Терри что-то заподозрил, когда он… — Он смолкает, и я вижу на его лице выражение, которого, кажется, никогда раньше не видела. Чувство вины. — Когда он что? — резко спрашиваю я. — Когда он… когда он женился на тебе. Я могла бы поклясться, что изначально он собирался сказать совсем не это, но у меня есть дела поважнее, чем выпытывать информацию у Фрэнка Коломбо. Поэтому, взяв с него обещание, что он отпустит Винса, я отправляю короткое сообщение Холдену, а после звоню Ник. Судя по голосу, она где-то снаружи, вероятно, прогуливается по Лас-Вегас-Стрип. — Ты где? — Совсем рядом. Ты закончила? — Да. Я направляюсь в службу безопасности. Я попросила Холдена встретиться со мной там, чтобы еще раз просмотреть запись. Она хмыкает, скорее, от облегчения. — В комнату охраны? Хорошая идея. Хочешь что-нибудь поесть? После того запаха в помещении, где они держали Винса, я не думаю, что когда-нибудь снова смогу есть. — Я не голодна, — отвечаю я. — И еще нам нужно поговорить с Софи Джонсон. — Не приближайся к ней без меня. Оставайся под охраной, я буду там через десять минут. Я вешаю трубку и продолжаю идти, безумно надеясь, что Холдену удалось что-то извлечь из этой видеозаписи.
