Точка отсчёта

12:30 Спортивный зал В зале стоял настоящий гул — звуки тренажёров, чьи-то крики, громкий смех, перемежающийся с командными подбадриваниями. Сегодня здесь собралась почти вся компания участников «Титанов». Проект давно закончился, но дружба осталась. Свободное время, выходной — решили сгонять в зал вместе. Никаких съёмок. Никаких камер ТНТ. Только свои телефоны, сторис для подписчиков и обычная  движуха. Пейзулла любил эту атмосферу. Живую, чуть безумную, без пафоса. — Пейз! Смотри сюда! — Торнике уже нацепил широкую улыбку и навёл телефон на друга. — Сними меня на фоне штанги, чтобы пресс было видно! — У тебя пресс видно только под определённым углом, — усмехнулся Пейзулла, беря у него телефон. — Под любым углом! — возмутился Торнике, надувая щёки и напрягая пресс. Пейзулла сделал несколько кадров, потом протянул телефон обратно. — Вот это, — сказал он, показывая результат, — называется «до и после фотошопа». Торнике посмотрел и расхохотался. — Ладно, это я ещё не разогрелся. Ты меня потом сними, через час, когда я буду героем дня. — Ты уже герой, — серьёзно сказал Пейзулла, но глаза смеялись. — Герой анекдотов. Торнике показал ему кулак и пошёл к тренажёру, уже выкладывая фото в сторис. Рядом Бельский и Чайка спорили о том, кто быстрее пробежит полосу препятствий. — Я сумоист, — напомнил Чайка, поправляя широкие лямки майки. — Моя стихия — сила, а не беготня. — Так и есть, — подколол Бельский. — Твоя стихия — стоять на месте и ломать всё, что движется. — И тебя сломаю, если не заткнёшься, — Чайка улыбнулся, но в его глазах заплясали смешинки. — Спорим на пирожное, что я быстрее? — предложил Бельский. — Спорим на два, — поправил Чайка. — Если выигрываю, ты покупаешь. — А если я выигрываю? — уточнил Бельский. — Тогда я покупаю и отдаю тебе. Потому что ты всё равно проиграешь. — Снимите нас! — крикнул Бельский в сторону. Кудряшов уже держал телефон наготове, снимая видео. Фёдор оказался самым спокойным в компании, но в нужный момент всегда оказывался с камерой. — Ну, начали! — объявил Кудряшов, включая запись. — Спор века: сумоист против бойца ММА. — Я бегаю быстрее, — сказал Бельский, разминая ноги. — Я толкаю сильнее, — напомнил Чайка. — Это не толкание. — Для меня любое движение — толкание, — философски заметил Чайка. Пейзулла снял их на свой телефон и тут же выложил сторис: «Великий спор века. Ставки принимаются». К нему подошла Зухра, одна из знакомых девчонок, тоже заскочившая в зал. — Пейз, а ты почему не участвуешь в спорах? — спросила она, вставая рядом. — Потому что я уже знаю ответ, — усмехнулся он. — Выиграю я. — Самоуверенный. — Реалист, — поправил он, и она рассмеялась. — Сфоткаемся? — предложила она, уже поднимая телефон. — Давай. Они сделали совместное фото. Она встала чуть ближе, чем обычно, но Пейзулла не обратил на это внимания. Или сделал вид. — Красиво получилось, — сказала она, рассматривая кадр. — Выкладывай, — ответил он. Через минуту её сторис уже висела в ленте: «С кем тренировка проходит быстрее». Торнике переслал ему скриншот. «Смотри, кто у нас в кадре»— написал он. Пейзулла усмехнулся  «Не завидуй» Тренировка продолжалась. Все снимали всех — кто-то делал селфи на тренажёрах, кто-то записывал видео падений и смешных моментов. Пейзулла не был в центре внимания, но и не прятался. Обычный день из жизни друзей. Тренировка, смех, привычные подколы. — Ну что завтра снова собираемся?— Спросил Кавальчук — А куда деваться? — усмехнулся Нагорный. — У нас выходной. — Выходной — это для слабаков, — возразил Чайка. — Ты только что проиграл спор, — напомнил Бельский. — Я не проиграл, я не участвовал. — Ты сказал: «Если я выигрываю», а потом отказался бежать. Это считается поражением. — Это называется стратегическим отступлением, — поправил Чайка. Все засмеялись. Пейзулла убрал телефон. Обычный день. Обычная тренировка с друзьями. Ничего особенного. Но где-то глубоко внутри была мысль, которую он не хотел себе признавать. «Увидит она или нет?» Он отогнал её и пошёл к выходу. 16:00 Квартира Кристины Кристина сидела на краю кровати и смотрела в телефон. За окном ещё было светло, но она уже начинала собираться. Вечером — день рождения старого друга. Закрытое мероприятие, только свои. Она знала почти всех гостей — звёзд, блогеров, старых знакомых по тусовке. Никаких посторонних, никаких фанатов. Только те, с кем можно расслабиться. Она пролистывала ленту и наткнулась на его сторис. Пейзулла в зале. С друзьями. На тренажёре. Улыбается. Потом следующая — он с какими-то девушками. Одна держит его за плечо, смотрит в камеру. Он улыбается. Ещё одна — крупный план, он серьёзно смотрит в объектив, потом смеётся над чьей-то шуткой за кадром. Кристина смотрела на всё это несколько секунд. Лицо ничего не выражало. — Ну и ладно, — тихо сказала она себе. Закрыла телефон. Положила на кровать. Не поставила лайк. Не написала. Встала и пошла собираться. Платье висело на плечиках — чёрное, дизайнерское, на одно плечо. Она достала его, повесила на дверцу шкафа и отошла на пару шагов, оценивая. Идеально. Красная сетка — тонкая, почти невесомая — лежала рядом на полке. Кристина взяла её в руки, расправила. Этот образ она придумала сама — дерзкий, элегантный, чуть опасный. Макияж занял почти час. Кристина не любила долго возиться с лицом, но сегодня хотелось чего-то яркого. Смоки айс, тёмная подводка, губы в тон платью — почти чёрные, но с лёгким бордовым отливом. Она посмотрела в зеркало. Волосы распущены, чуть вьются на концах. Платье сидело как влитое — открытое плечо, разрез до середины бедра, красная сетка, которая обтягивала руку и бок, добавляя образу агрессии и женственности одновременно. Она задержала взгляд на своём отражении на пару секунд. Потом усмехнулась — скорее над собой, чем над кем-то. — Идиотка, — тихо сказала она и покачала головой. Взяла клатч, ключи, телефон. Ещё раз посмотрела на себя. Вспомнила его сторис. Ту девушку, которая держала его за плечо. — Забудь, — сказала она себе жёстко. И вышла из квартиры. 20:00 День рождения друга Поздний вечер переходил в ночь. Кристина приехала, когда уже стемнело. Место было красивым — просторный зал, приглушённый свет, много знакомых лиц. Звёзды, блогеры, давние друзья. Никаких посторонних, никаких фанатов. Только свои. — Кристина! — Дима — именинник обнял её, поцеловал в щёку. — Ты великолепна. — Ты льстишь, — усмехнулась она. — Я говорю как есть. — Он отстранился, оглядел её с ног до головы. — Красная сетка — огонь. Она прошла в зал. Кто-то окликнул её, кто-то помахал рукой. — Крис! — раздалось сбоку. Она повернулась. Генсуха — стримерша, старая знакомая  — шла к ней с улыбкой. — Привет, — они обнялись. — Ну ты даёшь. Красная сетка, разрез... Кто тебя так собрал? — Сама, — усмехнулась Кристина. — Сама? — Генсуха приподняла бровь, оглядывая её. — Тогда ты точно гений. Или безумец. — Это одно и то же. — Спорить не буду. — Генсуха достала телефон. — Давай на память. Скажу своим подписчикам, что видела самую стильную девушку этой ночи. — Только без подписей, где я, — напомнила Кристина. — Я тебя знаю, не бойся. Они встали рядом. Генсуха улыбнулась в камеру, Кристина — чуть сдержаннее, но тепло. — Идеально, — сказала она, убирая телефон. — Ладно, не отвлекаю. Отдыхай. — Ты тоже. Генсуха ушла в толпу, а Кристина осталась у стойки, с бокалом в руке, и наконец выдохнула. Кристина стояла в кругу старых друзей. — Крис, помнишь, как мы в прошлом году на твоём дне рождения? — спросил Саня, делая глоток из бокала. — О, не напоминай, — Кристина засмеялась. — Я до сих пор краснею, когда вспоминаю. — А я нет, — усмехнулась Кира. — Это был лучший вечер. Ты ещё обещала, что в этом году повторим. — В этом году я обещала меньше пить, — поправила Кристина. — И где твои обещания? — В том же месте, где твоя совесть, — парировала Кристина, и все рассмеялись. Кто-то принёс ещё бутылку. Кто-то предложил тост. Кристина подняла бокал, чокнулась с соседом, выпила. Музыка сменилась на что-то более ритмичное, и компания потянулась танцевать. — Идём, — Кира потянула Кристину за руку. — Хватит стоять. — Я не умею танцевать, — напомнила Кристина. — Ты умеешь всё, — серьёзно сказала Аня. — Просто делай вид, что тебе весело. — Мне и так весело. — Тогда тем более. Кристина рассмеялась и дала себя увести в центр зала. Танцевали все — кто-то лучше, кто-то хуже, но всем было весело. Кристина двигалась легко, свободно, иногда запрокидывая голову в смехе над чьей-то шуткой или неуклюжим движением соседа. Кто-то из друзей снимал общий план на телефон — зал, танцующую компанию, мелькающие лица. Кристина попала в кадр на несколько секунд — смеющаяся, с бокалом в руке, в своём чёрном платье и красной сетке. Она не заметила. Или сделала вид. Видео улетело в сторис. 4:30 Пресня Сити  Кристина вернулась домой уже далеко за полночь. Скинула туфли у порога, прошла на кухню, налила воды. В зеркале в прихожей мелькнуло её отражение — платье, разрез, красная сетка. Она усмехнулась и покачала головой. Телефон был в руке. Она открыла Instagram, увидела его сторис — зал, тренировка, друзья. Та девушка с плечом. Он улыбается. Кристина закрыла телефон. Положила на стол. Не написала. 08:30 Квартира Пейзуллы Пейзулла проснулся раньше будильника. Первым делом взял телефон. Открыл Instagram. Лента была полна вчерашними событиями. И среди них — её фото. Он замер.  Чёрное платье. Разрез. Красная сетка. Яркий макияж. Она смеётся, общается, стоит в окружении красивых людей. Дальше — сторис. Короткое видео: она танцует в компании друзей, запрокидывает голову, смеётся. Кто-то  рядом с ней что-то говорит, она отвечает, улыбается. Потом фото с Генсухой — они обнимаются, обе улыбаются. Кристина выглядит расслабленной, счастливой. Другой. Не той, которую он видел в последние дни. Пейзулла смотрел на всё это долго. Слишком долго. Открыл её профиль. Новые фотографии — она на мероприятии. Красивая. Недоступная. Слишком яркая для утра. Он закрыл телефон. Потом снова открыл. Написал сообщение. Стер. Написал другое. Снова стер. «Красиво выглядишь» — нет. Слишком просто. «Кто этот парень рядом с тобой?» — нет. Слишком глупо. «Доброе утро» — нет. Слишком обыденно после всего. Он смотрел на пустой экран. Пальцы замерли над клавиатурой. Не отправил. Отложил телефон и провёл ладонью по лицу.