Точка отсчёта

Кристина. Съёмки Студия была шумной с самого утра — не тем тяжёлым, напряжённым шумом, как на «Титанах», а живым, хаотичным, почти весёлым, где кто-то смеётся слишком громко, кто-то спорит с оператором, кто-то бегает с микрофоном, а ведущий уже третий раз подряд кричит: «Ребят, мы вообще начинаем или просто тусуемся?» Кристина стояла у стола с реквизитом, рассматривая какие-то карточки с заданиями, и выглядела так, будто ей здесь комфортно — не потому что она расслабилась, а потому что она умеет держаться в любой обстановке, будь то жёсткие испытания или вот такие лёгкие, почти развлекательные съёмки. — Не трогай это, — сказал кто-то сзади. — Это для второго раунда. — Тогда подпишите, — спокойно ответила она, даже не оборачиваясь. — Она уже начинает, — засмеялся один из ребят. К ней подошёл ведущий, держа в руках маркер. — Кристина, смотри, у нас сегодня всё просто: три раунда, задания максимально странные, победит тот, кто не опозорится сильнее всех. — То есть победителя не будет, — спокойно сказала она. — Ты сейчас подрываешь концепцию шоу. — Я просто уточняю. Первый раунд Участников поставили в ряд, выдали какие-то нелепые предметы — огромные очки, смешные шляпы, наушники, из которых играла музыка, сбивающая ритм. — Ваша задача — пройти полосу и не уронить мяч, — объяснял ведущий, — но есть нюанс: вы ничего не слышите, а мы вам будем орать команды. — Звучит как плохая идея, — пробормотал кто-то. — Отличная идея, — поправил ведущий. — Поехали! Кристина надела наушники, чуть поправила их, проверяя, как сидят, и встала на старт. — Ты точно не хочешь проиграть специально? — крикнул ей кто-то. Она посмотрела в его сторону, чуть склонила голову. — Я вообще не умею проигрывать специально. Сигнал. Они двинулись. Кто-то сразу сбился, кто-то начал идти не туда, кто-то смеялся прямо на ходу, но Кристина двигалась ровно, сосредоточенно, будто даже в этом хаосе находила логику — аккуратно держала мяч, обходила препятствия, не обращая внимания на крики, которые до неё всё равно не доходили. — Она серьёзно сейчас выиграет? — донеслось со стороны. — Да она всегда такая, — ответил кто-то. Финиш. Она сняла наушники, спокойно поставила мяч на стол и посмотрела на остальных. — Всё? — Ты издеваешься? — засмеялся ведущий. — Это было слишком легко для тебя. — Вы сами сказали, что правила простые. — Мы не думали, что кто-то воспримет это так серьёзно. — Это ваша ошибка, — спокойно ответила она. Перерыв Суета немного стихла, кто-то ушёл за водой, кто-то сел прямо на пол, обсуждая, кто как облажался. Кристина отошла чуть в сторону, села на край невысокой платформы, закинула ногу на ногу и достала телефон. Экран загорелся. Она на секунду задержала взгляд, будто проверяя, писал ли он. Нет. Она чуть выдохнула — не разочарованно, скорее привычно — и набрала: «Ты где?» Отправила. Пару секунд смотрела на экран. Потом добавила: «У меня тут какой-то цирк» Лёгкая пауза. Она усмехнулась сама себе, открыла камеру и включила запись. — Смотри, — тихо сказала она, поворачивая телефон чуть в сторону, чтобы было видно студию, людей, кто-то махнул в камеру, кто-то крикнул: «Привет!» — я тут пытаюсь делать вид, что это легко… Она вернула камеру на себя. — …но они реально думают, что смогут меня запутать. Чуть прищурилась. — Спойлер: не смогут. На секунду замолчала, как будто хотела добавить что-то ещё, но передумала. — Ладно, напиши, когда освободишься. Остановила запись. Посмотрела на экран. Отправила. Телефон остался в её руке, но она уже не проверяла его каждую секунду — просто держала, большим пальцем машинально проводя по краю чехла. — Второй раунд, собираемся! — голос ведущего снова перекрыл общий шум, и люди начали подтягиваться к площадке, кто-то на ходу доедал что-то, кто-то спорил, кто в прошлый раз больше всех накосячил. Кристина встала на своё место, на ходу убирая волосы в хвост, и выглядела уже чуть живее — не расслабленнее, а скорее включённее, как будто эта лёгкая атмосфера всё-таки немного её зацепила. — Сейчас будет интереснее, — сказал ведущий, держа в руках какую-то коробку. — У нас здесь задания, которые вы будете вытягивать вслепую. И да, половина из них — максимально тупые. — Только половина? — тихо бросила Кристина. — Остальные хуже, — улыбнулся он. — По очереди. Первым вышел парень слева от неё, вытянул карточку, прочитал — и сразу застонал. — Нет, вы серьёзно? — Читай вслух! — крикнули ему. — «Изобразить, как ты радуешься, если тебя позвали на свидание, но ты делаешь вид, что тебе всё равно». Смех. — Это про тебя, Крис! — крикнул кто-то сзади. Она даже не повернулась. — Я не делаю вид. — О-о-о! — протянули сразу несколько голосов. — Запомните это, — добавил ведущий. — Она не делает вид. Очередь дошла до неё. Она подошла, не спеша опустила руку в коробку, вытащила карточку, развернула. На секунду задержалась. — Читай, — сказал ведущий. — «Сделать вид, что ты случайно отправила голосовое не тому человеку и теперь пытаешься выкрутиться». Секунда тишины — и потом взрыв смеха. — Идеально! — крикнул кто-то. — Это судьба! — Это прям под тебя, — добавил другой голос. Кристина подняла взгляд на ведущего, чуть прищурилась. — Вы уверены, что это случайно? — Абсолютно, — ответил он, но уже смеялся. Она медленно выдохнула, потом достала телефон. — Ладно. Включила запись. Несколько человек сразу притихли, кто-то даже подошёл ближе, чтобы услышать. — Слушай, — начала она, чуть тише, чем обычно, и в этом голосе появилась лёгкая, почти незаметная мягкость, — я просто хотела сказать, что у меня тут всё нормально, не переживай… Она на секунду замолчала, как будто реально подбирала слова. — И… не пропадай. Пауза. Она остановила запись. Посмотрела на экран. И — отправила. Не в общий чат. Не «в никуда». Конкретному человеку. Она даже не стала проверять, как это выглядит со стороны. Просто убрала телефон. Вокруг уже реагировали: — Ты реально отправила? — с удивлением спросил ведущий. — Да. — Кому? — Это не входит в задание. Вечер. Квартира Пейзуллы. Москва Это была их традиция. Негласная. Старая. Ещё с тех пор, как они разъехались по своим квартирам, но остались братьями. Каждый раз, когда играл «Спартак» или сборная, кто-то из них писал в общий чат: «Ну что, собираемся?» И все находили время. Сегодня писал Пейзулла. Алишка приехал первым — с пакетом чипсов и двухлитровой колой. В свои двадцать пять он был самым спокойным из троих: не лез в душу, не задавал лишних вопросов, просто был рядом. С ним было легко. Мурат ворвался через двадцать минут — с грохотом, криком из прихожей и рюкзаком, из которого торчала пачка каких-то сладостей. — Начинаем? Или я всё пропустил? — Только начинаем, — ответил Пейзулла, не отрываясь от телевизора. — Раздевайся, не стой в дверях. Мурат скинул кроссовки, плюхнулся на диван и сразу начал жестикулировать: — Слушай, этот новый нападающий… я тебе говорю, он ничего не умеет! — Ты после пяти минут игры уже эксперт? — усмехнулся Алишка. — А ты сядь и посмотри. Я прав буду. Пейзулла усмехнулся. Этот привычный, немного дурацкий ритуал успокаивал. Футбол шёл своим чередом. Братья перебрасывались репликами, спорили о тактике, кричали на судью. Пахло чипсами и хлебом. В перерыве, когда страсти немного улеглись, Пейзулла вдруг сказал: — Я хочу вам кое-что сказать. Алишка повернул голову. Мурат замер с чипсой у рта. — Я встречаюсь с девушкой. Тишина. Секунда. Две. Три. — Чего? — Мурат медленно опустил чипсу. — Ты? — Я, — спокойно ответил Пейзулла. — Ты? Встречаешься? С девушкой? — Мурат повернулся к Алишке. — Ты слышал? — Я не глухой, — сказал Алишка. Но в его глазах тоже читалось удивление. — Давно? — выпалил Мурат. — Какое-то время, — уклонился Пейзулла. — И ты молчал?! — А что я должен был сказать? Позвонить и отрапортовать? — Ну… да! — Мурат аж подскочил на диване. — Мы же братья! Ты вообще никогда никого не приводил! Мы думали, ты уже… — Что? — Ну… не знаю. Что тебе никто не нужен. Алишка усмехнулся, но смотрел на старшего брата внимательно. — И кто она? — спросил он спокойно. — Как зовут? — Кристина, — сказал Пейзулла. Мурат выдохнул, откинулся на спинку дивана. — А фото можно? — Нет. — Ну пожалуйста! — Нет. Алишка перебил: — Ты серьёзно? Пейзулла посмотрел на него. — Да. — И как она? Пейзулла подумал. Улыбнулся уголком губ — сам не заметил. — Хорошая, — сказал он. — Сильная. Мурат присвистнул. — Слушай, — он пододвинулся ближе, — а когда мы познакомимся? — А вы хотите? — Чего? — Мурат аж обиделся. — Ты наш брат! Конечно хотим! — Я — да, — кивнул Алишка. Пейзулла посмотрел на них. На младшего, который горел нетерпением. На среднего, который ждал спокойно, но явно был заинтересован. — Ладно, — сказал он. — Скоро. Как она будет готова. — Давно пора! — выпалил Мурат. — Ты вообще, Пейз… сколько можно было молчать? — Не знал, как сказать, — честно ответил Пейзулла. — Сказал бы: «Братья, у меня девушка». И всё! — А ты бы не начал допрашивать? — Я бы начал, — признал Мурат. — Но ты же знаешь, я от любви. Алишка засмеялся. Пейзулла тоже. Судья дал свисток. Второй тайм начался. Но атмосфера уже была другой — тёплой, почти праздничной. После матча, когда братья уже собрались уходить, Мурат снова спросил: — Ты правда нас познакомишь? — Правда. — Обещаешь? — Обещаю. Мурат улыбнулся, хлопнул его по плечу. — Давно пора, Пейз. Давно пора. Алишка задержался на секунду. — Ты счастлив? — спросил тихо. Пейзулла посмотрел на него. — Наверное, да, — сказал он. Алишка кивнул. — Ну и хорошо. Ты заслужил. Дверь закрылась.