Проект Жизни

Был тихий ранний вечер. На часах показывало 17:47. Солнечный свет из окна чуть пробивался в комнату, еле преодолевая слегка закрытые шторы. С улицы, был слышен смех ребят, играющих в футбол, пение птиц, звук проезжающих мимо машин... Но Лололошка был очень увлечен книгой, не замечая ничего вокруг. Лишь тихие и ритмичные тики часов пробивались в его голову. Дверь в его комнату со скрипом открылась и в проеме появился Джон. — Привет Джон, ты ходил проведать Сашу? Надеюсь ей уже лучше... — Лололошка на мгновение перестал интересоваться книгой. Джон выглядел грустным, в его глазах виднелась пустота которую он отчаянно хотел скрыть. — Эй Джон..? Что с тобой? — с ноткой волнения в голосе сказал Лололошка, на этот раз уже отложив книгу в сторону. — Саша… она… — он замолчал на секунду, глотнул ком в горле, — Ей все хуже и хуже. Боюсь, она не выживет. Лёгкий сквозняк зашевелил занавески. Где-то за окном мигала лампа уличного фонаря, а небо немного стало темнее. Казалось, вот вот с неба ударит гроза, или польется дождь как из ведра, стуча водяными каплями по крыше или окнам... Но ничего из этого не было. Лишь пустой взгляд Лололошки, который сидел не веря своим ушам. Он словно замер, не в силах осознать слова сказанные собственным старшим братом.. *Саша... может умереть..?* — тихо промелькнуло в мыслях Лололошки, которые он изрядно выпутывал. — Я оставлю тебя наедине. — Джон удалился под скрипучий звук закрывающейся двери, которая так и не закрылась до конца, прежде чем Лололошка попытался вставить слово. — А можно я проведаю Сашу? — промелькнуло уже в голове. Лололошка с грохотом упал спиной на кровать, раздвинув руки в стороны и лежа как "звездочка". Он долго размышлял над всем этим, даже капельки слез покатились по его щеке. Но не успел он одуматься, как дверь снова заскрипела. *Надо бы уже смазать эту дверь, больно много она скрипит...* — подумал было Лололошка, все еще пустым взглядом глядя в потолок. *—Стой...* Лололошка резко повернул голову в сторону двери, приподнявшись на локтях. Дверь медленно двигалась в сторону комнаты с тем же противным протяжным скрипом. Лололошка уже было испугался, пока в проеме не появилась маленький железный летающий дрон, с милым темно голубым экраном спереди. — Райя..? — Да-да? — Я уже так испугался... Думал в дом пробрались воры, или типа того... Ты же знаешь это явно не мог быть Джон, — он закатил глаза, явно отнесясь к этому с презрением, — он же вся время занят своей "работой" — дальше Ло кажется уже бормотал себе под нос. — Лололошка? Ты.. Плакал? — Райя перебила его, кажется она даже не слушала собеседника... Лололошка тут уже обратил внимание своим слезам, и быстро вытер их рукавом. — Нет.. Совсем нет... Лошка шмыгнул носом и отвел взгляд вниз, но снова повернулся в сторону Райи. — Райя? А ты разве не должна быть рядом с Сашей? — Я постоянно слежу за состоянием и показателями Саши и данный момент не исключение. — на ее экране появился какой то график с непонятными цифрами, но позже он быстро свернулся. — Однако, сейчас Саша спит, и я решила навестить тебя. Лололошка снова шмыгнул носом. — Спасибо Райя... Ло снова упал спиной на кровать и долго всматривался в потолок. — Хочешь ее навестить? — Да.. Было бы неплохо.. — он вытер мокрые глаза рукавом. Райя мягко завибрировала, словно кивнула, и плавно приблизилась к кровати Лошки. — Пойдём? — её голос звучал тихо и заботливо. Она аккуратно поднялась в воздух над постелью, давая ему возможность встать без помех. — Стой.. — Лололошка поднялся с кровати и направился в ванную комнату. Он открыл кран и набрал в руки холодную воду. Вода стекала по его лицу, смывая следы слёз. Лошка тяжело вздохнул, глядя на своё отражение в зеркале — глаза были красными, а щёки бледными. Он аккуратно вытер лицо полотенцем и глубоко вдохнул... Перед выходом из ванной он ещё раз поправил волосы пальцами и вышел обратно в коридор. Райя тем временем ждала его у двери, мягкий свет из ее экрана немного освещал помещение. Казалось, в это время еще должно быть не так темно, но сегодня, на удивление, особенно быстро стемнело. Даже свет уличных фонарей уже выделялся в тусклом свету неба. Лололошка медленно пошёл по коридору, стараясь не шуметь. Райя тихо зависла перед ним и плавно поплыла в сторону комнаты Саши, освещая путь. Дверь в её спальню была приоткрыта — Джон специально оставил её так для удобства Райи. Войдя в комнату Саши, у Лололошки сразу появилось странное чувство. Сложно описать, обычно это бывает в больницах. Появляется настороженность, некая боязнь, запах лекарств, капельниц, этой всей стерильности... Комната Саши выгляделакак больничная палата, только с некоторыми отличиями. У двери — кровать, чтобы быстро дойти. Рядом с кроватью тумбочка и капельница. Напротив — Сашин шкаф и рабочий стол, который пустовал уже последние пару месяцев. Лололошка старался не шуметь и передвигался исключительно на носочках. Райю, кажется, этот вопрос не волновал. Это ее жужжание процессора и системы дрона уж больно громкий. Но не такой, от чего можно проснуться, это скорее напоминало звук компьютера когда тот был включен. Райя светила тусклым голубым светом, не смотря на то, что в комнате уже был свет. На столе рядом с кроватью горел маленький ночник, создавая уютное оранжевое освещение. Саша лежала под одеялом, её дыхание было поверхностным и медленным — она действительно спала. Её бледное лицо казалось ещё более хрупким в этом мягком свете... Лололошка осторожно подошёл к кровати и остановился рядом. Он долго смотрел на Сашу — её спокойное лицо, бледные ресницы, едва заметное движение груди при дыхании... Его сердце сжалось. Он так хотел её обнять, но боялся разбудить. Боялся даже коснуться, вдруг ей будет больно? Райя тихо зависла над ними обоими, продолжая мягко светиться голубым светом. Лололошка медленно, с трепетом в сердце, протянул руку и очень-очень аккуратно коснулся кончиками пальцев её ладони. Рука была холодной... Совсем не такой тёплой, какой он помнил её раньше. Саша не проснулась. Её пальцы оставались неподвижными, лишь слабое дыхание напоминало, что она ещё жива. Лололошка сжал её руку в своей — очень осторожно, будто боясь раздавить хрупкий цветок. Его губы дрогнули... Он хотел сказать ей что-то хорошее, но слова застряли где-то глубоко внутри и не выходили наружу. Лололошка присел на край кровати, не отпуская её руку. Он наклонился и очень тихо, почти шёпотом, произнёс: — Саш... Я тут... Пришёл проведать тебя... Его голос дрогнул. Он хотел улыбнуться ей — как раньше делал всегда при встрече — но сейчас это было невозможно. Саша не реагировала. Только монитор за её спиной тихо пищал, показывая стабильные, но очень слабые показатели: пульс 60 ударов в минуту, давление 90/60... Даже дыхание было поверхностным — всего 12 раз в минуту. Лололошка ощутил комок в горле и снова сжал её руку чуть сильнее. Лололошка вспомнил, как раньше Саша всегда сразу реагировала на его голос — улыбалась, открывала глаза и тут же обнимала. Даже если была сонной. А теперь... Теперь она просто спала глубоким, беспокойным сном больного человека. Лололошка тихо вздохнул, и слезы снова потекли по его щекам. Ему было так больно видеть её такой... Беззащитной. Без сил. Совсем не похожей на ту веселую Сашу, которая всегда могла развеселить всех вокруг.. Райя, заметив его слёзы, тихо приблизилась и мягко коснулась его плеча — её металлическая поверхность была прохладной. Это было неожиданно... Она никогда раньше так не делала. Но сейчас ей казалось, что Лошке нужно хоть какое-то утешение. Лололошка неловко прикоснулся к дрону, словно погладив его. Его слезы продолжали капать на простыню Саши, но он даже не заметил этого. Он просто сидел и плакал — тихо, чтобы не разбудить сестру... Райя оставалась рядом, продолжая светиться мягким голубым светом в темноте комнаты. Через несколько минут Лололошка немного успокоился. Он осторожно вытер лицо рукавом и глубоко вздохнул, стараясь не шуметь. Потом снова посмотрел на Сашу — её спокойное лицо в полумраке... Он не знал, сколько прошло времени. Может, десять минут. Может, час. Может, вся жизнь. Часы на стене мерно отсчитывали секунды, и этот звук — тик-так, тик-так — вплетался в тишину, делая её не пустой, а какой-то осязаемой. Тяжёлой. Как будто воздух в комнате стал гуще. Райя давно замолчала. Она зависла в углу, у самого потолока, и её синий экран тускло мерцал в такт каким-то внутренним процессам. Иногда дрон чуть смещался в воздухе, поправляя положение, но звук его жужжания был таким тихим, что Ло почти перестал его замечать. Он смотрел на Сашу. Её лицо в оранжевом свете ночника казалось чужим. Не таким, каким он помнил её раньше — живой, смеющейся, с огоньком в глазах. Сейчас она была бледной, почти прозрачной. Губы потеряли цвет. Под глазами залегли тени. Она дышала — медленно, поверхностно, — и Ло ловил себя на том, что считает её вдохи. Один. Два. Три. Пауза. Слишком длинная. Сердце пропускало удар. Потом снова вдох. Он не должен был думать о том, что сказал Джон. Но мысли всё равно лезли. Липкие, тяжёчие, как смола. «Возможно она не выживет». Эти слова застряли где-то в груди и не отпускали. Он был как маленький ребенок, который думал "вдруг Саша умрет..?" и паниковал, что если он об этом подумает то это сбудется, и хотел напрочь забыть эту мысль, только что появившуюся в голове. Ло сжал руку Саши сильнее, будто она могла почувствовать это сквозь сон. Будто он мог удержать её здесь, просто силой своего желания. В комнате было очень тихо... Ло почувствовал, как веки начинают тяжелеть. Сначала это было едва заметно — лёгкое давление, как будто кто-то невидимый положил ладони ему на глаза. Он моргнул. Раз. Два. Прогнал наваждение. Он не должен спать. Он здесь, чтобы быть рядом с ней. Ло выпрямился, расправил плечи. Сделал глубокий вдох. Комнатный воздух пах лекарствами и чем-то сладким — может, капельницами, а может, это был просто запах болезни, который уже въелся в стены этого дома..? Он посмотрел на Сашу. Её рука в его ладони была холодной. Но он не отпускал. Тик-так. Тик-так. Прошло ещё несколько минут. Ло почувствовал, как голова становится тяжёлой. Не так, чтобы невыносимо, но заметно. Как будто кто-то положил ему на макушку книгу. Или две. Или целую стопку. Он потёр глаза свободной рукой. Зевнул. Поймал себя на том, что смотрит в одну точку — на край одеяла, на маленькую складку, которая почему-то вдруг стала очень интересной. Моргнул. Складка расплылась. Ло тряхнул головой, прогоняя сон. На секунду это помогло. Он снова увидел комнату чётко: ночник, капельницу, бледное лицо Саши. Снова услышал тиканье часов и тихое жужжание Райи. Но сон вернулся. Он всегда возвращался. На этот раз веки стали тяжелее. Ло моргал всё медленнее. Каждый раз, когда он закрывал глаза, веки задерживались на долю секунды дольше, чем нужно. И с каждым разом открывать их было всё труднее. Он попытался сфокусироваться на чём-то. На свете ночника. На тени от капельницы. На ровном дыхании Саши. Но мысли путались. Он поймал себя на том, что снова считает её вдохи. Один. Два. Три. Пауза. Четыре. Пять. Пауза стала длиннее. Или это ему показалось? Голова медленно наклонилась вперёд. Ло резко выпрямился, распахнув глаза. Сердце на секунду ускорилось — от испуга, от того, что он почти провалился. Он сжал руку Саши, словно ища опору. Ладонь была холодной. Но живой. Он должен держаться. Тик-так. Он посмотрел на Райю. Дрон висел неподвижно, синий экран тускло светился в полумраке. Райя, кажется, не замечала его борьбы — или не вмешивалась, давая ему право выбирать самому. Ло снова зевнул. На этот раз — широко, до хруста в челюсти. Глаза защипало. Он потёр их кулаками, как маленький ребёнок. Не помогло. Он чувствовал, как усталость растекается по телу. Начинается где-то в груди — тягучая, тёплая, — а потом поднимается к плечам, к шее, к голове. Руки становятся ватными. Ноги — тоже. Даже пальцы на руке, которой он держал Сашу, начали неметь. Он попытался сесть ровнее. Переместил вес. Выпрямил спину. Это продлилось недолго. Сон накрывал его медленно, но неумолимо. Как прилив. Как туман, который подбирается с краёв и сжимает кольцо. Как будто кто-то невидимый укутывал его в одеяло из тишины и тепла, и это одеяло становилось всё тяжелее, всё плотнее, всё более невыносимо уютным. Ло перестал бороться. Не потому, что сдался. А потому, что тело просто отказалось слушаться. Веки закрылись. Он попытался открыть их — и не смог. Мышцы лица расслабились. Плечи опустились. Спина, которая ещё минуту назад была прямой, медленно согнулась. Голова наклонилась вперёд. Потом чуть вбок. Потом замерла. Дыхание стало ровным. Глубоким. Тихим. Он всё ещё сидел на краю кровати. Всё ещё держал Сашу за руку. Но его пальцы больше не сжимали — они просто лежали, потеряв силу. И вот наконец, Лололошка заснул крепким-крепким сном.