Наследие Империй

             Земля. Замок Вайсвульф. Оплот Ордена Черных Рыцарей              - Давно вас не видела молодые люди. – Бывшая бессмертная Си Си, теперь бывшая Императрица Британской Империи поприветствовала всех, кто собрался за Круглым Столом.              - Сесилия, Лелуш. Рада вас видеть! Как дети, как внуки? – Спросила Лейла фон Брайсгау, красивая блондинка с третьим размером груди. Даже в свои 61, она выглядела как настоящий секс-символ целой эпохи, а её красота стала еще более зрелой с течением времени.              - Спасибо у них все хорошо. – Ответил Лелуш, который постарел, не телом, а именно ментально. Власть — это всегда смерть, и тот потерял в борьбе жену, глаз и руку. Ради жизни Ширли он сам был готов стать киборгом, но судьба забрала у него именно её.              - Тамаки связался с Землей, обнаружены инопланетяне, и они атаковали Авалон. – Доложил Ли Синке.              - А я ведь говорила что-то не так с этой планетой. – Сказала его жена, бывшая Императрица Китая Тянь Цзы, она из неуверенной в себе девушки, которую контролировали евнухи превратилась в прекрасную молодую девушку хотя ей сейчас 55. Только выглядела она на 25-26.              - И там еще были другие инопланетяне как рабы. Мы столкнулись с врагом по сценарию «преступники». – Сказала Марибелл мел Британия, бессменный лидер Ордена уже 43 года, эта должность перешла ей после «смерти» Сареха, и теперь она несла это бремя уже 43 года, и для многих поколений Ордена она оставалась чем-то неизменным. По сути сейчас в комнате собралось Ядро Консервативной Партии. Их консерватизм был связан с исследованиями космоса, которые должны проводиться осторожно. Три бывших правителя 70% мира, вместе с лидером Ордена Черных Рыцарей старались направлять человечество что бы оно было разумным, но не всегда так получалось, вот и с Авалоном все было ровно так.              - И это означает что мы должны действовать как можно более решительно. Не понятно можно ли продолжать колонизацию. Мы предполагали, что мы занимает сектор еще не освоенного космоса, но рано или поздно мы наткнемся на кого-то. Пиратство цветет обычно на границах и на неосвоенных землях, ведь там можно прятаться. – Сказал Лелуш, ведь он был одним из аналитиков что предполагал такой вариант.              - И еще они цветут на торговых путях, только торговые пути хорошо охраняются. – Поддержала друга Лейла. – Но что это будет значить Тамаки нашел 4х представителей разных рас, и с четырехглазыми он повоевал. Что принимает правительство Объединенной Федерации Планет?              - Что могут сделать эти молокососы? – Спросил Лелуш. – Их впервые поставили перед фактом, что нужно принимать решения.              - Вообще-то в Совете наши дети, но есть и другие политики. – Пыталась сгладить ситуацию Тянь Цзы, ведь у Лелуша дочь правила Империей, у неё сын правил Китайской Империей, один из сыновей Лейлы ушел в политику как мать. Но были новые элиты что хотят взрывного расширения человечества, только старики знают, что взрывное расширение может стать просто Взрывом. Что прекратит жизнедеятельность всех. Так же Консерваторы настаивали на тщательной подготовки каждой колонизации, а не отправить колонистов с одним пистолетом сражаться с динозаврами, причем непонятно зачем это делать. Планеты жизненное пространство, основа экономики – сакурайдат, и нулевой элемент.              Каждая колония должна быть защищена, и теперь наконец-то кто-то догадается почему старики были такими «консервативными».              - Тамаки всегда нарывается на что-то… - Лейла тоже хотела увести Лелуша от идеи – «Дети делают все не так, и вообще в наше время все было по-другому».              - Лелуш хватит вести себя как будто тебе 750, а не мне. – Проворчала Сесилия. – Они выросли в другом обществе которое создал ты. Сложные времена порождают сильных людей, сильные люди порождают хорошие времена, хорошие времена порождают слабых людей. И теперь политики поставлены перед ужасным выбором – «Что делать?». Сам заметь – мы искореняли влияния Чарльза что мог по велению левой пятки отправить армию завоевывать кого хочет. Теперь же нужно посмотреть на электоральные циклы, как это отразитья на политических карьерах. Идиоты обязательно предложат переговоры. И так далее. Вплоть до того, что Тамаки все не так понял. Но тот прекрасно все понял, он действовал согласно своим протоколам, и спас людей. Нельзя быть ни слишком добрым, и нельзя быть слишком злым. Нужно быть центристом, так заведешь больше друзей.              - Мы можем сделать все сами. – Сказала Лейла. – Поднимем части которые отправились на пенсию, и отправимся на защиту планеты, вместе с передовыми найтмерами, плюс прилетим с дополнительными ресурсами, я помогу.              Лейла, пожалуй, была одной из самых богатых людей Человечества, все из-за комбинации факторов, как минимум потому что многие патенты Сареха, были записаны на Лейлу, как и его книги, игры и другая интеллектуальная собственность, что он оставил перед тем как уйти. Так же она финансировала множество изобретений, которые в будущем оказались очень успешными.              - Значит старая гвардия вновь вместе. – Сказала Марибелл на её лице была улыбка. – Все как раньше. За сколько можем собраться? 24 часа хватит? Покажем молодым мастер-класс?              - Ха! Это вызов Лелушу, он же теперь постарается побить рекорд. – Сесилия была очень иронично. – Звоним всем нашим, ведь «Грядет Новый Крестовый Поход».              - Си Си хватит цитировать песни Сареха, и я не ожидаю Крестового Похода, просто мы должны усилить тот сектор, плюс мы должны понять какая политическая ситуация, сейчас Тамаки играет в дипломатию. И мне страшно, нам нужно узнать политические подробности, военные подробности, вдруг пираты части крупного Альянса, или это пиратское государство мы ничего не знаем, и должны предполагать все самое худшее, так что действительно нам нужно полететь как можно быстрее. Жаль, что Гиаса уже нет, Лейла могла бы быстро выучить язык.              - Лучше без Гиаса чем с ним. – Лейла хоть и обладала силой объединять разумы все еще считала, что лучше жить без Гиаса, хотя секс с Акито стал не таким крутым, ведь она могла объединять с ним разумы.              - Кстати, а представьте, как нас будут ругать дети. – Иронично отметила Сесилия, ведь как раз это было её мечтой 700 лет, иметь детей, Лелуш ей дал такую возможность после смерти Ширли. Си Си было жаль Ширли и она пыталась утешить Лелуша, в итоге стала его женой, мачехой для Джессики. И на самом деле она чувствовала себя матерью девушки. Но отмечала что действительно дети могут начать ругать родителей.              - У меня есть ремень! – Веско сказала Тянь Цзы, - И у меня есть Ли Синке что бы держать сына, и никакая гвардия нас не остановит.              - Это не педагогично Тянь Цзы…              - Зато эффективно Лейла. – И это сказала девушка что была под контролем евнухов и была тихой мышкой, но прошло 43 года, и она стала решительным политиком, которая вместе с мужем приняла сотни сложных решений, она вывела экономику Китая из пике, и сделала его одной из самых мощных сверхдержав, помогла через свое политическое влияние сформировать мощный Объединенный Флот, и теперь ожидает возврата своих инвестиций. То есть буквально – флот должен разнести пиратов, а Авалон должен быть в авральном режиме усилен, разведывательные миссии свернуты, и прям сейчас Земля должна отказаться минимум от трех старых станций и их должны переместить в другую систему.              Они постарели хоть не телом, так разумом и обладали огромными финансовыми ресурсами, но еще они оставались теми, кем были – солдатами, что не боялись сражаться с врагом на поле боя. «Старики» это не боялись, несмотря на то что Лейла практически официально имела больше триллиона в различных активах, она все еще готова сесть в Ланселот Дюшас и сражаться с врагом.              - Хорошо, позвоните все нашим, мы летим к Авалону. Не дело Тамаки одному развлекаться, эй Марибелл тебе нравятся такие инопланетянке? – Спросила Сесилия и показала голограмму одной синей инопланетянке что напоминала человеческую женщину.              - Ты же в курсе что я сожгла Императора?              - Конечно я там была или у тебя уже деменция, вроде не должно быть. – Издевалась над Командующим Ордена Сесилия, Марибелл лишь закатила глаза, Си Си могла быть такой. Все же ей уже 750. С учетом современной медицины может до тысячи дотянуть.              - Это напоминаю, что могу прикончить и тебя за длинный язык. Хотя Джеремия как узнает будет прыгать, а Каллен, тоже может вспомнить, когда она была молодая и сексуальная.              - Так она и сейчас такая же. – Сказала Лейла, стоит сказать, что Каллен обладала пробивным характером, и смогла выгодно вложиться в японские космическое кораблестроение и Кодзуки Индастриз являлся вполне стабильной компанией, производящей корабли, так же у неё была поддержка семейства Вайбергов. Хоть Джино был четвертым сыном, но экономика так переплеталась, что все были связаны со всеми. Так же Каллен была подругой Оги Канаме, а тот был президентом… Политика всегда базировалась на знакомствах, так же за счет новых компаний он смог ограничить силу старых семей, так что те в конечном итоге заменили Оги на Кагую, но та играла уже в свою игру. Старики умерли, ведь третонин не делал человека бессмертным, и Кагуя уже реализовывала собственные планы, используя свою связь с кланом Сумераги (она его лидер), то что Сакуя Сумераги вообще-то племянница Императора Лелуша, и активно балансировала между Китаем, ЕС и Британской Империей, активно богатея, развивая частное предпринимательство в Японии. По сути продолжая политику Оги.              Свободное предпринимательство было основой того как можно было обеспечить взрывной рост. Они поняли главное из обучение Сареха: «Государство всегда будет делать все хуже, так как там не проводится постоянный естественный отбор, однако государство должно обеспечивать честное поле для конкуренции, можно остаться с одной армии и отпустить все остальное и люди построят вам Звезду Смерти».              И вот они сами перестали быть государством, и стали резко эффективными, возможность действовать без ограничения, с колоссальной эффективностью. Как было раньше, когда они все были партизанами.              - Хорошо сможет действовать как было 43 года назад, благо у нас уже есть всех дети и внуки, можно немного отдохнуть…              - Убивая пиратскую падаль! – Марибелл улыбалась, своей самой дикой улыбкой, столько лет без достойного врага, она вообще чувствовала, что даже Орден становится каким-то не таким как был в начале, поэтому и нужно через войну возродить прежний Орден, а еще послужить на благо галактики и уничтожить пиратов, которые вообще-то всем мешают жить. Так же еще есть надежда что из-за этого человечество одумается и станет более осторожным.              Но Марибелл просто на это надеялась, по сути контакт между государствами произойдет возможно в этом году, есть же другие инопланетяне и это означает вот что – культурный обмен, и в том числе военный. Нужно будет учитывать множество факторов, вот тут то и опыт «стариков» будет бесценным.              - И идем в новый Крестовой Поход. – Закончила Сесилия. – В нас вновь есть смысл, вновь наши гимны будут звучать. Плюс, нужно же на ком-то тренироваться.              

***

             Тамаки был в самом сложной ситуации которая только возникала, когда был вынужден общаться сразу с четырьмя инопланетянами, которые его не понимали. Так что он использовал все программы которые существовали, для понимания и анализа чужого языка.              Для начала нужно было понять, что это за расы, и на чем-то таком просто объяснить, что такое знак вопроса. Дело в том, что большая часть общения должна быть вопросами, а как указать что это вопрос? Интонация? У них может быть другая интонация. Стоит просто связать в их сознании символ «?» с вопросом.              Он показал свое изображение, потом много других людей. Показал на голографическом столе, стоит сказать в помещении было достаточно светло, дабы не создавать гнетущей атмосферы, но еще стоит понять их уровень комфорта для глаз.              - Человек. – Произнес он по-английски. Потом ВИ оставил изображение людей и звуковую дорожку. Потом сформировалось изображение, синекожей инопланетянке, и в конце знак вопроса.              Кажется, они поняли, что с ними пытаются установить диалог.              - Азари. – Произнесла синекожая женщина.              - Турианец. – Существо похожее на костяную птицу, и похоже оно было женщиной.              - Саларианец. – Это произнес амфибия.              - Кварианец. – Произнес инопланетянин в скафандре, люди не стали его трогать – вдруг он дышит другой атмосферой, или еще какие-то проблемы.              Потом Тамаки сфокусировался на своем изображении и произнес.              - Тамаки. – И вновь повторилась процедура, инопланетяне поняли, что вопрос личного имени. Он их получил.               Азари: Эльва Т’Мир       Турианка: Сельва Тарикс       Саларианец: Гур’Вел       Кварианец: Альвиус вас Нима.              Дальше пошли вопросы очень специфические необходимые для биологии, например, о том, что они едят. Оказалось, что турианцам и кварианцам не подходят стандартная еда, связанное с их генетикой. И нужно находить на корабле батарианцев (имя четырехглазых он тоже узнал) пайки необходимые этим двоим.              Так же стал наполнять словарь языка, хотя они говорили на разных языках, но понимали друг друга с помощью имплантов в которые были установлены в их тела. У землян были такие же… Только не было установлена программа именно инопланетян. Когда Тамаки понял, что так «изящно» общался с ними целый час, все же решил остановиться. Выдал всем планшеты с готовыми «сценами», что бы они изучили их. Это действие, которые были заранее записаны, и можно было так общаться. Интерфейс был интуитивным.              И Тамаки отпустил их поесть, кварианец долго объяснял через этот планшет что у него плохой иммунитет и ему нужно оборудование с батарианского корабля. Тамаки пришлось это долго понимать, но он понял.              - Во имя Духов, это было действительно тяжело. – Сказала Сельва. – Тяжело составлять новый словарь.              А еще она с завистью смотрела как Эльве и ГурВелу достались деликатесы, а ей дерьмовые пайки. Что поделать у неё была другая ДНК.              - Тамаки кажется милым. – Сказала Эльва, которая пыталась найти что-то позитивное, ведь после насилия со стороны батарианцев, её психика пыталась найти что-то хорошее.              - Еще не понятно, что это за раса. Эти люди. – Произнес саларианец, при этом ел еду что им дали, стоит сказать тут действительно были деликатесы. Они не ели нормальной пищи очень долго. Несмотря на то что были ценными специалистами.              Эти люди явно были колонистами, так как еще не были разобраны многие сборные конструкции, а еще все носят оружие, хотя бы легкое в лице пистолета. Но Сельва заметила, что это пулевое оружие, таким расы Цитадели не пользовались тысячи лет, но при этом у солдат регулярных войск было энергетическое оружие.              Еще невозможно было не заметить большое количество мехов.              - Судя по оружию очень милитаризированные или же очень осторожные. Но они пока никак нам не вредят, так что пока все хорошо.              - Только вопрос – вернут они нас в пространство Цитадели и нужно ли им это? – Спросил ГурВел, саларианец что как всегда был довольно аналитичен. Все же раса обязывала.              - Почему нет? – Спросила азари.              - Для начала – а куда нам лететь? И еще они не знают языка, не мне рассказывать какими идиотами могут быть турианскими военные. И еще – а через что им лететь? Через Траверс? Терминус? Они что пошлют флот что бы доставить нас домой? Это сомнительно.              - Не думаешь ли ты что турианский флот начнет стрелять в корабли людей? – Спросила Эльва.              - Корабли незнакомой конструкции появляются на пути патрульного флота, при этом идя в цивилизованный мир. Конечно эти дуболомы начнут во все стрелять. – Саларианец не любил турианцев, точнее он не любил турианских военных которые в его представлении все повально были идиотами, не отличимыми от кроганов. К Сельве это не относилось ведь она отслужила срочную службу. – Так же… При всех возможностях вернутся в цивилизованный космос… У нас там нет денег и ресурсов. Наши счета были взломаны… Точнее мы добровольно все отдали пиратам что бы не получить пулю в голову. И что нам делать там? Лучше уже тут найти работу если местные не будут против.              - Говори за себя, нам с Сельвой скоро нечего будет есть. – Сказал кварианец.              У бывших рабов были возможности задавать вопросы Тамаки, например, Сельва задала вопрос о ранге Тамаки, хотя это был очень сложный вопрос. Его было очень сложно задать что бы Тамаки понял, для турианки иерархия была важна. А еще определенная гарантия выживания, если он достаточно высокопоставленный и они смогут расположить его к себе тогда это увеличивает их шанс на выживание.              Тамаки показал, что командует тысячей человек и кораблем, что турианке касалось странным. Отдельным весельем были числительные. Но основа их математики была понятна – она базировалась на десятичной системе, где символ ноля обозначал десятки. Саларианец это быстро понял и перевел числительные.              В общем Тамаки был полковником и это давало определенные гарантии.              Конечно, эти гарантии и так были, и содержались в пластиковых картах с их изображением. Тамаки потратил практически 20 минут объясняя, что это их документы где они по закону признаются беженцами. Это так вымотало мужчину (с помощью картинок объяснить бюрократию), что он больше для себя взял перерыв.              Но рабы понимали, что любые документы лишь формальность и если люди захотят разобрать их на органы ничто их не остановит.              Их всех поселили в просторном колониальном доме, и это казалось был дом Тамаки, тот отдал им свой дом, потому что явно не будет спать так как будет орать матом на всех рабочих, солдат и вселенную строя крепость, бункеры и всю инфраструктуру. Турианка явно поняла, что это жилище военного, где все было на собственных местах.              В рамочке на стене висели какие-то металлические кругляшки, кресты, и металлические прямоугольники с рельефным рисунком. И фотографии, старые не голографические, а те что были на фотокарточках. Бывшим рабам было интересно изучить жилище человека, особенно такого высокопоставленного, в целом часть бытовых приборов была понятная – холодильник, стиральная машина, электрическая плита, микроволновая печь, машина для мойки посуды. У него было две комнаты где можно было спать (была кровать), и один диван, который мог раскладываться. Тамаки прислал еще одну кровать что была в сложенном виде, и дал саларианцу инструкцию с картинками как ту собрать.              В целом показал, что ему в целом все равно что делают с его жилищем, пока они его не сожгут. Но их просто так не оставили, охрана в лице четырех пехотинцев и двух мехов охраняла их и были связными если что-то произойдет.              Эльва изучала фотографии, на котором был изображен Тамаки вместе с кем-то, возможно это друзья. Так бывшие рабы поняли, что люди различаются по лицу, и фенотипу. На фотографиях были люди с раскосыми глазами, как у Тамаки, но и другие. С более светлой кожей. Другим цветом шерсти на голове (позже они узнали, что это «волосы»).                     Первая фотография была явно старой. Тамаки на ней выглядел моложе, злее и беднее. Никакой формы, никакого блеска власти — обычная гражданская одежда, красная повязка на голове, усталое лицо человека, который слишком долго воюет и слишком мало спит. На заднем плане были такие же люди, и все они выглядели не как армия государства, а как кто-то, кто сражается за право вообще называться народом.              Сельва чуть подалась вперёд.              - Это он? — спросила она, хотя прекрасно понимала, что вопрос бесполезен без перевода.              Эльва кивнула первой.              - Это он. Но… раньше. – Они понимали, что изучали историю человека то их приютил, по фотография, по следам его прошлого.              Гур’Вел прищурился.              - Не армейский снимок. Ни унификации, ни парадной структуры, ни государственного фона. Это… вооружённое движение. Повстанцы. Партизаны. Или ранняя колониальная милиция, но нет, слишком много эмоциональной символики.              - Красная повязка, — заметила Сельва. — Это знак принадлежности. Не армии… идеи.              Альвиус чуть склонил голову, разглядывая лицо молодого Тамаки.              - Он там выглядит беднее, — сказал кварианец. — И счастливее.              Сельва фыркнула.              - Или просто моложе. – Хотя им было сложно определять возраст совершенно незнакомого вида.              Следующая фотография сменила первую, и теперь в комнате повисло уже другое молчание. На снимке был всё тот же Тамаки — только уже в форме. Настоящей, строгой, тёмной, с выправкой профессионального военного. Позади него возвышался мех, и даже для тех, кто ничего не понимал в людской технике, было очевидно: это не рабочая машина и не колониальный инструмент. Это боевой доспех цивилизации, привыкшей решать вопросы силой.              Сельва первой поняла, она обратила внимание что Тамаки носил те же «украшения», что были под стеклом. Строя и функциональная форма, заставило турианку вспомнить о доме. Видимо армии у всех рас одинаковы.              - Боевые награды, — сказала она тихо, уже не пытаясь скрыть уважение. — Эти… побрякушки. Он показывает не украшения. Он показывает службу. Участие в войнах. Возможно, личную доблесть, командование, ранения… что-то такое.              Эльва перевела взгляд с фотографии на сам металл.              - То есть он не просто командир?              - Нет, — ответила турианка, и в её голосе впервые за долгое время не было ни раздражения, ни усталости, только сухое профессиональное признание. — Он старый солдат. И, судя по числу этих вещей, очень старый и очень живучий.              Гур’Вел быстро защёлкал пальцами по столу, привычно собирая мысль.              - Тогда картина начинает складываться. Они не просто милитаризированы. Они… исторически воюющая цивилизация. Или, по крайней мере, этот их Орден — организация с большой боевой традицией. Первая фотография — иррегулярный период. Вторая — уже институционализация. Переход от повстанчества к военной структуре.              Тамаки смог объяснить им что принадлежит к организации, называющейся «Орден Черных Рыцарей», полноценно он может объяснить только цвет – черный. И то не был уверен поняли ли его и те же спектры восприятия цвета у него и инопланетян.              - Слишком много выводов по двум картинкам, — буркнула Сельва.              - Это называется аналитика, — не остался в долгу саларианец.              - Это называется саларианская привычка болтать быстрее, чем думать.              Они стали смотреть уже на другие фотографии. Теперь Тамаки стоял не один. Рядом с ним — высокая светловолосая женщина. Даже на неподвижном изображении в ней чувствовалось спокойствие человека, который привык, что его слушают. Её осанка была безупречной, лицо — красивым, но не мягким. Она не позировала; она просто стояла, и этого уже было достаточно, чтобы понять: это кто-то важный.              Рядом возникло другое фото — женщина с розовыми волосами. В отличие от первой, в этой чувствовалось не спокойствие, а энергия. Необузданность, почти хищная радость. Она улыбалась так, как улыбаются люди, которые искренне любят опасность. И, наконец, третье — рядом с ними стоял мужчина, от одного вида которого у всех четверых возникло одинаковое, мгновенное ощущение неправильности.              Он был человеком. Или почти человеком. Но слишком высоким. Слишком широкоплечим. Слишком… собранным. Черноволосый, с лицом, которое не казалось красивым или уродливым — оно казалось опасным. Даже в простой статике фотографии было ощущение, что этот человек не просто привык побеждать, а вообще не рассматривает возможность поражения как нормальную часть мира.              Эльва первой нарушила молчание.              - Они все одной расы? — спросила она шёпотом.              - Похоже, да, — ответил Гур’Вел так же тихо, словно боялся, что изображение услышит его. — Морфология совпадает. Но вариативность фенотипа у них, видимо, высокая. Цвет волос, черты лица, комплекция…              - И рост, — вставил Альвиус.              - Особенно рост, — согласился саларианец.              Сельва не сводила взгляда с чёрноволосого мужчины.              - Этот… не похож на политика.              Эльва чуть нервно усмехнулась.              - А кто похож?              - Блондинка — похожа, — сразу ответила турианка. — Она держится как командир высокого уровня. Или правитель. Розоволосая… скорее военный лидер. Полевая. А вот этот…              Она замолчала.              - Что? — спросил Альвиус.              Сельва медленно выдохнула.              - Вот этот похож на того, из-за кого армии отступают не по приказу, а потому что хотят жить.              На этот раз даже Гур’Вел не стал спорить. Действительно Сарех в тот момент излучал ауру власти, она получалась у него сама собой, профессиональная деформация, его друзья просто учатся её не замечать.              Инопланетяне смотрели на другие фотографии Тамаки с его кафе, его семьей, с его ребенком, а потом фотографии показывают, что мужчина вернулся в армию. Хотя фотографии с друзьями остаются.              - Вполне можно сделать вывод что у Тамаки был период мирной жизни и видно, что он занимался своим рестораном, это свидетельствует о том, что армия — это дело добровольное. – Логично заключил ГурВел.              В том, чтобы оставить свое жилище инопланетянам был двойной смысл, и за столько лет Тамаки научился элементарной хитрости – его помещение было обжитым, несло следы пребывания разума, так же оно было большим так что бы инопланетяне что побывали в рабстве чувствовали себя вместе. Если бы их развели по камера это все равно ощущалось бы как клетка, а тут воздействие на психику другое. Хоть японец и не знал насколько стандартизирована психология разных видов. Но такое количество учеников, которое прошло через Тамаки заставляет его задуматься о чувствах других. Особенно о психологическом состоянии существ что побывали в рабстве. А с учетом того что они ничего не знают о психике этих существ, вариантах ПТСР для этих рас, все это заставляет быть довольно разумным.              С помощью своих планшетов у инопланетян появилась возможность посмотреть клипы с современной человеческой музыкой. ВИ взял адаптированный к инопланетянам интерфейс, и установил его для платформы YouTube, можно было просмотреть музыку за разные эпохи, благо с числами у инопланетян уже хорошо, и базовое понятия в стиле день/месяц/год они прошли.              Смотреть на поющих на концертах людей гораздо лучше, чем на сверхмилитаризированную колонию. Так же это разряжает обстановку – «Значит это не кроганы 2.0 и тем более не рахни», видеть, как люди похожи на обычных азари что безумствуют на концертах было освежающие. Да, и то что все люди на их родине не носят формы, говорило, что это просто обычное общество, и как раз они встретили военных.              И это хорошо – ведь как раз военные их освободили.              Отдельным издевательством была одежда, ведь одежда для людей подошла только Эльве, а остальным нужно было перешивать одежду. Благо сканирование тела провели.              - Думаю нам все же стоит провести их исследования что бы их ВИ понял наш язык. – Сказал Альвиус, им на планшетах выдали программу для инопланетян (она почему-то отображалась в форме зеленого гуманоида с большими глазами), эта программа должна помочь с языком. На видео будет отображаться какой-то предмет, и инопланетянин должен сказать, как это называется на их языке, если они не знают, что это, тогда можно нажать красный крестик, вписанный в круг. Это шло на базовом уровне.              «Нет» - перекрещенные руки в форме крестика, «Да» - кивок головы вниз, или еще ряд жестов.              Отдельно шли действия, помимо имен собственных нужно было определить, как звучать действия. Временна прошлое, будущее и другие варианты оставлены на будущее, важно понять, как инопланетяне воспринимают действия в настоящем времени. И нет ли у них разницы между «Открыть окно», «Открыть дверь», «Открыть кран». И как раз это должны сделать сами инопланетяне, ведь с помощью ВИ землянам проще выучить язык инопланетян (занеся его в переводчик), чем им выучить английский.              Так что пока что все идет по примитивном уровне, хотя используются очень развитые программы. Люди готовились к встрече с инопланетянами, при этом у них нет никаких способов поделится информацией типа – Объятий Вечности.              Приходилось работать, при этом человечество узнавало сразу 4 языка, 4 логики действия, ведь он сотрудничал с представителями четырех разных рас. Это можно было получить только если бы инопланетяне доверяли людям, с батарианцами так не вышло бы. Даже пытки не могут дать никакого результата, так что Тамаки принял решение держать батарианцев в тюрьме, а положиться на рабов, что бы они смогли сформировать словарь терминов и действий.              Система обучения языку включилась не сразу — сначала это выглядело почти примитивно, почти по-детски, как игра, в которую заставляют играть взрослых существ, переживших рабство и бой. Но уже через несколько минут стало ясно: за этой простотой стояла чудовищная по масштабу и сложности инфраструктура.              Планшеты, которые им выдали, были лишь интерфейсом.              На самом деле за каждым нажатием, за каждым произнесённым словом, за каждой интонацией стояла целая сеть вычислительных центров, и это чувствовалось даже без понимания технологии — по скорости реакции системы, по тому, как она подстраивалась под них, как будто… училась вместе с ними.              На экране появился простой объект — металлическая кружка. Ничего лишнего. Камера медленно обводила её со всех сторон, показывая форму, материал, назначение.              Под изображением — зелёный символ. Нужно было сказать.              Эльва первой вздохнула, будто перед прыжком в холодную воду.              - Шиа, — произнесла она.              Планшет мгновенно записал звук, и в тот же момент рядом появилась волновая диаграмма, разбитая на слои — частоты, гармоники, спектры. Слово не просто фиксировалось — оно анализировалось. Разбиралось на составляющие.              Где-то далеко, в недрах планеты, этот сигнал уже разбирали машины.              И не только машины. На другом конце цепочки — в отдельном помещении, превращённом в временный лингвистический центр, стояли серверные стойки, охлаждаемые потоками воздуха. На экранах мелькали те же самые волновые формы, только уже в куда более сложной обработке.              - Есть первый стабильный образец по азари, — сказал один из операторов, не отрывая взгляда от панели. — Фонетика мягкая, протяжная, выраженный вокалический диапазон, минимальная жёсткая артикуляция.              - Сравни с предыдущими записями, — отозвался другой. — Проверка на вариативность.              - Уже. Расхождения в пределах нормы. Но… — он замялся. — У неё два разных слова на один и тот же объект.              - Покажи.              На экране вспыхнули две записи.              - Контекст?              - Первая — спокойная ситуация. Вторая — после эмоциональной реакции. Возможно, разные уровни формальности… или эмоциональная окраска.              - Или вообще разные слова для одного и того же объекта, — мрачно сказал третий специалист. — Привет, эскимосы и их шестьдесят три слова для снега.              - Или для любви, — усмехнулся кто-то сзади.              - Не смешно. Это значит, что у нас нет прямого соответствия. Придётся строить семантическое поле, а не словарь. Да, поможет нам Сарех.              Тем временем на планшете уже появился следующий объект — дверь. Видео показывало, как она закрыта, затем открывается, затем снова закрывается.              - Та’рин, — сказала Сельва.              - Открыть, — добавила она, показывая жестом.              Система записала оба варианта. Тут же на экране появилось сравнение — разные интонации, разные ударения.              - Есть, — сказал оператор. — У турианцев глагол и существительное явно различаются по структуре. Хорошо.              - Не радуйся раньше времени, — буркнул старший. — Подожди, пока они покажут “открыть окно”, “открыть контейнер” и “открыть огонь”.              Как будто услышав его, система вывела новое видео — окно. Затем кран. Затем коробку.              Сельва нахмурилась.              - …Три разных слова, — Сказала она.              Гур’Вел тут же оживился.              - Это логично. Разные механизмы действия. Разные типы взаимодействия.              - Это катастрофа, — отозвался оператор. — У нас нет универсального “открыть”. У них это три разных концепта.              - Значит, строим не перевод, а карту действий, — спокойно сказал старший. — Мы не переводим слова. Мы переводим смыслы. Во всяком случае кто-то это должен сделать, и это делает мы, во имя Человечества.              Подключение с Земли включилось почти незаметно. Просто в какой-то момент рядом с локальными данными начали появляться дополнительные пометки — более точные, более выверенные.              - Подтверждение с Земли, — сказал оператор. — Лингвистический центр подключился.              - Задержка?              - Минимальная. Подпространственный канал держится.              На одном из экранов вспыхнуло сообщение:              «Фиксируйте не только звук, но и микромимику. Возможно, у них грамматика частично невербальная.»              - Отлично, — пробормотал кто-то. — Теперь нам ещё и мимику анализировать.              - У кварианца её нет, — напомнил другой. – Впрочем может есть, но мы её не видим, однако кварианец совершает много действий своим телом, что может это дополнительная система комуникации из-за невозможности показывать мимику?              - Значит, у него будет другая система.              - Или он вообще говорит не так, как остальные.              - Уже так и есть, — отозвался оператор. — Его речь искажена фильтрами костюма. Мы не знаем, как он звучит на самом деле.              - Прекрасно. У нас четыре языка, четыре биологии и один из них проходит через искажающий фильтр.              - И это только начало, но ничего мы можем Нобелевскую Премию получить…              - Её не дают за нашу работу.              На планшете появился новый тип задания — действие. Человек поднимает предмет. Потом кладёт. Потом бросает.              Саларианец посмотрел на экран, потом произнёс:              - Ке’рал.              - Нет… это “взять”. А “бросить” — другое.              Он быстро заговорил, выдавая сразу несколько вариантов. Система записывала всё.              - Перегрузка по семантике, — тут же отозвался оператор. — У него несколько слов на разные типы перемещения объекта.              - Конечно, — усмехнулся другой. — Это же саларианец.              - Что это должно значить?              - Это значит, что у него мозг быстрее, чем у нас. И слов больше. Это отчет от биологов, замечено что в разговорах с товарищами он говорит очень быстрее, анализ его биологии говорит, что он имеет ускоренный обмен веществ, и его мозг работает в несколько раз быстрее чем у человека, это компенсируется относительно слабое тело. Во всяком случае это одна из теорий британского института.              Пока политики решали, что делать с инопланетянами, когда Консерваторы готовили флот и хотели устроить войну как в молодости, ученные просто работали, выполняли функцию которую на них возложили еще, когда создавали – быстро и эффективно познакомится с инопланетянами. Разработать все возможные механизмы для анализа, но только практика является мерилом истины. Без готовых инопланетян сложно было определить эффективность того или иного метода. Так что они демонстрируют буквально все, узнавая, что выберут эти инопланетяне.              Проблемы начали накапливаться очень быстро.              Одно и то же действие — десятки вариантов. Один и тот же предмет — разные названия в зависимости от контекста.              Интонация, которая могла менять смысл.              Жесты, которые у людей означали “да” и “нет”, но могли не совпадать с их логикой.              А ещё…              - Стоп, — сказал оператор. — У азари и турианцев совпадает слово для “еда”.              - Это хорошо?              - Нет. У них разная биология. Это не может быть одно и то же понятие.              - Значит, это не “еда”, — тихо сказал старший. — Это “процесс потребления”. Или “приём пищи”.              - Или “жизненно необходимое действие”.              - Или вообще социальный акт, — добавил кто-то с Земли.              Повисла тишина.              - Нам нужно больше данных, — наконец сказал старший.              Лингвистка могла быть довольно сложной наукой, поэтому и шло изучение различных языков, несмотря на то что на планете Земля было 3 доминирующих языка – английский, французский и китайский. Существовало множество диалектов, множество языков. Что все еще сохранились несмотря на попытки британцев их истребить, сохранялась внутренняя сложна логика языка.              В комнате, где находились инопланетяне, всё выглядело куда проще. Они просто сидели с планшетами, говорили слова, иногда спорили между собой, иногда смеялись, иногда раздражались.              Но постепенно они начали понимать. Система не просто собирала слова. Она пыталась понять, как они думают.              - Они не учат наш язык, —сказала Эльва, глядя на экран.              - Они учатся думать, как мы, — поправил её Гур’Вел.              Сельва хмыкнула.              - Тогда им придётся долго мучиться. Хотя мы же все же не ханары, мы общаемся словами, представляю, как бы им было сложно найди они медузу… Главное, чтобы они поняли, что это живое существо, живое разумное существо, а не какое-то животное, даже у нас с этим возникали некоторые проблемы. А составлять словарь ханара вообще был чем-то очень жестоким для всех лингвистов. При этом у нас еще был опыт, и ханары все равно подкинули нам сложную задачу.              Альвиус добавил:              - И нам тоже будет сложно. Ведь потом, когда будем слушать ошибки будем знать, что мы в этом виноваты. И еще все люди будут говорить с нашим ужасным акцентом.              На экране снова появился простой предмет. И снова нужно было назвать его. И где-то в глубине планеты, среди шума серверов и голосов людей, рождался первый настоящий мост между двумя цивилизациями.              Медленный. Неточный. Полный ошибок.              Но живой.              И, возможно, именно поэтому — рабочий.              

***

             - Так, первоначальные планы развертывания улетели в трубу. – Саркастично сказал Тамаки общаясь с Ричардом Смитом, Координатором Колонии. Это временная должность, которая дается опытному администратору, который может как эффективный управленец развернуть поселения и грамотно использовать человеческие ресурсы. Сейчас же возникла сложна ситуация – у Ричарда нет политической власти, но вот у Тамаки согласно протоколу есть военная власть.              Но тот не являлся дебилом, как был в молодости, и постарается от власти уйти как можно дальше. Существовала угроза что Тамаки просто подчинит себе колонию пользуясь внешней угрозой, только у него и так много было работы, и людям нужны дома, инфраструктура. Нельзя их всех загнать как рабов для строительства обороны.              Именно это первое что сказал Тамаки Ричарду, когда обустроил у себя инопланетян. Что власть сохраняется у него, только им нужно грамотно совершить перераспределение ресурсов.              - Действительно, сейчас крепость Ордена должна быть построена с куда более высоким приоритетом, однако нам все еще нужно собрать сборные дома, подключить их к водопроводу и канализации. – Сказала Смит, показывая планы, колонизация шла в несколько этапов, первая стадия – сборка сборных домов где могут жить люди, подключения их к электричеству, вода же поступает с баков, что стоят на крыши строений, пока что не проведена нормальная канализация. При этом произойдет корректировка инфраструктуры. Ведь, когда появятся собственные заводы сборные дома могут быть переформатированы в нормальные крепкие дома. Как раз в этом и заключается интерес людей в колонизации. По сути можно построить большой дом, что теперь сложно сделать на Земле, хоть развитие беспилотного транспорта позволило развивать пригороды, но не у всех государствах это возможно – Япония, например. Так же все же есть время, за которое люди добираются до места работы, обучение детей в школах и так далее. А вот у колонии всегда были возможности построить пригороды рядом с центрами колонии, купить землю где в будущем смогут разместиться бизнес-центры, а также были субсидии для постройки хороших школ, детских садов и всех сопутствующей инфраструктуры для детей, которых пока что нет. Но будут, и эту инфраструктуру проще сделать, когда нет серьезной истории урбанизации – создать детскую площадку в Большом Токио с населением в 40 миллионов человек или на новой планете… Две разных проблемы, и одна из них решается очень просто без двух миллионов разрешений.              - Сборка заводов тоже. – Сказал Тамаки, колония не существует в вакууме, она должна что-то делать, она должна участвовать экономике, либо быть производителем товаров, или же потреблять их, но пока Авалон не дошел до такого этапа. В системе есть пояс астероидов и спутники где можно находить полезные металлы, в системе Терра Нова есть астероиды с платиной, рядом в соседней системе добывается нулевой элемент. В общем можно разворачивать локализованное производство. Так же развёртывание заводов позволяет печать на 3д принтерах детали для ремонта мехов, производство оружия, и еще много чего. Колонии могут делать что-то гораздо дешевле потому что они более дешевые трудовые ресурсы и просто рассчитывают на перспективу. Вся колонизация в том числе для колонистов это вложение – уровень доходов конечно падает, однако они получают собственную землю, право инвестиций в собственную колонию (законодательство ОФП запрещает корпорациям скупать Земли на колониях, если корпорация не зарождается на планете), и они готовы терпеть понижение уровня зарплаты, что бы уже потом разбогатеть.              Благодаря части технологий и программ Сареха удалось довести аэропонику до логичного конца, в итоге с помощью аэропоники решена главная проблема человечества – голод. Голод как система побеждена. А каждой колонии выдается несколько аэропонных станций на которых ведется выращивание еды. Старые методы производства еды ушли в прошлое и освободились миллионы гектаров. Это был постепенный процесс, но вот сейчас аэропоника обеспечивает 70% производства еды в мире. Есть как космические комплексы. Так и наземные на всякий случай на случай космической осады. Но у Авалона были только космические станции.              И они могли производить 500 тонн продуктов с гектара, в отличии от классического земледелия – 10 тонн в год. Экономит воду, конечно возникают другие проблемы – потребление энергии, надежность всей системы, дублирование системы электропитание, проверка программного обеспечения, обновления этого программного обеспечения, наличие биореакторов, но все это не такие большие проблемы. Главное – высвобождение огромного количества рабочих рук, которые могут заниматься чем-то другим.              И производить что-то полезное – компьютеры, технику, или же добывать полезные ископаемые. То есть занятие шахтерским бизнесом.              - Нам нужно понять, что приоритезировать, а что подождет. – Сказал Ричард, который никогда не был в условиях войны, и сейчас он в условиях войны. Неизвестно придут еще одни пираты, и за что браться. У Тамаки наоборот был военный опыт, и он был близко с теми, кто принимал решения в условиях войны, но он сам никогда не принимал таких решений. Обычно люди которые это делали умели мыслить стратегически, а у Тамаки всегда с этим были проблемы. Благо как он узнал сюда скоро прилетит просто дикое количество бывших правителей. Но об этом пока не говорил.              - На оборону нужны дополнительные 5-7 % которые нужно найти не больше.              Ричард посмотрел на командующего Ордена скептическим взглядом. Дело в том, что развертывание колонии следовало стандартным схемам. Это была уже четвертая колонизация, и после каждой проводился анализ в Институте Колониальных Исследований. И у Колониального Координатора был в некой форме "дедлайн", что нужно развернуть что бы показать, что колония перспективна. Так же дополнительные ресурсы на обороны будут забраны из сектора который тоже важен. Колониальное ополчение же не было солдатами. Это были люди что совмещали какую-то деятельность с умением воевать. Профессиональной армией был Орден, который как раз занимался своей базой, и которому сейчас нужны были дополнительные руки.              В общем это отход от стандарта, а еще «колония которую атаковали пираты инопланетяне» может испортить репутацию Авалона. Координатор решал сразу же множество вопросов, один из которых являлся политическим. Все инвестиции в колонию которая подверглась пиратской инопланетной атаке будет ниже чем в тыловые колонии.              Стало возникать множество проблем, не только административного характера, Тамаки же предпочел думать об этом потом, и он считал, что если достаточно сильно защитить Авалон это наоборот усилит их перспективе в плане инвестиций, особенно если сюда перебросят флот на «естественную границу».              - Да-да, знаю, что у тебя есть стандарт развития колонии, но только что этот стандарт улетел в трубу, и нужно адаптироваться, и искать новый подход. – Проворчал, понимая, как сложно действовать в нестандартной ситуации, все Черное Восстание было чем-то нестандартным, когда оружие в одном месяце работало нормально, а в следующем месяце уже нет, и нужно было быстро работать с технологиями, личным составом и поставщиками. – И адаптироваться нужно тебе, я же обычный придурок что проламывает лбом стену.              Колониальный Координатор скептически посмотрел на мужчину, технически вообще-то Тамаки был старше Ричарда, Тамаки было 71, а вот Координатору всего сорок при этом они выглядели очень молодо, Координатор рожден из поколения что использовал третонин и саркофаг, и от этого выглядел на двадцать, и только по паспорту можно было понять сколько человеку лет. Так же Тамаки все же содержал довольно успешную франшизу кафе, но после развода ему пришлось её продать. Какие-то задатки организатора у него были. Орден не стал бы назначать придурка командовать целым полком Ордена… Но Тамаки просто нравился этот образ. И еще это позволяло не решать такие вот проблемы.              - Нам нужно что-то делать ведь колонию могут закрыть, а весь проект свернут. – Ричард намекал на аргументацию Консервативной Партии, которая как раз призывала осторожности и боролась за то, чтобы не проводить эту Сферу Расширения, и Смит считал, что это будет аргументом что бы все свернуть.              - Это не так, я знаю Лелуша, Лейлу, Марибелл, даже с Синке встречался, мы все рождены одним и тем же. Мы конечно спорили по поводу того, что нужна ли была вся эта колонизация, но она уже состоялась. Это территория человечества и мы будем её защищать, так что о сворачивании колонизации не может быть и речи. Мы не склоняемся перед пиратами, мы не склоняемся не перед кем, если есть враг, то его нужно изучить, понять, как он мыслит, а потом раздавить, и отдать каким-то пиратам целую планету-сад… Пусть пойдут по всем известным направлении. Особенно когда у нас есть ресурсы что бы раздавить этих пиратов, кроме того эти ублюдки работорговцы, а Орден был основан в том числе на неприятии рабства в любой форме, и для наших стариков это как красная тряпка для быка, и мы будем тут сражаться. Правда еще не понятно с кем, наши аналитики взламывают системы захваченного корабля, и это хорошо. Когда взломают хотя бы по картинкам узнаем где что, и как галактика разделена.              Не то что бы об Ордене такого не знали, все же существовали фильмы, игры, и даже мультфильмы где идеология Ордена доводилась до широких масс, но со временем Орден стал восприниматься как еще одна политическая структура, а их антиколониальные идеалы восприниматься крайне бледно. Но все же стоило напоминать о том, как работает Орден.              Декларация и основа существования Ордена Черных Рыцарей все еще сохраняется, в том числе и защита слабых. Ни у кого из черных рыцарей не было проблем с инопланетянами. Они были рабами, они были обычными гражданскими которых поработили – и это автоматически означает что они попадают под защиту Ордена. И цель Ордена обезопасить их жизнь и здоровье. В том числе и поэтому Тамаки и отдал им свой дом.              Все они повзрослели, все они постарели и на самом деле поняли, как должен функционировать Ордена, и как их воспринимал Сарех – как детей, которым нужна защита и помощь. Теперь у них есть собственные семьи и многие первоначальные члены Ордена стали глубже понимать концепцию защиты слабых, и желали это делать потому что это правильно.